Подлодки Корабли Карта присутствия ВМФ Рейтинг ВМФ России и США
Какой способ жилищного обеспечения военных вы считаете наиболее оптимальным?
Жилье в натуральном виде
    63,41% (52)
Жилищная субсидия
    19,51% (16)
Военная ипотека
    17,07% (14)

Поиск на сайте

Юность Авианосца

«5 декабря 2007 года в Кремле состоялась рабочая встреча Владимира Путина и министра обороны, на которой Анатолий Сердюков сообщил президенту о том, что Российский флот возобновил свое постоянное присутствие на пространстве Мирового океана.

— С сегодняшнего дня и по 3 февраля 2008 года, — сказал Сердюков, — запланирован поход кораблей Северного флота в Северо-Восточную Атлантику и Средиземное море. Цель похода — обеспечение военно-морского присутствия и создание условий для безопасности российского судоходства.

В завершение встречи Владимир Путин пожелал всем морякам удачи и семи футов под килем!»

(Из информационного сообщения, пришедшего по каналу связи на борт ТАВКР «Адмирал Флота Советского Союза Кузнецов»).

Рождение исполина

На стапелях Черноморского судостроительного завода в Николаеве тяжелый авианесущий крейсер «Адмирал Флота Советского Союза Кузнецов» заложили 1 сентября 1982 года. Через три года спустили на воду, в октябре 1989-го авианосец впервые вышел на заводские испытания в Черное море. В конце декабря 1990 года ВМФ подписал акт о его приемке. А 20 января 1991 года на «Адмирале Флота Советского Союза Кузнецове» подняли Военно-морской флаг. Этот день и стал «точкой отсчета» в истории первого отечественного авианосца, в чье строительство и освоение вложили труд тысячи людей: конструкторы, судостроители и военные моряки. Однако поверьте, ТАВКР того стоит: длина «Кузнецова» порядка трехсот метров, высота — от киля до клотика — более шестидесяти метров. Мощность энергетической установки превышает 200 тысяч лошадиных сил. При полном водоизмещении в 60 тысяч тонн «Кузнецов» — единственный в мире авианосец, способный выполнять задачи в арктических широтах (его американские «визави» не рискуют заходить выше шестидесятой параллели).


Авианосец в дальнем морском походе

Кроме этого, сотни километров кабельных трасс и трубопроводов. Семь палуб, две платформы и двойное днище. Поражающий воображение размерами авиационный ангар. Общая длина коридоров — свыше двадцати километров. Около пяти десятков сходов, без знания которых заблудиться на «Кузнецове» проще, чем с картой в большом незнакомом городе. Более двух тысяч помещений: многочисленные боевые посты и пункты управления, каюты, кубрики, кают-компании, столовые команды, бани, продовольственные кладовые, спортивные залы и прочее.

Словом, на момент рождения авианосец стал уникальным воплощением последних достижений отечественных науки и техники. К его созданию страна шла без малого три десятилетия...

«Мы с тобой знакомы...»

Честно говоря, до нынешнего похода «Адмирала Флота Советского Союза Кузнецова» в Средиземное море я как-то и не задумывался, сколько же раз бывал на нем, освещал в прессе его дальние плавания...

В первый раз это произошло в июле 1991 года, когда авианосец стоял на внешнем рейде Севастополя, а нас, курсантов Львовского высшего военно-политического училища, за пару дней до похода на учебном корабле «Перекоп» привезли на ТАВКР на экскурсию. Первое впечатление? Корабль поразил масштабными размерами и мощью, красотой архитектуры. Внутри него еще стоял терпкий запах заводской краски, он сиял золотом надраенной меди, был по-флотски параден, лощен и торжественен. Словом, с иголочки.

Вторая наша встреча состоялась уже на Северном флоте в последнее воскресенье июля 1992 года, когда страна отмечала очередной День Военно-морского флота. Но тот стал особенным днем: на «Адмирале Флота Советского Союза Кузнецове», как и на других кораблях флота, спускали Военно-морской флаг СССР и поднимали Андреевский флаг и гюйс Российской Федерации.

