Подлодки Корабли Карта присутствия ВМФ Рейтинг ВМФ России и США
Какой способ жилищного обеспечения военных вы считаете наиболее оптимальным?
Жилье в натуральном виде
    63,64% (49)
Жилищная субсидия
    18,18% (14)
Военная ипотека
    18,18% (14)

Поиск на сайте

3. Нападение гитлеровской Германии на СССР и предательская политика американских и английских монополий

После нападения Гитлера и его сателлитов на Советский Союз война против блока агрессоров не только, сильно расши­рилась — антифашистский характер её усилился. «Вступление Советского Союза в войну против государств оси могло лишь усилить, — и действительно усилило, — антифашистский и осво­бодительный характер второй мировой войны»(1).

Вступление Советского Союза в войну привело к созданию коалиции свободолюбивых народов против блока агрессоров. Американское правительство вынуждено было прервать прове­дение открыто враждебной к СССР политики. Оно объявило 23 июня о снятии секвестра с советских фондов, наложенного в 1939 г., во время антисоветской кампании в США. Англий­ское правительство, затаив коварные антисоветские замыслы, подписало 12 июля соглашение о союзе с СССР в войне против Германии. Поскольку германские империалисты находились в войне с Англией и Францией и германо-японский блок угрожал ликвидировать преобладание англо-франко-американского блока, образование общего антисоветского блока оказалось невозможным. «И когда гитлеровская Германия объявила войну Советскому Союзу, то англо-франко-американский блок не только не присоединился к гитлеровской Германии, а, наобо­рот, был вынужден вступить в коалицию с СССР против гит­леровской Германии»(2).

Хотя Англия и после начала гитлеровской Германией войны против Советского Союза нуждалась в американ­ской помощи, но уже не так остро. Затаённая ненависть к могущественному империалистическому сопернику, с большим успехом грабившему во время войны английскую буржуазию, стала возрождаться в Англии с новой силой. До принятия за­кона о ленд-лизе Англия расплачивалась за американскую помощь главным образом своими заграничными инвестициями. Из 3,8 млрд. ф. ст., составлявших стоимость английских загра­ничных инвестиций, почти половина была потеряна. Эти инве­стиции, как и часть английского золота и валюты, перешли в руки 60 семейств американской финансовой олигархии. Амери­канские богачи получили чистоганом за свою «помощь» Англии.

Японские империалисты между тем лихорадочно изыскивали пути для наиболее выгодного использования новой ситуации. Многие из них планировали немедленное нападение на Совет­ский Союз. Как заявляет в своих мемуарах Коноэ, министр иностранных дел Мацуока 23 июня уже требовал нападения на СССР. Однако мощь советской Дальневосточной армии явля­лась весьма серьёзным фактором, с которым нельзя было не считаться. После капитуляции Японии стали известны решения «императорского совещания», закончившегося 2 июля 1941 г. Согласно этим решениям, Япония должна была воздержаться от немедленного нападения на Советский Союз, выжидая мо­мента, когда «ход советско-германской войны примет благо­приятный для Японии оборот». «Падение Москвы», которое ожидалось «в ближайшие месяцы», должно было служить при­знаком наступления такого благоприятного момента. Чтобы быть готовым к вторжению в Советский Союз, японский гене­ральный штаб разработал в соответствии с решениями «импера­торского совещания» план агрессивной войны против СССР, носивший шифрованное название «Кан Току Эн» («Особые ма­нёвры Квантунской армии»). Этот план исходил из того рас­чёта, что советские войска в ходе войны с Германией будут отвлечены с Дальнего Востока и Квантунская армия без труда овладеет Советским Дальним Востоком и совершит «военную Прогулку» до Урала или дальше(3). Коноэ в своих мемуарах признаёт, что «армия сконцентрировала военные силы в Маньч­журии и была готова начать войну против СССР».

Решение японских империалистов отложить на некоторое время нападение на Советский Союз было вызвано также про­тиворечиями Японии с США и Англией, а также империалисти­ческими противоречиями внутри блока агрессоров, которых до поры до времени связывала лишь общность совершаемых ими преступлений.

Как германские, так и японские монополии ставили своей целью утверждение своего господства над миром. Каждая сто­рона думала о том, как увеличить свои шансы и со временем проглотить своего союзника. Эти внутри империалистические противоречия были использованы советским правительством, за­ключившим пакты о нейтралитете — с Германией летом 1939 г., в то время когда Япония уже подняла у Халхин-Гола оружие против Советского Союза, и с Японией весной 1941 г., когда Германия готовилась начать вероломную войну против СССР.

