Подлодки Корабли Карта присутствия ВМФ Рейтинг ВМФ России и США
Какой способ жилищного обеспечения военных вы считаете наиболее оптимальным?
Жилье в натуральном виде
    62,16% (46)
Жилищная субсидия
    18,92% (14)
Военная ипотека
    18,92% (14)

Поиск на сайте

Появление нашей эскадры в Средиземноморье приурочено к потенциальному объявлению независимости Косово


Комментарий Михаила Леонтьева

Как известно, в настоящее время группировка кораблей ВМФ РФ находится в Средиземном море, где она принимает участие в совместных учениях с флотом Франции и Италии. По сути это означает возобновление военно-морского присутствия России в Средиземном море. Конечно, я не думаю, что российско-итальянские или российско-французские (и даже российско-испанские) учения являются целью, ради которой наш флот вернулся в Средиземное море. Конечно, это все очень хорошо и правильно, но пока имеет скорее символическое значение, нежели практическое военное.

Обратите внимание на достаточно странный состав нашей эскадры. Насколько я знаю, там пять тяжелых кораблей, наш единственный авианосец, противолодочные корабли, а также флагман Черноморского флота - ракетный крейсер «Москва». А также какой-то технический корабль-сопровождение. При этом в эскадре нет малых кораблей, например, эсминцев, корветов и т. д. То есть того, что обеспечивает живучесть и прикрытие тяжелого флота. Получается, что эта эскадра по своей сути - не боевая. Она, конечно, очень мощная, но эта мощь никаким образом не организована. Так что это пока получается такой штрих-пунктир, но и то хорошо. Более того, очень хорошо, что появление нашей эскадры в Средиземноморье приурочено (я не знаю, сознательно или нет) к потенциальному объявлению независимости Косово. Так что, на мой взгляд, это очень полезное мероприятие. Оно может несколько охладить пыл некоторых…

Нынешняя эскадра - это набор флагов, а не боевое подразделение

На самом деле прошлый год был переломным в нашей внешней политике не с точки зрения ее содержания, а с точки зрения ее вербализации. То есть Россия вербализовала свою глобальную политическую роль. Всем теперь стало ясно, как мы позиционируем себя в мире. А именно - как глобальная держава, как единственная альтернатива американской гегемонии. Россия не согласна с тем политическим порядком, который открыто провозглашают Соединенные Штаты. Мы помним Мюнхенскую речь Владимира Путина, где были высказаны принципиальные претензии к этой системе мирового порядка. И Россия делает все возможное, чтобы сделать его более справедливым. С этим связано и возобновление патрулирования мирового воздушного пространства стратегической авиацией РФ, и выход нашего флота в Мировой океан. Я помню, как еще совсем недавно наши военачальники заявляли, что «России не нужны корабли океанской зоны». Дескать, нам нужны каботажные корабли, то есть те, которые способны обеспечить прикрытие берега и особой экономической зоны.

Основная цель присутствия российского флота в Средиземном море - это стратегическое сдерживание. Вряд ли большая эскадра должна решать какие-то конкретные локальные задачи. Хотя и такое тоже может быть, но, еще раз повторю, не в ее нынешнем виде. То есть данная эскадра, мягко говоря, не сбалансирована. Это набор флагов, а не боевое подразделение. Хотя, вообще, это очень хорошо, что авианосец «Адмирал Кузнецов» ходит в походы, а летчики палубной авиации совершают полеты. Потому что взлет и посадка с авианосца - это одна из самых сложных с технической точки зрения вещей. Вообще, военная сила крупных держав носит больше демонстративный характер, нежели практический. А значит, ее нужно демонстрировать.

