Подлодки Корабли Карта присутствия ВМФ Рейтинг ВМФ России и США
Сколько военных выставок вы посещаете за год?
Две-три российских
    37,10% (46)
Две-три российских и хотя бы одну зарубежную
    23,39% (29)
Одну российскую
    20,97% (26)
Ни одной
    18,55% (23)

Поиск на сайте

"Прабабушка" русского флота

Всегда с особым трепетом ступаю на палубу судоподъемного судна «Коммуна», поскольку второго такого нет не только на Черноморском флоте или в Военно-морском флоте России, но и в мире. Да, уже сегодня черноморцы поставили мировой рекорд долгожительства судна, которое стало уникальным, отметив свое 93-летие в боевом строю. Это тема особой гордости черноморцев, которые, как никто, научились сохранять свои корабли. Здесь боевые единицы и вспомогательные суда живут дольше, чем на других флотах России. Примеров тому масса. Сегодня тема долгожительства боевых кораблей и вспомогательных судов имеет особое значение для черноморцев, поскольку нынешнее руководство Украины всячески препятствует обновлению Черноморского флота, пополнению его новыми кораблями. И долгожительство «Коммуны» служит хорошим примером и ориентиром для всех черноморцев. Сохранение кораблей - путь к сохранению флота. Актуальнее этого может быть разве что возвращение Севастополю его российского статуса, как главной военно-морской базы Черноморского флота.


Капитан «Коммуны» А. Ишинов

Капитана «Коммуны» Анатолия Ишинова знаю не один десяток лет. Еще с тех пор, когда он служил на тральщиках Черноморского флота. Был командиром дивизиона, командиром бригады спасательных судов. Его богатая, в том числе и боевыми буднями, биография (чего стоит только «танкерная война» в Персидском заливе в восьмидесятые годы, за участие в которой Ишинов была награжден орденом) чем-то схожа с биографией «Коммуны». Есть что вспомнить и есть чем гордиться.

Один из самых ярких эпизодов в боевой биографии «Коммуны» - эпопея подъема английской подводной лодки L-55, которой командовал лейтенант-коммандер (капитан-лейтенант) Чарльз Чапмэн. Об этом свидетельствует специальный стенд на «Коммуне», возле которого останавливаются практически все, кто посещает судоподъемное судно.

Шел тревожный 1919 год. К Петрограду рвались войска генерала Юденича, пытавшиеся захватить город с суши. В Финский залив, угрожая северной столице со стороны моря, беспрепятственно вошла объединенная эскадра Антанты под командованием английского адмирала В. Коуэна.

Для противодействия кораблям интервентов и оказания огневой поддержки приморскому флангу армии был создан на флоте Действующий отряд в составе линейных кораблей «Петропавловск» и «Андрей Первозванный», крейсера «Олег», эскадренных миноносцев «Азард», «Амурец», «Всадник», «Гавриил» и «Гайдамак», минных заградителей «Нарова» и «Урал», восьми тральщиков, шести сторожевых кораблей и шести подводных лодок. Начиная с 29 мая 1919 года корабли Действующего отряда (ДОТ) ежедневно выходили в море для выполнения специальных заданий.

4 июня 1919 г. на разведку неприятельских сил в очередной поход вышли эскадренные миноносцы «Азард» и «Гавриил» (командиры Н.Н. Несвицкий и В.В. Севастьянов). Командир действующей в Финском заливе английской подводной лодки L-55 лейтенант-коммандер Чарльз Чапмэн получил радиограмму, в которой сообщалось, что два русских эсминца типа «Новик» после безрезультатной перестрелки с английскими кораблями отходят из Копорского залива к Кронштадту. Прозвучал сигнал «Срочное погружение!», и вскоре командир обнаружил в перископ эскадренные миноносцы «Азард» и «Гавриил», шедшие на пересечение курса. Предзалповое маневрирование, короткая команда, и две стальные сигары понеслись навстречу противнику. Чапмэн приказал увеличить ход, унтер-офицер переложил рули «на погружение», но освобожденная от двух торпед лодка рванулась к поверхности, показав над водой носовую оконечность и ограждение рубки.

