Подлодки Корабли Карта присутствия ВМФ Рейтинг ВМФ России и США
Какой способ жилищного обеспечения военных вы считаете наиболее оптимальным?
Жилье в натуральном виде
    63,75% (51)
Жилищная субсидия
    18,75% (15)
Военная ипотека
    17,50% (14)

Поиск на сайте

В Америку, к Колумбу... 100 лет назад


Наш рассказ — о праздновании юбилея открытия Америки в 1893 году — составлен из подлинных записей в журналах «Морской сборник», «Нива», «Разведчик», а также из публикаций газет «Кронштадтский вестник», «Котлин», «Нью-Йорк тайме» и других. В очерке цитируются документны из фондов Центрального государственного архива Военно-Морского флота. К сожалению, невозможно воспроизвести фотографии русских кораблей, дымящих на фоне статуи Свободы, русских матросов на авеню и стритах, празднеств на реке Гудзон... Сам император Александр III не поленился выйти на яхте встречать моряков, окончивших почетную миссию.

Летом 1892 года довольно неожиданно Испания, Италия и США пригласили Россию участвовать в юбилее открытия Колумбом Нового Света. Причем не в качестве гостя, а на равных, памятуя о подвигах «российских колумбов». Заметим, это случилось за два года до того, как Пьер де Кубертен выступил с идеей возрождения Олимпийских игр. Широко распространенный ныне обычай отмечать юбилей любого мало-мальски значимого для мира события берет свое начало, пожалуй, с тех памятных лет конца прошлого века.

Торжества «дней Колумба» состоялись в Европе осенью 1892 года и спустя полгода повторились за океаном. Грандиозный Морской смотр в Нью-Йорке, Колумбийская выставка в Чикаго, переход кораблей, копий колум-бовских, через Атлантику... Россия на этом празднестве была в центре внимания. Во время главного приема в Нью-Йорке именно испанский и русский адмиралы занимали почетные места рядом с супругой президента США. На выставке в Чикаго экспонаты эпохи Колумба соседствовали со свидетельствами подвига Беринга — Чирикова. (Как известно, Америку открывали с двух сторон — испанские и российские мореплаватели. С разницей в несколько веков).

Этот юбилей мы вспоминаем не случайно. Россия была полноправной его участницей, и жаль, что сегодня, когда отмечается 500-летие открытия Колумба, мы оказались скорее наблюдателями грандиозного празднества. Хотя, как говорят документы, и в прошлом не обошлось без обычной нашей неразберихи, чуть было не поставившей под вопрос участие России в юбилее...

Приглашения

«Дело» о Колумбе в архиве датируется 12 июля 1892 года, когда вице-адмирал Константин Павлович Пилкин 1-й, член Адмиралтейств-совета, замещал находящегося в отпуске управляющего морским министерством адмирала Чихачева. В тот день исполняющий обязанности управляющего министерством иностранных дел тайный советник Николай Павлович Шишкин передал Пилкину копию ноты испанского поверенного в делах де Ори с приглашением российскому правительству. «Правительство Испании устраивает 2,3,4 наступающего августа празднества в воспоминание славного отъезда Христофора Колумба для открытия Америки и приглашает принять участие в означенных празднествах через присылку в порт Палое или Кадикс (Старая транскрипция названия Кадис.) одного или нескольких военных морских судов».

Пилкину оставалось лишь гнать гонцов к министру Чихачеву на его адмиральскую дачу на Карельский перешеек, чтобы составить ответ на сильно запоздавшее приглашение. Ответ, конечно, отрицательный в связи с тем, что «...до начала колумбийского празднества остался весьма короткий срок и в Средиземном море нет ни одного военного судна».

Между тем испанцы не сдавались, а непременно хотели к эскадре многих морских держав добавить хоть один корабль под Андреевским флагом. Потерпев неудачу с приглашением «на отъезд» Колумба, испанский двор решил пригласить теперь уже на юбилей «приезда» Колумба в Америку, то есть на 12 октября. В Петербург послано новое приглашение...

Однако юному королю Испании и опекающей его королеве-регентше ни за что бы не увидеть Андреевского флага в Гуэльве, где открывали памятник Колумбу, если бы не странное происшествие на рейде Кадикса, где 2 октября вдруг бросил якорь русский крейсер «Память Азова». Но крейсер спешил в Кронштадт до ледостава в Финском заливе... Только великий князь генерал-адмирал Алексей Александрович мог отдать приказ несущемуся на всех парах кораблю, который, как мы увидим, предназначался для более высоких целей и для высоких особ. Дело в том, что письмо из Испании пришло в тот же день, 2 сентября, что и важная депеша из Вашингтона.

