Подлодки Корабли Карта присутствия ВМФ Рейтинг ВМФ России и США
Какой способ жилищного обеспечения военных вы считаете наиболее оптимальным?
Жилье в натуральном виде
    64,10% (50)
Жилищная субсидия
    17,95% (14)
Военная ипотека
    17,95% (14)

Поиск на сайте

ВТОРАЯ ПРАКТИКА. В.Н.Лавров. Часть 1.

ВТОРАЯ ПРАКТИКА. В.Н.Лавров. Часть 1.

Второй штурманский поход на УПС «Седов» (14.08 – 12.10.1956 г. Курсантов сняли раньше, 04.10.1956 г., в Балтийске)

Летне-осеннее плавание 1956 года было восьмым дальним походом «Седова» под военно-морским флагом СССР и вторым походом в навигацию 1956 г. Поход планировался по южному маршруту: Кронштадт – Английский канал – побережье Португалии – побережье Африки – Канарские острова – остров Мадейра – Английский канал – Балтийск – Кронштадт. Ходовое время – 58 суток, пройдено 7620 миль. Поскольку курсантов сняли в Балтийске, то для них ходовое время – 50 суток, и пройдено около 7500 миль.



Слева направо: Шнейдер И.Г., Иванов И.Г., Митрофанов П.С. Фото август 1956 г. Борт УПС «Седов»

Командовал судном по-прежнему капитан 2 ранга П.С.Митрофанов, но старшим помощником был уже другой офицер – капитан-лейтенант И.Г.Шнейдер. Новым был и руководитель похода – контр-адмирал И.Г.Иванов. По какой причине в этот поход не пошел наш начальник училища контр-адмирал К.А.Безпальчев, мне не известно. Хотя логично было бы видеть в этой роли именно его, так как на этот раз в поход шли курсанты 1-го, 2-го и 3-го курсов только нашего училища. Правда, кроме курсантов-практикантов на корабле была гидрографическая партия, группа ОСНАЗ и еще какие-то специалисты. Погрузку имущества и размещение личного состава закончили 13 августа.
В сохранившейся тетради (что-то вроде дневника) – первая запись, которую приведу полностью:
«14.08.56 г. в 9.45 залились колокола громкого боя. Вылетел на палубу и занял свое место в строю по сигналу “Большой сбор”. Замерли шеренги матросов и курсантов. Строй обходит зам. командира Кронштадтской крепости, желает счастливого плавания. 10.00. “По местам стоять, с якоря и швартовых сниматься”. Все пришло в движение. Мгновенно убраны сходни. Натужно ревет брашпиль, выбирая якорь-цепь. “Седов” медленно отходит от стенки. Плывут назад рядом стоящие боевые корабли, команды которых выстроены вдоль борта, на стенке гремит оркестр, немногочисленные женщины, вероятно жены офицеров, машут платочками. А над постом СНиС уже взвились разноцветные флажки: “Добро на выход”, “Счастливого плавания!”».
Весь переход от Кронштадта до предпроливной зоны отдается ознакомлению курсантов с кораблем. Каждый курсант расписывается по боевым и повседневным расписаниям и дублирует матроса или старшину. Проводятся тренировки и парусные учения. Легче и проще все навыки восстанавливаются у курсантов, окончивших второй курс, совершивших поход на «Седове» в 1955 г. Труднее первокурсникам и курсантам, окончившим третий курс. Для них все это – впервые. Но и для них вскоре обретают свой смысл диковинные названия снастей: «фор-бом-брам-браса» или «второго грота бом-брам-гитов». Быстро уходит страх высоты при подъеме на реи и работе с парусами. Командование и преподаватели не забывают и о штурманской подготовке: курсанты ведут прокладку, делают зарисовки, получают практику в определении места судна различными способами.




Курсант В.Лавров на зарисовках острова Лангеланд. Фото 24.08.1956 г. Проливная зона.

Корабельные работы и штурманские вахты не оставляют времени для праздных размышлений, не имеющих отношения к выполняемому в данный момент заданию. Другое дело – вахта сигнальщика, да еще «на собаку» (с 00.00 до 04.00). Море пустынно. Вахтенный офицер изредка запрашивает курс. «На румбе – 272О» – доносится с палубы от штурвала. И снова плавно и бессвязно текут мысли. Откуда-то возникают строки:

Опять на румбе градусы похода,
Опять осталась ты на берегу,
Но пронесу сквозь шторм и непогоду
Твою любовь я свято сберегу…


Чистые медные звуки рынды, отбивающей «склянки», словно висят в неподвижном воздухе. На вахту заступает вторая смена. Впереди – два часа сна. С подъемом в 6.00, 25.08.1956 г. прошли мыс Скаген. Здравствуй, Северное море! Дальше – обычный субботний день, главным действом которого является четырехчасовая большая приборка.



