Подлодки Корабли Карта присутствия ВМФ Рейтинг ВМФ России и США
Какой способ жилищного обеспечения военных вы считаете наиболее оптимальным?
Жилье в натуральном виде
    64,56% (51)
Жилищная субсидия
    17,72% (14)
Военная ипотека
    17,72% (14)

Поиск на сайте

Турецкій флотъ и русскіе пароходы активной обороны.

Бомбардировка черном. городовъ турецкимъ флотомъ.—Недѣйствительность ту-рецкой блокады.—Рѣчн. и морск. мин. война.—Пароходъ «Великій Князь Кон-стантинъ».—Атака 1-го мая на Батумск. рейдѣ. — Атака 28-го мая на Сулинск. рейдѣ.—Поиски наінихъ крейсеровъ въ іюнѣ. — Дѣятельность турецк. флота.— Пароходъ «Веста».—Бой «Весты» съ турецкимъ броненосцемъ «Фетхи-Булендъ» 11-го іюля. Турецк. коментаріи къ реляціи командира «Весты». — Крейсерство пароходовъ «Великій Князь Константинъ» и «Эльборусъ» въ іюлѣ. — Турецк. флотъ у береговъ Абхазіи. — Сочинскій отрядъ у Гагринск. угцелья. — Помощь, оказанная 7-го августа лейт. Макаровымъ Сочинскому отряду.—Сухумская атака 12-го августа. — Неудовлетворительность буксирныхъ (крылатыхъ) минъ__ Взятіе турецк. воен. транспорта «Мерсина» 13-го декабря.—Доставка кавк. арміи продовольствія на пароходахъ акт. обороны. — Атака 16-го декабря броненосца «Махмудіе» на Батумск. рейдѣ. — Плоды дѣятельности судовъ акт. обороны.— Турецк. репрессаліи.—Минная атака 14-го января 1878 г. на Ватумск. рейдѣ.— Взрывъ парохода «Интибахъ».

Мeжду тѣмъ турецкій флотъ уже на другой день, послѣ объ-явленія войны напалъ на пограничный постъ св. Николая и затѣмъ приступилъ къ бомбардированію Поти, Гадаутъ, Очемчиры, Су-хума и другихъ прибрежныхъ пунктовъ.

Сухумъ пришлось даже уступить турецкимъ войскамъ за невоз-можностью защищать его подъ огнемъ непріятельскихъ броненосцевъ.

Наконецъ, 23-го апрѣля (5-го мая) 1877 года послѣдовало объ-явленіе Порты о блокадѣ нашихъ черноморскихъ портовъ. Въ ско-ромъ времени, однако, стало для всѣхъ очевиднымъ, что турки не въ состояніи будутъ сдѣлать свою блокаду дѣйствительной, безъ чего, согласно условіямъ Парижскаго трактата, она не могла быть признаваема подписавшими его дерлшвами. Одна Англія продол-жала упорно признавать турецкую блокаду дѣйствительною, не-смотря даже на возобновленіе сначала каботажной торговли, а за-тѣмъ (съ 19-го мая) и срочнаго пароходства между Одессою и Ни-колаевымъ.

Съ появленіемъ пароходовъ активной обороны положеніе наше на Черномъ морѣ еще болѣе улучшилось.

Идея употребленія миноноспыхъ шлюпокъ для нападенія на непріятельскія суда впервые осуществлена была въ междоусобную американскую войну. На Дунаѣ этотъ способъ практиковался рус-скими моряками, которые, пользуясь прогрессомъ минной техники, значительно его усовершенствовали. Но то, что было хорошо для рѣчной борьбы, не годилось для дѣйствій въ открытомъ морѣ, противъ быстроходныхъ броненосцевъ. Минные катера и даже тогдаш-нія миноноски имѣли весьма незначительный ходъ и запасъ топ-лива и, къ тому же, не обладали необходимыми для самостоятель-иаго плаванія морскими качествами, а потому нужно было приду-мать средство для устраненія столь важныхъ недостатковъ. Это и сдѣлалъ лейтенантъ Макаровъ.

Прибывъ осенью 1876 года въ Николаевъ, онъ предложилъ главному командиру сдѣлать на одномъ изъ судовъ такія приспо-собленія, посредствомъ которыхъ можно было бы переносить мин-ные катера съ одного берега моря на другой и дѣлать съ катерами нападенія прямо на непріятельскихъ рейдахъ. Адмиралъ Аркасъ сочувственно отнесся къ проекту молодого лейтенанта и предоста-вилъ въ его распоряженіе пароходъ «Великій Князь Константинъ».

