Подлодки Корабли Карта присутствия ВМФ Рейтинг ВМФ России и США Военная ипотека условия Военная юридическая консультация
Какая база нужна России на Курилах?
Аэродром и база ВМФ
    82,26% (51)
Военно-морская база
    8,06% (5)
База научной экспедиции РГО
    6,45% (4)
Никакая
    3,23% (2)
Военный аэродром
    0,00% (0)

Поиск на сайте

Об “окаянных днях” февраля 1917 года в России

Об “окаянных днях” февраля 1917 года в России

Мы находимся в преддверии знаменательной исторической даты –столетия Октября 1917 года.
Но этим событиям предшествовали “окаянные дни” февраля 1917 года, без которых просто не могло быть Октября 1917 года.
“Окаянные дни”, так названы дневниковые записи И.А. Бунина, считавшим революцию “проклятием родной земли”, в которых он описывает события 1918 -1920 гг. в Москве и Одессе.
К февральским дням 1917 года, когда в России произошел разрыв исторического времени и закончилось 300-летнее правление Романовых, также очень подходят эти слова И.А.Бунина.
Не вдаваясь в подробности причин, хода и последствий событий февраля 1917 года, которые очень подробно освещены нашей исторической наукой и до сих пор весьма противоречивы, остановлюсь только на двух моментах: заговоре элит на свержение царя и “бескровности” этой революции.
5(18) марта 1917 года газеты опубликовали слова А.Ф.Керенского, который назвал Февральскую революция «бескровной», совершенной «удивительно быстро и поразительно искусно», без «лишних жертв» и «ненужного шума». Эти утверждения и укоренились
Многие данные, которые стали доступны историкам, свидетельствуют, что события февраля 1917 года были далеко не стихийным выступлением народных масс, а явились в большей степени государственным переворотом в результате заговора элит, чем революцией.
(Ленин и Троцкий находились в эмиграции и для них февральские события оказались неожиданностью).
Целью был захват власти в России под лозунгами введения конституции и создания «народного правительства».
Второй задачей этого переворота был вывод России из войны без достигнутых ей завоеваний.
В январе 1917 года 12-я русская армия начала наступление с Рижского плацдарма и застала врасплох 10-ю германскую армию, которая попала в катастрофическое положение.
1916-й – год Брусиловского прорыва. В ходе боев на Юго-Западном фронте противник потерял убитыми, ранеными и попавшими в плен полтора миллиона человек. Австро-Венгрия оказалась на пороге разгрома.

Именно Николай II оказал поддержку Брусиловскому плану наступления, с которым были не согласны многие военачальники.
Так, план начальника штаба Верховного главнокомандующего М. В. Алексеева предусматривал мощный удар по противнику силами всех фронтов, но за исключением фронта Брусилова.

Начштаба германской армии генерал Людендорф, которого никак нельзя заподозрить в симпатиях к Николаю II, так писал о положении Германии 1916 года и о возрастании военной мощи России:
«Россия расширяет военные формирования. Предпринятая ею реорганизация дает большой прирост сил. Бои 1916 года на Восточном фронте показали усиление военного снаряжения русских, увеличилось число огнестрельных припасов. Россия перевела часть своих заводов в Донецкий бассейн, чрезвычайно подняв их производительность.
Мы понимали, что численное и техническое превосходство русских в 1917 году будет нами ощущаться еще острее, чем в 1916.
Наше положение было чрезвычайно тяжело и выхода из него почти не было. О собственном наступлении нечего было и думать – все резервы были необходимы для обороны.
Наше поражение казалось неминуемым… тяжело было с продовольствием. Тыл также тяжко пострадал.
Перспективы на будущее были чрезвычайно мрачны».
Германии был жизненно важен сепаратный мир с Россией - он развязал бы ей руки на Западном фронте.
Российский император Николай II не соглашался оставить своих союзников и заключить этот мир. В результате потекли немецкие деньги, направленные на «подогрев» мятежных настроений среди петроградцев.
Доказательством тому, что готовился переворот являются свидетельства и самих участников переворота:
Вот что писал один из главных организаторов февральского переворота П.Н. Милюков (Лидер Конституционно-демократической партии, кадетской партии. Министр иностранных дел Временного правительства в 1917 году):
«… Твёрдое решение воспользоваться войною для производства переворота было принято … вскоре после начала этой войны. Заметьте также, что ждать больше мы не могли, ибо знали, что в конце апреля или начале мая (1915) наша армия должна была перейти в наступление, результаты коего сразу в корне прекратили бы всякие намёки на недовольство и вызвали бы в стране взрыв патриотизма и ликования.
…. Мы знали, что весной (1917 года) предстояли победы русской армии. В таком случае престиж и обаяние царя в народе снова сделались бы настолько крепкими и живучими, что все наши усилия расшатать и свалить престол самодержца были бы тщетны. Вот почему и пришлось прибегнуть к скорейшему революционному взрыву”.
Вот слова А.И. Гучкова, которого можно назвать отцом Февральской революции (А.И. Гучков в 1910-1911гг Председатель Государственной думы. Лидер партии октябристов. После февраля 1917 г.- военный и морской министр во Временном Правительстве):
“Осенью 1916 года родился замысел о дворцовом перевороте, в результате которого государь был бы вынужден подписать отречение с передачей престола законному наследнику”.
Ему также принадлежат слова, которые он произнес еще в 1915 году:
“Если я не умру раньше, я сам арестую Царя!”.

