Подлодки Корабли Карта присутствия ВМФ Рейтинг ВМФ России и США
Какой способ жилищного обеспечения военных вы считаете наиболее оптимальным?
Жилье в натуральном виде
    61,64% (45)
Жилищная субсидия
    19,18% (14)
Военная ипотека
    19,18% (14)

Поиск на сайте

Ответ Юрию Кирпичеву

Ответ Юрию Кирпичеву

В Интернете случайно наткнулся на статью посвященную Синопскому сражению под названием «Синопская трагедия» за подписью: автор Юрий Кирпичев (далее Ю.К.), чем привлекла меня эта статья, очередной перл ярого русофоба который стремится об…..ь все лучшее и славное в русской истории, казалось бы можно уже и привыкнуть к тому, что очередной русоненависник почесав свою «тыкву» выдает в инет очередной пасквиль, беда в другом неискушенные в истории молодые ребята прочитав эту статью будут думать, а не такие уж наши предки и были отважные, вон они, что творили, и славная Синопская победа Русского флота будет видеться и искажаться через грязную призму статейки Ю.К. Поэтому я счел своим долгом дать ответ Ю.К., и ему подобным «кирпичевцам».
И так краткое содержание статьи Ю.К. Турецкая эскадра вышла в море чтобы высадить десант на Кавказком побережье России, тихо, мирно шла, никого не трогала, спряталась от шторма в Синопской бухте, потому что матросы были плохие, не обученные. Налетел такой сякой Нахимов: «…Нахимов понимал, на что идет, но удержаться уже не мог. Лаза­ревская школа, хороший, агрессивный командир корабля, любимец экипажа. Одно плохо — не флотоводец. Где не надо — полез в бой, а когда позарез надо было проявить характер и вопреки всему сохранить флот, воевать до последнего — скис, как барышня, и сам утопил его. Причем так увлекся этим делом, что Корнилову пришлось грозить трибуналом впавшему в истерику адмиралу», заблокировал их в бухте, а затем нагло (заранее не предупредив о дне и часе) ворвался в бухту и начал палить, турки в ответ начали стрелять по рангоуту и такелажу думая что русские пошлют матросов на мачты для уборки парусов, они (т.е.турки) так делали не потому что были подлецы, а потому что у русских кораблей были толстые борта и «плохонькие», «махонькие» турецкие пушки не могли их пробить «…Те (турки) открыли сильный огонь, но их упрекают в том, что они стреляли по такелажу и рангоуту. Такой огонь — старая традиция. Его цель нанести потери командам, убирающим паруса, а Нахимов их обманул, не послал людей на мачты и стал на якорь с полощущимися парусами. Дело, однако, не в догматизме турок, а в малом калибре их орудий. Никакие каленые ядра, о которых много пишут (какие ядра? — турки не ждали нападения, их батареи №№ 1, 2, 3 даже не успели открыть огонь по идущим мимо кораблям противника, где уж тут калить ядра), не могли пробить полуметровой обшивки деревянных броненосцев, какими фактически стали линейные корабли. Построен­ный из выдержанного дуба флагман Нельсона «Виктори» недаром прозвали «железнобоким стариком»!». А русские чем дальше тем пуще, из своих бомбических пушек как начали палить «…Неопыт­ные (турецкие) команды не успевали исправлять повреждения и заделывать пробоины. И все же турки дрались отчаянно! У российских кораблей такелаж был поврежден так сильно, что мачты едва держались, а пробоины насчитывались десятками». А когда «озверевшие» русские расправились с кораблями тогда вообще стали палить по городу, по жилым домам «…Есть и еще один неприятный момент в истории Синопского боя. Российские авторы пишут о том, что он длился не то два с половиной, не то три, не то даже все четыре с половиной часа. Но все согласны,(Ю.