Онъ былъ вооруженъ буксирными и другими минными шестами, а нарѣзная артилерія его состояла изъ одной 6 - дюймовой мор-тиры и четырехъ 9 - фунтовыхъ орудій. Но главная боевая сила его заключалась въ четырехъ паровыхъ минныхъ катерахъ, подни- мавшихся на шлюпъ-балкахъ вмѣстѣ со своими котлами и машинами, что являлось для того времени довольно смѣлымъ новаторствомъ. Кромѣ того, благодаря различнымъ остроумнымъ приспособленіямъ, можно было подымать пары на катерахъ въ какихъ - пибудь 5 ми-нутъ(1). Такимъ образомъ, требовалось всего 5 — 10 минутъ для того, чтобы приготовить катера къ бою. Только при такомъ условіи и можно было разсчитывать на успѣхъ при встрѣчѣ, иногда неожи-данной, съ гораздо сильнѣйшимъ непріятелемъ.

18-го апрѣля 1877 года пароходъ «В. К. Константинъ» вышелъ въ море для крейсерства у кавказскаго берега, при чемъ ему разрѣ-шено было истреблять непріятельскія комерческія суда, снимая съ нихъ команды и сохраняя корабельныя бумаги. Во время перваго поиска лейтенантъ Макаровъ не встрѣтилъ никакихъ судовъ.

Десять дней спустя онъ вторично покинулъ Севастополь и на этотъ разъ рѣшилъ пробраться къ Батуму, до котораго было двое сутокъ ходу. Предпріятіе это являлось весьма рискованнымъ, такъ какъ на такомъ длинномъ переходѣ встрѣча съ непріятельскими броненосцами представлялась очень вѣроятною, и легко могло осо-бенно днемъ, окончиться гибелыо «Константина». Дѣйствительно, на другой же день послѣ его ухода въ Севастополь получено было извѣстіе, что навстрѣчу ему двигается эскадра изъ шести броне-носцевъ.

Но, по счастливой случайности, они разминулись съ на-шимъ пароходомъ, и онъ 30-го апрѣля въ 10 часовъ вечера подо-шелъ къ Батуму. Остановившись въ 7-ми миляхъ отъ входа на рейдъ, лейтенантъ Макаровъ спустилъ катера па воду и, сдавъ ко-мандованіе пароходомъ своему старшему офицеру, лейтенанту Да-выдову,,самъ принялъ начальство надъ минной флотиліей, имѣвшей слѣдующій составъ:

«Наваринъ» (лейтенантъ Макаровъ), «Чесьма» (лейтенантъ За-царенный), «Синопъ» (лейтенантъ Писаревскій), «Миперъ» (мич-манъ Подьяпольскій).

Предполагалось напасть на стоявшіе въ глубинѣ рейда броне-носцы, но на пути катерамъ попался сторожевой пароходъ.

Обойти его и оставить у себя въ тылу, гдѣ онъ могъ-бы къ тому же наткнуться на ожидавшій безъ катеровъ и офицеровъ «Кон-стантинъ», было бы рискованно, а потому лейтенантъ Макаровъ отдѣлилъ лучшаго ходока «Чесьму» и приказалъ ему взорвать ту-рецкій пароходъ. Лейтенантъ Зацаренный подвелъ свою лѣвую крылатую мину подъ лѣвый бортъ парохода и замкнулъ токъ;


Черт. № 8.

мина не взорвалась по причинамъ техническаго свойства. Мало того, попавъ подъ колесо парохода, она чуть не потопила катеръ и для спасенія его пришлось обрубить буксиръ, который затѣмъ по-палъ въ винтъ «Чесьмы» и въ свою очередьнадѣ-лалъ ей не мало хлопотъ.

Въ это время къ ней подошелъ «Синопъ», но, такъ какъ пароходъ сталъ полнымъ ходомъ уходить въ глубину рейда, производя ружейпые залпы и пуская ракеты, то оба катера бросились къ берегу и взяли курсъ на Поти, куда и прибыли благополучно. Остальные катера верну-лись къ «Константину».

Минная атака 1-го мая представляла первый опытъ въ этомъ родѣ, а потому было бы несправедливо относиться къ нему слиш-комъ строго. Оставляя поэтому въ сторонѣ различные техническіе недочеты и тактическіе промахи этого дѣла, мы позволимъ себѣ только замѣтить, что въ немъ не было достаточно единства и взаим-ной выручки. Этому обстоятельству обязанъ главнымъ образомъ своимъ спасеніемъ турецкій пароходъ, очутившійся въ самую крити-ческую минуту своего маневрированія между случайно раздѣлив-шимися попарно катерами.

Послѣ безплодныхъ поисковъ нашихъ пароходовъ вдоль всего турецкаго поберелшя, лейтенантъ Макаровъ рѣшилъ попробовать счастья на Сулинскомъ рейдѣ, гдѣ «Аргонавтъ» еще въ началѣ мая обнарулшлъ присутствіе четырехъ однотрубныхъ двухмачтовыхъ турецкихъ броненосцевъ.

