Подлодки Корабли Карта присутствия ВМФ Рейтинг ВМФ России и США
Сколько военных выставок вы посещаете за год?
Две-три российских
    37,10% (46)
Две-три российских и хотя бы одну зарубежную
    23,39% (29)
Одну российскую
    20,97% (26)
Ни одной
    18,55% (23)

Поиск на сайте

Новости информационных агентств о ВМФ за 1999 г.

Последнее обновление 03.01.00


"Оборонка" ждет помощи от государства

"Красная звезда", 29.12.1999

Многие руководители оборонных предприятий до сих пор с содроганием вспоминают 1998 год, когда государственный оборонный заказ (ГОЗ) был профинансирован всего лишь на 12 процентов. Это значило, что "оборонка" лишилась многих рабочих мест и выгодных контрактов, а наша армия недополучила новые танки, самолеты, оружие... В завершающемся году ситуация несколько изменилась в лучшую сторону: финансирование гособоронзаказа поднялось до отметки 60 процентов. Как будет складываться ГОЗ в следующем году - на эти и некоторые другие вопросы отвечает начальник вооружения ВС РФ генерал-полковник Анатолий Ситнов.

- Анатолий Петрович, по какому принципу сформирован государственный оборонный заказ на следующий год, как, с вашей точки зрения, он будет выполняться?

- Существует несколько принципов формирования гособоронзаказа. Первый, наиболее благоприятный, определяется потребностями армии и флота в том или ином виде вооружения и военной техники (ВВТ). Когда такой возможности нет, задействуется так называемый лимитный вариант, при котором балансируется вся система вооружения по номенклатуре и количеству закупаемых образцов - от стратегических ракет до обычного стрелкового оружия. И, наконец, третий, я бы его назвал критическим, вариант, когда состояние экономики страны предъявляет крайне жесткие подходы к ГОЗ, когда необходимо действовать по принципу семь раз отмерь один раз отрежь. И здесь очень важно скромные финансовые средства направить на поддержку производств, которые мы не имеем права терять ни при каких обстоятельствах.

Государственный оборонный заказ в уходящем году профинансирован на 60 процентов. Конечно, этого недостаточно для полнокровной работы оборонно-промышленного комплекса (ОПК). Тем не менее хотелось бы сделать акцент не на количественные показатели, а на принципиальные подходы, внедрение которых могло бы значительно облегчить положение "оборонки". Речь идет о необходимости списания долгов, которые сформировались из-за недофинансирования гособоронзаказа в 1996-1998 годах. Позиция руководства Министерства обороны в этом вопросе такова: эти долги следует либо списать, либо под них выпустить ценные бумаги или векселя, которыми "должники" смогли бы рассчитаться с государством. Заниматься этим и многими другими злободневными вопросами, касающимися оборонно-промышленного комплекса, должно специальное подразделение в составе Министерства финансов, о необходимости создания которого мы говорим на протяжении уже длительного времени. К сожалению, нас не слышат, а проблема продолжает расти как снежный ком. В результате даже те небольшие средства, которые выделяются по ГОЗ, зачастую идут на выплату бесконечных задолженностей, а не на реальное производство или зарплату бюджетникам. Разве можно подобное положение дел назвать нормальным?
В "оборонке" необходимо наконец навести порядок. И первую очередь раз и навсегда решить вопрос о контрольном пакете акций предприятий ОПК: 51 процент акций должен принадлежать государству. Иначе очень скоро заводы и целые производственные объединения, еще вчера поставляющие нужную Вооруженным Силам продукцию, начнут свертывать военное производство ввиду его "нерентабельности". Сегодня государство фактически теряет контроль в области самолетостроения. Достаточно сказать, что 43 процента акций вертолетной фирмы Миля - фирмы, чьи надежные винтокрылые машины являются гордостью всей страны, - ныне принадлежат иностранному капиталу. Аналогичная ситуация и в других известных на весь мир самолетостроительных российских компаниях. Возможно, буду категоричен, но сегодня речь идет о том, быть или не быть российской авиации.

- В связи с вышесказанным как бы вы прокомментировали ситуацию, сложившуюся вокруг ВПК "МАПО", недавно переименованную в РСК "МИГ"?

- Ситуация в российской самолетостроительной корпорации "МИГ" вызывает у руководства Министерства обороны большую озабоченность. Мы сожалеем, что в этом году не удалось получить модернизированные МИГ-29 из-за деконструктивной позиции руководства корпорации. Более того, ее генеральный директор, что совсем неприемлемо, пытается оказывать давление в вопросах, которые лежат вне пределов его компетенции. Речь идет о регулировании политики и практики формирования оборонного заказа. Именно военное ведомство как генеральный заказчик, а не кто-либо другой определяет и будет определять, какой, сколько и какого качества ВВТ необходимо Вооруженным Силам. Мы впервые за последние годы стали жить по этому принципу, а не по тому, который нам вновь навязывают: что сделали, то и забирайте. Подобная практика себя полностью дискредитировала, возвращение к ней будет шагом назад. Армия и оборонный комплекс - неотъемлемые государственные сегменты, вот почему именно государство должно заботиться о предприятиях ОПК.

- Если говорить о государственном протекционизме в этом вопросе, в чем именно, с вашей точки зрения, он должен проявляться?

- В первую очередь - в регулировании цен топливно-энергетического комплекса. Возьмем идеальный вариант, когда гособоронзаказ профинансирован на все сто процентов. Даже в этом случае ценовая политика в области энергоносителей может существенно деформировать конечный результат: из-за роста цен армия недополучит планируемые вооружения и военную технику. А если к этому добавить постепенное падение курса рубля, то картина и вовсе получится неприглядной. Нам видится, что государство, как это было в случае с так называемым валютным коридором, должно установить четкие рамки ценовой политики на энергоносители для предприятий ОПК, а также ввести разумные льготные тарифы на железнодорожные перевозки, оплату электроэнергии, тепла и т. д. Только в этом случае финансирование гособоронзаказа наполнится реальным содержанием, только в этом случае армия и флот получат то количество ВВТ, которое планируется заказом.

- Анатолий Петрович, события на Северном Кавказе со всей очевидностью показали, что для успешных боевых действий необходимы модернизированная боевая техника и современное вооружение. В связи с этим хотелось бы узнать, как идет модернизация Ми-24?

- Опыт боевых действий в Чечне, как и результаты всей контртеррористической операции, дали хороший импульс модернизации ВВТ и в том числе авиации. Этот процесс уже начался в войсках. Что же касается Ми-24, могу сказать, что модернизация этого типа боевых винтокрылых машин рассчитана до 2005 года. Всего планируется модернизировать 200 вертолетов. Они будут переоснащены новейшими образцами вооружения, усовершенствованной силовой установкой и оборудованием, позволяющим летать ночью и в условиях ограниченной видимости. Уже модернизировано два вертолета для действий в ночном режиме. Отзывы летчиков о новых боевых возможностях машин - самые высокие. В этом убедились начальник Генерального штаба и я лично, когда в ночных условиях опробовалось новое оборудование, - видимость позволила экипажу выполнить поставленные задачи. В ближайшее время планируется модернизировать еще несколько Ми-24 и Ми-8, а всего в следующем году - 25-50 вертолетов в зависимости от объемов финансирования.

