Подлодки Корабли Карта присутствия ВМФ Рейтинг ВМФ России и США
Какой способ жилищного обеспечения военных вы считаете наиболее оптимальным?
Жилье в натуральном виде
    64,56% (51)
Жилищная субсидия
    17,72% (14)
Военная ипотека
    17,72% (14)

Поиск на сайте

Рыцари моря. Всеволожский Игорь Евгеньевич. Детская литература 1967. Часть 7.

Рыцари моря. Всеволожский Игорь Евгеньевич. Детская литература 1967. Часть 7.



Эстонская природа. Берег Балтийского моря.

Утро.
Кораблей уже нет — ушли в море. Дед поднимается раньше всех. Он говорит, что старикам спится плохо — стариков стало много и снов на всех не хватает. Поэтому рано приходится вставать. А может быть, он не ложился?
— Подъем! — командует дед.
И мы вскакиваем как встрепанные.
— А ну, живо в море!
Оно желто-розовое — из-за леса на том берегу уже поднимается солнце. Солнце не греет пока — и тело покрывается пупырышками. Брр, как холодно! Один дед не чувствует холода.
— Станови-ись!
Мы выстраиваемся возле палатки, все еще дрожа от утреннего холодка.
— Коровин Максим-младший! .
— Есть! — кричу я как можно громче.
— Кудеяров Олег!
— Есть! — отвечает толстяк, икая от холода.
— Куликов Вадим!
— Есть!
Деду нравится играть с нами в такую игру. Он играет и в свою молодость.
— На фла-аг! Смирно!




Мы поворачиваем головы — в сторону, чуть наверх. И на высокой мачте-флагштоке взвивается военно-морской, голубой с белым флаг.
Этот флаг подарили деду моряки корабля, которым командовал он перед отставкой.
После завтрака мы пошли в лес и засыпали рыхлой землей вырытую около камня яму, похоронив свои мечты и надежды: найти что-нибудь историческое, что пригодится музею. Когда мы, забравшись в тень, отдыхали, Ингрид вдруг заворчала. Мы услышали девичьи голоса.
— Это девчонки из пионерского лагеря,— шепнул я.
Мы притаились. «Ты тоже, Ингрид, не шевелись и помалкивай». Вот они, девчонки, четыре, с разноцветными лентами в волосах. Они не торопятся — курносенькая в веснушках читает им книжку. До нас долетает:
— «Однажды утром в морской дали сверкнет алый парус... Тихо будет плыть корабль под звуки прекрасной музыки. «Здравствуй, Ассоль»,— скажет принц...»
Да ведь это «Алые паруса», наша любимая книга!
Курносенькая мечтательно говорит:
— А что, если бы к нам пришел с моря корабль с алыми парусами?
Другая, черненькая, воскликнула:
— Я бы побежала к нему прямо в воду!
— Ты веришь в сказку?




— Верю! Верю в сказку, в мечту! Я бы тоже хотела пойти с ними в море... под алыми парусами...
Ба-а, да ведь это «девочка с Ларсеном»! Я прячусь подальше, под прикрытие «кита». Она считает меня хулиганом. «Хулиганы нам не компания»,— сказала она тогда своему черному псу.
Девчонки ушли.
Мы смотрим им вслед.
Вадим хватает нас за плечи.
— Братцы, я такое придумал! Закачаетесь. Ему всегда в голову придет что-нибудь!
— «Однажды утром,— читает он наизусть (он славится в школе тем, что может прочитать наизусть чуть не половину «Руслана» или «Вечеров близ Диканьки» — вот память-то!),— однажды утром,— читает он,— в морской дали под солнцем мелькнет алый парус. Сияющая громада алых парусов белого корабля двинется, рассекая волны, тихо будет плыть этот чудесный корабль без криков и выстрелов; на берегу много соберется пионеров, удивляясь и ахая...»
Это «Алые паруса». Но при чем же тут пионеры?
— «Корабль подойдет величественно,— продолжает Вадим,— к самому берегу под звуки прекрасной музыки»... «Здравствуй, Ассоль!» — скажу я, потому что я буду капитаном Греем. «Здравствуй, Грей!» — закричит та черненькая и войдет прямо в воду.
— А почему это ты будешь Греем?—спросил я, поняв, что Вадим затевает.
— Не толстяку же быть капитаном «Секрета». И не тебе...
— Почему?
— Ну, какой же ты Грей, Максим?
Я знаю, что я некрасивый. Вадим куда красивее меня. Но капитан Грей еще красивее — таким я его себе представляю.
— Ну ладно,— соглашаюсь я,— ты будешь капитаном Греем. Но где мы возьмем с тобой алые паруса?




Grinlandia - сайт о творчестве писателя Александра Грина.

И правда, у капитана Грея (того, настоящего) были деньги, и он купил тысячи метров прекрасного алого шелка. А у нас нет денег даже на ситец.
Я догадываюсь, что затеял Вадим.
— Но если мы выкрасим паруса у «Бегущей», дед очень рассердится.
— А мы сошьем парус из простынь, а спать не все ли равна каких — на красных, зеленых, коричневых с крапинами.
Придумано здорово!
— А кем же мы тогда будем?
— Ты, Максим,— Летикой, моим преданным, славным, веселым матросом. А Олежка — Циммером, музыкантом. Ведь у нас с собой будет целый оркестр...
— Оркестр?
— Ну, магнитофон, как ты не понимаешь?! Техника шагает вперед!