«2 сентября 1892 г. № 6659, Управляющему морским министерством. Се-веро-Американский поверенный в делах Вуртс уведомил нас, что в апреле будущего года имеют быть в Гэмптоне в присутствии президента САСШ морские празднества... Приглашение России засвидетельствовать своеучастие в общих трудах европейских народов в открытии Нового Света исходит прежде всего от самого общества Соединенных Штатов и составляет настолько горячее его желание, что правительство поручает своему поверенному в делах г.Вуртсу употребить все усилия, чтобы его просьба была удовлетворена. Шишкин». Потому день 4 октября, а по российскому старому стилю 22 сентября, в Главном штабе был горячим. Из дачного затишья вынужден был явиться на службу генерал-адъютант двора Его Величества и вице-адмирал Оскар Карлович Кремер. Он и решился подписать телеграмму великому князю — шефу Российского флота. Теперь все ожидали ответа из Царского Села. И он пришел в тот же день с разрешением «оставить «Память Азова» в Кадиксе для принятия участия в торжествах».

Круг лиц, причастных к предполагаемым празднествам, стремительно расширялся. В Гидрографическом управлении царила легкая паника в связи с письмом, доставленным нарочным из штаба. В письме сообщалось о желании правительства Северо-Американских Соединенных Штатов иметь на время предстоящей Колумбийской выставки в Чикаго подлинные донесения капитана Беринга во время плавания его в 1738 — 1742 годах к берегам Америки... В архивах гидрографии, где хранились документы и разные подлинные раритеты из экспедиции Беринга — Чирикова, тоже царило оживление. Все отделы флота были охвачены лихорадкой подбора экспонатов, в числе которых были и компасы со старинных кораблей, и копии шканечных журналов пакетботов «Св.Петр» и «Св.Павел», и новейшие изобретения русских умельцев от Морской науки. Генеральным комиссаром Всемирной выставки в Чикаго был определен высочайшим указом Павел Иванович Глуховской. От Морского ведомства членом и делопроизводителем высочайше утвержденной комиссии по участию России в выставке был назначен капитан I ранга Дмитрий Федорович Мертваго. В морских газетах его именовали Главным собирателем выставки от Морского ведомства. В конце ноября в крыле Адмиралтейства, занимаемом гидрографическим управлением, состоялся смотр экспонатов, отправляемых на выставку Его Высочеством Алексеем Александровичем. Педантичные гидрографы не подвели. Модели кораблей, разные приборы, изделия канатного завода, копии карт и документов были безупречны. Но вот о настоящих кораблях предстояло подумать.

Трудная зима Российского флота

В самый ледостав выбираться из Кронштадта в столицу — одна морока, даже Главному командиру Кронштадтского порта вице-адмиралу Сергею Павловичу Шварцу. Предложенные для визита в Америку крейсера «Адмирал Нахимов» и «Память Азова» после долгого плавания требовали ремонта, а новейший броненосец «Император Николай I» вызывал тревогу своей остойчивостью. Шварц вертел в руках секретное послание с припиской «не разглашать» и дивился этим министерским адмиралам. Написанную им телеграмму он велел отправить городским телеграфом. «Кремеру от Шварца 24 ноября 1892 г. № 109. ...Что же касается возможности we оглашать цели изготовления судов, то я очень в ней сомневаюсь, так как все здесь давно уже говорят о посылке в Соединенные Штаты указанных в письме судов. Шварц».

Между тем соблазн задержаться с выходом побудил морского министра подробно описать зимние проблемы флота шефу иностранного ведомства. «Шишкину от Кремера. Наши суда, запертые льдами в Кронштадте, не могут прибыть в Америку ранее половины июня старого стиля, а потому участие нашей эскадры в торжествах может осуществиться только в том случае, если правительство САСШ пожелает отложить эти торжества до июня». Шишкин понимал, что такое заявление дублировать в Штаты неудобно, и приглашенному в свои апартаменты в последний день 1892 года господину Вуртсу заявил лишь, что суда наши не в состоянии будут прибыть в Америку к назначенному сроку...