В заключение хотелось бы выразить надежду, что у гособоронзаказа-2000 будет более счастливая судьба, чем у его предшественников. И здесь очень многое будет зависеть от принципиальной позиции руководителей различного ранга - позиции, определяющей государственное отношение к вопросу вопросов - укреплению оборонного могущества страны, ее национальной безопасности.


Заместитель Главнокомандующего ВМФ РФ об объемах финансирования перевооружения флота

ИТАР-ТАСС 06.04.1999

Объем денежных средств, направляемых в 1999 г. на финансирование программ по перевооружению военно-морского флота, "явно недостаточен", - заявил заместитель главнокомандующего ВМФ России вице-адмирал Михаил Барсков. Тем не менее, по его словам, на 1999 г. в России запланировано появление в арсенале ВМФ новых образцов вооружений.

"Работа в этом направлении ведется, - отметил М.Барсков, - происходит совершенствование как тех кораблей, что в строю, так и перспективных разработок". Вместе с тем он отметил, что программы перевооружения в современных условиях требуют минимальных сроков реализации и потому становятся все более дорогостоящими. На 1999 г. запланировано дальнейшее развитие экспортных программ строительства кораблей и морских вооружений. "Поддерживая уровень развития собственных сил, мы выполняем заказы для стран, которые являются нашими стратегическими партнерами, это Индия, Китай, другие государства".

В ближайшие годы, по словам вице-адмирала Барскова, перед российскими производителями будет ставиться задача по увеличению доли экспортных заказов. "Так же работают и ведущие страны мира", - заметил представитель командования ВМФ. Характеризуя нынешние возможности российского ВМФ, он отметил, что "по имеющимся комплексам оружия мы располагаем тем же потенциалом, что и НАТО".


Следует ли России быть Великой морской державой?

"Обозреватель", 1999 г. N 5(100)
В.ПОЛОВИНКИН - доктор технических наук, профессор, член-корреспондент ПАНИ
В.ОВЧИННИКОВ - доктор технических наук, профессор, член-корреспондент ПАНИ

На рубеже 80-х годов ВМФ СССР представлял собой силу, способную решать практически любые стратегические и оперативные задачи в Мировом океане. По своей совокупности боевой мощи он значительно превосходил ВМС всех ведущих государств за исключением США.

Современное крайне тяжелое положение некогда сильного российского ВМФ объясняется не только и не столько сложностями нынешней ситуации в России, политическими и экономическими последствиями распада СССР. В первую очередь оно объясняется прошлыми и настоящими принципиальными ошибками руководства страны в понимании роли и места флота как важнейшего оплота государственности. Эти ошибки практически всегда проявлялись в рамках принимаемых по принципу ответной реакции многочисленных, но научно необоснованных военно-стратегических концепций нашей страны. Особенно остро в истории СССР и Российского государства стояли вопросы создания и принятия национальной военно-морской стратегии. В официальных политических документах проблемы развития флота не всегда объективно отражали изменения реалий в мире и экономике.

В то же время, например, в США от концепции к концепции возрастали роль и значение ВМФ. Наиболее показательным в этом отношении является высказывание президента США Р.Никсона: “Военно-морское превосходство для нас является необходимостью”.

Петр Великий был первым и, пожалуй, единственным гениальным политиком, понимающим истинную историческую роль ВМФ в обеспечении развития экономики и решении внешних и внутренних политических задач Российского государства.

Отношение к проблемам развития флота всех последующих руководителей России и СССР отличалось, как правило, исключительной непоследовательностью.

В то же время в России именно политические руководители государства не только “определяли концепции” развития флота на предстоящую и дальнюю перспективу, но и прямо влияли на основы научно-технической политики и “формировали облик кораблей...”.

Известно, например, активное участие И.Сталина в обсуждении кораблестроительной программы в 1945 г. в части, касающейся численности соотношения между линкорами и крейсерами, его высказывание о целесообразных калибрах артиллерийского вооружения тяжелых и легких крейсеров, и даже имели место указания со скоростями полного хода эсминцев.

Характерным в этом отношении является также севастопольское совещание членов Правительства и руководящего состава Министерства обороны и ВМФ, проведенное в октябре 1955 г. по инициативе и под руководством Н.Хрущева, приход которого к руководству СССР отмечен быстрым разрушением сложившейся системы строительства отечественного флота.

Определяя место и роль ВМФ в государственно-политическом устройстве СССР и системе его Вооруженных Сил, Н.Хрущев высказал свое личное видение проблемы, которое затем в еще более “извращенном” варианте воплощалось в военно-морской стратегии и кораблестроительных программах.

Вот некоторые высказывания “ведущего теоретика отечественной кораблестроительной науки”: ...При современных средствах обнаружения, связи, мощных ракетных средствах поражения могут ли выполнять свои задачи надводные корабли?.. Надводные корабли станут обузой. Изменяется значение артиллерии при развитии ракетного оружия. Поэтому башенную корабельную и береговую артиллерию развивать нецелесообразно... Прикрытие коммуникаций требует создания авианосцев... но это задача не ближайшего времени...” Не менее “прогрессивными” были взгляды и министра обороны Г.Жукова: “...Ставить задачу усиления надводного флота неразумно... Авианосцы в ближайшее время строить не нужно... Не следует развивать строительство десантных судов... Их применение может носить вспомогательный характер”.

Отрицательную роль в “судьбе” отечественных авианосцев сыграл Л.Брежнев, который о них высказался, как об “оружии агрессии”.

После таких высказываний следовало преступное, волюнтаристское решение о значительном сокращении числа крупных надводных кораблей, принятое в 50-е годы, да и сама дальнейшая судьба ВМФ была проблематичной. Только после Карибского кризиса отношение политического руководства страны к флоту несколько изменилось. Следовательно уже тогда одной из самых важных причин критического состояния ВМФ явилось отсутствие научно обоснованной военно-морской стратегии государства.

Очевидно, что только в рамках такой стратегии конкретизируются направления строительства и подготовки ВМФ к войне, определяются стратегические задачи, также обосновываются силы и средства, необходимые для их решения.

Однако принятие обоснованной военно-морской стратегии государства подменялось определением “условных” основных задач ВМФ.

В качестве таких задач военно-политическим руководством СССР в период 1945—1991 гг. были определены:

1945—1955 гг. поддержка сухопутных войск на приморском направлении;
1955—1960 гг. нарушение (срыв) океанско-морских коммуникаций;
1960—1970 гг. уничтожение ударных группировок ВМС противника и уничтожение наземных объектов;
1970—1985 гг. уничтожение наземных объектов и ударных группировок ВМС противника;
1985—1991 гг. уничтожение наземных объектов и ударных группировок ВМС противника в ответно-встречных ударах.

Лишь в 60—70-е годы настоящего столетия на формирование ВМФ сказывалось влияние профессионала. Автором единственной, разработанной в середине 60-х годов Морской стратегии ВМФ по праву считается его Главнокомандующий С.Горшков. В соответствии с этой стратегией ВМФ должен был быть способным совместно с другими видами вооруженных сил своими морскими стратегическими ядерными силами уничтожить наземные объекты противника, уничтожить или ослабить его аналогичные силы для предотвращения ядерного удара по территории своей страны. Практика показала, что созданный в соответствии с этой стратегией ВМФ мог эффективно выполнить свои задачи только в ядерной войне. Однако слабое место разработанной стратегии было связано с отсутствием в ней механизма защиты флота от политической конъюнктуры.

