Подлодки Корабли Карта присутствия ВМФ Рейтинг ВМФ России и США
Какой способ жилищного обеспечения военных вы считаете наиболее оптимальным?
Жилье в натуральном виде
    64,56% (51)
Жилищная субсидия
    17,72% (14)
Военная ипотека
    17,72% (14)

Поиск на сайте

О времени и наших судьбах. Сб.воспоминаний подготов-первобалтов Кн.1 ч6.

О времени и наших судьбах. Сб.воспоминаний подготов-первобалтов Кн.1 ч6.

О времени и наших судьбах. Сборник воспоминаний подготов и первобалтов "46-49-53". Книга 1. СПб, 2002. Часть 6.



Кузнецов Олег Алексеевич вырос из ленинградских подготов. После окончания 1-го Балтийского ВВМУ получил назначение командиром бронекатера на Балтике. Далее служил на эсминцах Северного флота и командовал эскадренным миноносцем. Затем руководил различными соединениями надводных кораблей. Десять раз находился на боевой службе в Атлантике и на Средиземном море. Стал заместителем начальника управления боевой подготовки Балтийского флота. Был назначен начальником штаба Сахалинской военной флотилии. Несколько лет состоял на дипломатической службе во Вьетнаме.

Олег Кузнецов

Мечтал повидать мир


Так распорядилась судьба

Мечтал ли я о море? Хотел ли я стать морским офицером? Скорее нет, чем да.
В том далеком 1946 году, окончив семь классов, я твердо знал, что в восьмом классе учиться не смогу, надо было определяться в жизни.
Мама, оставшись одна, не могла поднять меня и младшую сестру. Надо было освободить маму от забот обо мне. В то время еще можно было поступить в техникум и, получая стипендию, обеспечить свою жизнь. Задумка была узнать мир, а для этого выучиться на машиниста паровоза или водителя автомашины. Но судьба распорядилась по иному.
Родился я в Ленинграде в семье рабочих в конце 1931 года. Родители жили счастливо, любили друг друга. Отец и мать работали на заводе, занимались профсоюзной деятельностью. Отец был членом ЦК профсоюзов. Ему предлагали перейти на работу непосредственно в ЦК и переехать в Москву, но что-то предчувствуя, он решил остаться просто рабочим.

Война застала нас на даче на Карельском перешейке, который только что стал советским после войны 1939-1940 годов. В первые же дни войны отец в должности политрука роты ушел в народное ополчение Ленинграда, а нас с матерью отправил в эвакуацию. До сих пор не мог понять, как через Сыктывкар мы оказались на Урале и только недавно узнал, что северную железную дорогу разобрали, чтобы подготовить наступление под Сталинградом. Уехали мы из Ленинграда 8 сентября 1941 года. Бомбежки в дороге, пешие переходы от станции до станции. Как остались живы? – всего и не передать. В начале 1944 года мы с мамой возвратились в Ленинград, а отец погиб на Ленинградском фронте в марте 1943 года при прорыве блокады.

Выбор сделан

Школьные друзья, зная мое желание самостоятельно заботиться о своей дальнейшей судьбе, предложили мне посмотреть на курсантов Военно-морского подготовительного училища и попытаться поступить в него. В Дровяном переулке, заглянув через забор, мы увидели молодых ребят: здоровых, веселых, одетых в прекрасную морскую форму. Разве это могло не вызвать чувство восторга у паренька, одетого в китель с дядиного плеча с объеденным крысами воротником? Выбор был сделан.
В школе я учился не очень хорошо. Сказывались голодное детство и эвакуация. Вступительные экзамены в подготовительное училище сдал на 3 и 4. Помогла мандатная комиссия, где учитывались не только оценки. Помогла память об отце. Я был зачислен в училище. Теперь я понимаю, что это была судьба, что это сделало меня человеком.

На всю жизнь сохраню в душе благодарность начальнику курса капитан-лейтенанту, впоследствии капитану 1 ранга, Щёголеву, заместителю командира курса по политчасти капитану 3 ранга Комиссарову. Это были люди большой души, глубокого понимания жизни и мальчишеской психологии.
Начальником училища был капитан 1 ранга Авраамов Николай Юрьевич, который пользовался большим уважением командования, подчинённых офицеров и преподавателей, а также всех курсантов.