Настоящее партнерство - это ходить вместе и показывать «козу»

Присутствие ВМФ США в Средиземном море носит как демонстративный, так и практический характер. Потому что американцы свою эскадру уже применяли в различных ближневосточных конфликтах. Например, для атак по Ливии, если помните. На самом деле исторически Средиземное море - это то место, где мы симбиотически сосуществовали с американским шестым флотом. И наша средиземноморская эскадра, которая по своей боевой мощи равнялась американской (или по крайней мере не сильно уступала), ходила с ней парой. И настолько привыкли друг к другу, что я даже слышал от американских моряков, что им теперь «скучно жить», когда они остались одни в Средиземном море. И теперь им совершенно понятно, чем, собственно, здесь заниматься. В мирное время российский флот для них - это не противник, а партнер. Это и есть настоящее партнерство - ходить вместе и показывать друг другу «козу». Не думаю, что реакция США на появление российских кораблей будет болезненной. Они все прекрасно понимают. Средиземное море большое, места хватит всем.

Режим проливов напоминает советскую поликлинику

Проблема в том, что у нас нет никаких коммуникаций. Мы практически посылаем эскадру Северного флота. Хотя сейчас самое время пускать эскадру не в Средиземное, а в Черное море. Потому что здесь мы не то что утратили паритет, мы в Черном море сейчас слабее турок. У нас практически нет базирования в Севастополе, а турки скорректировали режим проливов. Хотя в настоящее время я не вижу реального вызова - того, что турки не дадут нашему флоту проходить через проливы. В то же время у них есть возможность вводить технические ограничения на прохождение наших судов. Это как в случае, когда вы приходите в поликлинику и вам начинают морочить голову. Режим проливов пока напоминает советскую поликлинику. Недаром Россия в течение последних 300 лет стремилась контролировать проливы. Так надо было их получать, а не просто «щелкать пастью».

Для выполнения новой роли России нужны большие авианосцы

Что касается авианесущих крейсеров, то с этим у нас большие проблемы. В свое время существовала советская доктрина, которая препятствовала строительству авианосцев. Поскольку мы заявляли, что это - «оружие агрессии». На самом деле советский флот принципиально строился как «флот большой войны», как флот противостояния в глобальном столкновении с глобальным противником. В то время как американцы строили флот для локальных войн. А поскольку в условиях биполярного мира локальные войны были, американцы оказались, с этой точки зрения, правы.

С другой стороны, авианосцы - это страшно дорогостоящая вещь. У нас в настоящее время просто не существует действующих судостроительных предприятий, способных строить крупные авианосцы. Раньше они находились на территории нынешней Украины (г. Николаев). Хотя создать их довольно просто, потому что люди и технологии у нас есть. Но если посмотреть на нашу программу вооружений, то мы планируем создавать маленькие авианосцы. Не потому, что нам нужны именно маленькие, а потому, что у нас нет больших доков. На мой взгляд, это идиотский подход. Правильнее создать большой док, который потом будет использован для строительства огромной номенклатуры гражданских судов, которые нам нужны. Мы ведь, между прочим, нефтедобывающая страна. Нам и танкеры не мешало бы строить. К тому же все это очень взаимосвязано.

Мне кажется, что та программа вооружений, которая у нас есть, конечно, должна быть пересмотрена. Она была разработана до того, как Россия заявила о своей действительной роли и о своих планах. В своем нынешнем виде эта концепция строится по принципу «труба пониже, дым пожиже». В то время как у нас есть проблема - куда девать наши огромные резервы, пока они не «стухли». А вбухать их в военное строительство – это к тому же неинфляционный способ решения данной задачи. Тем более что оно у нас явно недостаточное. Например, США имеют военный бюджет, который превосходит российский в 40 раз. Я не говорю о том, что мы тоже должны в 40 раз увеличить свой военный бюджет, не дай боже. Просто у нас есть средства, а у американцев, наоборот, дефицит. И эти средства нужно рационально и постепенно использовать. Нельзя весь Стабфонд сразу вбухать в авианосцы (тогда это действительно вызовет инфляцию). Но военное строительство - это один из способов превращения резервов в механизм экономического роста. И американцы это хорошо понимают.

Источник: km.ru


Главное за неделю