К. наверно имеет ввиду своих друзей – прим.) что после полутора-двух часов боя на огонь кораблей Нахимова уже никто не отвечал. С кем же они тогда сражались оставшееся время? Об этом молчат. О том, что был уничтожен сам густонаселенный город Синоп, гражданский объект. Казалось, времена свирепых сулейманов и жестоких запорожцев ушли в прошлое, но после сожжения слабой турецкой эскадры русские долго, методично, из сотен орудий били по жилым кварталам несчастного города! То есть фрегаты еще не взорвались (это они, мол, подожгли жилые кварталы, уверяют нас), а город уже горел!». А позорное бегство парохода «Тайф» вовсе не бегство-героический прорыв «сквозь строй подошедших русских паровых фрегатов», «За этот смелый поступок — прорыв через превосходящие силы противника — его обвиняют в трусости и бегстве с поля боя. Он, видимо, должен был один (остальные турецкие корабли к этому времени уже пылали на отмелях) сражаться с русскими линкорами, фрегатами и пароходами. Кто бы обвинял! Российскому бы флоту так же вырваться из обреченного Севастополя и укрыться в Николаеве или Херсоне — нужна лишь темная ночь для прорыва, а на случай безветрия хватало пароходов для буксировки — и все усилия и жертвы союзников оказались бы напрасными». Далее Ю.К как подлинный свидетель событий начинает свой подсчет сделанных русскими кораблями выстрелов, и после этого Ю.К. выдает такие строки «…Этот «блестящий успех русского оружия» вызвал последующую катастрофу. Больше ни российскому флоту, ни Нахимову в море выйти не доведется, но и это их не спасет. Бомбардировка Синопа аукнется бомбардировками Севастополя, но если турецкая эскадра дралась до последнего и ее корабли погибли в бою, то российский флот позорно будет утоплен собственными руками». «Помнят они (турки) и уничтожение мирных кварталов Синопа. И не считают, что даже с военно-технической стороны это сражение принесло славу российскому флоту, не говоря уже о стороне моральной. Оно и так — нечем особо гордиться, когда твои лучшие в мире линкоры два часа тратят на уничтожение нескольких фрегатов и корветов с неподготовленными экипажами, когда все твои фрегаты и пароходы не могут задержать «Таиф», зато сжигают целый город»
Ну, а теперь попробуем разобраться в этой куче «кирпичей», насчет плохо подготовленных экипажей турецких кораблей на что особенно упирает Ю.К., фрегаты турецкие не вчера были построены, некоторые как трофейный фрегат «Фазли-Аллах» имели довольно почтенный возраст, и естественно, что и команды на них были постоянно, хотя нельзя отрицать присутствия в экипажах какого-то количества новобранцев, но и в русском флоте ежегодно происходило пополнение новобранцами, правда не секрет, что подготовка русских моряков была и оставалась на несколько уровней выше чем у турок, и здесь главная заслуга командиров, ну тут уж русские не виноваты в том, что турецкие офицеры плохо готовили своих матросов, и если у турок было все так плохо то зачем лезть в войну, а если затеяли драку, то извините, нечего потом пищать, что вас обижают.
Идем дальше, Нахимов не сразу, как увидел в Синопской бухте турецкие корабли бросился их топить, с 11 по 16 ноября Нахимов блокировал бухту с эскадрой в составе: 3 линейных кораблей и одного брига (всего 296 орудий), напомню, у турок было 7 фрегата, 2 вооруженных парохода, 2 корвета, шлюп, 2 брига, 2 транспорта (всего 476 орудий), т.е. турецкая эскадра вдвое превосходила русскую и по кораблям и по орудиям, можно было либо атаковать, либо укрепить береговые батареи сняв орудия с одного борта, это могли сделать даже очень плохо обученные экипажи, и потом наши корабли пошли в бой не темной ночью, а среди белого дня причем скорость парусных судов была небольшая, так, что время на подготовку к бою было, если бы турки не были так самоуверенны, они даже не выставили по берегам бухты наблюдательных постов и в прямом смысле проспали начало движения русской эскадры в середине дня, на некоторых береговых батареях не было даже артиллеристов, и тут опять русские виноваты, турок не разбудили.