Получивъ инструкцію отъ адмирала Чихачева, онъ 28-го мая вышелъ изъ Одессы, имѣя на буксирѣ двѣ миноноски, вооружен-ныя однимъ миннымъ шестомъ каждая. Катера же имѣли попреж-нему крылатыя мипы. Въ 5-ти миляхъ отъ входа на Сулинскій рейдъ «В. К. Константинъ» остановился и спустилъ свои катера. Вмѣстѣ съ миноносками они составили двѣ кильватерныя колонны, при чемъ въ каждой изъ нихъ, во избѣлшніе разъединепія, суда шли другъ у друга на фалиняхъ (на буксирѣ).

Незадолго до встрѣчи съ непріятелемъ, они отдали фалиня и перестроились въ три колонны, въ такомъ порядкѣ:

Миноноска № 2 (лейт. Рождественскій), «Чесьма» (лейт. Заца-ренный) и миноноска № 1 (лейт. Пущинъ)—впереди; «Наваринъ» (лейт. Вишневецкій), «Синопъ» (лейт. Писаревскій) и «Миперъ» (мичм. Нельсонъ-Гирстъ)—сзади.


Черт. № 9.

На рейдѣ стояли 3 броненосца и 1 сторо-жевой пароходъ. Эскадра находилась подъ парами и окружена была, по требованію Го-барта-паши, бонами.

Первымъ замѣтилъ непріятеля катеръ «Чесьма» и приготовился атаковать своей. крылаткой, но буксиръ ея попалъ въ винтъ и катеръ выбылъ изъ строя.

Не доледавшись «Чесьмы», миноноска № 2 направилась къ броненосцу «Идлшліэ» и взорвала свою мину, но въ нѣкоторомъ разстояніи отъ борта, послѣ чего Рождественскій вынужденъ былъ уходить отъ преслѣдо-ваній другого броненосца. Вскорѣ затѣмъ послѣдовалъ второй та-кой же неудачный взрывъ съ миноноски № 1, которая запуталась своимъ винтомъ въ тросовомъ концѣ и потерпѣла довольно серіез-ныя аваріи: перебило штуръ-тросъ, разбилась водомѣрная трубка, паръ наполнилъ все машинное отдѣленіе и стало заливать топку. Въ это время съ правой стороны показался другой броненосецъ и миноноска съ остановившеюся машиной очутилась въ весьма кри-тическомъ пололсеніи.

Опасаясь, чтобы она не попалась въ руки непріятеля, лейте-нантъ Пущинъ затопилъ ее, а самъ съ командой бросился въ воду, облачившись предварительно въ спасательные пояса. Весь личный составъ миноноски № 1 попался въ плѣнъ.

Броненосецъ «Иджаліэ», на который произведена была атака въ ночь съ 28-го на 29-е мая, немногопострадалъ, что объясняется, конечно, недѣйствительностью взрывовъ, произведенныхъ не подъ днищемъ судна и даже не вплотную у борта, а на извѣстномъ раз-стояпіи отъ него. Ближайшею причиною неудачи явйлись боны— преграда серіезная, но не непреодолимая. Справиться съ нею нашей минной флотиліи помѣшали: 1) отсутствіе общаго начальника и руководителя, 2) невыгодное сочетаніе нападающихъ судовъ, вслѣд-ствіе рѣзкаго различія въ ходѣ и вооруженіи миноносокъ и кате-ровъ, и 3) неоказаніе поддержки атакующимъ остальными тремя катерами.

Въ іюнѣ пароходы активной обороны производили неоднократно поиски у непріятельскихъ береговъ, при чемъ потопили нѣсколько комерческихъ судовъ, а «Владиміръ» захватилъ даже между Кон-стантинополемъ и Варной довольно цѣнный призъ.

Не оставался въ бездѣйствіи и турецкій флотъ, но онъ попреж-нему ограничивался безплодными бомбардировками незначитель-ныхъ прибрежныхъ пупктовъ, не отвалшваясь на операціи болѣе рѣшительныя.

19-го іюля турецкая эскадра изъ 10-ти броненосцевъ показа-лась было въ виду Одессы и вызвала тамъ тревогу, но, не сдѣлавъ даже ни одного выстрѣла, такъ же скоро скрылась. Недѣлю спустя, четыре судна появились вблизи Севастополя и такимъ же поряд-комъ удалились.

7-го іюля «Аргопавтъ» произвелъ рекогносцировку Сулина и даже обмѣнялся выстрѣлами съ находившимися тамъ броненосцами, которые затѣмъ снялись съ якоря и два часа гонялись за нимъ. А четырьмя днями позже произошелъ между пароходомъ «Вестой» и турецкимъ броненосцемъ кровавый бой, надѣлавшій въ свое время не мало сенсаціи.