Все последующие стремительные события, как в зеркале, отразились в рапорте державшего брейд-вымпел на «Азарде» начальника 1-го дивизиона эсминцев П.Н. Ростовцева начальнику ДОТ С.Н. Дмитриеву: «В 17 часов 37 минут слева от курса были замечены две идущие торпеды, и тотчас же показались рубка и часть корпуса подводной лодки приблизительно в 5 кабельтовых. Приказал командиру положить лево на борт и таранить лодку. Торпеды прошли под носом, и оба миноносца выстрелили из носовых орудий. На месте лодки появился огромный столб воды, не менее чем при взрыве мины заграждения, черного цвета, и видны были летящие в воздух обломки. На месте взрыва, до которого оставалось только 15-20 сажень, был сильный водоворот, с громадной силой выходил воздух, образуя белую пену».

Спустя восемь дней официальная пресса Великобритании опубликовала краткое сообщение: «Секретарь Адмиралтейства с прискорбием сообщает, что одна из подлодок его величества, оперирующая в Балтийском море, пропала без вести с 4 июня, ввиду чего ее следует считать погибшей со всем личным составом». Посчитав, что лодка погибла от выстрела носового орудия эсминца «Азард», Реввоенсовет Балтийского флота наградил командира «Азарда» Н.Н. Несвицкого и комендора С.Е. Богова орденом Красного Знамени. Шла гражданская война, и об этом бое вскоре забыли.

В конце 1926 года тральщики «Защитник» и «Клюз» проводили в Копорском заливе испытания придонного трала конструкции П.П. Киткина. Неожиданно на глубине 32 м трал за что-то зацепился. При его осмотре на палубе «Клюза» на одном из резаков обнаружили прицельную раму от английского 4-дюймового (102-мм) орудия, о чем свидетельствовала сохранившаяся маркировка.

20 октября 1927 г. Реввоенсовет Балтийского моря предписал командованию бригады траления изыскать тральщики для траления Копорской губы и водолазного обследования затонувшей лодки. Ими стали тральщики «Клюз» и «Змей». Они обследовали предполагаемый район, используя мягкий гидрографический трал и металлоискатель. Руководил поисковыми работами командир «Змея» (он же командир 1-го дивизиона тральщиков) К.Л. Никандров. Вскоре в квадрате № 18 в точке с координатами Ш-59о 55 мин. S, Д-28о 46 мин. 6сек. N обнаружили лежащую на грунте лодку. Уточнив место гибели и выставив веху, тральщики вернулись в Кронштадт за водолазной партией.

20 ноября 1927 г. в результате водолазного обследования было установлено, что подлодка лежит на глубине 32 м, погрузившись в грунт по привальные брусья с креном на правый борт 7-8о и дифферентом на корму 4о. На рубке установлены два 4-дюймовых орудия, рубочный люк закрыт. По правому борту вблизи стыка ограждения рубки с корпусом обнаружена пробоина размером 0,6х0,6-0,8м. При повторном и более тщательном осмотре было установлено, что вся рубка практически разрушена сильным взрывом, остались на месте только носовая часть ее ограждения, снарядный элеватор и одно орудие. Прочную бронзовую рубку нашли на грунте в 20-25 м от лодки по правому борту. Левая балластная цистерна имела многочисленные разрывы и вмятины, около рубки в прочном корпусе обнаружили пробоину длиной около 1,5 сажени (3,2 м).

8 июня 1928 г. приступили к подводным работам. Вначале застропили прочную рубку, на следующий день подняли и уложили ее на кормовую палубу «Транспортника». Одновременно подняли и кормовой элеватор, но вот второе орудие так и не нашли. Видимо, оно, отброшенное силой взрыва, глубоко погрузилось в грунт.


Судоподъемное судно «Коммуна»

Вскоре водолазы обнаружили в 10 саженях (21 м) от кормы лодки железный квадратный ящик. Они посчитали, что это сейф, и немедленно подняли его на палубу «Транспортника». При более тщательном осмотре в нижней части «сейфа» обнаружили четыре стальных колеса. Доставленную 11 июня в Кронштадт находку осмотрели минеры и вынесли заключение: найденный предмет является якорем английской противолодочной мины заграждения. Стала ясна истинная причина гибели L-55. Погружаясь, лодка навалилась левым привальным брусом на минреп, и притянутая к корпусу мина взорвалась в районе ходового мостика. Видимо, командир английской лодки не учел сильного течения в Копорской губе, которое и снесло ее на собственное заграждение.