В конце прошлого столетия Российский флот активно плавал во всех океанах, и в Главном морском штабе наконец решили, что «заграничные» крейсера «Дмитрий Донской», который находился в Нагасаки, а также «Генерал-Адмирал» и «Рында», плававшие в тропических водах Атлантики, все-таки могут поспеть к апрелю, а из Кронштадта, даст Бог, хотя и с задержкой, пойдут еще два крейсера. Заиндевевшие от морозов кронштадтские крейсера начали спешно краситься и ремонтироваться. Командуюшим Атлантической эскадрой был назначен вице-адмирал Николай Иванович Казнаков.

Атлантическая эскадра

Что же из себя представляли корабли, которыми (что уж скрывать) Россия намеревалась в водах свободной Америки если не удивить мир, то уж посрамить Англию? Но время для такой демонстрации явно не наступило. Соперничество России и Англии в строительстве океанских броненосных крейсеров шло с переменным успехом. Теперь же вызывающая новинка русских — только что построенный, но не испытанный как следует броненосец «Император Николай I» явно опаздывал к смотру. И все-таки он придет в Нью-Йорк, правда, не к началу празднества.

...Флагманским кораблем эскадры надо бы назначить первенца класса броненосных кораблей «Генерал-Адмирала». Но построенный знаменитым адмиралом А.А.Поповым в 1873 году, броненосец явно устарел. Посылка этого корабля в Америку имела еще политический и эмоциональный смысл. Дело в том, что корабль с таким же названием — предшественник нынешнего был построен в... Нью-Йорке в 1858 году. Назывался он фрегатом, хотя по размерам превосходил нынешний броненосец. Это был ходок в красавец... Ностальгия погнала в Америку и стальной пароходо-корвет «Рында». Его предшественник относился к числу первых паровых кораблей, вызванных к жизни Крымской войной; его тоже строили в Нью-Йорке, в 1856 году. «Рында», в ранге крейсера, был сравнительно новым кораблем и при не слишком мощной машине хорошо ходил под парусами. Итак, эти два корабля как бы продолжали традиции кораблестроительных связей России и Америки. Да и перспективы контактов россиян и американцев на ниве сотрудничества самые благоприятные... Вскоре в Новом Свете будет заложен легендарный «Варяг».

Как хотелось русским показать в Америке «Адмирала Нахимова» — первый образец башенного крейсера! Он придет, но с опозданием, конечно. Иными мотивами руководствовался императорский двор, когда хотел послать «Память Азова». Этот океанский полуброненосный фрегат был спущен на воду 20 мая 1888 года, в день 200-летия спуска Петром I ботика — «дедушки русского флота». Корабль находился под покровительством великого князя и самого императора. Однако этот символ петровского возрождения флота не успел оправиться после дальних походов минувшего года, и от похода на юбилейный смотр пришлось отказаться. Но адмиральский и командирский салоны крейсера стали местом, где император долго выслушивал адмирала Казнакова о походе эскадры. Впрочем, мы забежали далеко вперед. Пока же назначенный флагманом «Дмитрий Донской» бросил якорь на рейде Алжира — морской столицы морской державы № 2 — Франции. Двухтрубный крейсер I ранга водонзмешеннем 5700 тонн выгодно выделялся даже среди добротных французских судов. Кстати, эта обычная черта русских кораблей: безупречная чистота и изящество рангоута, дополненные вежливостью и общительностью офицеров, лихостью и скромностью нижних чинов...

11 марта к борту крейсера ошвартовалась севастопольская яхта «Форос», нанятая великим князем Александром Михайловичем для перехода из Канн в Алжир. На следующий день в Алжир почтовым пароходом прибыл командующий эскадрой.

Пока великий князь в форме лейтенанта российского флота с кортиком на боку и с красно-белой повязкой вахтенного начальника встречал на палубе французских визитеров, Казнаков распекал командира крейсера капитана I ранга Зеленого за нелепую телеграмму в Главный морской штаб с просьбой списать с крейсера нижних чинов польской национальности «...ввиду частых побегов нижних чинов в американских портах». Теперь Казнаков вручил письмо министра командиру: «Все упомянутые нижние чины должны быть оставлены на крейсере, не оскорбляя никого списыванием...»