«Веста» построена была еще въ 1858 году и представляла изъ себя небольшое судно въ 1,800 строевыхъ тоннъ, съ машиной въ 130 номинальныхъ силъ. На ней сдѣлали необходимыя приспо-соблепія и поставили довольно сильную артилерію: пять 6-дюйм. мортиръ, два 9 - фунт. и одно 4 - фунт. орудія, двѣ скорострѣль-ныя пушки Энгстрема и двѣ такія же Гатлинга. Для сосредото-ченной автоматической стрѣльбы имѣлся апаратъ Давыдова. Кромѣ того пароходъ и два его паровые катера вооружены были минами.

Командиромъ парохода назначенъ былъ капитанъ-лейтенантъ Барановъ, человѣкъ недюженныхъ способностей и извѣстный сто-ронникъ крейсеровъ. Послѣднее обстоятельство дало даже поводъ къ совершенно, впрочемъ, неоснователъному обвиненію Баранова въ томъ, что онъ умышленно искалъ боя съ турецкимъ броненос-цемъ для подтвержденія на дѣлѣ справедливости своихъ теоретиче-скихъ взглядовъ(2). Какъ увидимъ ниже, бой этотъ явился резуль-татомъ случайной встрѣчи съ броненосцемъ и потому совершенно неожиданнымъ для командира «Весты».

На пароходѣ было 16 офицеровъ(3) и 118 человѣкъ команды, въ томъ числѣ 30 охотниковъ.

Послѣ неудачнаго поиска къ Пендеракліи, произведеннаго совмѣстно съ «Ливадіей», «В. К. Константиномъ» и «Владиміромъ» въ первыхъ числахъ іюля, съ цѣлью уничтожить находившійся тамъ, по слухамъ, угольный складъ и транспорты, Барановъ отправился. 10-го іюля въ самостоятельное крейсерство къ румелійскому берегу. Характеръ предстоявшаго крейсерства опредѣлялся данной гене-ралъ-адъютантомъ Аркасомъ инструкціей, въ которой командиру «Весты» рекомендовалось уничтоженіе непріятельскихъ военныхъ и комерческихъ судовъ, осмотръ другихъ подозрительныхъ судовъ и испытаніе апаратовъ Давыдова, при чемъ, однако, слѣдовало избѣ-гать открытыхъ встрѣчъ съ броненосцами и рѣшаться на атаку боевыхъ судовъ лишь въ случаѣ увѣреиности въ успѣхѣ.

Возможно, конечно, что такая осторожность начальства вызы-валась нѣкоторымъ предубѣжденіемъ его къ извѣстнымъ уже тео-ретическимъ увлеченіямъ капитанъ-лейтенанта Баранова.

11-го іюля, въ восьмомъ часу утра, въ 35-ти миляхъ отъ Кю-стенджи, идя на WSW, «Веста» замѣтила на горизонтѣ дымъ.

Барановъ рѣшилъ сблизиться съ неизвѣстнымъ судномъ и, если оно будетъ ему по силамъ, то отрѣзать его отъ берега, для чего измѣнилъ курсъ на Немного времени спустя уже можно было съ достаточною ясностью разглядѣть очертанія рангоутнаго турецкаго броненосца, оказавшагося впослѣдствіи корветомъ «Фетхи-Булендъ». Турки подняли флагъ и сдѣлали выстрѣлъ. «Веста» отвѣтила залпомъ изъ баковыхъ (носовыхъ) орудій и повернула назадъ, на румбъ ШО.

Несмотря на 12-узловой ходъ «Весты», броненосецъ замѣтно нагонялъ ее и своими снарядами разрушилъ капитанскій вельботъ, пробилъ верхнюю палубу, уничтожилъ одну мортиру, перебилъ всѣ проводники отъ апарата Давыдова и положилъ на мѣстѣ двухъ артилерійскихъ офицеровъ.

«Прощайте, бейте изъ правой кормовой —она наведена!» успѣлъ только крикнуть одинъ изъ нихъ, смертельно раненый подполков-никъ Черновъ.

Въ довершеніе всего лопнувшая въ жилой палубѣ бомба про-извела пожаръ подъ самой крюйтъ-камерой (пороховымъ погре-бомъ). Замѣтивъ намѣреніе непріятеля таранить «Весту», Бара-новъ рѣшился свалиться съ нимъ на абордажъ или взорвать его кормовыми минами. Явилось даже предположеніе объ атакѣ броне-носца минными катерами, но осуществить его, вслѣдствіе крупной зыби, оказалось невозмолшымъ. У иниціатора этого смѣлаго плана, миннаго офицера лейтенанта М. Перелешина, вскорѣ оторвало ногу.

Между тѣмъ, убитыхъ артилеристовъ замѣнили лейтенанты Кротковъ, вскорѣ затѣмъ раненый и опаленый, и Рожественскій. Послѣдній, наводя лично мортиры, попалъ бомбой въ башню бро-неносца и тѣмъ произвелъ на немъ замѣтное смятеніе. Воспользо-ваться имъ, однако, не удалось, за невозможностью управляться: штуръ-тросъ былъ перебитъ.

