Подлодки Корабли Карта присутствия ВМФ Рейтинг ВМФ России и США
Какой способ жилищного обеспечения военных вы считаете наиболее оптимальным?
Жилье в натуральном виде
    64,10% (50)
Жилищная субсидия
    17,95% (14)
Военная ипотека
    17,95% (14)

Поиск на сайте

Виктор Иванов. Мальчишки в бескозырках: Записки нахимовца. Часть 14.

Виктор Иванов. Мальчишки в бескозырках: Записки нахимовца. Часть 14.

На горизонте тем временем показалась высокая старинная кирха. Это был Таллин. Вошли в Купеческую гавань и ошвартовались. Начальник училища разрешил нам увольнение на берег. Все было в Таллине интересно: и узенькие улочки, и готические крыши средневековых зданий, и кирхи. Но особое впечатление произвел Вышгород и парк Кадриорг. Побывали у памятников двум знаменитым русским мореплавателям — адмиралам С.К.Грейгу и И.Ф.Крузенштерну. С Вышгорода хорошо видны море и Нижний город. Погуляв по улочкам старого Таллина, мы поехали в парк Кадриорг, где провели большую часть увольнения, посетили Кадриоргский дворец и домик Петра I, осмотрели памятник «Русалка». Этот памятник стоит на берегу моря в честь погибших моряков броненосца русского флота «Русалка».
Нам рассказали, что броненосец погиб осенью 1893 года в шторм, разбившись о камни. Двенадцать офицеров и сто шестьдесят пять матросов скрыли пучины моря. Памятник поразил нас своим величием. На гранитном постаменте, выполненном в виде носа корабля, фигура ангела, обращенная к морю.



Несколько дней мы пробыли в Таллине. Дальнейший курс лежал в Ригу. После выхода из Таллина на всем пути нам везло с погодой. Ослепительно сияло солнце. Был штиль — вода спокойна, как в блюдце. Шхуна шла на дизеле. Объявили форму одежды на верхней палубе — в трусах. Своим чередом шли занятия по изучению корабля. Вдруг вахтенный сигнальщик доложил, что справа по борту, в двух кабельтовых, обнаружен неизвестный блестящий предмет. Как и все, я стал смотреть в море, чтобы определить, что это такое. Но понять было трудно. Какая-то вертикальная палка с блестящим, как стекло, основанием торчала из воды. Веха не веха, бутылка не бутылка. Предмет стоял неподвижно. Пока мы гадали и рядили, что бы это могло быть, капитан первого ранга Грищенко, отдыхавший после обеда в шезлонге на юте, приказал командиру поднять наши позывные. Мы поняли, что начальник училища посчитал обнаруженный в море предмет перископом подводной лодки. Взвились кверху цветные полотнища, которые, по международному своду сигналов, показывали, кто мы такие. Блестящий же предмет оставался в прежнем положении, никак не реагируя на наши сигналы. Многие стали говорить, что это все-таки какая-то длинная бутылка, а не перископ. Но видимо, у капитана первого ранга на этот счет было другое мнение. Заметно нервничая, он приказал поднять на фок-мачте еще один Военно-морской флаг. Времена, когда мы совершали учебный поход, были неспокойные. Чужие подводные лодки нередко рыскали в водах Финского залива, иногда подходя близко к нашему побережью. Мы догадывались, что беспокойство начальника училища имело под собой почву. Между тем блестящий непонятный предмет остался у нас за кормой. «Учеба» продолжала свой путь. Иногда нам встречались торговые суда, как советские, так и иностранные. Они неизменно приветствовали нашу шхуну приспусканием кормового флага. Причем делали это первыми — «Учеба» корабль военный. В ответ наша шхуна на одну треть приспускала Военно-морской флаг.
К вечеру слева по борту показалась группа островов знаменитого Моонзундского архипелага. Самые крупные острова этого архипелага Эзель и Даго (сейчас они называются Саарема и Хиума). Не раз острова архипелага были свидетелями подвигов русских моряков.



