Подлодки Корабли Карта присутствия ВМФ Рейтинг ВМФ России и США
Какой способ жилищного обеспечения военных вы считаете наиболее оптимальным?
Жилье в натуральном виде
    63,64% (49)
Жилищная субсидия
    18,18% (14)
Военная ипотека
    18,18% (14)

Поиск на сайте

Намоленные стены русского подплава

25.03.10
Текст: Мурманский вестник, Д. Коржов
Фото: Мурманский вестник, Л. Федосеев
...Вода прибывала. Вырвалась сначала веером нещадным - из трещины, из пробоины, и, как из брандспойта, давай хлестать по лицам и резине защитных костюмов. Группа подводников пыталась заткнуть, "зашить" рану в прочном корпусе специальным пластырем. Да все никак не удавалось... А тут - такой же каскад водяной в другой части отсека. Моряки - в оранжевых индивидуальных дыхательных аппаратах похожие на инопланетных существ - заметались от одной пробоины к другой. Если не справятся, и кораблю, и ребятам этим не жить. А вода продолжала прибывать...

Александр Глушков

Не страшно только дуракам

- Да разберитесь вы сначала с одной бедой, а там уж к другой бросайтесь... - спокойно объясняет командир группы, когда напор воды на пару минут стихает. После короткого инструктажа разборки со стихией продолжаются. И авария, и смертельная опасность на сей раз условные. Да и сам отсек подводной лодки - лишь один из тренажеров учебно-тренировочного комплекса в Гаджиеве. Но ситуация, подобная той, с которой мы начали разговор, может произойти в реальной жизни. Для чего, собственно, и служит УТК - чтоб быть готовыми отстоять жизнь своего корабля, а значит, и свою жизнь, и жизнь своих товарищей.

- А вам доводилось в такой ситуации оказываться в море, в походе? - спрашиваю у внимательно наблюдающего за работой моряков в учебном отсеке Александра Глушкова, капитана первого ранга, командира подводного крейсера "Новомосковск".

- Да, приходилось… - сразу отвечает он, но рассказать подробнее отказывается, поясняет: - Если экипаж правильно обучен, паники не возникает. Все четко выполняют то, чему их научили на берегу.

- А если подробнее? Вам страшно вообще бывало?

Глушков смеется в ответ:

- Только дуракам не бывает страшно. Я не хотел бы детализировать. Скажу лишь, что особая сложность - подледное плавание. Всплыть зачастую нет возможности. Над тобой лед десять-двадцать метров. Подготовка на берегу, качественное содержание корабля помогают. Случаются, конечно, и нештатные ситуации, но не хотел бы сейчас о них рассказывать. Может, если где-нибудь за столом…

Поздравляю каперанга с наступающим праздником, а он переспрашивает с улыбкой:

- С Восьмым марта? У нас единственный праздник - 8 Марта. Почему? Его экипажи, как правило, отмечают дома. А в День подводника у нас ведь парад, прохождение с песней, ритуал особый. И только в женский день мы дома… Что поделаешь, такая у них работа. Календарные выходные - не для военных, тем более не для подплава, пожалуй, самой боевой части современного русского Военно-морского флота. Родина должна спать спокойно - для того они и служат. Именно об этом говорил нам чуть раньше командующий подводными силами Северного флота контр-адмирал Андрей Воложинский.

- Сейчас интенсивность мореплавания резко возросла, - с удовлетворением отметил Андрей Ольгердович. - А это, пожалуй, главный критерий - доказательство нашей нужности. Который, конечно, влияет и на настроение моряков. Если подводные лодки ходят в море, значит, мы Родине нужны.

- Сокращение, которое переживает флот, коснулось и подплава?

