Подлодки Корабли Карта присутствия ВМФ Рейтинг ВМФ России и США
Какой способ жилищного обеспечения военных вы считаете наиболее оптимальным?
Жилье в натуральном виде
    63,86% (53)
Жилищная субсидия
    19,28% (16)
Военная ипотека
    16,87% (14)

Поиск на сайте

Трагедия подводной лодки «М-200»

Трагедия подводной лодки «М-200»


Капитан 1 ранга в отставке
Жбанов Александр Васильевич,
начальник Аварийно-спасательной
службы ЧФ в 1973-1986 годах


Из книги "Сто лет, что дальше?"


26 ноября 1956 года «Коммуна» под командованием капитана 2-го ранга Черноуса в составе сил АСС ВМФ подняла на поверхность затонувшую в Суурупском проходе Балтийского моря подводную лодку «М-200».
В истории гибели «М-200», много поучительных эпизодов, которые повторяются на протяжении всей истории флота и поныне. Стоит описать уже забытые трагические дни гибели подводников и самоотверженной работы морских спасателей.

Подводная лодка «М-200» утром 21 ноября 1956 года вышла в район Таллинна для замера магнитного поля. В 19.00 закончив измерения, лодка легла на курс в Палдиски через Суурупский проход. Оттуда она должна была отправиться в Лиепаю на зимовку.
В 19.45 на дистанции 40 кабельтовых сигнальщик «М-200» обнаружил топовый и отличительный красный (левый) ходовые огни встречного корабля. Это был эсминец «Статный» 76-й бригады эсминцев Балтийского флота, следовавший к Суурупскому проходу на скорости 22 узла. Корабли быстро сближались. Командиры эсминца и подводной лодки о встрече не были предупреждены, в связи с тем, что по не зависящим от них причинам опоздали с возвращением в свои соединения. Оперативный дежурный флотилии дополнительных оповещений о переходах эсминца и лодки не дал. Поэтому встреча была неожиданной.
В 19.53 эсминец ударил форштевнем в правый борт подлодки в районе пятого и шестого отсеков. Удар был настолько сильным, что лодку практически разрезало пополам, а эсминец сильно повредил форштевень.
Лодка приняла большое количество воды в кормовые отсеки и с большим дифферентом на корму около 80о, через 6–10 мин. затонула, уткнувшись кормой в грунт на глубине 53 м. Носовая часть находилась на глубине 34 м.
После столкновения на эсминце немедленно сыграли тревогу, сбросили в воду все спасательные средства и спустили шлюпку. На поверхности воды обнаружили шесть моряков, в том числе командира лодки капитана 3-го ранга А. С. Шуманина. Как стало известно позже, в момент столкновения на мостике лодки находилось восемь моряков. Двое сигнальщиков погибли. В затонувшей подлодке остались 26 подводников.
Морякам первого отсека удалось отдать аварийно-сигнальный буй (АСБ). На поверхности моря его заметили с борта морского охотника и подняли на борт. В 21.12 была установлена телефонная связь с подводниками, которые доложили, что кормовые отсеки затоплены, в центральном посту находится начальник штаба 157-й бригады подводных лодок капитан 2-го ранга Ю.П.Штыков, глубиномер показывает 35 м, глубина увеличивается в связи с медленным затоплением носовых отсеков, дышать становится труднее, стоит невыносимый холод.
Общее руководство спасательными работами осуществлял командующий флотилией вице-адмирал Виктор Сергеевич Чероков. В 4.00 22 ноября непосредственное руководство спасательными работами взял на себя командир 405 ОДАСС капитан 1-го ранга Кривко, прибывший на спасателе «Арбан», а с 13 часов – начальник АСС Балтийского флота инженер-полковник Михайлов, прибывший из Калининграда.
Планом работ, составленным Чероковым, предусматривалось завести буксир за носовую часть «малютки» и отбуксировать ее на 10-метровую глубину с целью вывода подводников из отсека на поверхность воды в более простых условиях. Эта работа была поручена водолазному боту «ВМ-11», с которого в 23.57 спустили под воду первого водолаза.
К 3.00 22 ноября состояние подводников ухудшилось в связи с увеличением давления и концентрации углекислого газа. К тому же забортная вода, поступавшая через предохранительный клапан дифферентной цистерны, поднялась выше настила отсека.
Подводники надели гидрокомбинезоны, приготовили спасательные аппараты, опустили и раскрепили тубус под входным люком и были готовы к самостоятельному выходу на поверхность.
В 6.00 было принято решение подавать воздух в отсек через эпроновскую выгородку, одновременно откачивая «тяжелый» воздух. В 7.00 подводники доложили о готовности к подъему и о том, что у них заканчиваются регенеративные патроны. Моряки работали в полной темноте, так как аккумуляторная батарея была залита морской водой.
На присоединение воздушных шлангов к штуцерам эпроновской выгородки водолазам потребовалось пять часов. В 11.30 начали подавать свежий воздух в первый отсек. Шланг отсоса тяжелого воздуха присоединить не удалось, поэтому для вентиляции отсека использовали один шланг, что замедлило перемешивание отсечного воздуха. Вскоре из первого отсека доложили, что атмосфера в отсеке улучшилась, дышать стало легче.
В 12.00 по решению Черокова начали подготовительные работы к подъему лодки 250-тонным краном и 75-тонным килектором. Одновременно проводились работы по подготовке выхода подводников при обеспечении водолазов, размещенных на беседке.
Аварийно-спасательная операция проходила в привычном для спасателей ритме. Установился должный порядок, каждый знал свое место и меру ответственности.
