Подлодки Корабли Карта присутствия ВМФ Рейтинг ВМФ России и США
Какой способ жилищного обеспечения военных вы считаете наиболее оптимальным?
Жилье в натуральном виде
    64,29% (54)
Жилищная субсидия
    19,05% (16)
Военная ипотека
    16,67% (14)

Поиск на сайте

ДОРОГА К МОРЮ. Контр-адмирал А.С.Берзин. Часть 2.

ДОРОГА К МОРЮ. Контр-адмирал А.С.Берзин. Часть 2.

Рано или поздно всё кончается, ничто не вечно, кончился и мой срок. В училище меня отпустили одного, пришёл я как раз к самостоятельной подготовке. Мои товарищи с интересом расспрашивали : "Как и что?" Должен сказать, что более мне сидеть на губе в дальнейшей службе не пришлось. Достаточно оказалось одного раза.
В тот период дисциплинарные меры были довольно жёсткие. Были случаи, когда курсанты приходили из увольнения пьяными, после чего некоторых сразу же отчисляли на флот, где они продолжали службу матросами. Но так поступали с простыми смертными, а для сыновней высокопоставленных начальников были другие подходы.
Среди нас тоже учился из "этих". Ему сходило всё с рук: пьянки, самоволки, неуспеваемость по нескольким предметам. На экзаменах по высшей математике он получил два балла и его не отпустили в отпуск. Тут же поступил звонок из Москвы, и он уехал. После отпуска мать наняла ему преподавателя, чтобы тот с ним занимался. Преподаватель приходил, а высокопоставленный курсант капризничал и хамски с ним разговаривал. Этот сынок в свои восемнадцать лет выглядел уже много пожившим хлюстом. Пьянки и доступные девицы оставили следы на его лице. По окончании училища он служил на Ладожском озере, умер от цирроза печени, когда ему было не более сорока лет.
В училище постоянно работала билетёрша, у которой можно было всегда купить билеты в любой театр или концертный зал. Многие курсанты этим часто пользовались, не забывая и про музеи. Другая часть в основном налегала на танцы в различных клубах и дворцах культуры.




Огромный Мраморный зал был предназначен для массовых развлечений и танцев. - Дворец культуры имени С. М. Кирова.

Был среди нас один человек, который за четыре года ни разу не был в театре и музее, он ходил только на танцы. На наши увещевания он всегда отвечал: "На хрена попу гармонь, а курсанту филормонь"; и заливался счастливым смехом. Идя в матросский клуб, некоторые выпивали стакан водки и на закуску пряник, чтобы было веселее и быть более раскованным. В те времена почти в каждом ларьке продавалось в разлив это зелье.
Девушки были с фабрик и заводов, торговых предприятий. Кто хотел познакомиться со студентками, те ходили на институтские вечера. Каждый искал то, что ему было нужно. Многие девушки в Базовом матросском клубе одевались под "стиль-утиль": какие-то немыслимые яркие расцветки и фасоны. Уже в ходу было слово стиляга.
На танцах в основном играли бальные танцы; фокстрот, танго, вальс-бостон исполняли редко. Танцевальные вечера проводились также и в училище, кроме того, довольно часто у нас выступали артисты ленинградских театров и филармонии.
Прошёл слух, что наше училище будет участвовать в параде на 1 мая 1952 года в Москве. С начала марта начали усиленно готовиться, почти каждый день строевые занятия на плацу, начали с одиночной подготовки, свободного времени почти не оставалось. В первых числах апреля уехали в Москву, поселили нас в Лефортовских казармах, каждый день строевые занятия в Химках.




Курсанты 1-го БВВМУ подводного плавания, Москва, Химки, апрель 1952 года. Подготовка к параду на Красной Площади.