Анализ зарубежного опыта свидетельствует о том, что основой сбалансированного развития ВМС является в первую очередь соответствующая направленность внешней политики.

Например, американцы в послевоенный период во внешней политике делали и продолжают делать упор в основном на военную силу. С течением времени США систематически уточняют свои стратегии, соизмеряя их с изменением реалий в мире и с экономической ситуацией в стране. С 1940 г. по настоящее время с учетом динамики противостояния различных систем можно выделить семь периодов. В рамках каждого временного периода устанавливалась базовая стратегическая концепция, определялись роль и место ВМС и, как следствие, обосновывалась направленность их развития.

Во времена второй мировой войны ВМС США доминировали в общей военно-политической стратегии государства, являясь его стратегическими силами.

Первым характерным периодом для анализа военно-политической стратегии США является период 1945—1953 гг. Базовой стратегической концепцией в эти годы являлась стратегия “сдерживания”, апробированная в ходе войны в Корее. Доминирующая роль в общей военно-политической стратегии государства отводилась бомбардировочной авиации, как основному средству доставки ядерного оружия к цели. ВМС в этом вопросе уступили первенство.

Во второй период (1953—1962 гг.) американское политическое руководство принимает курс в национальной политике, известный как политика с “позиции силы” и стратегия “массированного возмездия”. Результатом противостояния с “позиции силы” явился Карибский кризис — первое проявление достигнутого компромисса в отношениях между различными государствами. Карибский кризис продемонстрировал приоритетное значение ВМС США и явное отставание СССР в области морских вооружений. ВМС США к этому времени имели абсолютное преимущество в авианосцах, крупных надводных кораблях, амфибийных силах, а также в числе атомных подводных лодок.

В этот период времени в ВМФ СССР рождается идея достижения так называемого “зеркального паритета” противоборствующих сил на море.

Период с 1962 по 1970 г. связан с проявлением достаточно сдержанной американской стратегии “гибкого реагирования”. Стремление СССР достичь приоритета с США в области стратегических вооружений и полученные реальные результаты привели к тому, что силовые методы в отношениях между нашими государствами перестали приносить желаемые для США результаты.

Состояние ВМФ СССР потребовало от американцев революционных шагов в развитии противолодочной обороны, создания глобальной и глубокоэшелонированной системы дальнего гидроакустического наблюдения, основу которой составили глубоководная система обнаружения подводных лодок и слежения за ними.

Были пересмотрены концепции строительства авианосцев. Все ударные авианосцы переводились в подкласс многоцелевых. Была разработана принципиальная концепция создания высокоточного оружия. Неядерная война стала рассматриваться как наиболее вероятная.

Эти и другие кардинальные изменения в ВМС США, к сожалению, не нашли должного и своевременного понимания в СССР.

Однако свою определяющую роль ВМФ СССР в этот период наглядно продемонстрировал. Например, наличие советской Средиземноморской эскадры в 1967 г. практически предопределило прекращение “шестидневной” арабо-израильской войны. Силы ТОФ в 1968 г. в Японском море предотвратили перерастание политического кризиса в вооруженный конфликт. Исключительно важную роль сыграли корабли ВМФ СССР в 1971 г. в прекращении индо-пакистанского конфликта.

В 1971 г. (четвертый период 1971—1979 гг.) была провозглашена “доктрина Никсона” и на ее основе разработана военная стратегия США — стратегия “реалистического устрашения”. Эта стратегия, сохранив в своей основе принцип силы, как и предыдущие, опиралась на военное превосходство США над СССР.

В четвертый период США впервые делают главный упор на резкую качественную перестройку своих ВМС. Важнейшей составной частью стратегии “реалистического устрашения” была определена так называемая “океанская стратегия”.

Отличительной особенностью “океанской стратегии” являлся перенос основной мощи стратегических наступательных сил на просторы Мирового океана. После принятия данной стратегии усиливается американское военно-морское присутствие в Тихом, Индийском океанах, Средиземном море. Особенно резко увеличился удельный вес атомных подводных лодок в составе стратегических сил наступательного характера.

Реализация “океанской стратегии”, в свою очередь, потребовала усиления ВМС общего назначения за счет создания новых многоцелевых кораблей, называемых американцами “кораблями завоевания господства на море”.

В этот период конфронтация между СССР и США в основном переместилась в область технологических соревнований при создании новых систем морских вооружений. Однако имели место случаи прямого противостояния ВМС США и ВМФ СССР. Например, в октябре 1973 г. отмечалась концентрация сил 6-го флота США и Средиземноморской эскадры ВМФ СССР.

В 1974 г. нашими кораблями в условиях предпринимаемых провокационных действий со стороны израильских ВМС было успешно проведено второе боевое траление Суэцкого канала (первое было в 1974—1975 гг.).

В 1975—1976 гг. в ходе национально-освободительной войны в Анголе советские корабли прикрывали транспорты с кубинскими добровольцами.

Особое место в поддержании мира следует отвести современному повышению боеготовности ТОФ, увеличению группировки сил за счет сформирования оперативной эскадры в феврале—марте 1979 г. у побережья Юго-Восточной Азии.

Пятый период специалисты связывают с новым резким обострением ситуации в мире и относят его к 1980—1985 годам.

Этот период характеризуется стремлением США вернуть себе “силовое” первенство за счет качества своего вооружения и в первую очередь морского. В США принимается стратегия “компенсирующего противодействия”. В рамках гонки вооружения по-прежнему важнейшее место занимают ВМС. Создаются силы быстрого реагирования. Принимается сбалансированная программа дальнейшего развития флота. Согласно этой программе предполагалось, что ВМС будут иметь в своем составе 600 боевых кораблей океанской зоны, в том числе 15—16 авианосных ударных групп, около 30 ПЛАРБ, до 80 атомных подводных лодок с крылатыми ракетами.

Этот же период по праву считается эрой расцвета ВМФ СССР. Наш ВМФ к началу 80-х годов достиг наивысшей мощи. Многие специалисты заговорили о практически полном “зеркальном паритете” морских сил США и СССР. Кораблестроительные программы СССР предусматривали создание кораблей ВМФ всех классов и типов, развиваемых на Западе. Учитывая, что ВМС США и других стран НАТО развивались на базе межгосударственной интеграции и кооперации, наши успехи в строительстве флота действительно следует считать героическими.

В конечном счете именно наличие “зеркального паритета” явилось основанием для поиска путей к взаимопониманию и договоренностям по ограничению, а в дальнейшем и к сокращению вооружений, заключению мирных договоров по безопасности и сотрудничеству. И этого нынешним руководителям страны не следует забывать. Не следует также забывать и того, что корабли нашего ВМФ обеспечили безопасность международного судоходства в зоне боевых действий между Ираном и Ираком.
К сожалению, этот же период можно назвать и периодом начала “заката” ВМФ СССР, главной причиной которого стала очередная нарастающая неприязнь и раздражение политического руководства по отношению к флоту. Его программы в очередной раз стали финансироваться по остаточному принципу.