Бой линейного корабля "Слава" с немецкими кораблями в Моонзундском проливе. Г.В. Горшков

Героическую страницу в летопись русского флота вписали балтийцы в годы первой мировой войны, преградив в октябре 1917 года путь кайзеровским кораблям в Финский залив и не допустив врага к революционному Петрограду.
В годы Великой Отечественной войны советские моряки продолжили героические традиции своих отцов и братьев, обороняя Моонзундский архипелаг от фашистов. Наш островной гарнизон был для гитлеровцев как кость в глотке. Они не могли спокойно проводить свои конвои в Ригу и Таллин. С аэродрома на Эзеле балтийские летчики полковника Преображенского наносили удары по Берлину.



1 - Бомбардировщик ДБ-3ф(Ил-4), 2 - полковник Преображенский Е.Н., 3 - капитан Ефремов А.Я, 4 - нарком ВМФ Н.Г. Кузнецов. - 08.08. 1941 советская авиация бомбила Берлин. Гитлер не поверил

Базирующиеся на островах торпедные катера топили идущие в Ригу Ирбенским проливом фашистские корабли.
Помню, меня поразил рассказ, который я прочел вскоре после войны. Он был о том, как гитлеровцы, окружив один из островков архипелага, потребовали, чтобы его маленький гарнизон вывесил белый флаг. Срок ультиматума истекал утром. В ответ на это моряки целую ночь шили громадное красное полотнище, и с первыми лучами восходящего солнца флаг был поднят над островом. Фашисты вначале приняли алый флаг за белый и посчитали, что гарнизон сдается. Но когда солнце взошло, они с удивлением и яростью увидели, что это красный флаг. На остров обрушился шквал огня. Но гарнизон продолжал жить и обороняться. А когда фашисты высадили на остров десант, моряки, подпустив гитлеровцев, взорвали их вместе с собой.
Дорого врагу обошлось взятие архипелага. Несколько десятков тысяч фашистов нашли здесь себе могилу, недосчитались многих кораблей и самолетов.
...Обогнув Даго и Эзель, наша шхуна вошла в Ирбенский пролив, после которого нас встретил необъятный Рижский залив. Залив прошли ночью, а утром вошли в устье реки Даугавы. Шли вверх против течения и любовались панорамой Риги. Древние дома с красной черепичной крышей, башенные шпили — характерный силуэт города. Пришвартовались недалеко от моста к правому берегу Даугавы. На набережной нас ждали представители Рижского нахимовского училища. Теплой и сердечной была встреча. Командование выделило для стоянки в Риге пять дней. На эти дни нас разместили в спальном корпусе рижан, так как они были в это время в летнем лагере. Дни, отведенные для отдыха, пролетели незаметно. За это время мы осмотрели достопримечательности Риги, гуляли по красивым рижским улицам и скверам.



Учебный и спальный корпуса Рижского нахимовского училища. Из архива рижского нахимовца 1953 г. Ф.Г.Кузовкова.

Настал день нашего отплытия домой. В Рижском заливе был сильный ветер. Было принято решение поход не откладывать. После выхода в залив мы сразу же почувствовали, что такое шторм. По палубе трудно было передвигаться. У подветренного борта все чаще стали появляться те, кто страдал морской болезнью, иначе говоря, укачивался. Утешало нас то, что знаменитый английский адмирал Нельсон тоже был подвержен морской болезни. Во время шторма он надевал на шею ведерко, продолжая при этом командовать кораблями. В шторм ты можешь и укачиваться, болеть морской болезнью — это не стыдно! Главное — выполнять то, что предписано, главное — быть работоспособным.
Ночью стало качать еще сильнее. А может, так казалось, потому что мы все собрались в кубрике, где воздуха было меньше, чем на палубе. На шхуне мы спали на подвесных койках. И в тихую погоду спать на них не очень-то удобно. Ну а в шторм требуется уже особая сноровка и умение. Корабль качает на волне, да еще койка качается, подвешенная к двум крючкам. Не каждый может это вынести. Я никогда не тренировался на центрифуге, но думаю, что если отнять перегрузки, то остальное все очень похоже.