От Главного штаба ВМФ к нам прикрепили полковника. Если бы за шагистику давали звания, то ему безусловно нужно было бы присвоить звание академика. Дело своё он знал в совершенстве и тренировал нас до полного изнурения. С каждым днём мы маршировали всё лучше и лучше.
Забегая вперёд, должен сказать, что наш батальон единственный получил на параде оценку отлично, а полковник за труды орден "Красной Звезды".
В Химках рядом с нами маршировали войска МВД, капитан орал на солдат :"Выше, выше ногу, я вам, мать вашу так, покажу дополнительный паёк!" К нам, конечно , так никто не обращался. Жили мы в одном месте, а столовая была в другом, поэтому приходилось ездить на специально оборудованных сидениями грузовиках. А т.к. нас было много, то создавалось впечатление, что мы весь день ездим и кушаем.
И вот, наконец, первомайский парад.




1 мая 1952 года. Мы стоим на Красной площади в ожидании команды: — «К торжественному маршу! Побатальонно!...»

Команда: "К торжественному маршу..." Наш батальон подходит к мавзолею , одним глазом держу равнение, другим пытаюсь смотреть на вождей, вижу Сталина, сильно постарел, совсем седой. Несколько секунд, и мы уже прошли. После праздников уехали обратно в Ленинград, где сразу же стали готовиться к годовым экзаменам за первый курс. В конце мая 1952 года сдали их и уехали на практику на Северный флот.
Прибыли мы в губу Долгую, где стояла плавбаза и торпедные катера, которые попали по ленд-лизу из Англии, США: "Воспера" и "Хигенсы"; а также трофейные из Германии "Люрсена". Поселили нас на плавбазе. Старшим на практике над нашей группой был назначен капитан 2 ранга Верещагин, под его руководством мы много занимались астрономией: замеряли высоты светил, после чего решали задачи по определению места. На торпедные катера нас сводили всего лишь на одну экскурсию, вся практика прошла на плавбазе, которая иногда выходила в море для решения своих задач, на этих выходах мы вели навигационную прокладку.
Спали в кубриках, занимались в старшинской кают-компании, где замполит корабля наглухо заклеил все стены лозунгами: "Армия и флот - Родины оплот. От зорьки до зорьки моряки на вахте зорки. По волне и море знать. Руль за борт не положишь. Свет советского маяка виден издалека. Солдат бьёт врага в поле, а моряк в море.




На следующий день старпом плавбазы собрал курсантов и отчитал нас за нерадивость: "Некоторые уклоняются от приборок. Риск не стоит свеч. Вместо занятий шляются. Хождением не заниматься. Внешний вид разболтанный. Тут я остановил одного. Ходит, как девушка, двойки получает, как девушка, кораблём будет управлять, как девушка. Офицеров не приветствует. А я вам говорю: "Офицеров приветствовать прикладом..... (далее длинная пауза ) ... руки к голове."
Бухта Долгая окружена сопками, на которых даже в середине июня ещё местами есть снег. Никакой растительности, лишь заскорузлые мхи. Солнце не заходит, круглые сутки светло. В одно из воскресений отпустили в увольнение, пошли гулять в сопки. Нашли небольшое озеро, разделись до плавок, одежду положили на не стаявший сугроб, искупались, вода тёплая.
Но долго в сопках гулять не пришлось, заели комары.
Так незаметно под качку и воспоминания я заснул. На следующий день море продолжало штормить. Страдающие собрались в средней части корабля, где меньше качало. У всех карманы были полны сухарей, в руках по ржавой селёдке, щёки смертельно бледные, холодно.
Наконец, мы пришли к Новой Земле и встали на рейде на якорь. Плоские каменные невысокие берега. Появилось Солнце, но оно почти совсем не грело. Вода, камень, облака, - создавали какой-то холодный ледяной вид. Начали разгружать с "Немана" ящики с консервами на тральщик.




Белушья губа с километровой высоты.