Шестой период можно определить с середины 80-х годов до 1995 г. В августе 1991 г. президентом США подписываются документы о “национальной стратегии безопасности США”. Новая военная стратегия получает наименование “региональной оборонной стратегии”, в соответствии с которой планируется увеличить боевой потенциал ВМС в 1,5—2 раза.

Наша страна также провозглашает свою “оборонительную военную доктрину” и приступает практически к одностороннему уничтожению своих Вооруженных Сил. МВФ России перестает выполнять важнейшую функцию сдерживания агрессии.

В политических кругах вспоминается крайне недальновидный лозунг о России как “континентальной” державе, которой необходимо иметь лишь небольшие морские силы в основном для охраны своих морских границ.

С 1995 г. начался седьмой период модернизации и пересмотра военных и военно-морских стратегий ведущих держав мира.

Новая национальная военная стратегия США утверждена президентом в 1995 г. и получила наименование “стратегии гибкой и избирательной вовлеченности”.

В соответствии с принятой стратегией основные действия и операции по достижению поставленных целей и решению задач обеспечиваются двумя стратегическими концепциями:

- постоянным присутствием в передовых районах (в первую очередь это Северная Атлантика, Средиземное, Красное и др. моря, Персидский залив, Западная часть Тихого океана и др.);
- наличием достаточных и оперативных возможностей по переброске сил и средств быстрого реагирования (“распространенных сил”).

Принятой стратегией США предусматривается сосредоточение усилий в военном строительстве применительно практически ко всем регионам мира и с учетом известных якобы только американцам районов существующей и потенциальной нестабильности.

Главным в стратегии с точки зрения американских специалистов является ориентация прежде всего на локальные и региональные войны в различных регионах мира.

С учетом основных положений базовой стратегии определяется ядерная политика страны, ее ядерная стратегия и стратегические наступательные силы.

Считается, например, что основу стратегических наступательных сил составят к 2000—2003 годам 14—18 ПЛАРБ, стратегические бомбардировщики и атомные подводные лодки с крылатыми ракетами.

В целом, как и во всех предыдущих периодах, ядерная политика и стратегия США направлены исключительно на обеспечение лидирующей, определяющей, диктующей силы в мире с позиции вооруженного превосходства. С учетом принципиальных изменений военно-политической обстановки в США разработаны возможные сценарии войны, определены районы потенциальных конфликтов и вероятные противники, а также обоснованы конкретные составы участвующих группировок ВМС.

Следует особенно подчеркнуть, что ведущая роль в реализации очередной военной стратегии США, и это отражено во всех сценариях прогнозируемых войн, отведена ВМС. Объективно считается, что флот является наиболее боеготовным, универсальным, живучим видом вооруженных сил, способным решать стратегические задачи не только на океанских и морских, но и на приморских направлениях сухопутных театров.

ВМС могут с постоянной эффективностью применяться как в мирное, так и в военное время. С учетом современного состояния и планируемых к внедрению революционных концепций формирования облика кораблей XXI в. ВМС США содержат в себе основу для постоянной стратегической угрозы любому региону мира. Это связано с тем, что в пределах досягаемости высокоточных средств поражения ВМС США (на удалении до 500 км) проживает около 70% населения мира и сосредоточено около 80% его экономического потенциала и средств управления государствами в особый период. Например, если проанализировать с этой точки зрения район Российского Севера — это 60% территории, 8% населения, 80% запасов природных ресурсов, 25% национального дохода, 75% валютных поступлений в бюджет страны.

Военно-морская стратегия США получила название “ведение боевых действий с моря в передовых районах”.

Новая военно-морская стратегия США предполагает сбалансированное развитие различных родов сил флота. Так, основным ее содержанием в части сил общего назначения и морской пехоты является создание “военно-морских экспедиционных сил”. В соответствии с этим участие в ликвидации кризисных ситуаций в передовых районах связывается с введением условного понятия “экспедиционных войн”. Главная цель ВМС в этих войнах — обеспечение абсолютного господства на море, в воздушном пространстве, прибрежных водах и на самом побережье на удалении до 1200 км от береговой черты. Основной упор делается на применение ВМС высокоточного оружия.

Возрастает и роль авианосных сил США. До 2005 г. в составе ВМС предполагается иметь до 12 авианосцев с новыми типами самолетов.

В самолетостроении и ракетостроении будут широко использоваться последние достижения технологии СТЕЛС.

После создания принципиально нового разведывательно-ударного комплекса, по оценке специалистов, ВМС США будут иметь возможность поражения обычным высокоточным оружием более 3/4 сухопутной территории земного шара.

Особую озабоченность должна вызывать у нас и концепция ВМС США “загоризонтальной” высадки морского десанта. В соответствии с данной концепцией морские десантные силы США к 2005 г. будут способны осуществлять высадку десанта на 85% всей береговой черты земного шара. В целях реализации данной концепции планируется создание универсальных десантных кораблей.

Особое внимание в ближайшие годы специалисты США уделяют дальнейшему совершенствованию объединенных ВМС НАТО (новая стратегическая концепция НАТО была принята в ноябре 1991 г.).

Характерно, что военная мощь стран СНГ рассматривалась до 1994 г. как наибольшая потенциальная угроза безопасности стран НАТО.

По мнению натовских стратегов, ВМС в перспективе до 2005 г. должны быть способны:

- сохранить свою ракетно-ядерную угрозу как “гарантию мира”;
- поразить в случае конфликта любого противника на всю глубину оперативного построения его сил;
- блокировать ВМС и флоты любого противника у его побережья, воспрепятствовать его развертыванию на морские и океанские коммуникации.

Национальные военные доктрины практически всех стран НАТО, их взгляды на строительство и применение ВМС в главных положениях схожи с США.

Сегодня все без исключения ведущие страны Запада и Востока имеют долгосрочные, научно обоснованные программы модернизации своих ВМС, которые предусматривают, с одной стороны — вывод из боевого состава флотов морально устаревших боевых кораблей, с другой стороны — постоянное строительство новых современных боевых кораблей и принятие на вооружение новых видов оружия и боевой техники. К перспективным направлениям специалисты США, например, относят создание кораблей-арсеналов. В кораблестроительных программах ведущих морских держав отчетливо проявляется тенденция превращения надводных кораблей в платформы, с которых будут наноситься удары вглубь территории противника на всю протяженность оперативного построения его сил, что неизбежно повышает роль и значение флотов как в общей структуре вооруженных сил, так и в деле реализации внешней политики этих государств.

Таким образом силы флотов ведущих иностранных государств продолжают находиться в высокой степени боевой готовности, перспективные планы их дальнейшего развития разработаны в соответствии с военно-морскими стратегиями.

Следовало бы предполагать, что столь реальное возрастание роли флотов в системе вооруженных сил многих государств окажет влияние на взгляды на роль, место, задачи и развитие ВМФ Российского государства.

Поэтому весьма показательным и своевременным является сравнение подходов дальнейшего развития ВМФ РФ и ВМС США.

В настоящее время все заметнее становится проявление современной “концепции развития” флота России: тихая и незаметная ликвидация ВМФ как самостоятельной стратегической силы”.