Заговор поддерживали и генералы из Ставки Верховного Главнокомандования (начальник штаба Ставки генерал М.В. Алексеев) и высшее командование фронтов (Командующий армиями Северного фронта генерал Рузский Н.В., Командующий армиями Западного фронта генерал А.Е. Эверт, командир 25 –го армейского корпуса Особой армии генерал-лейтенант Л.Г. Корнилов) и другие видные генералы.
( Л.Г. Корнилов вскоре по приказу Временного правительства арестует императрицу Александру Федоровну и детей императора.
Как записала она в своем дневнике, “ …генерал Корнилов, которого так обласкал Ники, с красным бантом, рядом с пожалованным ему орденом Св. Георгия, войдя к в комнату, сказал: “Гражданка Александра Федоровна Романова, встаньте и выслушайте повеление Временного правительства…”.
Впоследствии же Л.Г. Корнилов, будет предан Керенским и объявлен им мятежником, после мятежа возглавленного Корниловым, или как сейчас стали говорить - выступления 9-14 сентябре 1917 года в Петрограде.
Затем он, как один из руководителей Белого движения, вновь станет активным защитником монархии).
Лидеры оппозиции склонbли на свою сторону и Командующего армиями Юго-западного фронта генерала А.А. Брусилова.
Участие в заговоре генерала М.В. Алексеева, второго человека в русской армии после императора Николая II являлось, конечно, ключевым.
А ведь Николай II доверял генералу Алексееву, очень уважал. Произведя его в генерал-адъютанты, лично принес ему в кабинет погоны со своим вензелем.
Командующий 8 корпусом генерал Деникин в своих мемуарах писал, что “в первой половине марта 1917 года предполагалось вооруженной силой остановить императорский поезд во время следования его из Ставки в Петроград. Далее должно было последовать предложение Государю отречься от престола, а в случае несогласия, физическое его устранение”.
Сразу после февральских событий Деникин становится начальником штаба Верховного главнокомандующего, куда он был назначен по приказу А.И. Гучкова, ставшего военным министром.
Таким образом, высшее военное руководство Российской императорской армии в конце 1916 –начале 1917 года поддерживало не своего Государя и Верховного Главнокомандующего Николая II, а политическую оппозицию, которая готовила его свержение.
Успех же заговора зависел от того, на чьей сторона окажется армия, прежде всего Ставка.
Вот именно поэтому А.И. Гучков еще задолго до февраля 1917 года, являясь в 1907-1910 гг. председателем думской комиссии по обороне, вошел в плотный контакт с высшими генералами и офицерами военного руководства.
Оппозицию поддерживал и великий князь Николай Николаевич (двоюродный дядя Николая II), затаивший обиду на Николая II, который сместил его с поста Верховного Главнокомандующего в 1915 году, как не справлявшегося со своими обязанностями, и сам встал во главе Русской армии, а он был назначен командующим Кавказским фронтом.
Из всех заговорщиков в содеянном открыто покаялся только генерал А.Е. Эверт, который впоследствии, тяжело переживая свой поступок, говорил:
“Я, как и другие командующие, предал царя и за это злодеяние мы должны заплатить своей жизнью”
22 февраля (7 марта) 1917 года Николай II уезжает из Петрограда в Могилёв, в Ставку Верховного главнокомандующего. Перед отъездом он получил заверения министра внутренних дел А. Д. Протопопова о том, что ситуация в столице полностью под его контролем.
Февральские события 1917 года берут свой отсчет с 23 февраля 1917 г. Тогда в Петрограде начались антивоенные митинги и демонстрации, вызванные якобы нехваткой продовольствия. Вскоре они переросли в стычки с казаками и полицией.
Трудности с продовольствием в Петрограде в феврале 1917 года были спровоцированы плохой работой городских властей, либо с целью создания революционной ситуации.
Петроградский градоначальник генерал Балк тогда заявлял, что запасов, имеющихся в наличии, достаточно, чтобы кормить население Петрограда более трёх недель, даже если не будет новых поставок.
В последующие два дня вспыхнула всеобщая забастовка. Общие требования участников волнений выражали лозунги «Долой царизм!», «Долой самодержавие!», «Долой войну!».
25 февраля Николай II повелел Командующему войсками Петроградского военного округа генералу Хабалову:
«…завтра же прекратить в столице беспорядки, недопустимые в тяжелое время войны с Германией и Австрией…».
Одновременно он отдал приказ о роспуске Государственной думы.
26 февраля началось вооруженное восстание, поддержанное воинскими частями.
27 февраля был создан Временный исполнительный комитет Государственной думы. Одновременно был образован Петроградский Совет рабочих и солдатских депутатов. Возникло двоевластие.
27 февраля восставшие овладели вокзалами, мостами, арсеналом, важнейшими правительственными учреждениями. Власть правительства в столице была парализована. Надо было принимать срочные меры для водворения порядка.
Николай II послал из Ставки войска для подавления революции, но отряд генерала Н.И. Иванова был задержан под Гатчиной восставшими, солдатами и железнодорожниками и не пропущен в столицу.
Толпы расквартированных в столице солдат из запасных батальонов, вместе с примкнувшими к ним группами гражданских лиц, ходили с красными флагами по улицам, громили полицейские участки, грабили магазины, вступали в стычки с защитниками монархии. Положение становилось критическим.
К 1 марта восстанием был охвачен весь гарнизон Петрограда - около 170 тысяч человек. Это были в основном запасные части, которые большей частью состояли из солдат, еще не бывавших на фронте и никакой “окопной правды”, за которую они якобы выступили, за ними быть не просто могло быть.
Перед отправкой на фронт они должны были в течение нескольких недель проходить военную подготовку. Численность этих войск многократно превосходила нормы размещения, на которые были рассчитаны казармы Петрограда, которые предполагали размещение порядка всего 20 тыс. человек. Это вызывало явный ропот солдат из-за скученности размещения.
Сосредоточение такого количества войск в столице империи было явным недомыслием военного ведомства или сделано специально, с целью озлобить солдат и склонить их к выступлению.
Николай II записал в своем дневнике 27 февраля 1917 г.:
"В Петрограде начались беспорядки несколько дней тому назад; к прискорбию, в них стали принимать участие и войска.
28 февраля в 5 утра царский поезд отбыл из Могилева в Петроград
На станции Малая Вишера, когда до Петрограда оставалось около двухсот верст, стало известно, что все станции по пути следования заняты революционными войсками. Двигаться дальше к Петрограду было уже невозможно и императорский поезд направился в Псков, куда прибыл поздно вечером 1 марта. Здесь находился штаб командующего Северным фронтом генерала Рузского (одного из активных частников заговора).
Генерал Рузский ознакомил царя с телеграммами Председателя Госдумы Родзянко, с сообщениями о том, что весь гарнизон Петрограда перешел на сторону восставших, что царя предали гвардейские части, лейб-казаки и Гвардейский экипаж, во главе с великим князем Кириллом Владимировичем (двоюродный брат Николая II), который первым из членов императорской фамилии, нарушил присягу царю.
С красным бантом на своей груди привел свой Гвардейский экипаж к резиденции Государственной Думы - Таврическому дворцу и заявил, что он лично и Гвардейский экипаж перешли на сторону Государственной Думы и рады происходящей революции.
Кроме того, генерал Рузский предъявил императору телеграмму генерала Алексеева с результатами опроса командующих фронтов, которые соглашались с отставкой царя и передачей власти наследнику Алексею.
Командующий Балтийским флотом вице-адмирал А.И.Непенин также прислал телеграмму со своим согласием. Командующий Черноморским флотом вице-адмирал А.В. Колчак никак не ответил на запрос генерала Алексеева.
Все копии телеграмм генерал Алексеев препроводил на имя Государя Императора в Псков, добавив от себя:
"Умоляю Ваше Величество безотлагательно принять решение, которое Господь Бог внушит Вам. Промедление губительно для России".
В послании Великого князя Владимира Владимировича –Командующего Закавказским фронтом говорилось:
"Я, как верноподданный, считаю, по долгу присяги и по духу
присяги, необходимым коленопреклоненно молить Ваше Императорское Величество спасти Россию и Вашего наследника, зная чувства святой любви Вашей к России и к нему. Осенив себя крестным знамением, передайте ему Ваше наследие.
Другого выхода нет. Как никогда в жизни, с особо горячей молитвою молю Бога подкрепить и направить Вас".