– 24 июня судоподъемное судно «Коммуна» под командованием С.И. Рябкова прибыло на буксире у «Транспортника» в Копорскую губу и жестко раскрепленное между четырьмя швартовыми бочками стало точно над лодкой, – рассказывает капитан «Коммуны» Анатолий Ишинов. – Обследование показало, что дно здесь состояло из смеси песка и мягкой глины. Поэтому было принято решение поднимать лодку при помощи четырех стальных полос, получивших в судоподъемной практике названия «полотенца». Обычно протяжка полотенец под днищем затонувшего корабля производится после промывки туннелей в грунте, но этого не потребовалось, ограничились лишь подрезкой грунта по всей длине лодки тонким стальным тросом. В нужных местах к тросу присоединялись полотенца и продергивались под корпусом лодки. 22 июля под корпус завели четыре полотенца. Оставалось закрепить коуши полотенец на гаки подъемных гиней «Коммуны». Затем отмыли грунт от корпуса лодки напорной струей воды, подаваемой паровым насосом.

Наконец все подготовительные работы были закончены. Подъемный вес L-55 (водоизмещением в 950/1180) определялся не свыше 860 тонн, и 11 августа в 7 ч. 30 мин. лебедки «Коммуны» заработали «на подъем». В 7 ч. 50 мин. лодка оторвалась от грунта, а в 9 ч. 15 мин. над водой показалось носовое орудие. В 10 часов подъем закончился. В 13 часов «Транспортник» начал буксировать «Коммуну» вместе с висящей на гинях подлодкой. Помогая буксиру, на «Коммуне» запустили левый дизель, и в 22 часа необычный караван благополучно прибыл в Кронштадт.

14 августа лодка была поставлена в док. Как выяснилось во время последующего осмотра, ни одна из переборочных дверей не была закрыта и все помещения оказались почти до половины заполненными жидким илом с весьма тяжелым, гнилостным запахом. Из отсеков лодки были извлечены останки 34 английских подводников. На черепе одного из них, найденного в носовой части, обнаружили пулевое отверстие. Вероятно, это были останки лейтенанта Гитхарта, который по тревоге находился у торпедных аппаратов и в момент гибели лодки успел воспользоваться своим личным оружием.

В начале сентября в гавани Кронштадта ошвартовался английский коммерческий пароход «Труроу». 34 гроба торжественно вынесли на палубу парохода. Покинув Кронштадт, «Труроу» взял курс на Таллинскую бухту, где гробы переправили на палубу легкого крейсера «Чэмпион». Сопровождаемый эскортом английских подводных лодок крейсер с приспущенным флагом 8 сентября 1928 г. вошел в гавань Портсмута, и останки экипажа L-55 наконец вернулись на родину.

Восстановление L-55 поручили Балтийскому заводу. 7 августа 1931 г. восстановленная лодка вошла в состав Морских сил Балтийского моря. С 1 апреля 1933 г. использовалась главным образом для обучения личного состава. 10 января 1940 г. Л-55 вывели из боевого состава, перевели в опытовую подводную лодку. С началом Великой Отечественной войны субмарину передали в Кронштадтский военный порт на хранение и законсервировали. С 11 мая 1942 г. лодка стала использоваться в качестве самоходной плавучей зарядной станции. Окончательно Л-55 исключили из состава ВМФ только 16 февраля 1945 г., а ее корпус разобрали на металл только в 1960 году.

Полвека после кончины подлодки живет и здравствует судоподъемное судно «Коммуна», на счету которого летопись, какой может позавидовать целый дивизион кораблей или судов. Оно родилось в царское время под Андреевским флагом, пережило революции, гражданскую и Отечественную войны, весь советский период и вновь подняло Андреевский флаг вспомогательного флота.

Мне в качестве журналиста довелось работать на судне во время уникальной операции под руководством главнокомандующего ВМФ РФ в ту пору адмирала Владимира Масорина по оказанию помощи аварийной подводной лодке, лежащей на грунте. Автономный снаряд АС-5 (по сути маленькая подводная лодка), спущенный с «Коммуны», доставил в итоге на ее борт спасенных подводников.

Ровно два года прошло с того показного учения, когда на борту «Коммуны» собралось несколько адмиралов под руководством главнокомандующего ВМФ и все они наблюдали за учебным спасением экипажа подлодки, лежащей на грунте. АС-5 выполнил все действия по присосу к ПЛ «Алроса» и открыл нижний люк, через который в автономный снаряд перешли подводники: лейтенант Д. Шардыко, старший мичман А. Рябой, старшина 1 статьи А. Григорьев, выполнив впервые за последние 16 лет эпизод такого характера. Так что уникальное судно «Коммуна», пережившее тысячи более молодых кораблей и судов ВМФ СССР, России и Украины, по-прежнему верой и правдой служит российскому Черноморскому флоту.

Источник: "Красная звезда", автор: Владимир ПАСЯКИН


Главное за неделю