Подлодки Корабли Карта присутствия ВМФ Рейтинг ВМФ России и США
Какой способ жилищного обеспечения военных вы считаете наиболее оптимальным?
Жилье в натуральном виде
    63,75% (51)
Жилищная субсидия
    18,75% (15)
Военная ипотека
    17,50% (14)

Поиск на сайте

Ю.А.Панов «Линия жизни. Страницы из биографии». Часть 13.

Ю.А.Панов «Линия жизни. Страницы из биографии». Часть 13.

А вот и самолет, старенький заслуженный ЛИ-2, которому уже давно пора на пенсию, но который верой и правдой продолжает служить, хотя не редко по-старчески скрипит. За ночь он основательно промерз, и его перед полетом разогревают теплым воздухом через специальные брезентовые рукава.



Бортмеханик Валерий Токарев ходит вокруг самолета с веником и сметает снег с крыльев и хвоста. В ожидании полета мы с Володей бродим по аэродрому, один за другим разлетаются самолеты. Подходит и наша очередь. Двигатели прогреты, снег с плоскостей счищен, груз – бочки с керосином закреплен. Первоначально в самолете холодно, как в сарае. «От винтов» – кричит командир Анатолий Шульга, и страшный рёв потрясает барабанные перепонки. Самолет выруливает на взлетную полосу, и мы взлетаем. Бортмеханик включает обогрев салона, становится жарко, мы снимаем полушубки. Штурман раскладывает карту, Володя Соколов настраивает рацию. Самолет летит над тундрой, заснеженной и пустынной. Пока самолет набирает высоту, наблюдаю за работой штурмана. Леня чертит на карте жирную линию – для того, поясняет он, чтобы вместо Якутска мы не залетели в Воркуту. Леня сообщает нам немало других не менее полезных сведений. До сих пор я полагал, что все воздушные трассы равноценны. Оказывается, это не так. Как и на земных дорогах, на воздушных тоже бывают и халтурное покрытие, и выбоины, и ухабы. Для авиации прямой путь - далеко не всегда самый короткий: трасса выбирается с таким расчетом, чтобы самолет пролетал над населенными пунктами, в пределах действия наземных радиостанций. В полярную ночь единственно возможный ориентир – это радиопеленг, невидимая ниточка, который не дает самолету заблудиться во тьме. С нетерпением ждем первой посадки в поселке, где расположен якутский оленеводческий колхоз. Вот и посадочная полоса, которая вызвала бы усмешку на лице любого летчика, но не полярного.



Подготовка самолета полярной авиации к полёту. Аэропорт Тикси 1965 год.

С грехом пополам расчищенный от снега мерзлый грунт – далеко не худший вариант для полярного пилота, которого жизнь научила с уважением, относится к каждому погонному метру ровной поверхности тундры. Самолет совершил посадку и подрулил к небольшому бревенчатому дому.
Мы с Володей надеваем полушубки и выходим на жуткий холод (температура на улице около – 40 градусов). К самолету подходят колхозники – якуты из оленеводческого совхоза и начинают выгружать бочки с керосином.
С изумлением смотрю на молодого якута в распахнутом бушлате. Заметив мой взгляд, парень похлопывает ладонью по голой груди и подмигивает. Ну и ну…., они привычные, им мороз не страшен.
Прохожу мимо трех привязанных к столбу оленей. Олени с подчеркнутым равнодушием не обращают на меня никакого внимания и лишь переступают широченными копытами-лыжами. Кланяюсь, никакого впечатления. Пожимаю плечами и хочу войти в дом, но на меня бросается огромный лохматый пес. Веревка мешает ему разорвать меня на части, и он справедливо негодует по этому поводу.



Якутские лайки.

Я храбро вхожу в дом, пожилая якутка варит оленье мясо, а за столом двое мальчишек страдают над арифметикой. Приход гостя дает им законное право отшвырнуть учебники, и на меня обрушивается град вопросов. Отогреваюсь и осматриваю комнату. Кровати, гардероб, швейная машинка, патефон с пластинками, транзисторный радиоприемник «Спидола» и целая пирамида чемоданов. И только множество оленьих шкур на полу и на стенах да очень большая кастрюля с мясом напоминают о том, что ты находишься все-таки не у себя на Родине в селе Киверичи.
Колхозники-якуты полностью выгрузили бочки с керосином и соляркой и загрузили самолет мешками с мороженой рыбой и оленьим мясом. Мы занимаем свои места, взлетаем, летим обратно, курс на Тикси. Так как самолет грузовой и пассажирских сидений нет, я расположился между креслами пилотов, веду наблюдение за их работой. Знакомлюсь с приборами, мне очень нравятся многочисленные стрелки, светящиеся силуэты самолетов на приборах: я любуюсь ими. На подходе к поселку Тикси, борттехник вежливо просит уступить ему рабочее место. Он внимательно следит за работой двигателей, убирает и выпускает шасси, и каждые десять секунд сообщает командиру корабля высоту и скорость. Особенно важны эти данные при посадке самолета. Неувязка высоты и скорости может привести к тому, что самолет приземлится либо слишком рано, либо слишком поздно. Последствия такой ошибки настолько неприятны, что минуты посадки священны, они заполнены торжественным молчанием всех. Необходимо не только посадить самолет, но и не допустить «козла», при котором самолет скачет по взлетной полосе, вызывая насмешки многочисленных свидетелей этого позора…