Черезъ нѣкоторое время броненосецъ сталъ замѣтно отставать и, перемѣнивъ курсъ, скоро скрылся изъ виду. Бой продолжался 5 часовъ и стоилъ намъ болыпихъ потерь: убитыми—3 офицера и 9 н. чиновъ и ранепыми—4 офицера и 17 н. чиновъ. Но, по доне-сенію адмирала Аркаса, «начиная отъ командира и кончая послѣд-нимъ матросомъ всѣ покрылись славой».

Изобразивъ здѣсь дѣло 11-го іюля въобщихъ чертахъ, согласно съ подлиннымъ донесеніемъ капитанъ-лейтенанта Баранова, мы не можемъ, однако, въ интересахъ истины, умолчать о возралшніяхъ, которыя оно вызвало со стороны турецкихъ моряковъ. Въ числѣ другихъ многочисленныхъ кореспонденцій объ этомъ сраженіи, въ газетѣ «Тіmes» отъ 3-го сентября появилось письмо началытика штаба черноморской турецкой эскадры, англичанина Монторнъ-бея, производившаго офиціальное дознаніе о поведеніи въ бою «Фетхи-Буленда»(4).

«Я не могу не чувствовать необходимости,—писалъ этотъ мор-ской офицеръ, — дополнить письмо канитана Баранова вѣрнымъ отчетомъ о дѣлѣ, хотя бы только для того, чтобы не допустить въ неспеціалистахъ-читателяхъ образоваиія ошибочныхъ идей о срав-нительномъ могуществѣ броненосцевъ и деревянныхъ(5) комерче-скихъ пароходовъ».

Возраженія Монторнъ-бея сводились къ слѣдующимъ четыремъ пунктамъ:

1) У «Фетхи-Буленда», вопреки утвержденію Баранова, на верхней палубѣ орудій вовсе не было.

2) Командиръ броненосца прекратилъ погоню, когда опа стала безнаделшою.

3) Потерь въ людяхъ у турокъ не было.

4) Не было таюке гранатъ, штуцеровъ и тому подобнаго, и «пользованіе всѣмъ этимъ происходило только въ воображеніи.

«Мнѣ приходилось слышать, — такъ заканчиваетъ свое письмо помощникъ Гобарта-паши,—что писать искуспыя донесенія лучше, чѣмъ искусно выдерлшвать сраженія, но ясожалѣю, что документъ въ родѣ того, о которомъ теперь идетъ рѣчь, оказался подписан-нымъ русскимъ морскимъ офицеромъ».

Тѣмъ не менѣе и Монторнъ-бей не рѣшился умалить храбрость командира «Весты»; не отрицали турки и того, что броненосецъ получилъ кое-какія поврежденія отъ русскихъ снарядовъ.

Не оспаривая справедливости приведенныхъ возралшній, мы ограничимся лишь замѣчаніемъ, что большинство ихъ не имѣетъ для дѣла существеннаго значенія. Такого рода ошибки и промахи всегда возможны въ разгарѣ боя. Только пунктъ второй представ-ляетъ исключеніе: довольно мудрено согласовать съ нимъ утверж-деніе Баранова, что, въ виду тяжкихъ потерь, онъ «не рѣшился энергично преслѣдовать убѣгавшаго быстроходнаго врага»(6).

Къ сожалѣнію, дѣло это подало поводъ и къ пререканіямъ уже чисто домашняго свойства, окончившимся, къ общему соблазну, въ залахъ военно-морского суда. Ничто, однако, не могло поколебать нравственнаго значенія боя 11-го іюля: русскіе моряки исполнили свой долгъ.

На смѣну «Вестѣ» отправились изъ Севастополя въ крейсер-ство 19-го іюля пароходы «В. К. Константинъ» и «Эльборусъ». Первый подошелъ къ Константинопольскому проливу и сжегъ здѣсі» 4 парусныхъ брига съ пшеницей и строевымъ лѣсомъ, а второй сжегъ въ морѣ парусную шкуну съ грузомъ палубныхъ досокъ. Но вскорѣ по возвращеніи «Константина» изъ этой экспедиціи, на его долю выпало осуществленіе болѣе важной съ военной точки зрѣнія задачи.