Ночью 2 марта Николай II отправляет две телеграммы.
Одну на имя Родзянко, а другую на имя Алексеева.
Во второй телеграмме говорилось:
"Во имя блага, спокойствия и спасения горячо любимой России я готов отречься от престола в пользу моего сына. Прошу всех служить ему верно и нелицемерно".
Служить верно и нелицемерно!
А царские генералы, всегда бравируя своей верноподданностью Государю, ему они так не служили.

Все его бросили и предали, что в конечном итоге привело царя и его семью в подвал Ипатьевского дома, а Россию в хаос революций и Гражданской войны.

В 1918 году, уже находясь в эмиграции, участник белого движения генерал И.К. Кириенко вспоминал, что он и четверо офицеров пришли к генералу Алексееву и сообщили ему о своей готовности отправиться на спасение Государя императора. Но генерал Алексеев заявил, что жизни царя и его семьи ничего не угрожает и не дал свое разрешение на это как он считал опасное и ненужной дело…
Почему Николай II не действовал более решительно, не арестовал Рузского и во главе верных ему еще войск не двинулся на Петроград?
Но, по мнению ряда историков, он этого сделать не мог, т.к. генералы и все петроградские заговорщики во главе с председателем Госдумы Родзянко недвусмысленно напоминали ему, что его семья в Петрограде находится как бы на положении заложников.
“Кругом измена, трусость и обман”- напишет в своем дневнике Николай II в своем дневнике 2 марта 1917 года.
2 марта 1917 года в 15.05 Николай II подписал составленный в Ставке и переданный ему текст отречения, согласно которому трон переходит к его сыну - 12 летнему Алексею Николаевичу.
Но после переговоров с врачом, лейб-хирургом С.П. Федоровым, уже несколько лет лечившим цесаревича Алексея, который заверил его, что вряд ли сын сможет исполнять обязанности монарха, Николай II решил отказаться от престола в пользу великого князя Михаила Александровича.
Около 10 вечера 2 марта из Петрограда прибыли члены Госдумы Гучков и Шульгин, которые приняли предложение об отречении Николая II в пользу своего брата.
И в 23.40 2 марта Николай II подписал новый текст отречения, но попросил поставить на нем другое время - 3 часа 5 минут дня, когда им было принято окончательное решение об отречении.
Но великий князь Михаил Александрович, 3 марта, оценив ситуацию в Петрограде, согласился подписать акт непринятия престола до решения этого вопроса Учредительным собранием.
13 июня 1918 года он был расстрелян большевиками в Перми



Текст отречения, подписанный Николаем II


Так закончилась история монархии в России.
А сам поверженный монарх и его семья начали свой путь скорбный путь на Голгофу…, в подвал Ипатьевского дома.
7 марта 1917 года в вагоне поезда, перед самой отправкой начальником штаба Ставки генералом Алексеевым по поручению Временного правительства было объявлено Николаю II о его аресте.
Перед отъездом из Ставки, 8 марта 1917 года Николай II издал прощальный приказ войскам, в котором завещал «сражаться до победы» и «повиноваться Временному правительству».
Последними словами приказа были:
“ ….Кто думает о мире, кто желает его — тот изменник Отечества, его предатель. Знаю, что каждый честный воин так мыслит. Исполняйте же Ваш долг, защищайте доблестную нашу Великую Родину…
…Твёрдо верю, что не угасла в Ваших сердцах беспредельная любовь к нашей Великой Родине. Да благословит Вас Господь Бог и да ведёт Вас к победе Святой Великомученик и Победоносец Георгий. 8 марта1917 года. Ставка. Николай.”

Генерал Алексеев передал этот приказ в Петроград, однако Временное правительство под давлением Петросовета отказалось публиковать его.