Указы Президента, постановления Правительства РФ по вопросам кораблестроения практически не реализуются, не подкрепляются реальным финансированием. Вопрос о переходе к финансированию ВМФ по отдельной статье расходов федерального бюджета вообще даже не поднимается. Особое беспокойство вызывает состояние морской составляющей стратегических ядерных сил государства.

Без кардинального решения проблемы финансирования поддержания боевой готовности МСЯС к 2005 г. будет израсходован ресурс всех ракетных подводных крейсеров и страна практически утратит свои стратегические ядерные силы. Учитывая положение договора ОСВ-2, с 2003 г. это будет равносильно одностороннему ядерному разоружению страны.

По оценкам специалистов, финансирование ВМФ в рамках федерального бюджета не обеспечивает строительства ни одного корабля, что фактически означает полное свертывание отечественного военного кораблестроения, а также разрушение всей системы технического обслуживания и ремонта кораблей.

Ухудшение условий эксплуатации, происходящее даже несмотря на интенсивное сокращение численности боевого состава флота, усугубляется прекращением с 1994 г. строительства плавучих и береговых средств обеспечения.

Такое положение в ВМФ приведет к тому, что уже к 2000 г. вполне реальны утрата производственного, научно-технического потенциала военного кораблестроения, нарушение функционирования отечественной школы подготовки военно-морских специалистов. Учитывая специфику длительного цикла создания кораблей, можно говорить о том, что при таких условиях в первой половине XXI в. Россия своего ВМФ иметь не будет.

Однако новая редакция Военной доктрины РФ говорит об обратном. Без ВМФ нельзя вообще всерьез говорить о защите национальных интересов и своего суверенитета.

Более того, учитывая международную обстановку, географические особенности и потребность защиты государственных интересов России, специалистами ВМФ определен и доведен до политического руководства страны обоснованный состав флота, который должен включать в себя: ракетных подводных лодок стратегического назначения — 14—18, многоцелевых атомных подводных лодок 30—50, подводных лодок с неядерной энергетикой — 50—60, многоцелевых авианосцев — 4—6, ракетно-артиллерийских крейсеров — 8—12, эсминцев — 24—30, фрегатов — 80—120, ракетных катеров — 60, десантных кораблей — 30, тральщиков — 100.

Сегодня с полной ответственностью говорить о реальности такого флота в ближайшие годы нельзя. Для его создания потребуется увеличение ежегодного финансирования военного кораблестроения в период 1998—2010 гг. более чем в 10 раз по сравнению с уровнем 1997 г.

Военно-морской флот по своей природе требует длительного строительства и использования. Его создание не должно зависеть от конъюнктурных, сиюминутных поворотов текущей политики. При этом любая возрастающая неопределенность в политике объективно требует существенного расширения задач, стоящих перед флотом, и, как следствие этого, резкого увеличения затрат на его создание.

Сегодня еще не поздно говорить о сохранении ВМФ России.

Однако его современное катастрофическое состояние определяет необходимость сосредоточения усилий специалистов ВМФ и политического руководства страны на решении первоочередных задач, к которым прежде всего относятся:

- определение ограниченного “боевого ядра” существующего ВМФ, направление на его сохранение всех выделяемых в бюджете средств;
- разработку и принятие Военной доктрины с обязательным самостоятельным разделом Морской стратегии России;
- разработку краткосрочных (3—5 лет) и долгосрочных (10—15 лет) целевых программ кораблестроения;
- создание юридической базы финансирования ВМФ отдельной защищенной статьей расходов федерального бюджета (величиной доли ВВП) с указанием отдельными строками этой статьи расходов на поддержание боевой и технической готовности сил флота, утилизацию кораблей и др.;
- определение и поддержка приоритетных направлений кораблестроения, которые могут обеспечивать быструю отдачу затраченных средств в основном за счет экспортных возможностей при продаже подводных лодок и надводных кораблей.

Будущее ВМФ России сегодня, как никогда, зависит от потенциала ведущих кораблестроительных бюро ЦКБ МТ “Рубин”, СПМБ “Малахит”, “Северного ОКБ”, ЦМКБ “Алмаз”, а также судостроительных и машиностроительных производств.

Их усилия необходимо сосредоточить в первую очередь на организации экспортных поставок наиболее современных проектов дизельных и многоцелевых атомных подводных лодок, сторожевых кораблей, эсминцев, тральщиков, предоставив бюро и объединениям право самостоятельного заключения соответствующих договоров с заинтересованными иностранными государствами.

Реальное бюджетное финансирование должно быть адресным, направленным в основном на сохранение крайне ограниченного “боевого ядра” существующего флота РФ.

Несмотря на трудности сегодняшнего дня, мы верим в будущее Российского ВМФ, верим в талант его создателей. Верим в благоразумие и дальновидность прогрессивных политических сил страны.


Флот живет надеждой

Андрей ГАВРИЛЕНКО

Главному штабу ВМФ уже перевалило за 60.

За долгие годы он всесторонне проявил себя как ведущий орган оперативного руководства флотом. О том, какие задача штаб решает на этапе глубокого реформирования Вооруженных Сил, рассказывает заместитель начальника Главного штаба ВМФ вице-адмирал Виктор ПАТРУШЕВ.

- Виктор Васильевич, сейчас Россия переживает очень непростое время. У флота, как и у всей страны, тоже немало трудностей. Какие из проблем, стоящих перед Главным штабом ВМФ, вы считаете наиболее острыми? Как их решаете?

- Мы работаем в соответствии с Планом строительства Военно-Морского Флота до 2001 года. Ведущая роль в этом непростом деле принадлежит Главному штабу ВМФ. Думаю, что во многом благодаря его усилиям Военно-Морским Флотом были успешно осуществлены все запланированные на 1998 год мероприятия по реформированию. Мы не допустили резкого снижения боевой готовности и боевого потенциала сил и войск. Все наши флоты продолжают находиться в установленной готовности, они управляемы и способны решать задачи, ради которых создавались.

Но, наверное, только командованию и офицерам Главного штаба ВМФ известно, какой ценой это достигалось.

Реальный уровень финансирования составил всего 12-15 процентов от минимально необходимых объемов. И если план реформирования реализован, то достигнуто это преимущественно за счет высокой организации работы, самоотверженности людей.

Судите сами. С момента созданий Вооруженных Сил РФ в 1992 году Военно-Морской Флот сократился более чем наполовину. Не сравнить масштабы деятельности ВМФ России и ВМФ СССР. Флот оставил значительное количество баз и пунктов базирования, которые отошли к суверенным государствам Прибалтики, к Украине. Всвязи с этим, по нашим оценкам, затраты на содержание и строительство ВМФ объективно снизились почти на порядок (по сопоставимым видам расходов). И все же острота проблемы, к сожалению, сохраняется...

- Выходит, новые реалии требуют от ГШ ВМФ иного подхода к теории и практике применения сил флота? В чем это проявляется?

- Вполне естественно, что с изменением состава ВМФ, военно-политической обстановки определенным изменениям подверглись и основные задачи, стоящие перед флотом. Потребовался пересмотр взглядов на вопросы боевого применения сил и войск ВМФ. В основу этого было положено сочетание принципов экономии ресурсов и оптимальности уровня решения задач. Значительно больше внимания мы стали уделять и действиям в составе многонациональных ВМС, в ходе совместных учений и маневров с иностранными флотами, решению различных задач гуманитарного характера. Пересматриваются некоторые положения и подходы к боевому применению сил, управлению ими, разрабатываются новые формы и способы вооруженной борьбы...