На всех кораблях ВМФ СССР, где бы они ни находились, – все моется и драится. «Седов» – не исключение. Основной организатор – главный боцман Калинин. Только с окончанием приборки подключаются старший помощник капитан-лейтенант Шнейдер и наши ротные командиры – для проверки результатов.
Из дневника: «26.08.1956 г. Воскресенье. Северное море. Погода хорошая. Ночью второй раз перевели часы. Теперь живем по нулевому поясу плюс декретный час, т.е. позднее Москвы на 2 часа».
В выходной день учебных занятий нет. Несется только вахта. Пользуясь этим, нашел укромный уголок («шхеру») и достал записную книжку:


Опять на румбе градусы похода…
Опять на берегу осталась ты.
И пенят в Северном море воду
К разлукам равнодушные винты.
В туманной мгле седые тают скалы.
Разносят ветры моря мерный звук.
Ты в этот раз меня не провожала,
Далекий мой и неизменный друг.
Ты мне сейчас привиделась и, глядя
На чаек, что летят за мной, паря,
Я вспоминаю тот далекий садик,
Дом, где отдало сердце якоря.


Оказалось, что потребность каким-то образом выразить свои чувства и эмоции, возникала не только у меня, но об этом ниже.
Перед ужином час досуга был занят спортивными мероприятиями. На флоте издавна самым «интеллектуальным» видом спорта считается перетягивание каната. Соревновались команды, выставленные от каждой роты. Главным судьей был назначен капитан 3 ранга Г.И.Лемеш. Судил он честно и беспристрастно. Но, разумеется, выиграла команда нашей 13-й роты: не могли же мы подвести своего командира.




Главный судья соревнований капитан 3 ранга Г.И.Лемеш. Фото 26.08.1956 г. УПС «Седов». Северное море



Команда 13-й роты – победитель. Слева направо: Ю.Устинов, А.Белов, А.Иголкин, В.Гурьянов, Г.И.Лемеш, Ю.Гурин, Л.Слотинцев, Ю.Егоров, С.Федоров. Фото 26.08.1956 г. УПС «Седов». Северное море

К вечеру 31 августа 1956 г. «Седов» проходит Английский канал вблизи берегов Великобритании и ложится на курс в Бискайский залив.
Из дневника: «01.09.56 г.
ТС – 00.00, ОЛ – 2175 миль, Курс – 208О, V – 6 узл., Ш – 47О53’ N, Д – 5О52’ W. Ветер – 5 баллов. Море – 3 балла. Атлантический океан. Входим в Бискай. Ночь, хоть глаз коли: на палубе в двух шагах ничего не видно. По левому борту – гроза в нескольких десятках миль. Молнии самые причудливые – змеевидные и шаровые – ярко освещают горизонт, затем следует удар, напоминающий сильнейший взрыв. Воздух насыщен влагой, ветер усиливается, начинается дождь.
В Риге 2.00. Через шесть часов в школе прозвенит первый звонок нового учебного года. Сколько ребят, как я когда-то, сядут за парту, не задумываясь над тем, куда их забросит жизнь и сколько штормов выпадет на их долю. Кажется, совсем недавно и я был школьником, но вот уже второй учебный год встречаю в море. Никогда не думал, что так буду вспоминать учителей и ребят, что все это будет так дорого. И все-таки моя мечта сбылась. После этого похода можно с уверенностью сказать, что стал моряком и не жалею об этом.
ТС – 01.03. Определился по всенаправленным радиомаякам Плонейз (Фр.) и Бушмилс (Англ.). Невязка C = 3,5 мили по курсу.
ТС – 04.00. Сменился со штурманской вахты. Низкий подволок кубрика слабо освещен синими ночными лампочками. Бросают неверные тени раскачивающиеся подвесные койки. Тихо. Только в открытые люки доносятся всплески волн, взлетающих на шкафут. А за 2200 миль отсюда в небольшой побеленной комнатке звенит будильник, поставленный на 6.00. Я ложусь, ты встаешь, ведь сегодня первый день занятий. Сколько будет встреч, сколько радости, сколько хлопот. Вспомнишь ли меня за всем этим? Вспомнишь, обязательно вспомнишь! Высохшая веточка полыни, которую сорвал в Петровском парке Кронштадта, почти утратила свой горьковатый запах, но еле уловимое благоухание напоминает запах твоих волос, и засушенный цветок тоже напоминает все… Как бы хотелось поздравить тебя с Новым учебным годом, увидеть хоть на минуточку, но… Здесь только засохший цветок, что был приколот у тебя на груди.»



1 сентября ознаменовано еще одним событием – встречей нашего крупнейшего в мире учебно-парусного судна «Седов» и крупнейшего в то время пассажирского лайнера «Куин Элизабет». Эта встреча произошла на выходе «Седова» в океан. Лайнер изменил свой курс, чтобы разойтись на минимальной дистанции. Ответив на запрос прожектором и обменявшись семафорами с добрыми пожеланиями, мы с любопытством рассматривали махину водоизмещением 83700 тонн, длиной 314 м, с мощностью главного двигателя 200 тыс. л.с., обеспечивающего скорость хода до 30 узлов.
На этот раз Бискайский залив встретил нас довольно миролюбиво. 02.09.1956 г. к ужину легли в дрейф у мыса Финистерре, на котором расположен одноименный маяк. В прошлом (1955) году я видел его в разрывах полосы тумана, теперь же хорошо рассмотрел маячную башню на обрывистых скалах. 4-го и 5-го сентября ветер совсем скис. «Седов» под машиной медленно двигался, пересекая Бискайский залив в меридиональном направлении.