Вообще тогда мне показалось, что большинство кузнецовцев философски отнеслось к неординарному событию. И было отчего: за время от закладки крейсера на стапеле судостроительного завода до его швартовки у заполярного причала в Видяево ТАВКР дважды менял наименование, как бы предугадывая этим каждую новую веху в разобщении нашего общества. Вначале был «Леонид Брежнев», затем — «Тбилиси»... А теперь вот смена флагов на кормовом флагштоке. Заканчивалась ли этим «эра перемен» для кузнецовцев? Или со временем грозила обратить свое внимание на то, что Николай Герасимович Кузнецов был-то Адмиралом Флота, но... все-таки Советского Союза, любое упоминание о котором старательно предавали забвению? Однако экипаж поверил, что подъем на авианосце нового флага не станет единственной акцией в продолжение героической летописи Российского флота, его доблестных традиций и славных дел русских моряков. Поверил и не ошибся!

Вся последующая биография авианосца — красноречивое тому подтверждение. Его походные мили — яркие строки в истории нашего государства.

Когда размер имеет значение

В январе 1996 года авианосная многоцелевая группа Северного флота (АМГ) в составе тяжелого авианесущего крейсера «Адмирал Флота Советского Союза Кузнецов» и эскадренного миноносца «Бесстрашный», сторожевого корабля «Пылкий» и судов маневренного тыла вошла в Средиземное море. Прошла Марокко, Алжир и стала в точку якорной стоянки в районе Туниса. В это время один из российских танкеров, обеспечивавших действия АМГ, бросил якорь возле одной из североафриканских стран. Вдруг с него на авианосец пришло срочное сообщение, что тамошние пограничники считают, будто бы танкер зашел в территориальные воды их страны, они на катерах окружили судно и намереваются отбуксировать его в порт за якобы «нарушение государственной границы».

Штурманы авианосца, скрупулезно сверив координаты танкера, еще раз подтвердили: ни о каком нарушении территориальных вод страны речи не идет. О чем по международному каналу связи руководство похода доходчиво объяснило «горячившимся» оппонентам. Но те, впечатленные мощными обводами российского авианосца, наличием палубных истребителей, раскрепленных на «полетке», и сами быстро успокоились, признав, что танкер и «в самом деле не нарушал госграницы» суверенного североафриканского государства. «Невязочка», мол, вышла!

— Это в очередной раз показало, — говорили участники того похода на «Кузнецове», — что наше присутствие в Мировом океане — кратчайшее решение многих геополитических проблем. При этом авианесущий флот и палубная авиация — более чем весомые аргументы.

Кто владеет морем...

В октябре 2004 года уже корабельная авианосная группа Северного флота под руководством бывшего тогда заместителем командующего СФ вице-адмирала Владимира Доброскоченко после успешного выполнения задач дальнего плавания возвратилась в Североморск.

За месяц похода в Северо-Восточной Атлантике, Норвежском и Баренцевом морях «Адмирал Флота Советского Союза Кузнецов» в сопровождении кораблей и судов обеспечения прошел более пяти тысяч морских миль. Летчики корабельной истребительной авиации совершили на самолетах Су-25УТГ и Су-33 более девяноста взлетов и посадок на его палубу, а экипажи двух вертолетных отрядов выполнили на винтокрылых Ка-29, Ка-27ПЛ и Ка-27ПС пятнадцать полетных смен.

Как подчеркнул тогда вице-адмирал Доброскоченко, «североморцы наконец-то побывали в традиционных районах длительных походов, важных для России с экономической и геополитической точки зрения. Словом, КАГ возвратилась из океана, где мы были всегда».

— Конечно, осень в Северной Атлантике по метеорологическим условиям — достаточно сложный период, — отмечал заместитель командира КАГ по авиации в то время еще полковник Николай Куклев. — Полеты иногда выполняли на грани того, что позволяли руководящие документы. Летали, что называется, без запасных аэродромов, а те «площадки» в иностранных государствах, которые все же планировали на случай аварийной посадки, находились на предельном расстоянии от района нахождения авианосной группы. Поэтому палубные истребители летали на полный радиус действия самолетов. И если уж девять лет назад, во время первого похода «Кузнецова» в Средиземное море, иностранные «партнеры» над нами как хотели, так и летали, то в этом походе к авианосцу ни один из зарубежных кораблей либо самолетов даже не приблизился без нашего на то разрешения.

По его словам, летный состав отдельного корабельного истребительного авиационного полка накопил неоценимый опыт высшего пилотажа и техники ведения «воздушных боев». Его необходимо и далее приумножать, потому что истина здесь аксиомична: «Кто владеет морем, тот владеет миром!» Что особенно актуально в наше время, когда в океане превалирует силовая «политика авианосцев».