Споры о легитимности отречения Николая II идут до настоящего времени.
Причем многие историки настаивают на правовой «незаконности» отречения, считая, что решение Николая II отречься за себя и за наследника было де-юре незаконным, ибо законы Российской империи не предусматривали возможности отречения царствующего монарха вообще, и не предусматривали возможности отречения монарха за иное лицо..
Также многие исследователи начали выдвигать свои предположения о поддельности документов отречения, ибо ни один из них не написан Николаем II от руки, а напечатан на машинке и подписан им карандашом, не указан даже титул императора и не поставлена печать.
Заверяющая надпись Министра Императорского Двора графа Фредерикса на тексте отречении также сделана карандашом, а затем обведена ручкой.
Они еще обращают внимание на такую деталь.
Согласно сохранившемуся журналу заседаний Совета Министров Временного правительства заседание 2 марта 1917 года, посвященное отречению Николая II, началось в 11.30, закончилось в 14.00.
А отречение Государя императора произошло согласно официальной версии в 15.05.
Таким образом, Временному правительству уже было безразлично - отречется ли царь на самом деле или нет, отречение для них было уже не более чем формальностью.

Теперь об отношении церкви к февральским событиям и падению монархии, о котором как- то скромно умалчивалось…
Как известно, в Российской империи в качестве идеологии использовалась знаменитая триада графа Уварова: «Православие, самодержавие, народность».
До 1917 года отношения между церковью и государством считались как бы идеальными, хотя уже в начале 20 века стало понятно, что надо менять отношения государства и церкви, и оформить их планировалось в виде реформ на Поместном Соборе. Николай II был против его проведения.
Но внешне все было как бы пристойно
Вот несколько примеров церковных постулатов того времени:
- «Образ царя земного в нашем государстве взят с образа царя небесного, так что кто противится власти царской и власти начальников, от него поставленных, тот противится божию установлению» (Вера и разум, 1905, № 2;)
- «Кто осмелится говорить об ограничении его (самодержавия), тот наш враг и изменник» (Церковные ведомости, 1911, № 5);
«царская власть — это богом данная власть» (Церковный вестник, 1917, № 7 — 8).
Но начались февральские события и церковь выступила против Государя императора.
26 февраля 1917 года, в самый разгар событий, товарищ обер-прокурора Н.Живахов направил телеграмму главе Священного синода митрополиту Владимиру с предложение выпустить воззвание к населению империи о прекращении беспорядков , чтоб это было “грозное предупреждение церкви, влекущее в с случае непослушания церковную кару”.
Но митрополит Владимир ответил отказом….
Спустя два дня, после отречения Николая II от престола, перед началом торжественного заседания Священного синода под общие аплодисменты вынесли из зала царское кресло.
Синодом было принято решение служить молебен о новой власти, а также утверждена молитва о “благоверном Временном правительстве”.
В послании Священного синода “К верным чадам Православной церкви” говорилось:
“Свершилась воля Божья. Россия встала на путь новой государственной жизни..”.
А на церковных соборах указывалось, что церковники должны:
“открыто и прямо осудить то учение о якобы “божественном” происхождении царского самодержавия на Руси, которое от имени церкви веками публично, в проповедях с церковного амвона преподавалось, официально предписывалось и всеми мерами утверждалось носителями царской власти как богооткровенное” (Богословский вестник, 1917, № 6--7).
А вот глава католической церкви на территории России митрополит Могилевский просьбу поддержал.
Под угрозой отлучения от святых таинств всем христианам римской веры предписывалось отойти от революционного движения.
В итоге, как писал Живагов, “ни один католик, как было удостоверено впоследствии, не принимал участия в процессиях с красным флагом”!!!
Как знать, если бы военная и политическая элита, и церковь не предали Государя императора, то вполне могла быть не Революция, а Реформация. Была бы дарована новая Конституция, и Россия возможно превратилась бы в парламентскую монархию….
Но здесь опять сослагательное наклонение, которое история не приемлет.
Пройдет совсем немного времени и Церковь, которая так приветствовала падение монархии в России, сама подвергнется страшным гонениям власти большевиков.
9 марта 1917 года Николай II приехал из Ставки в Царское село.
Он еще не знал, что ему предстоит встретиться с трусостью и обманом даже среди его ближайшего окружения.
Вот что вспоминал полковник Е. Кобылинский, приставленный к царю Временным правительством:
“В поезде с ним ехало много лиц свиты, но когда государь вышел из вагона, то эти лица посыпались на перрон и стали быстро, быстро разбегаться в разные стороны, озираясь по сторонам, видимо, проникнутые чувством страха, что их узнают”.
Большинство слуг в Царском Селе также разбежались. На тех, кто продолжал там работать оказывали давление члены Петроградского совета, периодически появляющиеся в Царском Селе.
Тем не менее, когда Временное правительство решило отправить царскую семью в Тобольск, то 45 человек согласились добровольно ехать с ней в в ссылку. Отказались ехать граф Бенкендорф, начальник канцелярии Кирилл Нарышкин, который взял на раздумье сутки, но больше не появился. Его место занял генерал- адъютант граф Илья Татишев, который посчитал, что “отказаться было бы нечеловеческой черной неблагодарностью к императору”.
Царя не оставил князь Василий Долгоруков, учителя детей царя- англичанин Сидней Гибс, швейцарец Пьер Жильяр. Многих слуг потом пришлось отпустить, так как им нечем стало платить, но нашлись и те, кто остался работать бесплатно.
Большинство этих людей, оставшиеся верными царской семье до конца, закончили жизнь трагически.
Князя Долгорукова и графа Татищева арестовали и расстреляли 10 июля 1918 года, за неделю до расправы с царской семьей. Дядьку цесаревича Алексея матроса Климентия Нагорного и лакея Ивана Седнева отправили в тюрьму, а потом расстреляли. Расстреляли фрейлину Анастасию Гендрикову и Екатерину Шнейдер, которая учила императрицу русскому языку и стала ее подругой. Камердинеру Алексею Волкову удалось бежать.
За несколько дней до расстрела семьи отпустили из Ипатьевского дома дома поваренка Леню и больного камердинера Терентия Чемодурова.
