Подлодки Корабли Карта присутствия ВМФ Рейтинг ВМФ России и США
Какой способ жилищного обеспечения военных вы считаете наиболее оптимальным?
Жилье в натуральном виде
    61,64% (45)
Жилищная субсидия
    19,18% (14)
Военная ипотека
    19,18% (14)

Поиск на сайте

Когда гибнет командир

Исходя из анализа истории подводной войны 1939-1945 годов, можно сказать, что старинное морское правило “Командир гибнет вместе со своим кораблем” не являлось для подводников Второй мировой, что называется, “обязательным к исполнению”. Хотя в большинстве своем субмарины гибли вместе со всем экипажем, но, порой, именно их командиры оказывались в числе немногих уцелевших (из истории Великой Отечественной войны на море нам хорошо известны имена таких спасшихся с погибших лодок их командиров, как. например, капитана 3 ранга С.П. Лисина с советской С-7 и капитан-лейтенанта Н.В. Шмидта с немецкой U-250). Однако чаще случалось, что лодка оставалась цела, а ее командир погибал по той или иной, иногда даже не боевой, причине.

Возьмем для примера крупнейший подводный флот Второй мировой — немецкий, где среди сотен командиров “u-boot'ов” известно лишь 5 случаев такого рода. Этот краткий список открывает кавалер Рыцарского креста с дубовыми листьями капитан-лейтенант Рольф Мютценбург, погибший 11 сентября 1942 года “в результате несчастного случая” на борту своей U-203. Через год, 24 октября 1943 г. на борту U-505 покончил жизнь самоубийством ее командир капитан-лейтенант Петер Зшех. Во второй день следующего, 1944 года при воздушном налете упал за борт и утонул командир U-625 капитан-лейтенант Ханс Бенкер. Оказавшись в подобной ситуации 24 мая того же года, находившийся на мостике U-921 ее командир старший лейтенант Вольфганг Лец успел отдать приказ о срочном погружении и, спасая свой корабль и его экипаж, сам захлопнул снаружи рубочный люк. Cнова всплыв ни поверхность, немецкие подводники уже не смогли найти в бурном море своего отважного командира, который был официально объявлен “пропавшим без вести”. И, наконец, последним в этом списке значится имя командира U-873 капитан-лейтенанта Фридриха Штайнхофа: выполняя последний приказ командования, он 16 мая 1945 года привел свою лодку в Портсмут, где сдался американцам, а через три дня, уже как военнопленный, покончил жизнь самоубийством, вскрыв себе вены...

В этом отношении по сравнению с Кригсмарине подводным силам Советского ВМФ в годы Второй мировой войны принадлежит явный своеобразный, печальный “рекорд”, - в этот период без своих кораблей погибло 15 командиров советских подводных лодок. Именно этой теме и посвящен материал, подготовленный для сборника "Тайны подводной войны" членом Московского клуба истории флота Андреем Смагиным.

За годы Великой Отечественной войны на трех действующих советских флотах — Северном, Краснознаменном Балтийском и Черноморском, в боевых действиях приняло участие соответственно 78, 92 и 97 командиров подводных лодок. Степень их участия в войне была весьма различна: одни прошли всю войну, как говориться, “от звонка до звонка”, совершив большое число боевых походов, другие же вообще не успели сделать ни одного выхода в море. За годы войны погибло 102 советские подводные лодки, большинство из которых — на коммуникациях противника со всем экипажем, однако, увы нередки были случаи и гибели отдельных членом их экипажей, в том числе — и самих командиров, о чем и пойдет ниже речь.

Северный флот

11 июля 1941 года из Полярного в свой первый боевой поход вышла впоследствии прославленная М-172 под командованием старшего лейтенанта Дмитрия Яковлевича Лысенко. Лодка была направлена в дозор на позицию к северо-востоку от острова Кильдин. Командир чувствовал себя в походе неуверенно часто менял курс, 20 июля, когда место лодки уже несколько дней не определялось, она, находясь в подводном положении, ударилась носом о прибрежные камни в Териберской губе. Командир скомандовал “Полный вперед!” и лодку потряс еще один удар. На борту возникла паника, а командир окончательно потерял способность управлять кораблем. Положение дел спас его помощник, который отдал команду на всплытие. Вся носовая оконечность подводной лодки была изуродована, волнорезы торпедных аппаратов, погнуты и сорваны со своих мест. По возвращении в базу старший лейтенант Д.Я. Лысенко был предан суду военного трибунала и по его приговору расстрелян.