Первый начальник Ленинградского военно-морского подготовительного училища капитан 1 ранга Авраамов Николай Юрьевич

Учеба в подготовительном училище оставила в памяти много приятных воспоминаний. Помню, в 1947 году я проводил отпуск в Москве в семье Димы Кузнецова. Его мама объездила с нами всю Москву, показала главные достопримечательности. Её беседы о жизни и о долге помню до сих пор. В один из дней одноклассник Николай Смирнов пригласил нас, отдыхавших в Москве, к себе на дачу. Приехало нас человек пять-шесть. Каково же было наше изумление, когда нас встретила его мама, наша любимая актриса Лидия Николаевна Смирнова. Она напоила нас молоком, угостила булочками (это было еще до отмены карточной системы), поговорила с нами, рассказала о съёмке новых фильмов. Понимаете восхищение мальчишек? Эта встреча осталась в памяти на всю жизнь.
В этом же отпуске, по просьбе моей мамы, мы с Димой зашли в ЦК профсоюзов к товарищу отца. После беседы нам вручили триста рублей - материальную помощь сыну погибшего члена ЦК. Сравните: теперь, чтобы получить денежную компенсацию по жилищной реформе, инвалиды месяцами собирают справки и часами стоят в очереди к чиновникам.



1949 год. Я курсант первого курса высшего училища

Годы учебы, практика на Балтийском, Черноморском и Северном флотах привили любовь к службе, гордость своей профессией.



1950 год. Едем на летнюю практику на Черноморский флот



1951 год. 221 класс после экзамена по высшей математике



1952 год. Едем на летнюю практику на Северный флот



Это мои однокашники и друзья. Вместе учились семь лет в подготовительном и высшем училищах. С некоторыми служил далее на флотах. В центре командир роты капитан Пороцкий Борис Семёнович. Архангельск 1952 год



1953 год. Таким я закончил училище

Командую бронекатером

После училища нас, человек 10-12, направили в военно-морскую базу Порккала-Удд, на бронекатера. То, что мы приехали большой группой, сказалось на нашем быстром становлении.



Конец 1953 года. Молодым лейтенантом начал офицерскую службу на Балтийском флоте

На кораблях мы появились зимой. Финский залив уже замерз. А весной надо начинать плавать, нести службу вахтенного офицера, времени на сдачу экзаменов в обрез.
Кто-то из однокашников: то ли Саша Гамзов, то ли Саша Кулешов, придумал пройти по створам, а их около 15, по льду на лыжах. И прошли! Удивлению флагманского штурмана бригады не было предела, когда мы показали отличные знания шхерного и морского театра. Остальные экзамены – “семечки”.
Летний период обучения мы начали вахтенными офицерами. Кто служил на кораблях, знает какая это гордость, что ты стал полноправным членом экипажа.

А в конце 1954 года мы с Сашей Гамзовым оказались соперниками в борьбе за приз Главнокомандующего ВМФ по артиллерийской стрельбе по береговой цели. Мне повезло больше. Саша Гамзов, со своим темпераментом, позволил что-то непереводимое в эфир, и приз достался мне.
Служба на бронекатерах очень быстро приучила к самостоятельности. Корабельный Устав предъявляет одинаковые требования к командиру любого корабля, будь то бронекатер или крейсер. Так нас учил командир военно-морской базы Порккала-Удд генерал-лейтенант артиллерии Кабанов, герой обороны полуострова Ханко в Великой Отечественной войне. Он был не просто генерал-лейтенант, а именно генерал-лейтенант артиллерии, и обижался, если забывали указать это при обращении.

Боеготовность он проверял очень просто. В любое время дня или ночи на причал выезжала его машина с несколькими офицерами штаба и через 5 минут (такая была готовность дежурных кораблей) звено начинало съемку со швартовов. Если успел командир дивизиона или бригады добежать до дежурных кораблей, – шёл в море, не успел, – оставался на берегу. Ставилась задача: противник прорывается с востока (запада), обнаружить и уничтожить. Обнаружил щит – доклад и открывай огонь. Попал в щит – молодец, получи благодарность или денежную премию и дежурь дальше. Однажды мы спросили командира базы, почему он никогда не смотрит журнал боевой подготовки, другие документы?
– Зачем? – был ответ. – Задачу выполнили, значит учите подчинённых правильно и бумаги ведёте хорошо. А если не справились с задачей, тогда посмотрим документы, постараемся найти причину ваших провалов.