В подвале Ипатьевского дома вместе с царской семьей расстреляли доктора Евгения Боткина (сына знаменитого врача Сергея Боткина), повара Ивана Харитонова, камердинера Алексея Труппа, комнатную девушку Анну Демидову.
( В этом доме с 1923 по 1932 гг. был Музей Революции. Экскурсии в нем, в том числе и в подвальную комнату, где состоялся расстрел, водил и член расстрельной команды Петр Ермаков, где, вероятно, с гордостью рассказывал о своем участии в этом зловещем “подвиге”.
В 1977 году, когда Б.Н. Ельцин был первым секретарем Свердловского обкома КПСС, дом был снесен. Но решение о сносе было принято на основание постановления Политбюро 1975 года.
В 2003 году на месте этого дома был построен Храм Спаса на крови).
Перед столетием событий Октября 1917 года много говорится о примирении “красных” и “белых”, а на туристическом рынке даже появился наряду с “Красным маршрутом” - поездка по ленинским и революционным местам, и “Маршрут памяти императорской семьи”, который пройдет по городам, где пострадали члены императорской семьи :
Царское село (место ареста семьи);
Вятка ( под арестом c марта по апрель 1918г. находились пять князей Романовых - их называли “вятские Романовы”);
Пермь (место ссылки и убийства великого князя Михаила Александровича- младшего брата Николая II);
Тобольск ( первое место ссылки царской семьи, с августа 1917 по апрель 1918г);
Екатеринбург (Ипатьевский дом и расстрел царской семьи с 17 на 18 июля 1918г);
Алапаевск (место ссылки с мая по июль 1918 и убийства “вятских Романовых”, великой княгини Елизаветы Федоровны – родная сестра супруги Николая II, супруга великого князя Сергея Александровича, сына Александра II. Все ссыльные были в ночь на 18 июля 1918 года забиты топорами и сброшены в шахту Ново-Селимская, в 18 км от Алапаевска).
Так что желающие смогут посещать и шалаш в Разливе, Шушенское и места, связанные с Романовыми, и это будет весьма полезно для примирения “белых” и “красных”.
Русская православная церковь за рубежом, канонизировала помимо членов царской семьи, также трех слуг и доктора Боткина, погибших в Ипатьевском доме.
РПЦ Московского патриархата, канонизировав особ императорской крови, великую княгиню Елизаветы Федоровну и доктора Боткина, трем погибшим слугам в этой чести отказала!?
Как же так? Ведь перед Господом нашим все равны! Или это не так?
Теперь о том, кто же реально защищал русскую монархию в феврале 1917 года и были ли февральские события бескровными.
С кем сражались восставшие, если военный гарнизон Петрограда, войска гвардии и матросы Балтийского флота встали на сторону восставших и поддержали революцию?
Ответ напрашивается один, они сражались со стражами правопорядка.
В России чинов Департамента полиции и Жандармского корпуса, т.е тех людей, которые непосредственно занимались охраной общественного порядка, даже во время войны в армию не призывали, и фактически они остались последними защитниками монархии.
По всей России при Николае II в наружной полиции было около 22 тысяч человек, из которых в Петрограде охрану порядка осуществляли порядка 3500 человек, из которых городовых (по современному - чинов патрульно-постовой службы) было около 700 человек. Был также дивизион конной жандармерии около 300 человек.
Весь Отдельный корпус жандармерии к 1917 году в России насчитывал в своих рядах 1000 офицеров и около 10 тысяч нижних чинов.
В составе конвойной стражи, предназначавшейся для сопровождения арестантов, подавления беспорядков в местах заключения и наружной охраны тюрем насчитывалось 100 офицеров и около 12 тысяч нижних чинов.
Так что чинов полиции и жандармерии в России было сосем немного.
Вот один из примеров.
Будучи еще наследником престола, будущий император Александр III, прибыв на пароходе в Углич, был встречен на пристани города огромной толпой горожан и крестьян из окрестных сел. Он долго не мог пройти со своей свитой сквозь плотную массу людей, а расчищать дорогу ему было некому, т.к. на весь уездный город Углич приходилось всего 2( два!!) полицейских чина.
После этого этот небольшой инцидент даже получил название “угличская давка”.
В городах России с населением не более 2 тыс. человек по закону 1887 года полагалось не свыше 5 городовых, а в более крупных городах- не свыше одного городового на 500 жителей.
Малочисленность состава полиции несколько компенсировалась возложением на дворников обязанности оказывать помощь городовым в случае необходимости: «Как заверещит страж порядка в свой свисток, так сразу около него вырастают два-три дворника из ближайших подворотен».
А ведь одним из распространенных мифов о России было ее описание как полицейского государства.
( Для сравнения – сейчас численность Национальной гвардии России основная задача которой охрана внутреннего порядка в стране, составляет более 450 тысяч человек!. По некоторым данным численность всех структур Нацгвардии около 1 млн.чел!!! Плюс к этому полиция, входящая в состав МВД, это около 600 тыс. человек и еще другие структуры...
Российская империя своей территорией намного превосходила нынешнюю Россию. Население Российской империи к 1917 году составляло около 170 млн.чел, а население России сейчас около 148 млн.человек ).
Власти Петрограда еще могли в случае необходимости также рассчитывать на помощь трех казачьих полков и юнкеров военных училищ.
Но юнкера в эти февральские дни держали нейтралитет, а казачьи полки перешли на сторону восставших.
27 февраля 1917 года в Петрограде был разгромлен толпой Департамент полиции, все архивы сожжены в огромных кострах.
Восставшими были освобождены из тюрьмы “Кресты” более 4600 заключенных, из Губернской тюрьмы более 8500 заключенных, более 900 человек были освобождены из разгромленных полицейских участков. Доля политических заключенных была среди них мала, в основном это были уголовники, которые и пошли громить чинов полиции, жандармерии.
“ Жандармов и полицейских забивали до смерти прикладами, им выкалывали глаза, кололи штыками, расстреливали, привязывали веревками к автомобилям и разрывали на части, топили в Неве, сбрасывали с крыш домов...
Те зверства, - писал генерал К.И.Глобачев, - которые совершались взбунтовавшейся толпой в февральские дни по отношению к чинам полиции, корпуса жандармов и даже строевых офицеров, не поддаются описанию…”.