«Палубный» характер

В сентябре 2005 года корабельная авианосная группа возвратилась в Североморск раньше изначально запланированного срока. Пройдя в Северной Атлантике и акватории арктических морей четыре с половиной тысячи морских миль, североморцы выполнили более двадцати боевых упражнений, среди которых ракетные и артиллерийские стрельбы, двустороннее учение с кораблями Балтийского флота. Летчики истребительной палубной авиации совершили на самолетах Су-25УТГ и Су-33 более пятидесяти взлетов и посадок на «Адмирала Флота Советского Союза Кузнецова», а экипажи корабельного вертолетного противолодочного полка выполнили на вертолетах Ка-27ПЛ и Ка-27ПС три полетные смены.

И если бы не случай 5 сентября с истребителем Су-33, сошедшим в результате обрыва тормозного троса аэрофинишера с палубы авианосца и затонувшим в Северной Атлантике на глубине 1.100 метров, авиационные достижения КАГ были бы куда более внушительными.

На корабле работала специальная экспертная комиссия Министерства обороны России, которая расследовала летное происшествие, произошедшее на «Кузнецове». Помимо нее на борту ТАВКР находились также представители ОКБ имени Сухого и «промышленности», поставившей на корабль тормозные машины и троса.

Начальник службы безопасности полетов авиации ВС генерал-майор Сергей Байнетов отметил профессиональные действия летчика Су-33 подполковника Юрия Корнеева. Сказал, что «если у пилота на сухопутье есть секунды для принятия решения, то ведь у палубника — это доли секунды, считаные мгновения, чтобы принять единственно правильное решение. Подполковник Корнеев благополучно покинул машину».

— И экипаж авианосца провил высокое профессиональное мастерство, не растерялся, — подчеркнул тогда Сергей Дмитриевич, — потому что, когда самолет сошел с палубы, была реальная возможность попадания и самолета, и летчика под винты корабля. Однако вахтенная служба сработала четко: своевременно переложила руль на левый борт, поэтому столкновения с крылатой машиной не произошло.

А подполковнику Юрию Корнееву, опытному палубнику, военному летчику 1-го класса, управлявшему истребителем номер 82, в тот день, 5 сентября 2005 года, предстояла обычная посадка на авианосец. Сорок вторая. Вначале все шло штатно: рывок от зацепа, резкое падение скорости. Но в конце пробега самолет не остановился, а просто съехал с палубы. И Юрию Анатольевичу ничего не оставалось, как катапультироваться. Без вариантов. Надежда была на пилотское кресло, вихрем рванувшее его к поднебесью, и... Господа Бога. В море провел не более пяти минут.

— Спасибо братьям-вертолетчикам: быстро подняли из воды, — рассказывал Корнеев. — Так что жив, здоров. Царапин нет. А машину жаль. Отличная, надежная. Спасибо тем, кто ее сделал. Она дала мне шанс спасти жизнь.

Настроен был отважный летчик по-боевому: и дальше служить только в палубной авиации. Причем непременно летать.

— За мною же стоят молодые офицеры, — говорил палубник. — Кто их учить будет, если я уйду? И важно, чтобы вера в меня, как в летчика, у них не пропала. Но и чтобы не думали, что в кабине нужно сидеть до последнего мгновения. Как говорил когда-то мой первый командир эскадрильи, «до характерного всплеска волн о самолетный фонарь»...

Уже сейчас, в дальнем плавании «Адмирала Флота Советского Союза Кузнецова» в Средиземное море, заместитель командира отдельного корабельного истребительного авиационного полка подполковник Юрий Корнеев неоднократно поднимался с палубы авианосца в небо над Атлантикой и Средиземкой на Су-25УТГ и Су-33.

На то ли тратим деньги?

Нынешний поход корабельной ударной группы Северного флота во главе с авианосцем курсом на Средиземноморье вызвал, как, собственно, и ожидали североморцы, широкий общественный и политический резонанс как в самой России, так и за ее пределами. Но если к негативной оценке зарубежными политологами усиления позиций ВМФ в Мировом океане нам не привыкать, то услышать в родной стране высказывания неких специалистов, что «нет смысла посылать флот в Средиземное море, когда там уже находятся два американских флота», было достаточно странным. Более того, как сообщило «Русское международное радио», один из депутатов Государственной Думы вообще заявил, что проведение учений Военно-морского флота в районе Атлантики считает нецелесообразным: «Лучше бы финансовые средства, которые пойдут на учения, затратили на что-нибудь другое».