Сравните, что делается сейчас. Все обкладываются бумажками, как подушками.
Жизнь заставила научиться работать с матросами, старшинами, офицерами, а это главная обязанность и забота командира. Дальнейшая служба доказала, что успеха добивается тот, кто близок к подчиненным, живет их заботами, кого они уважают и понимают.

Друзья-подготы

После училища я несколько раз служил рядом с Джемсом Константиновичем Чулковым на Балтийском и Тихоокеанском флотах. Мы часто встречались, дружили семьями. Джемс обладал даром работы с людьми: его любили подчиненные и уважали старшие начальники за то, что он никогда не лукавил, не заискивал ни перед младшими, ни перед старшими. Его девиз – самостоятельность, основанная на отличном знании дела и добросовестном выполнении своих обязанностей.

В 1980 году он уже командовал эскадрой кораблей Тихоокеанского флота, пройдя службу в должностях командира бригады на Балтийском флоте и командира дивизии на Северном флоте. К сожалению, в личной жизни у Джемса Константиновича не все складывалось так хорошо, как в службе. Я был рядом с ним в тот период, когда жестоко убили его жену, помогал ему в организации похорон и пережить это тяжелое время.
И его самого трагическая случайность рано вырвала из наших рядов в самом расцвете сил и таланта.
С первого дня в училище и до сих пор мы дружны с Димой Кузнецовым. Высокие командирские качества и ему позволили пройти через все испытания. Надеюсь, он сам напишет о своей службе. Хочу только отметить его умение помочь друзьям найти себя, вовремя подставить плечо, а о его гостеприимстве знают все, кто с ним общался.



Незабываемое, счастливое время юности и беззаветной дружбы, сохранившейся на всю жизнь!

Трудный период на флоте

К 1959 году мы уже выросли из бронекатеров, надо было выбирать путь дальнейшей службы. Кадровики сделали оскорбительное, как я считаю, предложение уйти на должность командира взвода в учебный отряд. Я отказался. На вопрос, – “Что же я хочу?”, ответил – “Плавать”. Добился назначения на Северный флот на эскадренные миноносцы.
Сослуживцы убеждали меня, что отдаляясь от командирского телеграфа я ставлю себя в положение новичка, вынужден буду начинать все сначала. Детское стремление все узнать помогло мне преодолеть сомнения. Я оказался прав. Когда в 1967 году я возвратился в Кронштадт командиром миноносца, многих своих прежних сослуживцев застал в тех же должностях у “маленького командирского телеграфа”.

Гордость за свою профессию флотского офицера постоянно подвергалась испытаниям непредсказуемой деятельностью больших руководителей. Первое испытание в 1959-1961 годах, когда Н.С.Хрущев призвал майоров идти в свинопасы.
Некоторые дрогнули, ушли с флота. Были сомнения и у меня, но командир Кронштадтской военно-морской крепости адмирал И.И.Байков прямо сказал: "Что ты, молодой, дергаешься? Тебя не гонят? Служи, через год – два всё образуется". Это я взял на вооружение на всю жизнь. Плевали на армию и флот, а потом одумывались – без нас государства нет.

Командир эскадренного миноносца

На Северном флоте я попал в обучение к опытным командирам и воспитателям. Пока стал командиром, прошел путь на нескольких кораблях разных проектов. Не могу не вспомнить моих командиров Н.Н.Захарова и М.Д.Аванесова. Вообще со службой на эскадренных миноносцах связаны самые тёплые воспоминания. Это были годы воспитания ответственности за свои решения, поступки и поведение.

С 1961 года по 1974 год прошёл десять боевых служб в Арктике, в Атлантическом океане и на Средиземном море. Плавать пришлось в разных условиях. Бывали тяжёлые походы в штормовом океане. Иногда промежуток между длительными походами в несколько месяцев сокращался до десяти суток. Разве можно забыть суровые берега Фарерских островов, Бискайский залив, заходы в Александрию, Порт-Саид, Латакию?
Эти походы не воспринимались как тяготы военной службы.
Я всегда говорил подчиненным:
– Богачи платят тысячи долларов, чтобы совершить морское путешествие, а вам бесплатно, даже за дополнительное вознаграждение, предоставляется возможность побывать в разных странах, посмотреть людей и себя показать.
Приятно было получить в Средиземном море поздравительную телеграмму с 40-летием со дня рождения за подписью более 40 однокашников, организованную оперативным дежурным Олегом Дунаевым с подачи Димы Кузнецова.