“Историки” февральской революции красочно описывали, как чины полиции строчили из пулеметов “максим” с чердаков домов по толпам.
Только откуда эти пулеметы были у городовых, когда все их штатное оружие- шашка и револьвер системы Смит-Вессон…
А вот восставшие толпы разгромили столичный оружейный арсенал и действительно получили в свои руки пулеметы и винтовки, из которых и расстреливали полицейские участки, а в ответ получали только редкие револьверные выстрелы.
Всего за время февральских событий в Петрограде было убито около 1 одной тысячи чинов полиции и жандармерии.
Начались бесчинства по отношению к офицерам армии и флота.
“Офицеров убивали, и члены Госдумы непрерывно ездили по казармам, тщетно пытаясь успокоить солдат” как свидетельствовал депутат Госдумы В.В. Шульгин.
После известного приказа Петроградского Совета рабочих крестьянских и солдатских депутатов от 1 марта 1917 года №1 “О демократизации армии” резко возросло количество расправ над офицерами армии и флота, огульно обвиняемых в “приверженности к старому строю”.
Офицеров этот указ практически лишал их всех дисциплинарных мер воздействия. Солдаты не должны были более отдавать честь, вводилась выборность командиров. В армии разрешалось вести политическую деятельность и армия становилась во всех отношениях игрушкой нововведенных Советов солдатских депутатов.
Очень трагично февральские события протекали на Балтийском флоте.
28 февраля были убиты командир крейсера “Аврора” капитан 1 ранга М.И. Никольский, пытавшийся призвать матросов к порядку, командир 2-го флотского экипажа генерал-майор А.К. Гирс, его помощник полковник Павлов.
В Кронштадте были убиты главный командир Кронштадского порта адмирал Р.Н. Вирен, начальник штаба порта контр-адмирал А.Г. Бутаков, командир 2-ой бригады линейных кораблей адмирал А.К. Небольсин. командир линейного корабля «Император Александр II» капитан 1-го ранга Повалишин.
4 марта убит командующий Балтийским флотом вице-адмирал А.И.Непенин.
Вот что писал мичман Г.Г. Фусер, окончивший незадолго до февральских событий Морской кадетский корпус:
“Февральскую революцию кадеты Морского корпуса не приняли. Они не верили в отречение Николая II и долго скрывали вензеля ”Н” на своих погонах под башлыками.
27 февраля 1917 года училище (Морской кадетский корпус) было объявлено на осадном положении. Везде была выставлена охрана, пулеметы.
Утром 28 февраля у корпуса училища собралась вооруженная толпа: рабочие, студенты, матросы, подошел Финляндский полк.
На крыльцо вышел начальник училища - контр-адмирал В.А. Карцев.
Из толпы выделился прапорщик с красным бантом, в расстегнутой шинели и развязно обратился к адмиралу:
“Мы вишь желаем….”
-“Я тебе не вишь, а адмирал. Встань смирно, руку под козырек и говори, что надо!”
Но на адмирала набросили шинель, вмиг спеленали и бросили в стоящий автомобиль. Больше его не видели. В училище бунтовщики проникнуть не решились, видимо испугались пулеметов, торчащих из окон…..”
Как вспоминал капитан 2 ранга Г.К.Граф, морских офицеров «убивали при встрече на улице или врываясь в их квартиры и места службы, бесчеловечно издеваясь над ними в последние минуты.
Но и этим не довольствовалась толпа зверей-убийц: она уродовала их трупы и не подпускала к ним несчастных близких, свидетелей этих ужасов».
Всего жертвами этих событий стали около 120 флотских офицеров, более 600 морских офицеров было арестовано и впоследствии многие из них стали жертвами уже “красного террора”.
24 марта 1917 года в прессе сообщалось, что Всероссийский союз городов собрал сведения о 1443 убитых, и раненых жертвах революции в Петрограде.
Сведения о жертвах Февраля по всей России так и не были собраны...