К вечеру раздалась команда: "Увольняющимся на Новую Землю построиться на правом спардеке!" Мы перешли на тральщик и пошли в губу Белушью. Наконец, появилась и сама столица Новой Земли: посёлок Белушья Губа. Домов 25-30, не более. Подойти к берегу вплотную тральщик не смог , мелководье. К его борту ошвартовалась шлюпка, в которую мы стали грузить ящики с консервами , после чего сели сами. Температура воды плюс четыре градуса.
Один курсант при погрузке упал в воду, выскочил на поверхность с глазами, помутившимися от ужаса, начал стучать по воде руками и ногами. Вытащили, хохот, шум, миллион восторгов, как у Маяковского: "Лошадь упала, упала лошадь..."
Шлюпка подошла к берегу и мы группами разбрелись осматривать достопримечательности. В посёлке была школа, больница, клуб, а кругом северная пустыня. Как нам сказали, это единственный посёлок, на остальной территории Новой Земли есть отдельные домики охотников.
Одного из них мы встретили на улице: лицо всё в коричневых шрамах, рубашка расстегнута, хотя на улице было лишь всего плюс семь градусов, рядом с ним несколько здоровых северных лаек.
Пошли на метеорологическую станцию, где поговорили с молодой женщиной, которая проработала здесь уже шесть лет, никуда не хочет уезжать, рассказывает о здешней жизни, о трудностях, как о чём-то нормальном, обычном. У её ног лежит пёс Тарзан и преданно смотрит на свою хозяйку.
Далее наш путь лежал к аккуратному домику, на котором висела вывеска "Совет депутатов". Председатель местного совета (здесь его зовут Президентом) отсутствовал, отдыхал в санатории на юге. Была его жена, которая пригласила нас в дом и всё показала: на стене висело ружьё, портрет мужа, нарисованный каким-то художником, лицо простое, волевое; патефон с набором пластинок, национальный костюм, немного книг и одеколон "Белая сирень".




В магазине п.Белушья Губа. Всё что есть - на полках!

Увольнение закончилось и мы вернулись на "Неман". Ещё по дороге на корабль со мной стало что-то твориться: появилась сонливость, головная боль и жар. Заболел, в санчасть не пошёл, остался лежать в кубрике. "Неман" снялся с якоря и начал движение в Мурманск. Изредка просыпаюсь в полуобморочном состоянии. Кажется, что меня поставили головой вниз на столб, который выше Эйфелевой башни. Покрываюсь холодным потом, ужасно страшно; кажется, что с этой огромной высоты я сейчас упаду, пытаюсь балансировать и удержаться в этом положении. Периодически это состояние проходит, в полусне я продолжаю вспоминать....
На втором курсе от своих начальников узнали, что училище скоро станет с подводным профилем. Нас всех пропустили через барокамеру в учебном отряде на Васильевском острове. В результате оказалось, что некоторые из нас не могут служить на подводных лодках, т.к. "не продуваются", т.е. нарушена проходимость путей носоглотка - ухо. Через некоторое время их перевели в другие училища.
На подводных лодках в те времена имелись артиллерийские орудия. Мы стали изучать их устройство и боевое использование. Был тренажёр, где курсанты, ориентируясь только по всплескам падающих снарядов, руководили артиллерийской стрельбой. Конечно, всё это имитировало специальное механическое устройство. В пункте управления огнём стояла стереотруба и гофрированный гибкий шланг, который заканчивался мегафоном, через это устройство подавали команды.




Кормовой артиллерийский автомат СМ-24-ЗИФ на ПЛ пр.613 WHISKEY-I, Северный флот.