Якорь брошен на реке Гудзон

16 марта 1893 года крейсер снялся с якоря и после короткой стоянки на острове Мадейра начал переход через Атлантику. 7 апреля (все даты даны по старому стилю. — В.Г.) «Дмитрий Донской» стал на рейде острова Сент-Томас. Здесь же стояли американские крейсера «Ньюарк» и «Беннингтон», которые только что пересекли океан, ведя на буксире копии судов Колумба — «Нинью» и «Пинту». Далее им предстоял переход в Гавану. Отсюда уже испанские корабли «Рейна Регенте», «Инфанта Исабель», «Нуэва Еспанья» повели «колумбовские» суда в Нью-Йорк. Флагман Колумба — возрожденная на верфи Кадикса «Сайта-Мария» прошла по курсу Колумба са мостоятельно под присмотром испанского крейсера. Командовал каравеллой капитан I ранга Консас-и-Палау... Опустим детали перехода в Нью-Йорк русских и прочих кораблей. Накануне Морского смотра на внешнем рейде города дымы от кораблей и залпов салюта заслонили притягательный пейзаж с маяком (статуя Свободы) на переднем плане. 14 апреля по сигналу американского адмирала Герарди с крейсера «Филадельфия» 35 кораблей десяти стран мира вошли в реку Гудзон и стали на якоря в две колонны против набережных города. В левой колонне заняли места 12 американских кораблей, выкрашенных в белый цвет. За ними — поочередно — представители Аргентины, Голландии, Германии. В правой колонне стали корабли Англии, России, Франции, Италии, Испании, Бразилии.

Морской смотр 15 апреля начался с опозданием из-за дождя и тумана. Наконец в час дня выстрел с американского монитора возвестил о начале парада. Российские крейсера «Генерал-Адмирал» и «Рында» по сигналу с «Дмитрия Донского» произвели салют. Команды заняли места по бортам и реям. Президент САСШ Стивен Г. Кливленд с супругой и почетными гостями начал обход кораблей на яхте «Долфин». Гул, свист, гудки более тысячи пароходов, на которые было продано 800 тысяч билетов. Еще частные яхты. Следом за президентской яхтой под вымпелом Колумба шел миноносец с потомком великого мореплавателя — герцогом и контр-адмиралом де Верагуа. Смотр закончился в голове колонны военных кораблей, где стояли расцвеченные в духе своей эпохи три испанских корабля. Яхта президента бросила якорь рядом с ними, и к ее борту устремились катера с адмиралами и командирами судов. После торжественного завтрака на яхте вновь последовали обход кораблей и салюты. Десятки оркестров на кораблях и берегу играли марши и гимны. Вот какую лаконичную запись можно найти в журнале крейсера «Генерал-Адмирал» в день парада:

«В 4.45 при спуске президента с яхты «Долфин» на берег послали людей по реям и произвели салюты в 21 выстрел. В 6ч. дали команду пить вино и укладку канатов. В 6.20 пустили электрическое палубное освещение. В 7.50 зажгли боевой электрический фонарь для иллюминации. В 8ч. на молитву и команде роздали койки».

Вечером состоялся бал, данный городом в честь участников смотра. На следующий день — парад на берегу, где, конечно же, россияне блеснули белыми чехлами на бескозырках и отменной выправкой.

19 апреля в Чикаго — церемония открытия Колумбийской выставки, куда специальным поездом были доставлены гости со всех кораблей. Русский посол в САСШ князь Кантакузин писал своему шефу Шишкину в Петербург:

«...На яхте «Долфин» русский адмирал и я были предметом особого внимания со стороны президента... Его представитель высказал мне в самых горячих выражениях признательность федерального правительства по поводу ссуды золота Россией... В Чикаго появление Кливленда и герцога Верагуа было радостно встречено 200-тысячной толпой. ...Президент нажал электрическую пуговицу, и в одну секунду задвигались машины, заиграли фонтаны, взвились флаги и раздались пушечные салюты».

Перечислить все нюансы обширной программы невозможно. Интересны детали. Американцы удивляли россиян всегда. Тогда тоже. Офицеров удивил завтрак со стаканом холодной воды, матросов — механизация погрузки угля, который на наших кораблях грузили в мешках. Гостям показали Ниагарский водопад и природный парк на реке Йеллоустон. Кроме того, после парада «Дмитрий Донской» и «Рында» совершили плавания в Филадельфию и Бостон с возвращением в Нью-Йорк. Примечательней всего, что и великому князю нашлась работа. Именно в Филадельфии он вручил отцам города ценные подарки от императора в благодарность за щедрую поддержку России пшеницей в засушливом 1892 году. На этой церемонии присутствовал преосвященный Николай — епископ Американский и Аляскинский.