12 февраля 1942 года из Полярного в боевой поход в район мыс Нордкин — Лакее-фьорд вышла подводная лодка Щ-403 под командованием капитан-лейтенанта Семена Ивановича Коваленко. В ночь на 19 февраля в 5 милях от бухты Хоннингсвог в условиях плохой видимости она встретила отряд немецких кораблей в составе минного заградителя “Бруммер” {бывший норвежский “Олав Трюггвассон”) и тральщиков М-1502 и М-1503. Зная, что перед ним противник, командир минзага. приказав дать полный ход, с дистанции 400-500 метров пошел на таран лодки, которая пришла в движение и, обойдя “Бруммер” по большой дуге, прошла у него перед носом. Стоявшие на палубе “Щуки” ее вахтенный офицер, штурман и боцман, приняв “Бруммер” за ... эскортный корабль союзного конвоя, махали немецким морякам руками и кричали о себе “Русские, русские!”. Так как лодка избежала тарана, то противник открыл по ней огонь из всех орудий, достигнув прямого попадания в прочный корпус. В то же время М-1503. обойдя с левого борта продолжающий двигаться на большой скорости минзаг, через несколько минут вышел на лодку и нанес ей под углом 45° скользящий таранный удар позади боевой рубки. Капитан-лейтенант Коваленко, выскочив на мостик и оценив обстановку, дал команду остановить дизели, чтобы произвести срочное погружение, но был тяжело ранен и упал. в то время, как его помощник, штурман и боцман уже спустились вниз. Однако в следующую минуту штурман вновь выскочил наверх и крикнул: “Есть кто на мостике?”. Не получив никакого ответа, он скомандовал “Все вниз! срочное погружение!” и, встав на трап, успел захлопнуть рубочный люк перед самым форштевнем немецкого тральщика, вновь вышедшего в атаку. Тут на лодке потряс новый, мощный таранный удар. На какой-то момент один из немецких унтер-офицеров без приказа спрыгнул с помощью бросательного конца на палубу советской лодки и накинул петлю на ноги лежавшего там без сознания ее тяжелораненого командира. Когда “щука” погрузилась, советский подводник оказался на борту немецкого тральщика. Так капитан-лейтенант С.И. Коваленко попал в плен. где ему ампутировали раненую ногу. Вскоре немцы узнали, что он был командиром подводной лодки и начались допросы, но он или молчал, или давал неверные показания. Советского моряка бросили в лагерь для военнопленных подводников под Парижем, где в 1944 году капитан-лейтенант С.И. Коваленко был расстрелян немцами.

20 мая 1942 года в свой восьмой за войну боевой поход — район острова Фулей вышла подводная лодка Щ-422 под командованием капитана 3 ранга Алексея Кирьяновича Малышева. Он начал войну командиром этой лодки в звании еще капитан-лейтенанта и в третьем боевом походе открыл счет подводников Северного флота, потопив 12 сентября 1941 года в Танафьорде транспорт “Оттар Ярл” тоннажем 1459 брт. За свой четвертый поход, в котором в районе мыса Нордкин артогнем был потоплен мотобот, а его команда — взята в плен. Малышев был награжден Орденом Ленина. До лета 1942 года Щ-422 под его командованием совершила еще два боевых похода. В восьмом походе между командиром и новым его комиссаром старшим политруком Абрамом Ефимовичем Табенкиным возникли разногласия. К тому же на лодке вышел из строя гирокомпас, и командир, в прошлом дивизионный штурман, взялся починить его, но после ремонта прибор пришел вообще в безнадежное состояние. В результате всего этого военком дал в базу радиограмму с просьбой отозвать лодку с позиции ввиду явной трусости командира. По возвращении в базу капитан-лейтенант А.К. Малышев по доносу комиссара был предан суду военного трибунала и по его приговору расстрелян. (Существуют данные, что Малышев погиб еще до исполнения приговора — в тюрьме во время налета немецкой авиации).