Летика (Олег Анофриев).

— Ребята, я умираю от голода! — скулит Олежка.— Вы слышите, как бурчит у меня в животе?
Ингрид кладет полуобглоданную косточку ему на колени. мы хохочем до слез:
— Эх, Олежка, Олежка, тебе только бы набить брюхо! Потом быстренько утаптываем землю вокруг «кита» и насыпаем сверху голубой мох.
На этот раз мы не опоздали к обеду, доложили деду, что его приказание выполнили и «кит» опять в полном порядке. Дед что-то примечает по нашим лицам.
— А еще что задумали? .
Мы кривим душой:
— Ничего.
После обеда Вадим приносит из магазина несколько банок красной краски и прячет их под постель.
Три дня мы заняты тайным делом. Разводим краску, достаем старый таз и, забравшись в дальний уголок сада, чтобы не попасться на глаза бабе Нике, красим сшитый из простыней парус. Вадим записывает на магнитофон замечательно красивую музыку для нашего представления. Недаром он славится в школе как режиссер и артист! Отныне мы — заговорщики. У нас своя тайна.
Но у деда наметанный глаз. Он опять спрашивает:
— Что вы, ребята, затеяли?
Паруса еще сохнут в сарае. Мы говорим, что собрались на озеро.
— Добро! — разрешает дед.— Приносите линей.
Он не знает, что мы собираемся изловить гигантскую щуку. Толстяк облизывается, когда я рассказываю, как баба Ника зафаршировала щуку весом шесть килограммов.




Для примера. 5,4-килограммовая северная щука так и не смогла справиться со своей 1,4-килограммовой жертвой и задохнулась.

Я выпрашиваю у Юхана старую сеть — ею покрывают ягоды, чтобы не склевали их птицы. Юхан не жадный. Он одалживает мне сеть, только просит ее не порвать. Хоть и старая, но она еще пригодится. Остается выпросить у лесника, что живет возле озера, лодку.
Ингрид мы с собой не берем — она спугнет щуку лаем. Тут нужна тишина. Мы подберемся к ней втихомолку, как настоящие рыболовы.
— А если она вырываться станет? — спрашивает толстяк.
— Мы ее пришибем.
— А если станет кусаться?
— Да ну тебя, «вырываться, кусаться»! Одолеем, нас трое здоровых ребят.
— Но в ней, ты говоришь, двадцать кило. Это значит — во! — широко раздвигает Олежка толстые руки.
— Ты ляжешь на нее и придавишь ее животом! Среди деревьев поблескивает светлое озеро. Мы догоняем старушку, согнувшуюся под тяжелой вязанкой хвороста. Старушка скрючилась, как буква «Г». Это Герта, мать лесника. Я толкаю Вадима под локоть. И мы подходим к ней с двух сторон, подхватываем вязанку — ну и нагрузилась старая Герта! — и торжественно вносим хворост во двор лесника., «Помогай слабым, ни одно доброе дело не остается без награды», — убеждала меня баба Ника. Возможно. Но разница, в том, что иногда награду ты получаешь тут же, а чаще ее приходится ждать.




На крыльце стоит лесник Арво. Его окружают питомцы: лосенок, которого лесник подобрал в лесу умиравшим от голода, два нахальных кота, три собаки, довольно облезлая, с хитрой мордой лиса, поросенок и две глупые овцы. Собаки не лают на нас — они у лесника не кусачие. Арво благодарит за помощь старушке.
И на просьбу одолжить лодку отвечает:
— Берите. Вот весла...
— Спасибо!
На этот раз доброе дело вознаграждается сразу. Вода в озере очень прозрачная — в ней отражается лес. Юркие рыбки носятся стайками по всем направлениям. А вот гигантской той щуки, о которой народ говорит, что-то не видно. Может, она под корягу залезла и спит? Проходит час, другой, третий. Толстяк жалуется, что мы не взяли с собой провианта. Ничего, потерпи! Смотри лучше, может, щуку увидишь! Никого нет на озере — мы одни. Сюда запрещено ходить дачникам. Мы пять раз обошли кругом озеро. Раз десять пересекли его во всех направлениях. В шесть глаз всматриваемся в прозрачную глубину. Нигде и следов большой щуки!
Скоро уж солнце зайдет. Оно подползло к верхушкам деревьев. Вот-вот скроется. Станет темно.
— Вот она! — взвизгивает толстяк. Дьявол этакий, мы ведь договорились молчать, чтобы наших разговоров не услышала щука! А он орет во все горло.
Черная тень скользит у самого берега, плывет величаво и медленно, словно линкор. Мы и понятия не имеем, как закидывать сети. Тут мелко — накроем ее, она в наших руках! Мы вываливаемся из лодки, держа в руках сеть. Воды здесь лишь по плечи. Бац! Накрыли! Меня кто-то больно хватил за коленку. Щука!
— Ложись на нее, Олежка, ложись! Толстяк плюхается вперед животом.
— Она в наших руках!—орет Вадим.— Держи, держи! Ой, кусается!




Привиделось...

Продолжение следует.




Верюжский Николай Александрович (ВНА), Горлов Олег Александрович (ОАГ), Максимов Валентин Владимирович (МВВ), КСВ.
198188. Санкт-Петербург, ул. Маршала Говорова, дом 11/3, кв. 70. Карасев Сергей Владимирович, архивариус. karasevserg@yandex.ru



Главное за неделю