На Марсовом поле в Петрограде торжественно с оркестрами и речами захоронили 180 жертв революции, из числа восставших.
Остальных погибших провожали в последний путь только родственники близкие.
Вот такой “миф о бескровности” февральской революции, этого русского бунта.
“Не приведи Бог видеть русский бунт — бессмысленный и беспощадный. Те, которые замышляют у нас невозможные перевороты, или молоды и не знают нашего народа, или уж люди жестокосердные, коим чужая головушка полушка, да и своя шейка копейка” (полная редакция фразы из “Пропущенной главы”, которая не вошла в окончательную редакцию «Капитанской дочки» А.С. Пушкина и сохранилась только в черновой рукописи).
Так что это были действительно “окаянные дни” февраля 1917 года перетекшие затем в Октябрьские события и Гражданскую войну.
Россия потеряла с 1917 по 1920 гг. около 13 млн. человек.
В.В. Путин, выступая на Валдайском форуме в Сочи, призвал задаться вопросом и практически дал оценку этим событиям:
«Разве нельзя было развиваться не через революцию, а по эволюционному пути, не ценой разрушения государственности и беспощадного слома миллионов человеческих судеб, а путем постепенного, последовательного движения вперед?».
Но, как известно, Госпожа история не терпит сослагательного наклонения, и она пошла своим путем.


Главное за неделю