Особое впечатление произвело открытие памятника адмиралу Фарагуту — герою Гражданской войны в США. Известно, что россияне поддержали северян, прислав свои эскадры в Нью-Йорк и Сан-Франциско в 1863 — 1864 годах. (См. очерк Юрия Коршунова «Андреевский флаг в Нью-Йорке». — «ВС» № 11/90.)

Летом 1867 года Дэвид Фарагут возглавил эскадру американских кораблей, побывавших с визитом в России. Заметим, что этот пик взаимной приязни ознаменовался приобретением Америкой за бесценок российских владений в Новом Свете осенью того же года... Возлагая цветы на могилу американского адмирала на нью-йоркском кладбище Вудлаун, адмирал Каз-наков говорил о неувядающем содружестве, особенно на ниве кораблестроения. А в это время американские специалисты в перемазанных маслом спецовках помогали чинить паровые машины наших крейсеров...

Особенно сплотила военных моряков из разных стран двухдневная шлюпочная гонка на реке Гудзон, между 72-й и 132-й улицами. В первой гонке 28 апреля первое место заняла гребная шлюпка с «Генерал-Адмирала», получив приз в 70 долларов (10 долларов на весло). При тамошней месячной зарплате в 25 — 35 долларов сумма эта была довольно высокой. Англичане с «Блэйка» заняли первое место в гонках гребных катеров. На второй день первые места достались американцам. Что ж, русские сорвали приз и аплодисменты, но и другую память о себе оставили, впрочем не по своей воле.

Проходящий по Гудзону караван барж сорвал стоящий под выстрелом паровой катер «Крейтон» с крейсера «Дмитрий Донской». Как всегда спавший дневальный, к счастью, успел спастись, а катер так и остался на дне Гудзон-ривер. Продолжая тему памяти, скажем, что сбежало на берег с русских кораблей всего 6 нижних чинов, видимо, прельстившись высокими заработками на американских судах. Адмирал Казнаков доносил об этом генерал-адмиралу Алексею Александровичу и с полным основанием добавлял, что у англичан сбежало... 100 матросов. Только 20 июня прибыл в Нью-Йорк крейсер «Адмирал Нахимов», a 11 июля и могучий броненосец «Император Николай I» с «хором музыки» на борту. Впрочем, усталость от торжеств и приемов в соединении с невероятной жарой заметно снизили внимание к русской боевой мощи, хотя «Нью-Йорк геральд трибюн» вышла с заголовком «Русские грозные бойцы», имея в виду суммарную мощь наших кораблей.

Наконец, 28 июля «Дмитрий Донской» и «Рында» покинули гостеприимные берега Америки. «Генерал-Адмирал» ушел раньше, а на следующий день покинули воды САСШ последние два корабля. Удача, сопутствовавшая морякам, к концу года омрачилась известиями о гибели английского броненосца «Виктория» и нашего, тоже броненосца, «Русалки». (См. очерк Виктора Рыкова «Таллиннская Русалка». — «ВС» № 3/89.)

Курсы у всех наших кораблей оказались разными, и никто из них не поспешил домой. Только флагману было предписано прийти в Копенгаген, где находились императорские яхты «Полярная Звезда» и «Царевна». Здесь же, под флагом начштаба Кронштадтского порта контр-адмирала Федора Карловича Авелана, стоял крейсер «Память Азова». Император Александр III учинил высочайший смотр флагмана Атлантической эскадры...

30 августа адмирал Казнаков был приглашен на тезоименитство императора и осыпан милостями с назначением командиром Кронштадтского порта. Уже вернувшись домой к концу навигации, Казнаков получил телеграмму из Чикаго: «Вице-адмиралу Каз-накову Международное собрание экспертов назначило награды за все экспонаты русского морского министерства. 22 ноября 1893 г. Капитан I ранга Мертваго, уполномоченный».

Так закончилась эпопея «Колумб-400», если говорить сегодняшним языком. И пусть вдохновляет нас воспоминание о юбилее, послужившем на благо Америки, России и всех тех, кто на грозных кораблях салютовал Колумбу и самим себе, не помышляя по-иному использовать грозное оружие крейсеров и броненосцев...

Источник: Вокруг Света, автор: Василий Галенко, штурман дальнего плавания


Главное за неделю