Подлодки Корабли Карта присутствия ВМФ Рейтинг ВМФ России и США
Какой способ жилищного обеспечения военных вы считаете наиболее оптимальным?
Жилье в натуральном виде
    63,41% (52)
Жилищная субсидия
    19,51% (16)
Военная ипотека
    17,07% (14)

Поиск на сайте

Ванкарэм Желтовский. ПАР НА МАРКЕ (Сын об отце). Часть 17.

Ванкарэм Желтовский. ПАР НА МАРКЕ (Сын об отце). Часть 17.

А в Москве отец получил новое серьезное задание: быть членом трофейной комиссии от морского флота по определению всего нужного для флота имущества, оставшегося после японцев на территории Китая.
Во Владивосток отец вернулся в форме полковника, но с армейскими погонами. Во время командировки в Москву отец сумел вырваться в Ленинград к своим блокадным товарищам. В Ленинграде ему, как блокаднику, вручили медаль «За оборону Ленинграда», которой отец очень гордился. Еще ему вручили медаль «За победу над Германией», как участнику перехода от Таллинна до Ленинграда в 1941 году. Кроме того, в Москве ему вручили орден «Знак Почета». Так что вернулся он увешанный орденами и медалями. Для нас это было сюр­призом.
По приезде во Владивосток я, конечно, сходил на Судоремонтный завод №2. Директор завода очень тепло принял меня, показал завод, рассказал о его успехах, показал заводской музей. А в музее — в музее целый стенд, посвященный Е.П.Желтовскому. Очень приятно. Спасибо.
120

Работа в Китае



Полковник Е.П.Желтовский

Итак, закончилась Вторая мировая.
В конце августа, практически вместе с войсками, отец попал в город Дайрен. Или, как в старое время, до 1905 года, он назывался Дальний. Конечно, мы вернули городу прежнее название.
В Дальнем был хороший порт, огражденный молом, судостроительно-судоремонтный завод с двумя большими сухими доками. Естественно, нашей разведке было об этом известно. Но когда все это увидел отец, он сразу сообразил, что «грабить» это богатство не имеет смысла. Хотя бы потому, что сухие доки не вывезешь, а нашему флоту требуется докование, ведь всю войну ни один пароход в док не ставили.
И он вышел с предложением на базе завода «Дайрен-Док» создать ремонтную базу для нашего флота.
Так отец стал директором завода «Дайрен-Док».
Пройдя по цехам завода, отец увидел, что китайские рабочие начисто растащили все, что можно вынести. Он поставил автоматчиков, благо звание полковника и правительственные полномочия позволяли ему обратиться к командованию с этой просьбой.



Город Дальний — Дайрен. 1947.

Затем, через переводчиков, отец собрал небольшую группу китайцев, с интересом наблюдавших за действиями отца. Он сказал им, что завод будет работать вновь и предложил на завтра собраться у ворот всем, кто раньше работал на заводе.
Так оно и вышло.
На следующий день у ворот завода собралась большая толпа, пришли практически все рабочие.
Отец сказал, что завод принадлежит Китаю, что Красная Армия пришла освободить китайский народ от японцев, и что это все временно, и что настанет время и хозяевами завода будут китайцы. Затем отец на свой «морской глаз» назначил начальниками цехов рабочих из толпы китайцев. Вот так просто, подошел к приглянувшемуся ему китайцу и спросил, в каком цеху он работал. В механическом - будешь начальником механического цеха. В литейном - будешь начальником литейного цеха. И так далее. Затем отец предложил вернуть все вынесенное с завода обратно на место, без каких-либо условий и наказания за грабеж.
Отец рассказывал, что его «морской глаз» не подвел - все назначенные им начальники цехов работали добросовестно все время, пока отец работал на заводе.



Среди рабочих

И что же вы думаете? Уже к вечеру потянулись вереницы «грабителей». Завод был практически полностью восстановлен. Трудности были с приводными ремнями станков. Их просто порезали на куски, чтобы легче было снять и вынести. Но и тут китайцы нашли нужное решение.
В городе оставалось много японцев, среди которых были и инженеры. С японскими рабочими было проще — их признавали и сами китайцы: рабочий всегда остается рабочим, к какой бы «привилегированной» национальности он не принадлежал. С инженерами было сложнее. Некоторые из них в период господства японцев издевались над китайцами. К ним отношение у китайцев было особое. Отец занял позицию передать таких японцев во вновь созданные судебные органы. Те решали их судьбу самостоятельно, без вмешательства наших властей.
В городе было много русских эмигрантов. Некоторых из них, как, например, атамана Семенова, сразу вывезли в Союз для суда. Но большинство были простые «белые эмигранты», которые даже сами стремились возвратиться в Союз - на родину. Ими тоже занимались определенные органы. Среди них тоже нашлись будущие работники завода.
Мне запомнился интересный эпизод из жизни в Дальнем. С концертной бригадой ТОФ приехал старшина второй статьи Борис Брунов — конферансье. Во время исполнения песни «Смуглянка-молдаванка» он выходил из-за кулис и поглаживал свою медаль («медаль он заслужил»). Было очень смешно. Помню, что среди «белых эмигрантов» была молодая симпатичная девушка с приятным голосом. Отец помог ей составить репертуар советских песен того времени, который пользовался большим успехом у солдат.