Подвесные койки матросов на корабле Нельсона.

Проснулись утром, шторма как не бывало. Мы уже вошли в Финский залив. Погода была пасмурной, как говорят, балтийской. Накрапывал небольшой дождь. Капитан первого ранга Грищенко принял решение идти без остановки в Ленинград. Где-то справа остался Таллин. По левому берегу открылся Толбухин маяк, вдали показался купол Морского собора Кронштадта. Вот и Большой кронштадтский рейд. На нем, поблескивая свежей шаровой краской, стояли боевые корабли. Вот знаменитый линкор «Октябрьская революция» — «Октябрина», как любовно называли его моряки, крейсер «Киров» — гордость нашего отечественного кораблестроения, другие корабли. Проходя мимо кораблей, горнист «Учебы» сыграл сигнал «Захождение». Мы, уже почувствовавшие, что такое море, с волнением и гордостью вытянулись вдоль борта, приняв положение «смирно», приветствуя боевые корабли.
На каком из них придется служить? А может быть, предстоит встреча с другим флотом?
На линкоре тем временем подняли сигнал: «Желаю счастливого плавания».
Прошли Кронштадт, впереди был виден сияющий в позолоте купол Исаакиевского собора. Вот и морской канал, торговый порт и, наконец, Нева. Здравствуй, Ленинград! Мы снова дома. Первое наше плавание закончилось. Закончилось, чтобы никогда не прекращаться, ибо отныне наша профессия — плавать.



Наша «Аврора»

Особое место в нашей жизни занимал крейсер «Аврора». Кто не знает это легендарное имя? Мы знали о своем крейсере все. Знали, что «Аврора» вступила в строй действующих кораблей в 1903 году, а два года спустя уже участвовала в Цусимском сражении. Во время боя корабль получил серьезные повреждения. Погиб командир1 крейсера капитан первого ранга Е. Егорьев.
После окончания русско-японской войны «Аврору» включили в состав отряда учебных корабле» Морского корпуса.
Крейсер участвовал в первой мировой воине. В ноябре 1916 года «Аврора» пришла в Петроград на капитальный ремонт. Матросы постоянно поддерживали связь с Петроградским комитетом большевиков. После Февральской революции они взяли власть на корабле в свои руки, избрали судовой комитет и перешли на сторону восставшего народа. На требование Временного правительства покинуть Петроград судовой комитет «Авроры» ответил отказом, заявив, что он признает только распоряжения Центробалта.



Крейсер "Аврора" (слева). Фотограф Петро Оцуп, ноябрь 1917 г.

Накануне исторического дня крейсер по указанию Петроградского военно-революционного комитета совершил переход к Николаевскому мосту. В 21 час 45 минут 7 ноября 1917 года «Аврора» холостым выстрелом носового орудия подала исторический сигнал к штурму Зимнего дворца.
После гражданской войны советский народ приступил к восстановлению народною хозяйства. Вместе с ним восстанавливали и Военно-Морской флот. В числе первых был введен в строи крейсер «Аврора». Он вошел в отряд учебных кораблей, теперь па нем проходили морскую практику курсанты военно-морских училищ.
В 1924 году крейсер совершил заграничное плавание.



Берген, 1924 г. Слева направо: командир крейсера «Аврора» Л. А. Поленов, командир учебного корабля «Комсомолец» Е. С. Белецкий, комиссар учебного корабля «Комсомолец» П. П. Баранов, комиссар крейсера «Аврора» А. А. Утенькин. - Он служил примером для Главкома Поленов Лев Андреевич.

Продолжение следует.



Верюжский Николай Александрович (ВНА), Горлов Олег Александрович (ОАГ), Максимов Валентин Владимирович (МВВ), КСВ.
198188. Санкт-Петербург, ул. Маршала Говорова, дом 11/3, кв. 70. Карасев Сергей Владимирович, архивариус. karasevserg@yandex.ru


Главное за неделю