На полубаке

Жара! Форма одежды на верхней палубе – трусы, берет! Ночи тихие и душные – спать в кубрике невозможно.
Но в море всегда нужно быть готовым к сюрпризам, тем более в океане. На исходе ночи 05.09.1956 г. в 5 часов утра неизвестно откуда налетел шквал, в клочья разорвал апсель и грот-стень-стаксель. И снова – штиль! Яркое солнце. Зеркальная поверхность океана отбрасывает сотни солнечных бликов.
Старшины выделяют людей в распоряжение боцмана Калинина. Под его руководством на шкафуте из брезентов сооружается бассейн – шириной 6 м длиной 9 м, глубиной 1,2 м. Бассейн через пожарную магистраль заполняется проточной забортной водой. Матросы и курсанты рады освежиться. Отдельным скептикам, предлагавшим организовать купание с борта, сразу объяснили, что акулы в этих краях не такая уж большая редкость.




Импровизированный бассейн

Как указано в Лоции, граница норд-остовых пассатов в восточной части Атлантики в сентябре начинается от параллели Лиссабона. Траверс Лиссабона прошли, а желанного ветра нет.
07.09.1956 г. около 13 часов прошли траверз Гибралтара, а ожидаемого пассата все еще нет. Специалисты-метеорологи предположили, что прошедшая серия глубоких циклонов разрушила Азорский максимум летнего режима. По этому вопросу наш преподаватель Гидрометеорологии и океанографии высказал другое оригинальное мнение. Он предположил, что необычные явления этого года: снег в Африке, слабые вестовые ветры в данном районе, которых не наблюдалось в это время многие десятилетия, нарушение образования циклонов и тому подобное, – могут быть следствием экспериментальных взрывов водородной бомбы в ноябре 1955 г. Над этим стоило задуматься.
К вечеру 09.09.1956 г., наконец-то, задул слабый северо-восточный ветер. Это был просыпающийся пассат. Он наполнил паруса «Седова», находящегося в 7-8 милях от берега. Слева по борту проходят берега Марокко, Испанской Сахары. И хотя до экватора достаточно далеко, да и пересечение его не предусмотрено планом похода, испытание жарой продолжается. Днем жара и духота, ночью к этому добавляется высокая влажность. «Седов» спускается южнее 30-й параллели. Уже близки Канарские острова, но открываются они неохотно. Их вершины покрыты плотными облаками. Первым с дистанции 20 миль открывается остров Лансароте. Затем по левому борту последовательно проплывают острова Канарской группы: Фуэртевентура, Гран Канария, Тенерифе, Ла Гомера. Оставив далеко слева остров Ла Пальма и другую островную мелочь, 11 сентября 1956 г. в 22.04 «Седов» ложится на обратный курс. Самая южная широта, которой мы достигли, – 28О45,5’ N.




Остров Мадейра с дистанции 7 миль. Фото 14.09.1956 г. УПС «Седов»

Маршрут возвращения не совпадает с тем, по которому шли на юг. Предусмотрен подход к острову Мадейра. Жаль, что без захода в форт Фуншал.



Курсанты на зарисовках о. Мадейра. Второй слева В.Лавров. Фото 14.09.1956 г. УПС «Седов»

Командир похода контр-адмирал И.Г.Иванов принял решение провести шлюпочные учения вблизи Мадейры. «Седов» ложится в дрейф. Спускаются шлюпки. На океанской зыби это тоже не просто. Учения проходят без неожиданностей. Шлюпки поднимаются на борт. Аврал! Курсанты разбегаются по мачтам и реям. Те, кто расписан на палубе, разбирают на руки снасти бегучего такелажа. Через несколько минут «Седов» одет в белоснежные паруса, которые сразу наполняются ветром. Поход продолжается.
Сутки уходят на то, чтобы обогнуть остров Мадейра, а затем воспользоваться господствующим юго-западным ветром и лечь на курс, приближающий нас к дому. Предполагалось, что «Седов» должен пройти восточнее Азорских островов. Мог ли я тогда предположить, что через 11 лет примерно в этом же районе стану свидетелем страшной трагедии – гибели американской атомной подводной лодки «Скорпион», унесшей жизни 90 подводников?
А пока курсантам готовилось серьезное испытание. От острова Мадейра до входа в Английский канал нужно было провести судно, не имея береговых ориентиров, только по счислению и астрономическим обсервациям.
Из дневника: «16.09.1956 г. 22.00. В море месяц и один день. Месяц чувствую под ногами упругую податливую палубу. Месяц, а впереди – еще столько же…


Продолжение следует


Главное за неделю