Для нас, находившихся в тот момент на авианосце в море, данные утверждения были как минимум нелепыми, если не вообще абсурдными. Поэтому объяснить широкой общественности: «С какой целью такие представительные силы Северного флота идут в Средиземку?» — я и попросил командира ударной группы контр-адмирала Александра Турилина, кавалера орденов «За военные заслуги» и «За морские заслуги».

Александр Васильевич — новороссиец. Выпускник штурманского факультета Каспийского высшего военно-морского Краснознаменного училища имени Кирова. Вся служба — на надводных кораблях Северного флота. Флагманский штурман бригады эскадренных миноносцев, старпом и командир эсминца. После этого командовал тяжелым атомным ракетным крейсером «Адмирал Нахимов» и конечно же — ТАВКР «Адмирал Флота Советского Союза Кузнецов».

Неоднократно бывал в Средиземном море. В 1995—1996 годах — помощником командира «Адмирала Флота Советского Союза Кузнецова» по боевому управлению. Затем, став командиром авианосца в начале нынешнего столетия — годы обвальные для всего отечественного судоремонта, в одном из интервью сказал, что с нетерпением ожидает, когда корабль вновь возвратится в средние широты.

Мечта, наконец, сбылась, однако когда Александр Васильевич стал уже командиром дивизии ракетных кораблей.

— Этот район Мирового океана, — сказал контр-адмирал Александр Турилин, — традиционное место выполнения боевых задач для Северного флота. Более тридцати лет его корабли и вспомогательные суда несли здесь службу по защите государственных интересов Родины. И вот после значительного перерыва корабельной ударной группе Северного флота во главе с авианосцем «Адмирал Флота Советского Союза Кузнецов» вновь оказана честь демонстрировать Андреевский флаг на просторах Средиземноморья! И делом доказывать, что Россия, как и прежде, обладает мощным, а главное — современным надводным флотом и высокопрофессиональной палубной авиацией, которые способны решить любую задачу по предупреждению терроризма и пиратства в отношении гражданского судоходства в Средиземном море и в целом — стабилизации обстановки в этом стратегически важном районе.

Штурмуя Атлантику

Северная Атлантика встретила корабельную ударную группу 8-балльным штормом, шквальным ветром с порывами до 28 метров в секунду. И если уж авианосец водоизмещением порядка 60 тысяч тонн раскачивало ощутимо, то можете представить, как нелегко пришлось на длинной атлантической волне большим противолодочным кораблям «Адмирал Левченко» и «Адмирал Чабаненко», танкеру «Сергей Осипов» и буксиру «Николай Чикер». Однако североморцам к плаванию в штормовых условиях было не привыкать. Экипажи сплаваны, иллюзий по поводу метеоусловий в декабрьской Атлантике не питали.

Что же касается «Адмирала Флота Советского Союза Кузнецова», на борту которого находились командование КУГ и походный штаб, то его моряки атлантический шторм выдержали достойно: не было ни одного укачавшегося, в медицинский блок авианосца также никто не обратился. Экипаж занимался повседневной деятельностью, бдительно нес дежурно-вахтенную службу. Бывало, что при такой ненастной погоде кто-нибудь да и откажется от пищи. А тут моряки все приготовленное коками ели с удвоенным аппетитом.

— На флоте как шутят? Море любит сильных, а сильные любят поесть! Так что парни показали себя заправскими моряками во всех отношениях, — сказал заместитель командира КУГ по воспитательной работе капитан 1 ранга Сергей Субора, сам, кстати, в недавнем прошлом заместитель командира авианосца по воспитательной работе. — И хотя океанская волна захлестывала даже трамплин «Кузнецова», что порядка семнадцати метров по высоте от уровня моря, люди, техника и механизмы корабля отработали штатно.

