Подлодки Корабли Карта присутствия ВМФ Рейтинг ВМФ России и США
Какой способ жилищного обеспечения военных вы считаете наиболее оптимальным?
Жилье в натуральном виде
    64,20% (52)
Жилищная субсидия
    18,52% (15)
Военная ипотека
    17,28% (14)

Поиск на сайте

Виктор Иванов. Мальчишки в бескозырках: Записки нахимовца. Часть 1.

Виктор Иванов. Мальчишки в бескозырках: Записки нахимовца. Часть 1.



Вместо пролога.

Нас было сто двадцать,
Нам было по десять и по пятнадцать.
Дети войны и крестники флота,
Мальчишек-нахимовцев третья рота.


Стихов не пишу. Но эти строчки возникли сами, когда положил перед собой стопку бумаги, закрыл глаза и попытался увидеть далекое и невозвратимое...
Парусный кораблик на невысоком шпиле бело-голубого дворца... Мачты учебной шхуны «Учеба», строгий частокол труб крейсера «Аврора»... Стриженные под нуль мальчишечьи головы, флотские воротники на худых спинах.
Урок танцев. «Встаньте в третью позицию!.. Вальс! И-раз-два-три, раз-два-три». Мальчишки, пережившие ад блокады, смолившие махру, умевшие при случае завернуть семистопным и трехэтажным ямбом, разобрав друг друга по парам, послушно скользили в танце. Правило было жесткое: двойка по танцам в четверти— забудь про поездку домой на каникулах..




А вот плац. И снова те же «раз-два-три!». Но это уже не вальс. Строй мальчуганов в бескозырках с бантами на лентах рубит печатный шаг, что есть сил в детских ногах.
А баржи с дровами? Разве забудешь дровяные, картофельные, овощные авралы. Мы сами квасили в чанах капусту на зиму, мыли спальни и классы.
«Альма-матер» — обычно эти слова произносят с иронической улыбкой. Для нас же, ребят без отцов и матерей, нахимовское училище и в самом деле было «матерью-кормилицей».
Шесть лет мы провели в его стенах. Шесть лет и днем и ночью мы были вместе: спали, ели, учились, работали. За эти годы мы сроднились, как братья. Ведь у нас не было преимуществ друг перед другом ни в еде, ни в одежде, ни в комфорте. Любовь к другу, уважение к товариществу, чувство локтя и взаимной поддержки — пожалуй, главное, что мы вынесли из стен училища. И еще любовь к морю, любовь к Родине, готовность отдать за нее жизни воспитали в нас педагоги во флотских погонах.
В нашей стране было три нахимовских военно-морских училища. Сначала в 1943 году открылось училище в Тбилиси, затем в 1944-м — в Ленинграде, и в сорок пятом — в Риге. Но с 1956 года осталось лишь одно училище в Ленинграде, которое существует и поныне.
Создание нахимовских и суворовских училищ— это целая страница в истории нашей страны. В тяжелую для Родины пору, в разгар войны партия и правительство думали и о судьбах тех детей, отцы которых погибли на фронтах.
Вскоре после того, как Ленинград был полностью освобожден от вражеской блокады, Ленинградский горком ВКП(б) и Народный комиссариат Военно-Морского Флота обратились с просьбой к правительству открыть нахимовское училище в Ленинграде. 21 июня 1944 года Совет Народных Комиссаров СССР принял постановление об открытии в городе Ленина нахимовского военно-морского училища. В вестибюле здания, около знамени училища вывешен полный текст этого постановления.