Ну, а дальше Ю.К. совсем заврался в одном абзаце (подчеркнуто в тексте) пишет, что борта были у русских кораблей «непробиваемые», и пушки турецкие малых калибров, а в следующем абзаце (подчеркнуто в тексте) уже рассказывает с восторгом как турки лихо воевали и сколько у русских кораблей было много пробоин в бортах (линейный корабль «Три святителя»- 64 пробоины в борту, другие повреждения-17, «Императрица Мария»- 60 , 11, «Ростислав»-25, 20, «Великий князь Константин» - 30, 14, «Париж»- 18, 8, «Чесма» - 20, 7, всего: пробоины в борту 201, другие повреждения 77 прим.) выходит не такие уж «маленькие» и «плохинькие» у турок были пушки как пытается нам «втереть» Ю.К.(на всех судах турецкого флота, на фрегатах, корветах и пароходах синопской эскадры были установлены орудия преимущественно английского производства. Калибр орудий на неприятельских судах был очень разнообразен: здесь были и большие орудия 32-фунтового калибра, и 24-фунтового, и 18-фунтового калибра, и другие, 160 орудий, установленных на фрегатах и корветах турецкой эскадры, могли стрелять ядрами весом 34 фунта и диаметром 6 дюймов; 60 орудий - ядрами весом 29 фунтов, диаметром 5,79 дюйма; 80 орудий - ядрами весом 20 фунтов, диаметром 4,95 дюйма; 124 орудия-ядрами весом 14 фунтов, диаметром 4,4 дюйма и т д. прим.), да и экипажи не такие уж малоопытные, согласитесь, что нанести значительные повреждения линейному кораблю нужны и умение и сноровка.
Переходим к тому месту где Ю.К. совсем заклеймил позором русский флот, к расстрелу мирных кварталов города Синопа, он утверждает, что русская эскадра расправилась с турецкой за полтора часа, а затем еще полтора часа самозабвенно палила по Синопу стирая его с лица земли, написать можно, что угодно, бумага стерпит, а Интернет вынесет, пустая болтовня это удел «кирпичевцев», а мы обратимся к фактам: Пострадал не весь Синоп, а только его половина прилегающая к морю, и здесь ни кто не спорит, весь вопрос в том по какой причине это произошло, по злому умыслу или по трагической случайности, перед боем Нахимов написал приказ-инструкцию из десяти пунктов, десятый пункт гласил «Завязав дело с неприятельскими судами, стараться, по возможности, не вредить консульским домам, на которых будут подняты национальные их флаги» т.е. какого-то приказа уничтожить Синоп не было, наоборот указывалось чтобы по возможности не вредить. Теперь, что касается продолжительности боя, первый выстрел Синопского сражения прозвучал в 12 час. 28 мин., окончилось сражение согласно записи сделанной в шканечном журнале корабля «Три святителя» в 2 часа 30 мин., и далее по записи «…Правый фланг, не имея у себя ни одного противника, умолк, между тем как на левом были слышны изредка выстрелы с фрегата «Дамиад», который, лежа на мели под прикрытием навалившегося на него фрегата «Низамие», снова открыл огонь; мы и «Париж» по ним действовали, но в 3 часа все смолкло и бой был окончен совершенно: неприятельской эскадры не существовало». Фактически чистое время боя составило 2 часа 32 мин., правый фланг вел бой 2 часа 02 мин., шканечный журнал в отличии от голословных утверждений Ю.К., это исторический документ, и в нем нет упоминаний о преднамеренной стрельбе по городу, но с другой стороны половина Синопа сгорела. Почему? Приведу конкретный пример, когда англо-французский флот начал обстрел береговых батарей Севастополя 5 октября все пространство между береговой батареей № 10 и, бастионами, шестым и седьмым, было сплошь засыпано ядрами и осколками от бомб, перелетевших через цель. Когда корабль начинал стрельбу из орудий дым от выстрелов закрывал видимость уже после первых залпов и огонь велся на звук ответных выстрелов и по орудийным вспышкам т.е. практически наобум, при этом корабль раскачивается волнами, ветром и отдачей при залпе, поэтому большое количество ядер совершали или недолет или перелет, если посмотреть на схему Синопского сражения то видно, что жилые кварталы начинаются от самого берега бухты и если вспомнить, что огонь велся не только по кораблям но и по береговым батарея то становится понятно, что разрушение прибрежных жилых кварталов это трагическая часть войны, при обстрелах Севастопольских бастионов англо-французами также были разрушены жилые кварталы города.