Целый «город» на плаву

Безусловно, главное «богатство» авианосца — это его экипаж, в котором служат офицеры и мичманы, посвятившие кораблю десять, пятнадцать и даже семнадцать лет жизни. Многотысячный флотский коллектив, преданный кораблю, как говорится, душой и сердцем буквально с момента его рождения. Переживший вместе с ним экономические кризисы, безденежье и неукомплектованность личным составом, бившие с одинаковой яростью и беспощадностью как само «железо», так и людей: нечем было ремонтировать материальную часть, не на что — содержать семьи, некем — командовать. Коллектив, познавший «плечом к плечу» с авианосцем радость «большого моря» и вкусивший на двоих горечь безысходности многолетней стоянки у заводского причала.

Корабль и его экипаж. Они так схожи между собой и так неотделимы друг от друга: одна судьба, одна дорога. В море — и, без преувеличения, к подвигам и славе!..

Первое знакомство с кораблем нынешнего его командира капитана 1 ранга Александра Шевченко произошло более десяти лет назад, в сентябре 1997 года, когда офицер прибыл на «Кузнецова» для прохождения службы в должности командира радиотехнической боевой части.


В парадном вертолетном строю

— Конечно, сразу произвели впечатление масштабы крейсера, — вспоминает Александр Петрович. — Они существенно отличались от тех, к которым привык на большом противолодочном корабле «Адмирал Нахимов», эсминцах «Расторопный» и «Бесстрашный». Этот корабль — настоящая кузница кадров, своеобразный трамплин для тех офицеров, кто мечтает о настоящей флотской карьере и высоком профессионализме. Это в первую очередь старший помощник командира ТАВКР капитан 1 ранга Вячеслав Родионов, заместитель командира корабля по авиации полковник Юрий Анищенко, командир БЧ-5 капитан 1 ранга Сергей Михайлов, командир БЧ-4 капитан 2 ранга Павел Кузнецов, командир БЧ-6 подполковник Александр Миса и многие-многие другие.

Более того, служба на единственном в ВМФ России авианосце для большинства молодых офицеров и мичманов, военнослужащих, проходящих службу по контракту, старшин и матросов сама по себе уже является поводом для самоутверждения как настоящего моряка и мужчины. Александр Петрович рассказал, как во время дальнего похода получил письмо от матери одного из матросов, в котором женщина, преисполненная гордости за сына, проходящего службу по призыву на «Адмирале Флота Советского Союза Кузнецове», написала, что увидела в телевизионных новостях сюжет о действиях кораблей КУГ Северного флота в Средиземном море. Желала всему экипажу удачи в походе и счастливого возвращения в родную базу. Это, конечно, приятно.

— Наш авианосец — маленький «город» на плаву: тысячи человеческих судеб, характеров, проблем и радостей, — говорит капитан 1 ранга Шевченко. — Быть командиром такого корабля, с одной стороны, невероятно хлопотно, а с другой — большая честь!

Слушая Александра Петровича, вспомнил, какие раньше звучали в верхах авторитетные «умозаключения», что, мол, «мы, к сожалению, еще не готовы и не в состоянии содержать и обслуживать такие корабли». Сейчас же, наверное, мы научились главному — понимать этот корабль. Даже больше — любить его. Хотя не скажу, что, допустим, лет десять назад его, образно говоря, лелеяли меньше. Ведь и тогда была плеяда моряков и летчиков, для которых служба на авианосце ассоциировалась с гордостью и престижем. Вероятно, даже на фоне нынешнего дальнего похода стало другим отношение к самому кораблю, вырос профессионализм экипажа. Теперь каждый, прошедший Атлантику и Средиземку, может сказать, что да, этот авианосец — его дом!

И тогда нам экипаж — семья!

Подполковник Сергей Мироненко, заместитель командира 830-го отдельного корабельного противолодочного вертолетного полка ВВС СФ, с палубой «Адмирала Флота Советского Союза Кузнецова», образно говоря, впервые познакомился в 1991 году, когда корабль еще проходил государственные испытания в Севастополе. Как, собственно, и всех, авианосец поразил в то время уже достаточно опытного вертолетчика своими размерами — такого корабля офицер до этого не видел, хотя уже ходил в море на тяжелых крейсерах с авианосным вооружением «Киев» и «Адмирал Флота Советского Союза Горшков».