«Конферансье на все времена. Борис Брунов»

Естественно, отец не знал ни японского, ни китайского языков. Сначала объяснялись знаками, жестами. Но металл — есть металл, и вскоре все хорошо понимали друг друга. Рабочих всегда удивляло, как «большой начальник» сам мог показать, как нужно сделать ту или иную сложную работу. Как, сняв пиджак и забравшись в самое труднодоступное место, отец показывал, что нужно сделать. Потом проверял работу и, если она была сделана недостаточно хорошо, еще раз показывал, как ее надо выполнить. Это на рабочих действовало неотразимо. Директор, а как простой рабочий может выполнить самую трудную работу. Этим отец заслужил уважение. ( Но зато мать была недовольна запачканными костюмами — опять чистить).
Война с Японией закончилась 2 сентября, а 5 сентября завод «Дайрен-Док» начал работать. Сохранился документ, в котором сказано, что на балансе завода «О» денежных средств. И все же завод приступил к работе.
Для начала завод заключил договор с Армией об изготовлении солдатских коек — ведь негоже «победителю» лежать на земле. Завод также приступил к ремонту танков. Армия расплачивалась продуктами. Это было самое главное, пока не выпустили новые юани красного цвета.
Так завод начал работать. Затем появились первые пароходы. С ними было приятно, но очень трудно работать. Приятно потому, что это были старые знакомые пароходы — труженики Дальневосточного пароходства, Трудно потому, что все пароходы были старые и требовали серьезного ремонта. Практически всех их отец знал наизусть. Он мог составить безошибочно ремонтное задание, не поднимаясь на борт того или иного парохода. Судовые механики всегда соглашались с отцом и практически ничего не могли добавить к его списку.
Работы было много, суда в ремонт стояли в очереди. И отец принял решение выполнять самую необходимую работу, а все остальное «косметическое» экипажи делали сами. Так был налажен достаточно быстрый выпуск пароходов из ремонта, хотя некоторые капитаны готовы были простоять у стенки годами: лишь бы платили деньги.



У отремонтированного парохода

За пять лет работы на заводе «Дайрен-Док» было отремонтировано 570 пароходов — это почти по десять пароходов в месяц. Грандиозно, таких темпов не знал ни один отечественный судоремонтный завод.
Кроме ремонта судов отец наладил выпуск всевозможных кранов, заглушек и прочего сантехнического оборудования, которое так нужно было в Союзе и для ремонта пароходов. Наладили выпуск сельхозтехники — плугов.
Что было нового для китайского рабочего — на завод потянулись женщины, которые встали у станков, на формовку стержней и на другие важные операции.



Стерженщица

Для этого на заводе было налажено производственное обучение. С китайской настойчивостью и упорством женщины познавали азы производства, становились классными специалистами своего дела.
Но изначально завод планировался японцами как судостроительный. И вот при отце приступили к изготовлению серии портовых буксиров «Петушков».



Портовый буксир "Петушок"

Затем перешли к производству буксиров мощностью 1200 л.с. Весь Дальний Восток был обеспечен этими буксирами.



Морской буксир мощностью 1200 л.с.

Все было бы хорошо. Но якорные цепи за многолетнюю работу пришли в негодность — не выдерживали статических испытаний. Где взять новые?
В отчетной справке одного из руководителей Дальневосточного отдела ММФ сказано, что только за период с 1947 по 1951 годы имело место 309 случаев обрыва цепей и 320 случаев потери якорей.
Отец случайно увидел смычку японских цепей. Провел испытания — выдержали. И он решил отработать технологию отливки стальных цепей в условиях завода.

Продолжение следует.



Верюжский Николай Александрович (ВНА), Горлов Олег Александрович (ОАГ), Максимов Валентин Владимирович (МВВ), КСВ.
198188. Санкт-Петербург, ул. Маршала Говорова, дом 11/3, кв. 70. Карасев Сергей Владимирович, архивариус. karasevserg@yandex.ru


Главное за неделю