Посёлок Тикси РМЦ.(Радиоприёмный центр).

Однажды вечером, когда мы возвращались из поселкового клуба, в центре поселка у здания милиции, увидел знакомое лицо. Я спросил мужчину: « Вы случайно не из Калининской области? » мужчина улыбнулся и ответил, что он из Теблешского (а ныне Горицкого) района Калининской области, из поселка Киверичи. Я улыбнулся - бывает же такое, несколько тысяч километров от родного села – и случайно встретил земляка. Его фамилию, к сожалению, не запомнил, но имя сохранилось, Володя (возможно Смирнов Владимир…). Он сказал, что после окончания Киверичской средней школы, поступил в Ленинградское пожарно-техническое училище. После его окончания, по распределению, был направлен на службу в поселок Тикси. В то время он работал в должности начальника Управления противопожарной службы поселка. Позже, находясь в Киверичах, я выяснил, что он жил в деревне Владимировка, хорошо знает моего одноклассника Бегичева Юру.



Аэропорт Тикси.

Годичная практика в Тикси пролетела как-то незаметно - как одно мгновенье. Год работы на большом радиопередающем центре Центральной Арктики не прошел для меня впустую, я почерпнул много знаний по вопросам эксплуатации и ремонта радиопередающих устройств, (да и не только радиопередающих устройств), чтению радиосхем и чертежей, работа с приборами и электропаяльником. Приучил себя к самостоятельной жизни, правилам поведения, правилам жизни в большом трудовом коллективе, да еще в суровых условиях севера. Познакомился с хорошими друзьями, ну и, конечно, заработал немного денег, которые впоследствии мне очень пригодились. В конце июля месяца из Ленинграда пришла телеграмма о том, что моя годичная практика окончилась, необходимо первого сентября 1965 года прибыть в ЛАУ для продолжения учебы. Кроме этого мне перевели деньги на обратную дорогу, до Ленинграда.



В Тикси пришла весна…

24 июля 1965 года на радиопередающем центре поселка Тикси состоялся прощальный вечер. Мы прощались с небольшим коллективом радиопередающего центра (с друзьями, знакомыми) – и прощались, возможно, навсегда …(было много тостов, напутствий, пожеланий ……). Начальник передающего центра подготовил на меня положительную характеристику, подписал курсовую работу по практике работы на передающем центре. Короче говоря, дал оценку моей трудовой деятельности. Убедительно просил вернуться обратно в Тикси на радиопередающий центр, уже после окончания училища.
25 июля 1965 года в 10-00 утра, по местному времени, рейсовый самолёт ИЛ-18 взлетел с аэродрома Тикси и взял курс на Москву (разница во времени составляет +7 часов). На следующий день я уже был дома в родном городе Калинине, где встретился со своей мамой.



Панова Мария Ивановна. 1951 год.

А через неделю на самолете местных авиалиний АН-2 полетел отдыхать в деревню Дудинец к бабушке и дедушке.



Вот моя деревня, вот мой дом родной…(второй слева). Деревня Дудинец. 1954 год.

ЧАСТЬ ЧЕТВЕРТАЯ. 1965-1966 гг.



1 сентября 1965 года, все курсанты - практиканты возвратились в родное училище, в том числе и я. Успешно сдал экзамены за третий курс, сделал отчет по практике, отчитался за выполненные контрольные работы и приступил к занятиям – как курсант четвертого курса радиотехнического факультета ЛАУ. С 9-00 и до 16-00 занятия в учебном корпусе, дежурства по роте, дежурства по училищу, по камбузу. С первого сентября 1965 года, на правах старшекурсников, курсанты 4 курса ходили на дежурство помощниками дежурного офицера по училищу. День, ночь, учеба и отдых. Но уже было легко, мы стали взрослыми, прошли суровые испытания в Арктике. Каждый делился впечатлениями о зимовке на полярных станциях, а впечатлений действительно было много. 10-12 декабря 1965 года лекционные занятия закончились, началась подготовка к выпускным экзаменам.



Знамя Ленинградского Арктического училища ММФ СССР.

Продолжение следует


Главное за неделю