В нем, в частности, говорится: «Удовлетворить просьбу Ленинградского городского комитета ВКП(б) и Наркомвоенморфлота о создании в городе Ленинграде в 1944 году Нахимовского Военно-Морского училища на 500 воспитанников— для устройства, обучения и воспитания сыновей воинов Военно-Морского Флота и Красной Армии и партизан Отечественной войны, а также сыновей советских и партийных работников, рабочих и колхозников, погибших от рук немецких захватчиков».
Училище было названо в честь выдающегося адмирала русского флота Павла Степановича Нахимова — героя Наварина, Синопа и Севастополя. Для многих поколений моряков его служба, верность долгу, преданность Родине стала примером. Павел Степанович прожил сравнительно короткую жизнь — всего пятьдесят три года, из которых тридцать пять провел в море. Отдавая себя полностью флоту, Нахимов так и не успел обзавестись семьей. Занимая высокое положение, не чурался простого народа. Жил очень скромно, тратил на себя мало, остальные деньги раздавал нуждающимся матросским вдовам, сиротам и инвалидам.
Нахимов любил матросов. Не раз говорил, что матрос есть главный двигатель на военном корабле. В одном из приказов по флоту во время Севастопольской обороны 1854— 1855 годов он писал: «Матросы! Мне ли говорить вам о ваших подвигах на защиту родного нам Севастополя и флота. Я с юных лет был постоянно свидетелем ваших трудов и готовности умереть по первому приказанию, мы сдружились давно, я горжусь вами с детства...»




П.С. Нахимов на палубе флагманского корабля "Императрица Мария" во время Синопского сражения Н.П. Медовиков

За победу в Синопском сражении Нахимов был удостоен одной из высших военных наград — ордена Святого Георгия 2-й степени.
В марте 1944 года в память о знаменитом флотоводце был учрежден орден Нахимова первой и второй степени и медаль, что символизировало преемственность боевых традиций русских моряков.
В связи с учреждением ордена был выпущен плакат, на котором был изображен орден и эпизод из боевой деятельности Нахимова.
Плакат сопровождался следующими стихами:


Отважный воин,
славный патриот.
Его взрастила русская держава.
В сердцах советских моряков живет
Нахимова немеркнущая слава.
Он разума и воли торжество.
Испытанный в победоносных войнах.
Высоким знаком имени его
Страна отметит моряков достойных.


Мы гордились, что один из воспитанников нашего училища —Боря Кривцов носил на груди медаль Нахимова.
Для нас имя адмирала Нахимова, было окружено ореолом славы.
Когда я, юный лейтенант, прибыл в Севастополь, прямо с поезда, даже не позавтракав, поспешил на площадь Нахимова, чтобы увидеть памятник Павлу Степановичу.




Он и сейчас стоит в полный рост на главной площади города. В правой руке адмирала подзорная труба. На крутой лоб глубоко надвинута фуражка с коротко обрезанным козырьком. За спиной флотоводца белеют колонны легендарной Графской пристани. Утром 24 ноября 1853 года на гранитные ступени ее пришли севастопольцы, чтобы восторженно встретить корабли эскадры под флагом адмирала Нахимова, возвратившиеся после разгрома турок под Синопом.
И вот имя этого выдающегося русского флотоводца было присвоено нашему училищу. Павел Степанович Нахимов родился 23 июня 1802 года. Поэтому этот день в училище отмечается как двойной праздник: день образования училища и день рождения Нахимова.
Создать училище в разгар войны в городе, который еще недавно был блокирован врагом,— дело далеко не простое. Необходимо было подобрать подходящее здание, найти квалифицированных учителей, воспитателей, создать учебную базу. Наконец, нужно было отобрать воспитанников, одеть их, накормить, отогреть их души, опаленные войной.
Эта тяжелая задача легла на плечи капитана первого ранга (впоследствии контр-адмирала) Николая Георгиевича Изачика, назначенного начальником училища, и начальника политического отдела капитана второго ранга Петра Степановича Морозова.
Николай Георгиевич Изачик рассказывал, что в один из июньских дней 1944 года его вызвал к себе адмирал флота Иван Степанович Исаков (в то время заместитель наркома Военно-Морского Флота) и сообщил, что принято решение создать в Ленинграде нахимовское училище.
— Поезжайте в Ленинград и подыщите подходящее здание, — предложил Иван Степанович.
На капитана первого ранга Изачика выбор пал не случайно. Опытный моряк, участник гражданской и Великой Отечественной войн, член КПСС с 1918 года.