Эскадренный миноносец “Огненный” на Неве, 1972 год (фото из собрания А.Одайника)

Больше 10 лет службы связано у меня с одним кораблем – эсминцем "Огненный". Интересно, что в 1953 году мы с Колей Лапцевичем и Олегом Долгушиным проходили на нём стажировку, а в 1964 году я стал старпомом этого корабля, а потом и командиром. На нём же в 1973 году я ходил в последний дальний поход, будучи уже начальником штаба бригады эсминцев. В этом же году был командиром корабельной ударной группы, завоевавшей приз Главнокомандующего ВМФ за артиллерийскую стрельбу по морской цели. Два приза за артиллерийские стрельбы говорят о том, что я состоялся как артиллерист.

Штабная служба на Балтике и на Тихоокеанском флоте

С 1974 года началась служба в штабах. В управлении боевой подготовки Балтийского флота я стал заместителем Авраамова Георгия Николаевича – начальника управления. Он сын первого начальника Ленинградского военно-морского подготовительного училища Авраамова Николая Юрьевича.
Это достойный сын своего отца, прекрасный человек и офицер, и, как отец, воспитывал будущих офицеров флота, став начальником Черноморского высшего военно-морского училища имени П.С.Нахимова.
Служба в штабе не из лёгких, но Георгий Николаевич смог создать в отделах творческую, дружескую атмосферу, которая помогла успешно решать сложные задачи.
В наше время корабли не стояли в базах. До ввода каждого корабля в состав сил постоянной готовности надо было потратить около ста суток с частыми выходами в море для выполнения различных задач.
Служба в управлении боевой подготовки штаба флота заставила изучить тактику кораблей всех классов и поплавать на различных кораблях.



1975 год. Город Калининград. Служу в должности заместителя начальника управления боевой подготовки Балтийского флота

В 1977 году меня назначили начальником штаба Совгаванской военно-морской базы. Вообще-то я место службы и должности не выбирал, но в этот раз позволил себе доложить Главкому ВМФ С.Г.Горшкову, что в академии не учился, и буду ли соответствовать такой высокой должности? Услышал в ответ:
– Академия служить не учит, а только расширяет кругозор. Если Вы ещё не забыли буковки, то сможете самостоятельно почитать академические учебники на новом месте службы.
Уловка не удалась, пришлось ехать на Дальний Восток. Этот край поразил нас своеобразной красотой, своими просторами, богатством природы, своим особым укладом жизни. Доброжелательность, взаимопомощь и взаимовыручка свойственны офицерам, проходившим службу на Тихоокеанском флоте. С опаской мы ехали в далекий край и со слезами на глазах прощались с ним через десять лет. Младшая дочь прожила на Востоке двадцать лет и с теплотой вспоминает эти годы.

В 1979 году Совгаванскую военно-морскую базу развернули в Сахалинскую флотилию, а меня назначили начальником штаба флотилии. Это была интересная служба в интересное время: обустройство пунктов базирования на Сахалине и Курильских островах, прием новых кораблей и формирование новых соединений, разработка руководящих документов. Скучать было некогда. Я с благодарностью вспоминаю заботливое внимание начальника штаба Тихоокеанского флота вице-адмирала Я.М.Куделькина, совместную работу с командующим флотилией контр-адмиралом Ф.Ф.Захаровым, членом Военного совета флотилии контр-адмиралом В.С.Николаевым. В 1981 году и мне было присвоено звание контр-адмирала.



1981 год. Командую морским парадом Совгаванской флотилии в день праздника Военно-морского флота

Дипломатическая работа

Но жизнь не стоит на месте. В 1984 году меня направили в Социалистическую Республику Вьетнам советником командующего Военно-Морскими Силами. Более трёх лет вместе с женой мы провели во Вьетнаме. Это своеобразная служба – советовать. Всю жизнь руководил, а теперь можешь только посоветовать. К этому надо привыкнуть. У меня сложились хорошие отношения с командованием ВМС Вьетнама, поэтому многие идеи удалось претворить в жизнь.