При этом Ю.К. не клеймит позором англо-французов, а ехидно замечает, вот мол аукнулась бомбандировка Синопа (к сожалению в этой позиции нет ничего нового, обычная ублюдочная западная позиция двойных стандартов, если у русских убивают мирных жителей, разрушают города - все нормально так им и надо, а если русские начинаю воевать - начинается истерика как посмели, варвары и т.д.), шальные бомбы не могли вызвать массовых пожаров они (бомбы) могли вызвать в силу своих возможностей возгорания отдельных домов и хозяйственных построек, настоящий пожар начался когда стали взлетать на воздух турецкие корабли и тысячи горящих обломков полетели в город падая на высушенные щедрым южным солнцем дома и постройки. Если Ю.К. говоря о «злодеяниях» русских не приводит каких- либо убедительных доказательств, кроме своих личных суждений и ссылок на автора по имени Е.Тарле (название книги, или другого «труда» не указано), и диссертацию(!) турецкого историка Кандана Бадема (обращение ни к архивным документам, а к авторской интерпретации событий также порочно, и не верно как если бы мы начали изучать историю Синопского сражения не по историческим документам и рассказам очевидцев и участников тех событий, а по статейке Ю.К. прим.), то я обращаюсь к словам очевидцев тех событий. Сразу же после битвы, когда отгремели мощные залпы русской артиллерии, от борта флагманского корабля «Императрица Мария» отвалила шлюпка. Мичман Костырев был направлен адмиралом к городским властям Синопа в качестве парламентера. Высадившись на турецком берегу с несколькими матросами, мичман направился в центр города. Вот, что он увидел «…Мы видели у берега остатки и раскиданные обломки взорванных на воздух судов и среди них массу трупов. По мере нашего приближения живые турки, занятые разграблением убитых товарищей, покидают свою добычу и уползают с награбленным имуществом....».
Русский парламентер должен был объявить портовому начальству, что русские корабли прекратили огонь и не будут обстреливать город. Но турецкие власти, пораженные небывалым разгромом своей эскадры, бросили на произвол судьбы раненых и поспешно бежали в горы, нимало не заботясь об участи Синопа, в котором начались пожар.
«…Взрыв фрегата «Фазли-Аллах» покрыл горящими обломками турецкий город, обнесенный древней зубчатой стеной; это произвело сильный пожар, который еще увеличился от взрыва корвета «Неджми-Фешан»: пожар продолжался во все время пребывания нашего в Синопе, никто не приходил тушить его, и ветер свободно переносил пламя от одною дома к другому».
Перейдем к «героическому» прорыву «Таифа» с английским советником Слейдом на борту, на пароходе имелось двадцать орудий в том числе и бомбические, обладая мощным вооружением и свободой маневра турецкие пароходы «Таиф» и «Эрекли» могли очень помочь своей эскадре, заняв наиболее удобную позицию в начале или в конце колонны русских кораблей и поражать их продольными выстрелами из бомбических орудий (Нахимов предполагал такое развитие событий поэтому девятый пункт его приказа по эскадре гласил «Фрегатам «Кагул» и «Кулевчи» во время действия оставаться под парусами, для наблюдения за неприятельскими пароходами, которые, без сомнения, вступят под пары и будут вредить нашим судам по выбору своему»). Но видно на господина Слейда русский фрегат «Флора» навел такого страху (Фрегат «Флора» (44 24-фунтовых орудия; экипаж 359 человек), в 12 милях от м. Пицунда, нагнали три турецких парохода (6 10-дюймовых, 12 36-фунтовых, 44 18-фунтовых орудий, экипажи всего 900 человек), среди которых был «Таиф» под командованием Слейда, они в