Въ прежнія войны съ Турціей ей всегда оказывала немалыя услуги Абхазія. И теперь турки рѣшили воспользоваться ею, какъ. удобною базою для дѣйствій во флангъ нашей кавказской арміи. Съ этою цѣлью къ абхазскимъ берегамъ отправлена была еще въ началѣ войны особая эскадра Ахметъ-паши, которая послѣ бомбар-дировки Гадаута и Бомборъ высадила здѣсь 1,000 чел. горцевъ. Отрядъ этотъ былъ усиленъ новымъ десантомъ въ 1,500 чел., вы-саженнымъ въ Очемчирахъ 1-го мая. Русскій гарнизонъ вынуж-денъ былъ покинуть Сухумъ и отступить, но кружнымъ путемъ, такъ какъ дорога внутрь страны на Дебельду обстрѣливалась бро-неиосцами. Въ іюнѣ въ рукахъ турокъ находилась узкая полоса берега между Гадаутомъ и Адлеромъ. Для нападенія на нихъ съ сѣвера сформированъ былъ въ Сочи особый отрядъ полковника Шелковникова. Онъ подошелъ 3-го августа къ Гаграмъ, но дальше двигаться не могъ, такъ какъ путь лежалъ вдоль берега, по узкой тропинкѣ, обстрѣливаемой находившимся здѣсь броненосцемъ «Ас-сари-Шефкетъ». Начальникъ отряда обратился по телеграфу въ Севастополь за помощью, и ночью 6-го августа «В. К. Констан-тинъ» деряшіся уже у Гагръ, спустивъ свои катера для нападенія на броненосецъ, котораго они, однако, за темнотою и тумаыомъ, не могли найтп.

Между тѣмъ полк. Шелковниковъ рѣшилъ попытать счастья и въ ту же ночь, выбивъ засѣвшихъ въ развалинахъ Гагринскаго укрѣпленія горцевъ, къ разсвѣту былъ уже внѣ выстрѣловъ не до-статочно бдительнаго броненосца. Но вторая колонна Сочинскаго отряда, подъ командой кн. Аргутинскаго, съ артилеріей и тяже-стями подошедшая въ это время къ ущелью, не могла рѣшиться на такой рискованный прорывъ. Такимъ образомъ отрядъ оказался разрѣзаннымъ на двѣ части.

Чтобы выручить его изъ бѣды, лейтенантъ Макаровъ рѣшился во что бы то ни стало отвлечь вниманіе броненосца на себя. Раз-считывая на свое предполагаемое преимущество въ ходѣ, «Кон-стантинъ» съ разсвѣтомъ 7-го августа смѣло направился къ бро-неносцу. Турки не устояли отъ соблазна овладѣть уже пользовавшимся нѣкоторою извѣстностъю русскимъ пароходомъ и, забывъ о колоннѣ Аргутинскаго и о своемъ назначеніи, пустились въ по-гоню. Лейтенантъ Макаровъ, уменьшая по временамъ умышленно ходъ, искусно ее поддерживалъ цѣлыхъ 2 1/2 часа.

Наконецъ, налетѣвшій внезапно шквалъ съ дождемъ разлучилъ противниковъ и «Ассари-Шефкетъ», потерявъ изъ виду добычу, вернулся на свой постъ. Но уже было поздно: кн. Аргутинскій успѣлъ соединиться съ Шелковниковымъ.

Не довольствуясь результатами столь удачно произведенной ди-версіи, лейтенантъ Макаровъ задумалъ возможно шире восполь-зоваться успѣхомъ и нанести своему сконфуженному противнику болѣе тяжкій ударъ. Въ этихъ видахъ и произведена была въ ночь на 12-е августа минная атака на Сухумскомъ рейдѣ, гдѣ въ числѣ другихъ судовъ находился и «Ассари-Шефкетъ».

Миляхъ въ 6-ти отъ Сухума катера были спущены и въ строѣ двухъ колоннъ направились къ этому броненосцу, стоявшему ближе другихъ и занятому принятіемъ съ берега десанта. Въ моментъ пол-наго луннаго затмѣнія (2 ч. 45 м.) катера находились уже на рейдѣ, ярко освѣщенномъ пожаромъ въ городѣ и разведеннымъ на берегу костромъ.

Атаку начали катера лѣвой колонны: «Синопъ» (Писаревскій) и «Наваринъ» (Вишневецкій), взорвавшіе свои правыя крылатыя мины у праваго же борта «Ассари-Шефкета».


Черт. № 10.

Вслѣдъ за ними взорвалъ такимъ же образомъ, но въ нѣкото-ромъ разстояніи отъ борта, свою мину «Минеръ» (Нельсонъ-Гирстъ), «Чесьма» же (Зацаренный), запутавъ свой минный буксиръ въ обломкахъ разбитаго трапа, вынужденъ былъ обрубить его и даль-нѣйшаго участія въ дѣлѣ не принималъ. Первый моментъ атаки осложнился столкновеніемъ «Синопа» съ державшимся у борта броненосца турецкимъ катеромъ, при чемъ произошла рукопашная схватка на веслахъ и крючкахъ.

Броненосецъ «Ассари-Шефкетъ» не былъ потопленъ и полу-чилъ настолько легкія поврелсденія, что уже 20-го августа могъ отправиться въ Константинополь.

Неудача объясняется опять-таки характеромъ взрывовъ и слиш-комъ значительнымъ углубленіемъ минъ. Да и турки, видимо, ожи-дали нападенія и готовились къ нему.