В 14.00 22 ноября в район аварии прибыл командующий Балтийским флотом адмирал А. Г. Головко. Адмирал связался с первым отсеком, выслушал доклад подводников и сказал: «Даю вам честное слово адмирала, что вы будете спасены». Запомним слова офицера. К этому времени погода ухудшилась, и адмирал приказал немедленно свернуть все работы по подъему лодки и начать вывод подводников из первого отсека. Главной задачей стало спасение жизни моряков.
Из Москвы прибыл Главнокомандующий ВМФ адмирал С. Г. Горшков. Между адмиралами, которые недолюбливали друг друга, произошел неприятный разговор, после чего Головко сразу же убыл в Балтийск. С этого момента руководство спасательной операцией взял на себя главком. Он связался с подводниками, тоже пообещал их спасти, но просил набраться терпения и выдержки. При этом разговоре присутствовали начальник политотдела бригады и флагмех. По их словам, разговор происходил так: «Помощник командира подлодки Колпаков говорит: «Товарищ главнокомандующий, мы готовы выходить. Дайте нам только немного воздуха, чтобы легче открыть люк». Главком отвечает: «Вас понял! Мы сейчас посовещаемся и будем готовить вам выход. Но сами никаких мер самостоятельно не принимайте!»
К этому времени в районе аварии находились: крейсер «Жданов», эсминец «Статный», тральщики «БТЩ-812», «БТЩ-131», «БТЩ-109», «БТЩ-705», «РТЩ-251», спасательные суда «Чугуш», «Трефелев», «Арбан», «Пулково», «Сигнал», «Гутон», «Пидан», килектор «КИЛ-5», подводные лодки «М-214», «С-348», два плавкрана и множество морских буксиров и прочих плавсредств. В район аварии спешило вызванное из Ленинграда спасательное судно «Коммуна».
Спасательные работы задерживались, а время неумолимо быстро отсчитывало последние часы жизни моряков «М-200». Было много ненужной суеты, согласований, приказаний, ожидание ответов на выполнение указов и приказов, прочих проволочек. Пока наверху, решали, согласовывали и утверждали планы действий, на грунте лежала развороченная подводная лодка, и в тишине ее холодных, мертвых отсеков медленно погибали подводники. Главкомовское «Мы сейчас посовещаемся…» длилось без малого 36 часов. С подходом спасательного судна «Пулково» решено было приступить к выводу личного состава первого отсека с использованием спуско-подъемного устройства судна. Но пока исполняли указания Горшкова, начался шторм, который разбросал все корабли и суда в разные стороны. В 1845 были оборваны телефонный кабель АСБ и воздушные шланги. Связь с подводниками и подача свежего воздуха прекратились. Теперь оставшиеся в живых подводники были предоставлены сами себе. Когда погода успокоилась, под воду спустили водолаза. После простукивания корпуса в районе первого отсека, стало ясно, что живых подводников уже нет. Получив доклад о печальном финале спасательной операции, Горшков сразу же улетел в Москву.
Спустя шесть дней подошедшее спасательное судно «Коммуна» завело стропы под корпус «малютки» и подняло ее на поверхность. Через несколько часов судно ошвартовалось к стенке Таллиннского порта. Ночью началась операция по извлечению тел погибших подводников из отсеков «М-200». На борту «Коммуны» находилась только штатная команда, командование 405 ОДАСС и группа врачей. Подводников доставали водолазы судна. Моряков похоронили в Палдиски. Историю забыли на долгие годы.
Согласно актам расследования факт прибытия главкома на место аварии «М-200» не подтвердился. Не «помнили» приезд Горшкова и другие участники событий, которых опрашивали следователи. И вообще, оказалось, что все распоряжения отдавал не главком, а командующий Балтийским флотом адмирал Головко Арсений Григорьевич!? В конце ноября, сразу же после трагических событий, Головко неожиданно перевели в Москву на должность первого заместителя главкома. Вскоре адмирал заболел. Считается, что лучевой болезнью: принимал участие в ядерных испытаниях морского оружия на Новой земле. В 1962 году легендарный моряк умер.
Виновными признали командиров лодки и эсминца, нарушивших Международные правила предупреждения столкновений судов в море (МППСС), а также командира 157-й отдельной бригады подводных лодок. Причинами, способствовавшими катастрофе, назвали неудовлетворительную организацию в подготовке «М-200» к выходу в море, низкую организацию оповещения и нарушение режима плавания в Финском заливе.
По понятным причинам вопрос низкой организации спасательной операции не рассматривался. Приговор трибунала: три года общего режима командиру «М-200» капитану 3-го ранга Шуманину и командиру эсминца капитану 3-го ранга «Статный» Савчуку. Оба вышли из колонии досрочно.
Эта история есть не что иное, как показатель того, как не надо спасать попавшие в беду корабли и их экипажи.
Между прочим, уже в августе 1957 года история с затоплением подводной лодки повторилась, но уже на Черном море («М-351»). Тогда Главком Горшков не стал принимать участия в руководстве спасательной операцией и, как следствие, она прошла блестяще. Благодаря умелым и решительным действиям командующего Черноморским флотом Касатонова, руководства АСС флота, всех спасателей и самих подводников, лодка была спасена, а экипаж остался жив. Но эта уже другая история, которая не имеет к «Коммуне» никакого отношения.


Главное за неделю