течении нескольких часов, с перерывами, атаковали наш фрегат, в результате вынуждены были отступить, причем «Таиф» потерял ход, и его увели на буксире, фрегат «Флора» практически никаких повреждений не получил и потерь среди команды не имел), что по видимому еще одного боя с русскими фрегатами (не говоря уж про линейные русские корабли) его сердце не вынесло бы. В разгар сражения, когда русские парусные корабли стояли на шпрингах и сосредоточили весь огонь против боевой линии турецкой эскадры, неприятельские пароходы сохраняли свободу маневрирования и имели возможность занять наиболее удобную позицию для активного содействия своей эскадре. Они могли, в частности, или встать между двумя русскими кораблями и действовать своей артиллерией одновременно с обоих бортов, поражая их продольными залпами, или с ходу обстреливать русские суда, которые стояли на якоре и были лишены возможности быстро переносить свой огонь по движущимся целям. Но для этого нужны были умение, инициатива и решительность командиров турецких пароходов, а именно этого-то у них и не нашлось. Вместо активного содействие своей эскадре, командиры пароходов предпочитали обстреливать корабли «Парижа» и «Три святителя» с дальних дистанций, боясь подойти на близкое расстояние к нахимовской эскадре. Другими словами прятались за другие корабли. В разгар сражения, когда положение турецкой эскадры стало особенно критическим, Адольф Слейд наглядно продемонстрировал все ничтожество английской морской школы и дал яркий урок своим союзникам-туркам, показав, как англичане понимают взаимную выручку в бою. В исходе первого часа пароход «Таиф» на котором находился Слейд, неожиданно снялся с якоря и взял курс по направлению к русской эскадре. Когда он проходил мимо турецких фрегатов «Низамие» и «Каиди-Зефер», команды турецких судов приветствовали Слейда, надеясь, что он, наконец, решился активно действовать против русских кораблем. Однако вскоре приветственные возгласы турок сменились криками негодования: они увидели, что их английский «советник» вместе того, чтобы руководить боем после поражения Османа-паши, позорно удирает из Синопа. И действительно Адольф Слейд, пользуясь хорошим ходом «Таифа», на всех парах мчался к выходу из Синопской бухты, не думая вступать в бой с русскими кораблями. Машины «Таифа» работали на полную мощность, и фрегатам «Кагул» и «Кулевчи» так и не удалось его догнать... Ю.К. заявляет, «этот смелый поступок — прорыв через превосходящие силы противника… а что он («Таиф») должен был один воевать с русской эскадрой (подчеркнуто в тексте) ведь ни кого не осталось». У Ю.К. извращенное понятии о воинской доблести, если бы Слейд на «Таифе» все сражение был в передовой линии и бился до конца, пока все корабли турецкой эскадры не взлетели на воздух, а потом оставшись в одиночестве прорезал строй русских кораблей накрыв их на прощанье продольным залпом, заделывая пробоины и гася пожары на борту он вырвался из Синопской бухты я бы первый сказал «Это круто», это был бы подвиг. Но увы Ю.К., все сражение «Таиф» прятался за другие корабли на большой дистанции от русских кораблей, не получив никаких повреждений, в то время как турецкие фрегаты один за другим превращались в груды щепок, и поняв, что скоро дойдет очередь и до него господин советник Слейд стал «бочком», подальше от русских кораблей выбираться из бухты в то время пока еще многие турецкие корабли вели бой, некоторые из них продержались еще около часа. Этот «герой» которого прославляет Ю.К. позорно бросил в разгар боя своих турецких «товарищей» спасая свою английскую «шкуру».