- Вы говорили о реформировании ВМФ. А какова роль именно Главного штаба в этом процессе? Чем вы при этом руководствуетесь?

- Руководствуемся мы указами Президента РФ, в том числе утвердившими концепцию национальной безопасности России и концепцию федеральной целевой программы "Мировой океан", постановлениями Правительства РФ, направленными на поддержание боеготовности ВМФ. Так, например, в соответствии с постановлением Правительства РФ 1998 г. № 919 в рамках федеральной целевой программы "Мировой океан" нами разработан проект военно-морской стратегии России, который должен войти самостоятельным разделом в новую военную доктрину РФ. Реализация же положений всех принятых документов позволит восстановить в полном объеме способности ВМФ по защите политических, экономических и военных интересов России, обеспечит ее военную безопасность и авторитет как ведущей мировой державы. Мы видим в достижении этих целей конечный результат реформирования ВМФ, и к этому будем стремиться.

В настоящее время остро стоит вопрос о сохранении основного боевого ядра флотов с целью решения задач стратегического сдерживания и предупреждения агрессии, а также отражения ударов противника с морских направлений. Одновременно необходимо подготовить основу для последующего реформирования и строительства ВМФ, в результате которых его боевые возможности получат существенный прирост при общем сокращении расходов на содержание. Поэтому на первом месте в деятельности Главного штаба стоят задачи сохранения основного корабельного состава, морских стратегических ядерных сил, поддержания на необходимом уровне боевой готовности морских сил общего назначения, авиации и береговых войск ВМФ.

- А если говорить о международном военном сотрудничестве и международно-правовом обеспечении деятельности флота...

- Увеличение дальности плавания кораблей и полетов авиации, экспорта морских вооружений, естественно, требует укрепления контактов Главного штаба ВМФ с Министерством иностранных дел, государственной компанией "Росвооружение", с зарубежными представительствами...

Надо создать такие политико-правовые условия для использования сил флота, которые обеспечивали бы наиболее эффективное решение военно-политических задач. Чтобы действия военных кораблей, судов и летательных аппаратов находились в полном соответствии с положениями современного морского права. Все это возможно лишь на основе изучения и внедрения в практику деятельности флота принципов и норм международного морского права, регламентирующих военное мореплавание. Работа требует постоянного совершенствования и развития. Поэтому представители Главного штаба ВМФ активно участвуют в различных международных симпозиумах по морскому праву, разработке российского морского законодательства, переговорах по уточнению морских границ с сопредельными государствами...

- Какие основные направления строительства Российского флота вы видите в ближайшей перспективе?

- Цель строительства ВМФ - создание боеготовых высоко оснащенных морских стратегических ядерных сил и сил общего назначения ВМФ рационального состава, структуры и численности, обладающих достаточным потенциалом сдерживания, современным уровнем профессиональной и морально-психологической подготовки. В целом можно говорить, что нам предстоит реализовать ту часть федеральной целевой программы "Мировой океан", которая носит название "Военно-стратегические интересы России в Мировом океане". Ее цель- формирование единой скоординированной государственной политики совершенствования и развития Военно-Морского Флота РОССИИ. В 1999 году предстоит конкретизировать ее и осуществить ряд мероприятий первого этапа этой подпрограммы в соответствии с постановлением Правительства РФ.

Одновременно будет продолжаться выполнение Плана строительства ВМФ на период до 2001 года. Основополагающая роль штаба в этот период будет заключаться в руководстве реализации того, что спланировано в оперативном реагировании на любые изменения ситуации, непосредственном участии в решении проблемных вопросов.

Что касается финансовых расходов, то проведение намеченных мероприятий, думается, позволит сохранить боевое ядро флотов и возможность ВМФ участвовать в решении задач стратегического сдерживания и предупреждения агрессии. Мы сохраним способность отразить любые посягательства с морских направлений, создадим условия для укрепления здорового морально-психологического климата во всех флотских структурах. Таким образом, будет подготовлена основа для последующего реформирования и строительства ВМФ.

И последнее. Российский флот переживает далеко не лучшие времена, но проводимые реформы вселяют твердую надежду, что Андреевский флаг будет и впредь реять над морями и океанами, напоминая о морской мощи нашего Отечества, о славных традициях наших военных моряков.


Пентагон боится русских хакеров
Американские военные отключаются от Интернета

Известия, 07.09.99.
Тарас ЛАРИОХИН

Министерство обороны США приняло решение об отключении двух миллионов своих компьютеров от Интернета из-за угрозы взлома электронных сетей со стороны хакеров, "работающих на русских". По данным западной печати, Пентагон издал приказ, согласно которому к 15 декабря нынешнего года прямой выход во всемирную компьютерную сеть должен быть заблокирован. Вместо этого будут действовать шесть магистральных каналов, соединенных с Интернетом и находящихся под постоянным контролем со стороны соответствующих служб. В случае обнаружения попыток внешнего проникновения в электронную систему Минобороны эти линии будут незамедлительно перекрываться. Подобная мера, как утверждает, в частности, британская пресса, стала ответом на действия российских спецслужб, якобы выкравших через Интернет из Пентагона некоторые военные секреты, в том числе систему наведения стратегического оружия и коды переговоров морской разведки. У американских контрразведчиков эта хакерская операция получила название "Лабиринт лунного света". Российские электронные взломщики, по всей видимости, неплохо ориентировались в этом "лабиринте".

Первые компьютерные атаки были зафиксированы еще в начале года, а когда они приняли более широкие масштабы, о проблеме был проинформирован лично президент Соединенных Штатов. Если учесть, что в распоряжении Минобороны США 10 тысяч локальных сетей и 100 линий дальней компьютерной связи, то проконтролировать потенциальную возможность взлома любой из них довольно трудно. Никакие ухищрения и коды талантливого хакера остановить не могут. В создавшихся обстоятельствах Пентагон решил сузить зону "боевых действий" в этой кибервойне, сократив до минимума риск кражи электронной информации через Интернет.


Зам. главкома ВМФ РФ Касатонов считает, что Россия должна оказать Югославии военно-экономическую помощь

Санкт-Петербург. 7 апреля. ИНТЕРФАКС - Заместитель главнокомандующего Военно-морским флотом (ВМФ) РФ Игорь Касатонов считает, что Россия "обязательно должна оказать Югославии военно- экономическую помощь". Об этом И.Касатонов заявил "Интерфаксу" в среду в Петербурге.

Адмирал подчеркнул, что решение об оказании такой помощи может быть принято лишь президентом и правительством России. При этом И.Касатонов заявил, что ВМФ России находится "в полной боевой готовности и готов выполнить поставленные перед ним задачи".

Отвечая на вопрос о целесообразности ввода разведывательных кораблей Черноморского флота РФ в Адриатическое море, зам.главкома ВМФ отметил, что их присутствие в зоне боевых действий - "нормальный стиль цивилизованной деятельности любого государства, которое соблюдает свои интересы".