- Нет, не коснулось. Подводные силы, по определению, основная составляющая флота. И по мощи, и по технической готовности. Планы по сохранению этой группировки, приему новых кораблей - они вполне конкретны. Уже в этом году к нам придут новые корабли…

Подробнее о тех лодках, что ждет флот, командующий рассказывать не стал, как мы его ни пытали. Лишь контуры будущего пополнения обозначил, да и то совсем уж в общих чертах, не вдаваясь в детали.

- Не хочется загадывать, - заметил контр-адмирал. - Планы есть планы. Говорят, если хочешь насмешить Бога, расскажи ему о своих планах. Сейчас с уверенностью можно говорить о кораблях и стратегических, и многоцелевых. Конкретные цифры и названия пока озвучивать рано. Коль что-то состоится, то вы об этом своевременно узнаете. Однако я очень надеюсь, что название ракеты "Булава" будет звучать гордо, как и задумывалось. Надеюсь на завершение испытаний и их благоприятный исход.

Партнеры или супостаты?

С гораздо большим желанием командующий рассказывает о самых успешных командирах североморского подплава.

- Один из лучших - Сергей Домнин. Он в прошлом году достиг со своим экипажем Северного полюса. Удалась ракетная стрельба с полюса. Она не первая, это стало для нас почти традиционным действием. Сложность выполнения подобных задач умалить невозможно. Арктика непредсказуема, это всегда повышенная опасность. Я против термина "покорить" в отношениях со стихией. Не покорить! Достичь - да, но не покорить. Нельзя противопоставлять себя природе. Мы - часть природы. Если жить по каким-то другим законам, фиаско неминуемо.

А вот упомянув о еще одном способном командире - Алексее Дмитрове, контр-адмирал обмолвился, что тот "напомнил нашим партнерам в Атлантике, что российский флот есть".

- А партнеры у нас кто? - тут же последовал ироничный вопрос. Невольно вспомнилось, как совсем недавно "партнеров" у нас на флоте и в армии называли "супостатами".

- Получается, что - все. Хорошо, что от прямого противостояния мы начали переходить в иную плоскость, на решение общих задач, которых ой как много. Это охрана судоходства, борьба с терроризмом, поддержка стабильности в мире. Наше присутствие в Мировом океане, демонстрация флага - необходимая вещь, которая напоминает о нашей силе, заставляет с нами считаться.

- А вы лично когда стали командиром подводной лодки?

- В тридцать пять… Особенно талантливые у нас становятся командирами в 32-33. А у меня все шло планово, я не опережал события. В основном на стратегические корабли командиров назначают в этом возрасте.


Борьба за живучесть
Оказалось, сам Воложинский - потомственный военный моряк. Отец его после войны служил на Балтийском флоте в боевом тралении. "Черная офицерская шинель, - вспоминает Андрей Ольгердович, - которая висела в прихожей все мое детство и юность, выбора мне не оставила…" Он окончил сначала Нахимовское училище, затем училище имени Фрунзе, после чего попросился на подлодки. Так и оказался в Гаджиеве. В подплаве служил и его младший брат - совсем недавно он командовал подводным крейсером "Северсталь", а ныне заместитель командира бригады подлодок в Северодвинске. Сын продолжает династию - учится на пятом курсе училища радиоэлектроники имени Попова…

- Мне посчастливилось лейтенантом попасть в Гаджиево в 1982 году, - вспоминает Воложинский, - с тех пор здесь и служу, довелось пройти все ступеньки до командира корабля, дивизии, командующего. Теперь нахожусь в кабинете, порог которого всегда переступал с трепетом душевным. Обратите внимание на стены. Панели, которыми они обшиты, старые, может быть, не самые презентабельные, сняты со стен кают-компаний подлодок, уходящих в утиль. Поэтому стены тут намоленные - многими подводными милями и многими поколениями моряков.

А потом - по мокрому…

Гаджиевский учебно-тренировочный комплекс, с которого мы начали наш разговор о подплаве Северного флота, существует с 1967 года. Это несколько тренажеров - торпедные аппараты, пятиметровый бассейн, в котором находится спасательный плотик, и учебный отсек, где как раз и проходят тренировки по борьбе за живучесть корабля. Экипажи субмарин занимаются здесь постоянно, без зачетной работы в УТК никто из подводников в море не уйдет.