В это время к Синопской бухте подходил отряд из трех пароходофрегатов «Одесса», «Крым», «Херсонес» под командованием адмирала Владимира Алексеевича Корнилова. Приблизившись к бухте, Корнилов заметил пароход «Таиф», быстро уходивший в море, и тотчас же пароход «Одесса», пересекая курс «Таифа», направился вдогонку («Крым» и «Херсонес» имея маломощные машины быстро отстали, таким образом «смелого» прорыва «Таифа» сквозь строй русских пароходов также не было прим.). Русский пароход, вооруженный шестью орудиями, смело бросился вслед за убегающим неприятельским пароходом, имевшим на борту двадцать орудий, в том числе бомбические пушки. Казалось бы судьба дает трусу еще один шанс, чтобы как то реабилитировать себя в глазах общественности, Слэйд оказался один на один с более слабым соперником. Но, несмотря на подавляющее превосходство в артиллерии, Адольф Слейд после непродолжительной перестрелки продолжил позорное бегство. Через полчаса турецкий флаг, прикрывавший трусость и ничтожество английского офицера, скрылся за горизонтом. Что касается могли наши корабли уйти ночью из Севастополя как того советует Ю.К. или не могли, да конечно могли, для этого у них было и время и возможность, бросили бы своих товарищей и ночью убежали бы в какой-нибудь порт на Кавказком побережье, и там могли спокойно дождаться окончания войны, да только Ю.К. русские моряки не английские слэйды, они выполнили свой долг перед Отечеством, сделав все, что можно было сделать в сложившейся ситуации для защиты Севастополя.
Но, Ю.К. по этому поводу выдает следующее: «Корнилов и остальные адмиралы, кроме Нахимова, рвались в бой, командиры кораблей не хотели, в итоге флот, уничтожение которого было главной целью союзников, утопили собственноручно, а сами отправились копать окопы. Флотоводцы… Нельсоны сражаются, а не советуются!» (Обратите внимание на презрительную снисходительность приведенных строк, можно подумать, что это написал выдающийся флотоводец, заслугами и рангом не ниже Нельсона, выигравший не одно сражение…, а на самом деле, это Юрка Кирпичев, себя Наполеоном возомнил… прим.).
Затопление части русских кораблей для закрытия входа в Северную бухту спутало все планы союзников на быструю войну, сведя на нет все могущество союзного флота, не позволив их кораблям обстреливать Севастополь с моря. А сошедшие на берег моряки пришли на передовые бастионы, грудью встав на защиту земли русской. Триста сорок девять дней продолжалась героическая оборона, бывали дни когда количество выпущенных по врагу снарядов превышало количество снарядов выпущенных в Синопском сражении, из двенадцати тысяч моряков к концу осады в живых осталось всего восемьсот человек.
И, в завершении этой статьи несколько слов об адмирале русского флота выдающемся флотоводце, и героическом человеке Павле Степановиче Нахимове, в своем пасквиле Ю.К. снисходительно поливает этого великого русского человека отдавшего жизнь за Россию, грязью, мне бы хотелось от всей души народными словами ответить Ю.К. да не буду так унижать себя, скажу только, что прошло много лет, и пройдет еще много, много лет, а люди помнили, помнят, и будут помнить, и чтить адмирала русского флота Павла Степановича Нахимова, за его славные подвиги, за его деяния на благо Отечества.
А кто знает, и кто вспомнит Юрия Кирпичева? Да никто! Время оно само ставит каждого на тот пьедестал который он заслужил.
Эта битва помогла русскому флоту поверить в свои собственные си­лы и возможности. Синопское сражение помогло России осознать не только свой природный потенциал, но и слабые места, над которыми предстояло еще работать. Искусное использование артиллерии, лег­кость в маневрировании, высокая подготовка личного состава позволи­ли российскому флоту одержать эту победу. К тому же в истории нашей державы битва при Синопе стала последней крупной битвой парусного флота. Огромная заслуга ее благополучного для России завершения принадлежала Нахимову, человеку, который проявил себя как опытный полководец, хороший моряк и инициативный организатор. Только бла­годаря своевременно организованной крейсерской деятельности рус­ские моряки смогли не только обнаружить, но и победить сильного про­тивника. В истории военного искусства Синопское сражение является одним из ярких примеров уничтожения неприятельских кораблей в их же базе. Победа в Синопской битве оказала огромное влияние на весь ход Крымской войны, поскольку сорвала планы противника по высадке десанта на побережье Кавказа, а также лишила возможности турецкое правительство развернуть военные действия на Черном море.
Синопская победа русского флота имела большое как военное так и политиче­ское значение. Она означала провал традиционной английской политики ведения войны чужими руками. Была сорвана маска с подлинных организаторов Крымской войны.


Главное за неделю