11 августа 1942 года на позицию в район мыс Нордкин — порт Берлевог вышла в свой очередной, десятый за войну боевой поход подводная лодка Щ-402 под командованием капитана 3 ранга Николая Гурьевича Столбова, который встретил войну на этой должности в звании еще капитан-лейтенанта. За два года боевых действий лодка, ставшая 3 апреля 1942 года Краснознаменной, провела 15 торпедных атак по кораблям и судам противника, потопила два из них — 17 октября 1941 года в проливе Серейзунд транспорт “Вестеролен” тоннажем 682 брт, а 27 февраля 42-го в Лаке-фьорде, у мыса Сверхольд-Клуббен немецкий сторожевой корабль НМ-01. 14 августа в районе Танафьорда в 1 час 58 минут ночи при зарядке аккумуляторных батарей на лодке произошел взрыв газов — электрики пропустили срок вентиляции на 25 минут и покинули свои посты. Возникший пожар охватил 2-й и 10-й отсеки лодки, при этом погибло 18 членов экипажа корабля и ее командир — капитан 3 ранга Н.Г. Столбов. По возвращении в базу тела погибших были извлечены из отсеков и похоронены в братской могиле на кладбище города Полярный.

24 февраля 1944 гола по неизвестной причине покончил жизнь самоубийством командир подводной лодки С-15 капитан 3 ранга Александр Иванович Мадиссон. Он встретил войну капитан-лейтенантом в должности командира бывшей латвийской подводной лодки “Ронис”. находившейся к 22 июня 1941 года на ремонте в Лиепае. На следующий день из-за невозможности вывода в море и во избежание захвата противником эта лодка, в числе других ремонтировавшихся кораблей была взорвана советскими моряками, а самому Мадиссону посчастливилось уцелеть при обороне Лиепаи. 22 апреля 1943 года он получил под свое командование подводную лодку С-15 Каспийской военной флотилии, которую затем перевел на Север. Выйдя во второй свой боевой поход 19 февраля 1944 года, “эска” уже на следующий день вернулась в базу из-за болезни командира, а через четыре дня капитан 3 ранга А.И. Мадиссон покончил жизнь самоубийством.

Краснознаменный Балтийский флот

Когда 22 июня 1941 года началась Великая Отечественная война, в передовой базе КБФ в Лиепае, кроме уже упоминавшейся выше “Ронис”, в ремонте находилось еще 5 кораблей 1-й бригады подводных лодок — С-1, С-3, М-71, М-80 и “Спидола”. Из них в море удалось выйти лишь С-3, да и то она могла идти лишь в надводном положении. Кроме “родного” экипажа на лодке шла часть моряков с оставшейся в Лиепаи Краснознаменной С-1 во главе с ее командиром капитаном 3 ранга Иваном Тихоновичем Морским. На переходе в районе мыса Ужава С-3 была потоплена немецкими торпедными катерами С-35 и С-60. Погибли почти все, находившиеся на борту “эски”, в том числе — и капитан 3 ранга И.П. Морской.

М-80, как уже было сказано выше, выйти в море не могла, и ее экипаж после подрыва своего корабля пополнил ряды защитников города. Командир “Малютки” капитан-лейтенант Федор Михайлович Мочалов после взятия немцами Лиепаи попал в плен, откуда уже не вернулся. Судьба его точно не известна, однако гибель подводника не вызывает сомнений.

11 августа 1941 года подводная лодка Щ-405 под командованием капитана-лейтенанта Ильи Александровича Сидоренко возвращался в Главную базу КБФ — Таллин — из боевого похода. Западнее мыса Ристна при переходе из крейсерского в позиционное положение на ходу под дизелями лодка внезапно получила большой дифферент. Спасая корабль, вахтенный офицер закрыл входной люк. Лодка легла на грунт на глубине 125 метров, а спустя полчаса всплыла. Вместе с помощником командира и двумя краснофлотцами, находившимися в момент погружения на мостике, погиб и командир “щуки” капитан-лейтенант И.А. Сидоренко.

К началу войны одна из новых подводных лодок КБФ — Л-21 — не успела вступить в строй, хотя и находилась в высокой степени готовности и на ней был экипаж во главе с капитан-лейтенантом Николаем Николаевичем Куликовым. Когда под Ленинградом сложилось критическое положение, в числе отправленных на сухопутный фронт моряков были и подводники. Капитан-лейтенант Н.Н. Куликов, возглавивший один из боевых отрядов моряков погиб 14 августа 1941 года смертью храбрых в бою у города Копорье.

31 октября 1941 года из Кронштадта в третий боевой поход вышла подводная лодка С-9 под командованием капитана 3 ранга Сергея Антоновича Рогачевского. В день 24-й годовщины Октябрьской революции на позиции в Аландском море в сильный шторм с ходового мостика волной были смыты три человека — сигнальщик, вахтенный офицер и командир корабля, найти которых не удалось.