Эта атака еще разъ подтвердила, между прочимъ, неудовлетворительность буксирныхъ крылатыхъ минъ, выяснивъ ихъ важнѣй-шіе недостатки: 1) значительную трудность маневрированія и под-веденія мины подъ днище непріятельскаго судна, и 2) запутываніе минъ и буксировъ въ обломкахъ послѣ перваго взрыва. На буду-щее время рѣшено было замѣнить ихъ самодвижущимися минами Уайтхеда, которыми удалось съ этою цѣлью воспользоваться однако лишь въ декабрѣ. Въ этомъ же мѣсяцѣ, но нѣсколько раньше, про-изошло еще и другое выдающееся событіе.

Флигель-адъютантъ капитанъ 2-го ранга Барановъ, крейсируя вблизи Анатолійскаго берега на пароходѣ «Россія», 13-го декабря близь Пендеракліи усмотрѣлъ на горизонтѣ пароходъ безъ флага. Заставивъ его нѣсколькими выстрѣлами остановиться, Барановъ послалъ для его осмотра лейтенанта Зарина съ небольшимъ кон-воемъ и, убѣдившись въ принадлежности парохода туркамъ, овла-дѣлъ имъ какъ законнымъ призомъ. Это былъ купленный у фран-цузовъ и проданный затѣмъ пароходному обществу «Максусе» па-кетъ-ботъ «Мерсина», поддерживавшій почтовое сообщеніе между Константинополемъ и Батумомъ. Вооруженъ онъ былъ двумя не-большими орудіями, а команда его состояла изъ 2 офицеровъ и 23 нижнихъ чиновъ. Но въ этотъ рейсъ онъ перевозилъ 1 бата-ліонъ низама при 1 штабъ-офицерѣ и 21 оберъ-офицерѣ, и 1 та-боръ новобранцевъ, преимущественно баши-бузуковъ и черкесовъ, а всего около 800 чел., да еще 48 пасажировъ. На транспортѣ имѣлось нѣкоторое количество провіанта и денегъ, а въ числѣ кореспонденціи оказалась весьма важная переписка Мухтара-паши. Такимъ образомъ, доставленный на буксирѣ у «Россіи» призъ представлялъ значительную цѣнность.

Къ этому времени пароходы «В. К. Константинъ» и «Влади-міръ» едва успѣли докончить свою мирную, но не менѣе важную дѣятельность по снабженію кавказской арміи продовольствіемъ. Принявъ въ Керчи и Новороссійскѣ до 5,200 четвертей провіанта и фуража, они съ болыними затрудненіями и опасностью доста-вили все это количество въ Сочи и Туапсе. Весьма рискованная при господствѣ непріятельскаго флота на морѣ операція эта потре-бовала двѣ недѣли времени и совершилась вполнѣ благополучно.

Впрочемъ, это былъ уже не первый случай транспортной службы нашихъ пароходовъ. Они неоднократно и съ большимъ успѣхомъ перевозили, по просьбѣ сухопутныхъ начальниковъ, какъ различ-ные грузы, такъ и больныхъ и раненыхъ.

Сдавъ свой грузъ въ Сочи 14-го декабря, лейтенантъ Макаровъ отправился къ Поти, гдѣ узналъ о нахожденіи въ Батумѣ турецкихъ броненосцевъ. Подойдя къ этому городу вечеромъ 15-го де-кабря, онъ въ одной милѣ отъ берега спустилъ катера: «Чесма» (Зацаренный и охотникомъ минный офицеръ м. За-лѣскій).

«Синопъ» (л. Щешинскій, охотникомъ гардемар. Твердомедовъ и вольнонаемный механикъ Красноштановъ).

«Сухумъ-Кале» (Нельсонъ - Гирстъ и охотникомъ штурманъ Максимовичъ).


Черт. №11.

«Наваринъ» (Вишневецкій и охотникомъ дворянинъ Бѣляковъ).

Первые два катера имѣли по одной минѣ Уайтхеда: «Чесьма»— по къкилемъ (черт. 11), и «нииопъ»—на особомъ плотикѣ. Осталь-ные вооружены были попрежнему крылатками.

Ночь была темная. Для нападенія избранъ былъ ближайшій броненосецъ «Махмудіэ», оказавшійся адмиральскимъ.

Въ первомъ часу ночи «Чесьма», а затѣмъ «Синопъ» послѣдо-вательно спустили свои мины, цѣлясь на середину броненосца. Поднялась тревога и палъба. Броненосецъ однако не пострадалъ: первая мина, задѣвъ вѣроятно цѣпные швартовы, отбила свою за-рядную камеру, взорвавшуюся затѣмъ при ударѣ о грунтъ, осталь-ной корпусъ мины выскочилъ на берегъ; вторая же мина, не встрѣ-тивъ на своемъ пути никакихъ препятствій, выскочила на берегъ цѣликомъ.