- Мы пытаемся смоделировать ситуации, возможные в реальной жизни, в реальном походе, - объясняет начальник УТК капитан-лейтенант Сергей Доросевич. - Обязательные занятия перед каждым выходом в море…

Доросевич указывает на группу подводников, что тренируются покидать корабль через торпедные аппараты, комментирует:

- Сначала они проходят по сухому торпедному аппарату - делают рабочую проверку аппарата. А потом уже - по мокрому.

- Мы видели сейчас, как подводники боролись с пробоиной в учебном отсеке. А нормативы какие-то на устранение неисправности существуют?

- Существуют, - кивает капитан-лейтенант. - Но мы больше смотрим на качество - чтобы возвратили лодке герметичность. Главное, чтобы они не боялись ни воды, ни пожара, психологически были готовы к этому. Чтобы были уверены: в жизни все можно победить - и огонь, и воду!

Тут же, рядом с подводниками, мы застали и водолазов из отряда специального назначения по борьбе с подводными силами и средствами, что охраняет гаджиевскую базу подплава от незваных гостей с моря. Оказалось, они - срочной службы, по призыву. Со всей России! Из Нижнего Новгорода, Тюмени, Кемеровской области, Брянска… А вот разведчик-водолаз Василий Мерзликин - из поселка Коноши Архангельской области. Для него нынешние спуски под воду - хорошая учеба, служит он недавно, еще не вполне освоил воинскую специальность.

Подстаканники со Сталиным

- Я решил стать моряком, ни разу не видев моря… - признается Александр Глушков. - Книги любил читать. Про пиратов. Изначально хотел быть именно подводником. И никем иным. Почему? Детские впечатления, общение с людьми, служившими на субмаринах. Подводная лодка предполагает особый микроклимат, взаимопонимание. Особые взаимоотношения, ведь все члены экипажа зависят друг от друга. Трудолюбие, коммуникабельность. Иных экипаж отторгает, как инородное тело.

Командир "Новомосковска" знает, о чем говорит: за его спиной пятнадцать боевых служб.

- Если ты занят делом, если трудишься с полной самоотдачей, если к людям дружелюбен, проблем не возникает.

Он окончил питерское училище имени Фрунзе, штурман. Кстати, у Александра Викторовича и второе высшее есть, и для боевого офицера весьма неожиданное - он окончил Санкт-Петербургский госуниверситет, факультет экономики и финансов по специальности "финансы и кредит". С красным дипломом.

- Когда сдавал на допуск к управлению кораблем, один из адмиралов сказал мне: "Если перестал учиться, надо увольняться с флота…" - вспоминает Глушков. - Я по-прежнему учусь. Учеба в университете - это своеобразная встряска была. Лишний раз убедиться, что нам любое море по колено.

- Кстати, а есть у вас вещь, которую всегда с собой в море берете?

- Да! - оживляется Глушков. - Три подстаканника дедовских. Всегда со мной в море ходят. Древние такие, им лет по семьдесят… Такие сейчас не купишь.

- Небось с красными звездами? - интересуюсь осторожно.

- Со Сталиным! - умно улыбаясь, отвечает каперанг.

А мне вспоминается беседа с командующим - последний вопрос, перед тем как попрощаться:

- Рюмку-то подымете за подплав в праздник?

- Обязательно. Тост у нас есть традиционный, которым провожают в море корабли и вспоминают за столом: "Да отвратит судьба свой лик суровый от тех, кто в море водит корабли!"

Что тут добавишь? Хочется, чтобы русский подплав жил, а те, кто служит сегодня Отечеству на подводных кораблях, всегда возвращались к родным берегам, в родную базу. Воистину, да отвратит!


Главное за неделю