— Понравилось на «Кузнецове» отношение к летному составу, — рассказывает Сергей Иванович. — Чувствовалось, это настоящий авианосец. С экипажем самые дружеские отношения, никогда никаких проблем либо вопросов. Замечательные люди, опытные моряки, грамотнейшие специалисты. В первую очередь, личный состав боевой части связи, электромеханической, авиационной и радиотехнической боевых частей, то есть с кем традиционно «работает» авиация, кто обеспечивает наши полеты. Они все делают профессионально! Что же касается единения корабельного экипажа и авиагруппы, то вертолетчиков здесь уважают. И мы никогда чужими на этом корабле не были и, я уверен, не будем.

По словам командира 279-го отдельного корабельного истребительного авиационного полка ВВС СФ полковника Игоря Матковского, палубники с экипажем авианосца работают плотно. Порядка сорока процентов полетов в прошлом и уже нынешнем учебных годах выполняли и выполняют на корабль.

— Считаю, нормальная работа, — резюмирует Игорь Феоктистович, — это когда профессиональное взаимодействие созвучно известной флотской песне: «И тогда нам экипаж — семья!» А пожелание «Кузнецову» может быть только одно, чтобы мы не только перелетали на корабль на время похода либо плановых полетов, но и, уходя на базовый аэродром, скорее возвращались обратно. Судьба истребительного авиаполка напрямую зависит от жизни корабля, его долголетия.

Для старшего в нынешнем походе ТАВКР по авиации генерал-майора Николая Куклева, заместителя начальника ВВС и ПВО ВМФ, «Адмирал Флота Советского Союза Кузнецов», по его собственному признанию, — это часть жизни и, наверное, большая ее толика. Двадцать семь «календарных» лет прослужил корабельным вертолетчиком на Северном флоте, куда в 1991 году пришел авианосец.

— И с той поры я на нем, — говорит Николай Викторович. — Участвовал во всех его дальних плаваниях и выходах в Баренцево море. Я сейчас служу в Москве. И все равно — видимо, настолько крепко переплелись наши судьбы — он по-прежнему не отпускает меня. А семнадцать лет — это не возраст для авианосца. Скажу так, молодость, даже юность. Притом что авианосец с годами все хорошеет. В каком плане? Конечно, в первую очередь, по своему техническому состоянию. Сейчас оно на порядок выше.

По мнению генерал-майора Куклева, вероятно, это была все-таки необъяснимая «болезнь» 90-х годов, прогрессировавшая практически на всех властных уровнях, когда говорили, мол, зачем нам авианосцы? И даже должностные лица ВМФ заявляли, что «все, мы уходим из океана, и флот будет прибрежным». Так сказать, корветным. «Зачем нам Мировой океан, что у нас за национальные интересы в нем? Какие задачи будут решать авианосцы?»

Сейчас ситуация, к счастью, изменилась. Ныне всем понятно, что России, великой морской державе, нужен ВМФ. А каким должен быть современный Военно-морской флот? Конечно, авианесущим!

И как тут не вспомнить слова легендарного палубника Героя Российской Федерации генерал-майора Тимура Апакидзе, который говорил, что «страна мучительно долго шла к созданию авианосцев, без которых в наше время ВМФ просто теряет смысл». Для надводных кораблей, а главное, для всех подводных атомоходов, самый страшный враг на море — это авиация. И поэтому «без истребительного прикрытия мы не сможем обеспечить полноценную боевую устойчивость как «стратегов» — ракетоносцев, так и многоцелевых АПЛ». И если хотим оставаться государством с народом, а не с населением, как этого жаждут за океаном, то России, был убежден Тимур Автандилович, просто необходимы авианосцы. Поэтому сегодня главная задача — сохранить «Кузнецова» как переходный корабль. И по максимуму сберечь его летный, инженерно-технический состав, моряков, которые могут и умеют эксплуатировать авианосец. Ведь уже через несколько лет им цены не будет! А «Адмирал Флота Советского Союза Кузнецов», «когда мы, наконец, встанем с колен», позволит нашей стране создать мощный авианосный флот, который и «будет отстаивать интересы государства в любой точке Мирового океана».

Не зря ведь, комментируя недавний поход корабельной ударной группы Северного флота в Средиземное море, западные военные эксперты в интервью газете ВМС США «Нейви таймс» назвали данный шаг «одним из череды мероприятий, предпринимаемых руководством России для расширения своего военного присутствия в международных масштабах и отражающих растущую экономическую и военную мощь страны».

Источник: "Красная звезда", автор: Сергей ВАСИЛЬЕВ


Главное за неделю