Не нужно забывать однако, что это былъ первый опытъ упо-требленія въ бою новаго и весьма своеобразнаго оружія, съ кото-рымъ и въ мирное-то время не успѣли еще какъ слѣдуетъ ознако-шься.Къ томуже, по собраннымъ справкамъ, непріятельскія суда стояли въ эту ночь кормою къ берегу и носомъ къ серединѣ рейда, что, благодаря царившей вокругъ темнотѣ, и ввело въ заблужденіе нашихъ офицеровъ(7).

Всѣ эти атаки и поиски нашихъ пароходовъ активной обороны не столько наносили ущербъ интересамъ непріятеля, сколько раз-дражали турецкихъ моряковъ, держа ихъ все время въ самомъ угнетенномъ и напряженномъ состояніи духа. Трудно было ми-риться съ такимъ положеніемъ господствующей на театрѣ войны морской силѣ! И вотъ броненосная эскадра, подъ флагомъ Мон-торнъ-бея, предприняла рядъ бомбардировокъ беззащитныхъ горо-довъ.

30-го декабря она подошла къ Евпаторіи и выпустила по ней 135 снарядовъ, 1-го января 1878 года сдѣлано было по Ѳеодосіи 152 выстрѣла, а на другой день подверглась той же участи Анапа. Въ результатѣ оказалось нѣсколько разрушенныхъ домовъ, да нѣ-сколько человѣкъ убитыхъ и раненыхъ. Броненосцамъ не удалось даже овладѣть двумя стоявшими на евпаторійскомъ рейдѣ комерче-скими судами, благодаря мѣткому огню нашихъ полевыхъ орудій.

Немного славы и выгодъ пріобрѣлъ этой прогулкой турецкій флотъ, какъ не старались англійскія газеты, чтобы доказать противное. Между тѣмъ, едва эскадра вернулась къ своимъ пор-тамъ, какъ пароходы «Россія», «Владиміръ» и «Веста» вышли въ море для крейсерства у румелійскихъ береговъ.

Для облегченія имъ обычныхъ въ такихъ случаяхъ операцій, пароходъ «В. К. Константинъ» отправился 10-го января, ради ди-версіи, къ кавказскому берегу. Узнавъ въ Поти, что на батумскомъ рейдѣ стоитъ эскадра Гобарта-паши, лейтенантъ Макаровъ рѣшилъ напасть на нее, и въ ночь съ 13-го на 14-е января, не доходя 4—5 миль до этого порта, спустилъ на воду «Чесьму» (Зацаренный) и «Синопъ» (Щепшнскій), подчинивъ ихъ первому изъ командировъ. Лунный свѣтъ, отражавшійся отъ покрытыхъ снѣгомъ горъ, хо-рошо освѣщалъ рейдъ, на которомъ не трудно было различить 7 судовъ, стоявшихъ какъ и прежде ошвартовавшись кормою къ бе-регу. Правѣе маяка, на сторожевомъ посту, держался подъ парами большой двухмачтовый пароходъ. Катера подошли къ нему неза-мѣченными саженъ на 30 — 40 и одновременно выпустили свои мины. Обѣ онѣ взорвались удачно и черезъ 1 — 2 минуты пароходъ «Интибахъ» исчезъ подъ водой почти со всей своей командой.

Этимъ блестящимъ финаломъ и завершились военно-морскія операціи на Черномъ морѣ.

(1) Обыкновенно на это требовалось 1 1/2—2 часа.

(2) Истрминъ, значеніѳ подвига «Весты». («Русск. Вѣстн.» 1877 г.,VIII).

(3) Старшій офицеръ, лейтенантъ кн. Голицынъ - Головкинъ; лейтенанты: В.. Лерелешинъ 4-й, М. Перелешинъ, Жеребко-Ротмистренко, Кротковъ, 3. Роже-ственскій; мичмана: Петровъ и Рогуля; артилеристы: подполковникъ Черновъ и прапорщикъ Яковлевъ; штурманъ шт.-кап. Корольковъ; инж.-мех. поручикъ Пли-гинскій; врачъ Франковскій; гардемарины Барковскій и Казнаковъ.

(4) М. хр. войны 1877 г. стр, 182.

(5) «Веста» была желѣзная.

(6) Рапортъ к.-л. Варанова гл. ком. черном. флота и портовъ, отъ 12-го іюля 1877 г.

(7) Здѣсь кстати будетъ указать на невольно бросающееся въ глаза обиліе въ этой экспедиціи такъ называемыхъ «охотииковъ», въ томъ числѣ даже и не военныхъ. Обременяя безъ всякой необходимости и безъ того перегруженные катера, они не могли не стѣснять командировъ въ критическія минуты боя.

Вперед
Оглавление
Назад


Главное за неделю