Здесь я – советник Главкома ВМС Вьетнама. Это не обычная флотская служба. В этой работе во всём надо быть дипломатом

Уже в 1985 году в этой стране начали проводить в жизнь реформы, которые у нас начались в 1992 году. Но Компартия Вьетнама проводила их в жизнь в интересах всего народа, а не окружения президента. За три года мы с женой неоднократно проехали Вьетнам с севера до юга и обратно. Видели, как работает трудолюбивый народ. Его не обворовывают и не мешают заниматься своим делом. Результаты во Вьетнаме очевидны, сколько бы ни говорили, что вьетнамцы идут не тем путём.

Жена и дети

Конечно, 21 год службы непосредственно на боевых кораблях первой линии – это не сахар. В ночь под Новый 1973 год жена подарила мне свой карманный календарь с зачеркнутыми днями. Я удивился этому подарку, но скоро понял, что 272 дня в 1972 году она оставалась с детьми на берегу без меня. Насколько тяжёл для неё был этот год!
Для меня жена – самый близкий друг, помощник во всех сложных жизненных ситуациях. С Леной мы познакомились в 1950 году. В 1953 году мы поженились, и с тех пор на время, большее, чем длительность морского похода, не расставались. Десять переездов “с контейнером” к новым местам службы – это что-нибудь значит. Жена и дочери географию страны учили не по атласу. Старшая дочь училась в восьми разных школах.



Лиепая. 1972 год

Ленинград – Порккала-Удд – Кронштадт – Таллинн – Североморск – Лиепая – Калининград – Советская Гавань – Хайфон – Ленинград – этапы нашей жизни. И везде Лена работала, не пряталась за моей спиной. И всегда я возвращался в теплый, уютный дом. Смог ли бы я выдержать все трудности службы без этой заботы? Вряд ли.
Семья – это половина успеха в жизни. Именно семье, и в первую очередь жене, я обязан, что стал тем, кто я есть.
В каждом городе, поселке Лена устраивалась так, как будто это наша последняя пристань. Даже в поездах, во время переездов, мы устраивались, как дома.
Мы, моряки, часто отрывавшиеся от дома, очень ценим тепло домашнего очага. Видимо, не случайно все мои друзья один раз в жизни сделали выбор. Любовь и дружбу пронесли через всю жизнь. Это Дима Кузнецов, Спартак Чихачёв, Генрих Фриденберг, Коля Лапцевич, Саша Гамзов, Саша Кулешов.

Краткий итог

В 1987 году мы возвратились, как теперь принято говорить, в другую страну. Вместо живой работы стал процветать формализм, началась забота о личном обогащении с использованием служебного положения.
Посоветовавшись с женой, я подал документы на увольнение в запас и моя просьба была удовлетворена. Через десять лет после увольнения я о принятом решении не жалею.

Старшая дочь в 1972 году вышла замуж и с тех пор живет в Ленинграде. А недавно удалось и семью младшей дочери перевезти в Ленинград. Теперь четверо внуков и правнучка растут у нас на глазах. Вместе с женой помогаем дочерям в их воспитании.
Старшая дочь в прошлом году отпраздновала серебряную свадьбу, младшая пятнадцатый год хорошо живёт со своим мужем.



Летом большая и дружная семья собирается на даче

Не надеясь на обещания президента улучшить нашу жизнь, летом все вместе работаем на дачном участке. За стол садится 14 человек – это что-нибудь да значит.
Иногда собираемся с Колей Лапцевичем, Сашей Гамзовым, Сашей Кулешовым. А когда случается быть в Москве, останавливаемся у Димы Кузнецова, встречаемся со Спартаком Чихачёвым и Генрихом Фриденбергом.



Нас радуют наши внуки и правнуки

Подводя итог, можно сказать, что дом мы с женой построили, детей и внуков вырастили, деревьев посадили много, то есть след на земле оставили.
План на будущее – помочь внукам стать настоящими людьми.

Санкт-Петербург, 1998 год

Продолжение следует

Скачать PDF-файл




Главное за неделю