Курсант Овсянников занимался борьбой и часто отсутствовал на занятиях, т.к. участвовал в различных соревнованиях. И вот его назначили управлять стрельбой, он зашёл в рубку и долго там молчал. Руководитель стрельбы запросил. его об обстановке, Овсянников закричал : "Двойной уступ, больше два! Ничего не вижу, темно !" Преподаватель зашёл в рубку и увидел, что Овсянников смотрит не в стереотрубу, а в шланг. Тогда заорал преподаватель: "Овсянников, вы двойной дуб! Вон отсюда!"
На втором курсе в конце зимы 1953 года мы узнали, что в Москве была арестована группа врачей-вредителей, которые якобы "отравляли" руководителей партии и правительства. Вечером на прогулке, когда мы шли строем по Дровяной улице, навстречу брёл пьяный мужик, который размахивал кулаками и орал: "Бей жидов! Вешать их на столбах! Отравители!" В училище учились ребята всех национальностей, в том числе и евреи. Через несколько дней один наш курсант во время самостоятельной подготовки начал изрекать: "Я лично стал бы вешать евреев на столбах!" Надо сказать, что у него мама была еврейка, но он это тщательно скрывал. Я случайно узнал эту тайну несколько лет назад. Пришлось ему ответить :"Начни тогда со своей мамы." Он задёргался:"Причём тут моя мама?" Но тут же сразу замолк, как человек, налетевший во время бега на железобетонную стену и потерявший сознание. Эту тему далее никто не развивал и не поддерживал.
В соседнем классе здоровяк, борец Мориц (еврей) на комсомольском собрании сказал, что он больше любит читать иностранную литературу. Через три дня его отчислили матросом на флот за низкопоклонство перед заграницей.




Мориц Владлен Михайлович. Родился 11.01.1932 г. Ленинградский нахимовец. Окончил Высшее военно-морское училище подводного плавания, штурманский факультет. Служил на Северном флоте штурманом на ПЛ 613 и 633 проектов. Флагманский штурман бригады СФ. Начальник мастерской по ремонту штурманского вооружения СФ. Капитан 2 ранга запаса. После увольнения работал в Ленинграде на картографической фабрике ВМФ начальником цеха высокой печати. (Отец - подполковник «СМЕРШ»)

Вскоре умер Сталин. Нас вывели на Дворцовую площадь, громкоговорители транслировали похороны вождя, у некоторых на глазах были слёзы. Многие задавали себе и другим вопросы: "Как дальше будет жить страна?"
В эти дни Коля Соколов был на свадьбе у друга, пришёл из увольнения с запахом, начальники учуяли и приказали разобрать строжайшим образом на комсомольском собрании. Часть фанатиков требовала Колю исключить из комсомола, мотивируя: "Умер товарищ Сталин, а он напился!" Сочувствующие Коле отвечали: "Соколов с горя напился, простим его." В конце концов закатали мы ему выговор.
Дело врачей после смерти Сталина лопнуло как мыльный пузырь, оставив после себя сломанные или загубленные жизни.
На втором курсе на уроках физкультуры мы стали заниматься боксом под руководством прекрасных тренеров. Училищная команда систематически выигрывала на соревнованиях призовые места. Членов команды негласно стали называть "волками". Если на занятиях курсант дрался плохо, то ему ставили неудовлетворительную оценку и не пускали в увольнение. Исправлять оценку приходилось в вечернее время в период самостоятельной подготовки.


Продолжение следует.



Верюжский Николай Александрович (ВНА), Горлов Олег Александрович (ОАГ), Максимов Валентин Владимирович (МВВ), КСВ.
198188. Санкт-Петербург, ул. Маршала Говорова, дом 11/3, кв. 70. Карасев Сергей Владимирович, архивариус. karasevserg@yandex.ru

0
Верюжский, Николай
20.05.2012 11:29:28
"От Главного штаба ВМФ к нам прикрепили полковника".
Это полковник В.Н.Карпецкий, который был ответственный за строевую подготовку и нахимовцев Рижского училища ещё с 1948 года. Он входил в группу офицеров по подготовке Парада Победы в 1945 году. Сам участник ВОВ, воевал в составе морской пехоты. До войны майор Карпецкий служил в Черноморском Высшем Военно-морском училище, а с началом войны вместе с курсантами был определён в состав Отдельной Морской стрелковой бригады. Боевой офицер с отличной строевой выправкой!
Кстати говоря, Рижские нахимовцы тоже участвовали в майском параде 1952 года в Москве. Были приятные встречи со своими старшими товарищами.
Нахимовец РНУ-1953г.

Страницы: 1  2  


Главное за неделю