В Ленинграде Изачик был принят Андреем Александровичем Ждановым, который обещал ему полную поддержку и содействие. Несколько дней начальник будущего училища ездил по городу, подыскивая подходящее здание. Наконец, на Петроградской стороне он нашел то, что искал. Рядом была Нева, место тихое, транспорт в стороне, да и размеры здания вполне подходили.
Теперь этот красивый бело-голубой дворец с парусным корабликом на невысоком шпиле знает вся страна.


Дом с «парусным корабликом».

В августе 1944 года я был зачислен кандидатом в воспитанники Ленинградского нахимовского военно-морского училища. До сих пор храню любопытный документ, подписанный начальником училища капитаном первого ранга Изачиком. На простой серой бумаге моей матери сообщалось, что ее сын, то есть я, зачислен кандидатом в воспитанники Ленинградского нахимовского военно-морского училища и что мне надлежит явиться для медицинского освидетельствования и приемных испытаний. Подписано это извещение красным карандашом. Тогда было не до формальностей. Вот этот-то документ и определил всю мою дальнейшую судьбу.
Вступительные экзамены за четвертый класс я сдал легко. Не последнюю роль здесь сыграло и то, что я приехал поступать с фронта. Преподаватели ко мне отнеслись благосклонно. С погонами ефрейтора, нашивками за ранения, я вызывал у них сочувствие. Поэтому, а может, это казалось, мне задавали несложные вопросы. Так, по естествознанию меня спросили об акуле, о ее размерах. И когда я, вспомнив рисунок в учебнике, ответил, что в ее пасти может свободно разместиться сидящий на стуле человек, мне поставили четверку. На экзамене по географии я четко показал на карте границу СССР и назвал страны, с которыми мы граничим. Так же легко я сдал экзамены по русскому языку, литературе и математике.




Через некоторое время мне сообщили, что я зачислен воспитанником. И вот я в здании училища уже не в качестве абитуриента, а на правах нахимовца. Наша рота имела третий номер. Первая рота — это седьмой класс, вторая— шестой, наша «третья гвардейская», как мы называли себя, состояла из пятиклассников. Нам предстояло переодеться во флотскую форму и ехать на Карельский перешеек в летний лагерь. Часть ребят уже была там. В группе, в которую я попал, были мальчики из разных городов и сел. Были ленинградцы: Феликс Иванов, с которым я впоследствии подружился, Герман Годзевич — очень красивый и высокий мальчик, Витя Преображенский, племянник известной певицы Софьи Преображенской, переживший блокаду и награжденный медалью «За оборону Ленинграда». Были москвичи: Валера Колотвин, Олег Звонцев и другие ребята. Один парнишка мне сразу понравился— Марат Рахимов из далекого Узбекистана. Маленький, гибкий, чернявый мальчик. Меня заинтересовало его имя — ведь на Балтике так назывался знаменитый линкор. Каково же было мое удивление, когда я узнал, что мой новый знакомый назван именно в честь линкора «Марат». В тридцатых годах на линкор приезжали шефы из Узбекистана. Была в составе делегации и мама Марата — певица, жена командира Красной Армии. С собой она привезла двухмесячного сына. Во время торжественного собрания в Доме флота мальчик за кулисами заревел. Комиссар линкора вынес ребенка на руках на сцену и под одобрительные аплодисменты присутствующих сказал, что мальчика зачисляют сыном линкора «Марат». В честь корабля его назвали Маратом. Был изготовлен красивый жетон, на одной стороне которого был изображен линкор, а на другой — надпись: «Сыну «Марата» — от партийной организации линкора «Марат».



Гавхар Артёмовна Рахимова (Петросова). Линкор "Марат".

Продолжение следует.




Верюжский Николай Александрович (ВНА), Горлов Олег Александрович (ОАГ), Максимов Валентин Владимирович (МВВ), КСВ.
198188. Санкт-Петербург, ул. Маршала Говорова, дом 11/3, кв. 70. Карасев Сергей Владимирович, архивариус. karasevserg@yandex.ru


Главное за неделю