Коснувшись возможности перехода в Средиземноморье тяжелых атомных ракетных крейсеров "Петр Великий" и "Адмирал Кузнецов", приписанных к Северному Флоту РФ, И.Касатонов заметил, что "такое решение может принять только главком ВМФ РФ".
17:40, 07 апреля 1999 (информационная лента ИНТЕРФАКС - ЮГОСЛАВИЯ, http://www.interfax.ru, http://www.demos.su)


Военные моряки готовы выполнить свой долг даже тогда, когда флот режут по живому

Виктор ПРИТУЛА, © 1999 PRAVDA Daily.

Критические стрелы в адрес армии и флота у нас не посылает только самый ленивый или бездарный. В остальном пой, богиня, про гнев публицистов и левых и правых, военных мужей не щадящий. Иногда мне кажется, что, если бы в наше время были дозволены дуэли, господа офицеры, наверное, изрядно проредили бы журналистский цех. Но увы —другие ныне времена. Приходится стиснуть зубы и служить Отечеству, даже если оно относится к военным, как к пасынкам. Из того, что армия и флот бедствуют — секрета никто не делает. Только у одних это обстоятельство вызывает ностальгические стенания, у других нескрываемое злорадство, а у третьих откровенное раздражение тем, что развал обороноспособности Отечества идет не с той интенсивностью, как в экономике и социальной сфере.

А что думают по этому поводу армия и флот? Мы обратились с несколькими вопросами к военным, ожидая от них честных и откровенных мужских ответов. Первая такая беседа состоялась в Главкомате ВМФ России. О том, чем живет сегодня Российский военно-морской флот трех морей и двух океанов, рассказывают главком МВФ адмирал В.И. Куроедов, а также командующий Северным флотом России адмирал О.А. Ерофеев, командующий Тихоокеанским флотом России адмирал М.Г. Захарин и командующий Балтийским флотом России адмирал В.Г. Егоров.

- Владимир Иванович, о реформе в армии и на флоте ведется много разговоров, а на деле происходит главным образом сокращение различных структур и подразделений. Появилось даже такое красивое слово “оптимизация”, к которой пока все реформы и сводятся. В чем суть реформирования ВМФ России?

- Должен откровенно признать, что в реформировании мы отстаем, поскольку условия, в которые мы вошли при строительстве новой структуры, крайне жесткие, особенно с финансовой точки зрения. Поэтому ряд задач мы были вынуждены перенести на летний период. Сейчас перестраивается организационно-штатная структура ВМФ, и эту работу мы к концу года завершим. Идет сокращение управленческого аппарата в связи с переходом его на двух-трехзвенную систему вместо прежней пятизвенной. На мой взгляд, такая реорганизация позволит приблизить органы управления непосредственно к подразделениям, что положительно скажется на централизации управления и его эффективности. Что же касается сокращения флота, как одного из основных элементов реформирования, то здесь все не так однозначно, особенно в том, что касается личного состава. Мы должны сократить в нынешнем году 19 процентов личного состава, т.е. около сорока тысяч военнослужащих. Наверное, сегодня это самое больное для нас место — ведь речь идет о живых людях и их судьбах.

Что же касается корабельного состава, то обстановка здесь, опять же по финансовым причинам, тяжелая, потому что мы настолько ограничены бюджетом, что главной своей задачей видим сохранение всего того, что осталось флоту со времен СССР. Эту задачу сегодня командующие флотами решают.

Меньше всего приходится говорить о перспективах строительства новых кораблей и подводных лодок. Здесь главная задача — создать сегодня наработки в науке и промышленности для совершенно новых типов и классов кораблей и их вооружения, чтобы потом, с улучшением финансового состояния России, начать строить новый флот XXI века. Примеры для такого строительства есть уже сегодня. На Северном флоте появился новый атомный крейсер “Петр Великий”, который по праву можно назвать сгустком новейших технологий и идей. У черноморцев тоже осваивается прекрасный ракетный корабль “Бора”. В этом году, если позволят финансы, попытаемся завершить оснащение большого противолодочного корабля “Адмирал Чебаненко”, который хотя и принадлежит к старому классу БПК, однако отличается от них совершенно новым вооружением. У балтийцев, возможно, появится корабль, аналогичный черноморскому “Боре”. Таковы наши ближайшие возможности и перспективы. Закладываются новые поколения подводных лодок и надводных кораблей, которые по своим характеристикам будут качественно отличаться в лучшую сторону. Однако о широкомасштабном корабельном строительстве можно будет начинать говорить лишь в XXI веке, а на сегодня, повторяю, главная задача — сохранить и технически поддержать все то, что оставил нам флот Советского Союза.

- Перспективы модернизации корабельного состава отодвигаются до лучших времен и резонно возникает вопрос: а способен ли сегодня Военно-морской флот России решать в полном объеме задачи, которые прежде решал ВМФ СССР, на финансирование которого государство не скупилось?

- Давайте спросим об этом командующих, — предлагает адмирал Куроедов. (Присутствие во время беседы командующих флотами России объяснялось трехдневными сборами в главкомате ВМФ по итогам зимнего периода обучения) — Перед вами сидят лица, в руках которых флот, и более достоверного источника не найти.

В разговор вступает командующий Северным флотом России адмирал Олег Александрович Ерофеев.

- Вопрос, безусловно, интересный, тем более что затрагивает очень важный пласт. В прежние времена перед нами ставились задачи, которые могли решаться в какой-то степени условно даже при наличии на флоте большого числа кораблей. Это прежде всего задачи борьбы на коммуникациях в отдаленных районах, определявшиеся прежней военной доктриной, которые были для флота в известном смысле непосильны. Сегодня Северный флот решает задачи, направленные непосредственно на обеспечение безопасности нашего государства. И объем этих задач вполне реален. Что же касается вопросов о сокращении корабельного состава, то, на мой взгляд, нам нет смысла соревноваться в количестве кораблей с традиционно развитыми морскими державами. Необходим такой флот, который способен решать главную задачу— обеспечение обороноспособности страны. На сегодня такая задача Северным флотом решается. Самое главное — обеспечивается ядерное сдерживание, поскольку наша группировка ядерных сил сохраняется в полной боеготовности. Северный флот способен обеспечить ослабление ударов средств воздушного нападения противника по объектам государства, безопасность собственных коммуникаций и производственной деятельности.

Что же до рассуждений о том, что наш океанский флот становится морским, то они во многом строятся на эмоциях. Вопрос этот зависит только от количества и качества кораблей. На Северном флоте хватает кораблей, не имеющих ограничений по району плавания. У нас достаточно опыта для совершения дальних плаваний и подо льдами Арктики, и в Атлантике, и в других районах. Если перед флотом будут поставлены конкретные задачи, на каком-то конкретном этапе, он их решит. Другое дело, что в соответствии с российской военной доктриной такие задачи перед нами не стоят.

- Хотелось бы спросить командующего Балтийским флотом Владимира Григорьевича Егорова о том, как отразилась на жизнедеятельности флота потеря нескольких военно-морских баз в Прибалтике и других государствах, бывших союзниках по Варшавскому Договору? Некоторые из них сейчас уже без двух минут члены НАТО.