26 июля 1942 года в Кронштадт с позиции у порта Данциг (ныне - Гданск) вернулась подводная лодка С-4 под командованием капитана 2 ранга Дмитрия Сергеевича Абросимова. 15 августа она вышла из Главной базы в Ленинград, но на переходе у борта лодки взорвалась немецкая мина, повредив ее легкий корпус. Командира волной выбросило за борт, в воде он снова был контужен, ударившись, видимо, о какой-то предмет, потонул. Через несколько дней труп капитана 2 ранга Д.С. Абросимова прибило к северному форту Кронштадта, на кладбище которого он и был похоронен.

В ночь на 3 июля 1943 года из Кронштадта к острову Лавенсаари (Гогланд) вышли две советские подводные лодки — М-96 и М-102. Переход прошел благополучно, но противник. очевидно, обнаружил лодки и 7 июля на остров последовало пять воздушных налетов. М-96 отошла от пирса и легла на грунт, а М-102 капитан-лейтенанта Петра Васильевича Гладилина с отходом несколько задержалась и продолжала стоять, отшвартованная у борта баржи. Лодка была готова к отходу, но на ней ждали командира, который был на берегу в штабе. Наконец командир появился, ему оставалось сделать всего несколько шагов, чтобы занять свое место, но когда он приблизился к трапу, у борта “Малютки” разорвалась бомба. Не успев ступить на трап, командир упал на палубу баржи, сраженный осколком. Ранним утром 8 июля М-102 с приспущенным флагом вышла в Кронштадт, а через три дня капитан-лейтенант П.В. Гладилин со всеми воинскими почестями был похоронен на Кронштадском военном кладбище.

Черноморский флот

С началом войны на боевые позиции из Севастополя вышли три советские подводные лодки — Щ-205. Щ-206 и Щ-209. Этот первый выход окончился неудачно — Щ-206 не вернулась на базу, а две другие лодки противника не обнаружили.

Командиру Щ-205 капитан-лейтенанту Павлу Севастьяновичу Дронину в этом выходе была поставлена боевая задача — занять позицию в районе мыса Сфынтул-Георге (Олинька). Пробыв в море 18 суток, лодка 9 июля вернулась в Севастополь. Однако после проверки штурманских прокладок и журнала боевых действий выяснилось, что “Щука” не дошла до назначенной позиции, что было расценено как трусость командира и невыполнение им боевого приказа. Капитан-лейтенант П.С. Дронин был предан суду военного трибунала и по его приговору расстрелян.

24 марта 1942 года на порт Туапсе был произведен большой налет немецкой авиации. В ходе его погибли, в частности, два командира советских подводных лодок — капитан 3 ранга Иван Назарович Киселев и капитан-лейтенант Дмитрий Митрофанович Денежко. Оба они командовали лодками — Щ-209 и Щ-213 соответственно — с самого начала войны и совершили по шесть боевых походов каждый, причем на счету Д.М. Денежко приходятся две победы — потопление в районе пролива Босфор 23 и 24 мая 1942 года соответственно турецкого танкера “Чанхая” тоннажем 454 брт и болгарского каботажного судна “Струма” тоннажем 144 брт соответственно.

22 сентября 1943 года подводная лодка М-51 использовавшаяся в основном в учебных целях, производила погружение в районе Очамчури. Командир корабля кап.-лейт. Михаил Михайлович Голубев допустил ошибку и не успел закрыть рубочный люк. Лодка упала на 12-метровую глубину с затопленным центральным постом. При этом погибло 7 человек, в том числе и командир лодки М.М. Голубев.

Подведем итог этого печального списка: всего в годы Великой Отечественной войны без потери своих кораблей погибло 16 командиров советских подводных лодок. Из них трое (Гладилин, Денежко, Киселев) — при налетах вражеской авиации, по одному в боях на суше (Куликов), и на море на борту чужого корабля (Морской), трое утонули в море (Абросимов. Рогачевский, Сидоренко), еще двое (Голубев и Столобов) — погибли в результате аварий на борту своих подводных лодок, в немецком плену погибли Коваленко и Мочалов, трое (Дронин. Лысенко и Малышев) были расстреляны по приговору советских военных трибуналов, а один (Мадиссон) — покончил жизнь самоубийством.

Источник: submarine.id.ru, автор: А. Смагин.


Главное за неделю