Сразу же после вторжения гитлеровской армии в Советский Союз реакционные, фашистские элементы в США и Англии стали прилагать все усилия, чтобы удержать Соединённые Штаты от участия в войне на стороне демократических стран. Матёрый реакционер, член палаты представителей Мартин Дайс 23 июня высказал свою затаённую мечту, заявив, что Гитлер завоюет Советский Союз в течение 30 дней(4). В этот же день сенатор Трумэн, впоследствии президент, сделал следующее заявление: «Если мы увидим, что выигрывает Германия, то нам следует помогать России, а если выигрывать будет Россия, то нам следует помогать Германии и, таким образом, пусть они убивают как можно больше»(5).

29 июня с наглой антисоветской клеветнической речью вы­ступил по радио один из главарей американских реакционеров экс-президент Гувер.

Прогерманские, профашистские группировки активизиро­вали свою деятельность по всем направлениям. Сенатор Най совместно с германским агентом Гофманом рассылал по почте пропагандистские материалы. Другой изоляционист, сенатор Кларк, предлагал поменьше болтать о том, чтобы посылать войска за океан, а вместо этого использовать их в Западном полушарии и установить американское господство в Канаде и Латинской Америке. Он требовал, чтобы во всех американских странах Соединённые Штаты создали марионеточные режимы, полностью находящиеся под американским контролем(6).

Американская крупная буржуазия радовалась первоначаль­ным временным успехам фашистских войск на советско-германском фронте, а также ослаблению Англии. Она предвку­шала большую наживу за счёт своего недавнего главного соперника — Англии. Но она понимала также, что вместо Ан­глии вырос новый соперник—блок агрессивных стран, гораздо более опасный, чем английский империализм.

Независимо от настроений крупной буржуазии широкие слои американского народа пылали ненавистью к фашистским варварам. В результате всего этого правительство США вы­нуждено было итти на сближение с государствами, борющи­мися против блока фашистских агрессоров. Однако противо­речия между монополиями США и Англии не только не были изжиты, но к ним добавлялись новые. Американцы, конечно, потребовали главенства в американо-английском блоке, ставя английских империалистов в подчинённое положение.

Важным шагом к созданию американо-английского блока явилась встреча Рузвельта и Черчилля на Атлантическом океане, в бухте Арджентия острова Нью-Фаундленд, в начале августа. Во время этой встречи Черчилль поставил вопрос о вступлении США в войну. Английские империалисты пыта­лись также уговорить американцев направить почти все по­ставки по ленд-лизу в Англию. Всякая помощь Советам при­ведёт лишь к затяжке войны, а в конечном счёте и притом несомненно — к поражению(7), уверяли они. Черчилль, как и другие империалисты, больше всего хотел, чтобы обе страны — Советский Союз и Германия — максимально ослабляли, исто­щали друг друга. Он надеялся, что тогда создастся такое по­ложение, когда английский империализм сможет диктовать обеим странам свою волю.

В октябре 1941 г. на совещании в бухте Арджентия амери­канцы выдвинули свои контртребования. Не обещая вступить в войну, американцы уже на этом совещании ставили вопрос о ликвидации британских имперских торговых соглашений, предоставлявших преимущества английскому капиталу. Руз­вельт потребовал открытия «рынков для здоровой конкурен­ции»(8). Черчилль упорствовал, говорил, что от него требуют ликвидации Британской империи, но в конце концов он, по словам Эллиота Рузвельта, уже на этом совещании в принципе пошёл на уступки. Это отразилось и в ряде пунктов «Атланти­ческой хартии». Здесь же, в бухте Арджентия, начальники шта­бов Англии и США договорились по целому ряду практических вопросов, касавшихся ленд-лиза и др.

(1) И. В. Сталин, Речи на предвыборных собраниях избирателей Ста­линского избирательного округа г. Москвы 11 декабря 1937 г. и 9 февраля 1946 г., стр. 12.

(2) И. В. Сталин, Экономические проблемы социализма в СССР, стр. 35.

(3) Решение «императорского совещания» о японской позиции в связи с германо-советской войной гласило: «...мы некоторое время не будем вме­шиваться в неё, но примем меры по собственной инициативе, тайно воору­жаясь для войны с Советским Союзом... Если германо-советская война будет развиваться в пользу Японии, мы применим оружие для разрешения северной проблемы...» («Новое время» № 18, 1947 г., стр. 10).

(4) «New York Times», June 30, 1941.

(5) «Фальсификаторы истории (Историческая справка)», стр. 67—68.

(6) «New York Times», July 30, 1941.

(7) См. Э. Рузвельт, Его глазами, М. 1947, стр. 46.

(8) Там же, стр. 51.

Вперед
Оглавление
Назад


Главное за неделю