- Сегодня мы базируемся в двух российских областях, — говорит адмирал Егоров, — Ленинградской и Калининградской. Что же до проблемы с потерями баз в пяти государствах, то мы свои задачи по передислокации выполнили с честью. Постарались сберечь тот потенциал, который был накоплен советским народом. В материальном выражении это 270 тысяч тонн запасов, вывезенных нами. Безусловно, решение этой задачи потребовало огромных усилий на всех уровнях вплоть до высшего политического руководства, однако непосредственное исполнение легло на плечи Балтийского флота.

Сейчас, когда мы обустроились на новых местах базирования, у нас из прежнего состава, насчитывавшего 308 кораблей, осталось 112. Однако 90 процентов из них готовы к выполнению задач в соответствии с нормами, чего раньше не было. Сегодняшняя структура БФ наиболее модернизирована по сравнению с другими флотами. У нас есть свой район ПВО, который является лучшим в России. И это не пустые слова, поскольку именно у нас был посажен самолет-нарушитель на аэродроме Храброво, о чем в свое время отмечалось в прессе.

Еще одним примером реформирования стало завершившееся слияние одиннадцатой отдельной армии с береговыми войсками флота, и возникла новая структура — сухопутные береговые войска флота. Так что жизнь идет вперед не только в стране, но и на флоте, где мы стараемся реализовать главный замысел — создать единое управление боевыми процессами на море, на суше и в воздухе. Есть у нас истребители “Су-27”. Если на Северном флоте они базируются на авианосце “Адмирал Кузнецов”, то у нас полк сидит на земле и, учитывая это обстоятельство, мы с североморцами проводим взаимный обмен экипажами для обучения летчиков навыкам как палубной, так и аэродромной авиации.

- А в каких условиях действует Тихоокеанский флот? От центра он далеко, а социально-экономическая ситуация на Дальнем Востоке характеризуется как критическая.

- Я бы не стал драматизировать ситуацию, — говорит командующий Тихоокеанским флотом России адмирал Михаил Георгиевич Захарин. — Только потому, что Владивосток находится в девяти часах лета от Москвы, не стоит выделять нас из всероссийской системы. Обстановка в крае не хуже и не лучше, чем по всей стране. Что касается обеспечения электроэнергией и теплом, то в нынешнем году ситуация была более стабильной, чем прежде. Есть сложности с потреблением воды из-за очень небольшого количества осадков, но это проблема преодолима. ТОФ живет и действует.

- Я не думаю, что нам нужно зацикливаться на задачах военного предназначения флота, — говорит главком Куроедов. — Поскольку, на мой взгляд, главное предназначение флота заключается в предотвращении войны. Мы должны рассматривать флот прежде всего как инструмент мирной политики. Демонстрацией российского флага, своим присутствием военные моряки в любой точке Мирового океана решают прежде всего задачи сохранения мира.

- Владимир Иванович, в заключение хотелось бы задать вам личный вопрос. Со времени назначения вас главкомом ВМФ России прошло уже и сто и даже сто пятьдесят дней. Можно подводить какие-то предварительные итоги. Как лично вы оцениваете деятельность адмирала Куроедова?

- Плохо. Неудовлетворительно. Во всем, что делаю, удовлетворения пока не испытываю. Удовлетворение в одном: есть добрая, хорошая поддержка среди командующих флотами в том деле, которое делаем. А вот как мы решаем задачи, этим я неудовлетворен. Но, наверное, это и правильно, потому что, если бы я был удовлетворен, было бы неверно.

Такой вот прямой и честный ответ, в отличие от многих наших политиков и государственных мужей, которые готовы винить в российских неурядицах кого угодно, только не собственную персону. На флоте так не принято. И если ответы командующих флотами покажутся кому-то излишне бодрыми и оптимистичными, то это только потому, что жаловаться адмиралы не привыкли. Не адмиральское это дело.

Что же до реальной ситуации на местах, то “Правда” надеется, что военные моряки не станут делать секретов из своих будней и в ближайшее время помогут нашим корреспондентам подготовить репортажи с трех морей и двух океанов.


Зам. главкома ВМФ России считает нецелесообразной отправку боевых кораблей в Югославию

Москва. 6 апреля. ИНТЕРФАКС - Заместитель главнокомандующего ВМФ России адмирал Игорь Касатонов считает нецелесообразным отправлять российские боевые корабли в зону конфликта на Балканах.
В интервью "Интерфаксу" он заявил, что такие меры были бы оправданными до начала конфликта, а не "постфактум". "Если бы такой приказ был отдан заранее, вышли бы силы сдерживания Северного, Тихоокеанского, Черноморского и Балтийского флотов", - сказал И.Касатонов.

По его словам, "сейчас это невозможно и нецелесообразно".

И. Касатонов, который до назначения в главный штаб ВМФ занимал должность командующего Черноморским флотом, заявил, что, "если бы в Средиземном море до сих пор находилась эскадра наших кораблей, таких ударов (как сейчас в Югославии - "ИФ") не было бы".

Адмирал напомнил, что в 80-е годы в регионе постоянно находилась 5-я Средиземноморская эскадра, в которую входили "отряд ударных кораблей, отряд противолодочных кораблей, дизельные и атомные подводные лодки". "Это было серьезным предостережением всем силам", - сказал И. Касатонов.

Отвечая на вопрос о гипотетической возможности доставки оружия морским путем в Югославию, И.Касатонов сказал: "Морским путем возможно. Море, есть море. Другое дело, если эмбарго или блокада..."
08:01, 06 апреля 1999 (информационная лента ИНТЕРФАКС - ЮГОСЛАВИЯ, http://www.interfax.ru, http://www.demos.su)


Клуб ветеранов специальной разведки

10 января 1997 года ветеранами 17-й бригады специального назначения, дислоцированной в г. Очаков, создан Украинский клуб ветеранов специальной разведки Военно-Морского Флота. 18 марта он был зарегистрирован как общественная организация. Президентом выбран Андрей Капелюшный. Штаб-квартира находится в Одессе. Ветеранов объединяет общая цель: разработка программ по реализации прав бывших военнослужащих спецназа ВМФ, содействие их трудоустройству и социальной адаптации. 13 сентября на Морвокзале в Одессе состоялась презентация клуба, на которую съехались ветераны специальной разведки ВМФ, представители российского "Фрог-Клуба" и других общественных организаций ветеранов спецназа и спецслужб Украины и России. Клуб надеется на тесное общение с людьми и организациями, которым близки его учредительные задачи, в частности, с российским "Фрог-Клубом". Редакция журнала "Солдат удачи" поздравляет новорожденный Украинский клуб ветеранов специальной разведки ВМФ и желает ему семь футов под килем.

ВМФ РФ примет участие в финансировании Бе-42

ВМФ России примет участие в финансировании разработки поисково-спасательного самолета Бе-42, разрабатываемого Таганрогским авиационным научно-техническом комплексом (ТАНТК) им. Бериева. Отвечая на вопрос о возможности выбора флотом в качестве противолодочного самолета другой разработки ТАНТК им. Бериева, самолета А-40 «Альбатрос», командующий авиацией ВМФ России Владимир Дайнека сообщил, что после проведения сравнительного анализа выбор был сделан в пользу другой машины, разработанной в одном из российских конструкторских бюро (имеется в виду самолет на базе Ту-204).
26.10.98 Агентство Интерфаксновости


Главное за неделю