Подлодки Корабли Карта присутствия ВМФ Рейтинг ВМФ России и США
Какой способ жилищного обеспечения военных вы считаете наиболее оптимальным?
Жилье в натуральном виде
    64,56% (51)
Жилищная субсидия
    17,72% (14)
Военная ипотека
    17,72% (14)

Поиск на сайте

ПЛАНЫ СТОРОН И СООТНОШЕНИЕ СИЛ. ПОДГОТОВКА ДУНАЙСКОЙ АРМИИ К НАСТУПЛЕНИЮ

После взятия Плевны высвободилось 96000 человек русских войск с 394 орудиями. Встал вопрос о том, как использовать их в интересах наступления.

Впервые вопрос о предстоявших наступательных действиях фак­тически встал в докладах, генералов Милютина и Обручева(1) Але­ксандру II на совещании, которое имело место около 26 ноября(2). В конце совещания Милютин настоял на безотлагательном переходе через Балканы сразу же после падения Плевны и были намечены принципиальные основы предстоявших наступательных действий. Решено было «начать прежде всего движение правым флангом, раз­бить Шакира, рассеять вновь формировавшуюся турецкую армию в Софийско-Ихтиманском районе и затем, движением на Филиппополь и по южному склону Балкан, заставить турок очистить про­ходы, а в случае упорства — одновременно атаковать их с фронта и с фланга»(3). Наступление правым флангом имело большие преи­мущества как «дававшее возможность, при участии сербов, совер­шенно очистить от неприятеля Софийский район, а затем обеспечи­вавшее полную надежду на успех в атаке центральных Балканских проходов», и потому оно «представлялось как наименее рискован­ным, так и обещавшим скорее всего привести армию к Адриано­полю»(4).

12 декабря Александр II собрал в Порадиме военный совет, на котором, кроме царя, присутствовали главнокомандующий, князь Карл, Милютин, Тотлебен, Непокойчицкий и Обручев.

После доклада Обручева, согласованного с Милютиным, главно­командующий полностью согласился с его предложениями о переходе в наступление, не ожидая весны, и о нанесении удара правым флангом и в центре, после чего тут же приступили к распределению войск.

В основе плана предстоявших действий лежали совершенно правильные со стратегической точки зрения соображения. Нужно было перейти в наступление зимой, не откладывая его на весну. Только быстрым выходом к Константинополю можно было заста­вить турецкое правительство пойти на русские условия мира раньше, чем в дело вмешаются европейские державы. Немедленное наступление необходимо было также и для того, чтобы полнее ис­пользовать растерянность и слабость, охватившие турецкое прави­тельство, народ и войска после падения Плевны. Правилен был и выбор направления главного удара. Действительно, центральный горный проход — Шипка, — наиболее удобный для продвижения зимой за Балканы всей массы Дунайской армии и ее тылов, не был полностью в руках русских. В результате боев второго этапа войны русские войска утвердили за собой обладание Шипкинским. перевалом, но спуск с него на юг прочно удерживался турками. Турецкие позиции на Шипке были очень сильны — их было трудно взять в лоб или даже с помощью местных обходов, если не отвлечь внимание турок в другом направлении. Таким направлением и могло стать араб-конак-софийское, для чего целесообразно было начать наступление с удара правым флангом, то есть отрядом Гурко. Значительные трудности представляло при зимнем наступле­нии материальное обеспечение войск, но при условии энергичной работы штаба и тыла Дунайской армии большая часть этих трудно­стей была преодолима.

Общее соотношение сил благоприятствовало переходу Дунайской армии в наступление. К 15 декабря в Дунайской армии (не считая румынских войск) можно было использовать для полевых действий 314 000 человек с 1343 орудиями. Этим силам противостояли 183 000 турок при 441 орудиях; кроме того, 32 000 человек с 60 ору­диями находились у границ Черногории, Греции и на острове Крит, а 30 000 сковывались 82-тысячной армией Сербии, вступившей в войну 14 декабря, и 49-тысячной армией Румынии (см. раз­дел 14). Таким образом, Дунайская армия обладала почти двойным превосходством в живой силе и тройным — в артиллерии.

И все же главнокомандующий при составлении конкретного плана наступления и при распределении сил по отрядам в значи­тельной мере не сумел воспользоваться этим общим благоприятным соотношением сил.

План наступления Дунайской армии сводился к следующему. Отряд под командованием Гурко должен был перейти Балканы в районе Араб-Конака, занять Софию и двигаться южнее Балкан­ского хребта на Адрианополь — Константинополь. Вслед за отрядом Гурко переходили Балканы у Трояна и Шипки отряды Карпова и Радецкого, имевшие целью наступление также на Адрианополь и Константинополь. За отрядом Радецкого двигался общий резерв.


Схема 34. Общий район действия отрядов генералов Карпова, Гурко и Радецкого в декабре 1877 г. — январе 1878 г.

Все прочие отряды должны были лишь активно обеспечивать Дей­ствия отрядов Гурко, Карпова и Радецкого.

Заложенная в этом плане обручевская идея отличалась глубокой целесообразностью. Войска Гурко по этому плану должны были на­чать наступление первыми. Все главные силы турецких войск, рас­положенные к югу от Балкан, при этом, естественно, сосредоточива­лись против войск Гурко, в силу чего перед отрядом Радецкого открывался более или менее свободный путь движения на Адриано­поль. В то же время, если бы отряд Гурко не справился своими силами с брошенными против него турецкими войсками, отряд Радецкого выходом в их тыл отрезал бы им путь отхода на Адриа­нополь и турки были бы либо окружены и уничтожены, либо' вы­нуждены отходить на юг к Эгейскому морю. Таким образом, план Обручева предусматривал взаимодействие отрядов Гурко и Радец­кого.

Казалось бы, в соответствии с этим планом отрядам Гурко, Карпова и Радецкого следовало передать все силы, высвободив­шиеся после взятия Плевны. Этого, однако, сделано не было. Плев-ненские войска были распределены из расчета:


После такого усиления (с некоторыми изменениями) числен­ность различных отрядов Дунайской армии достигла:


В итоге такого распределения сил у Софии и в Балканах про­тив 68 000 турок с 141 орудием должно было наступать 149 000 сол­дат и офицеров Дунайской армии с 575 орудиями. Это обеспечи­вало наступавшим русским войскам лишь немного больше чем двойное превосходство в живой силе и четверное — в артиллерии. Если к турецким войскам присчитать еще 18 000 человек и 36 ору­дий турецких резервов, располагавшихся в основном в Константи­нополе, то превосходство войск Дунайской армии, предназначенных Для наступления, снижалось до менее чем двойного в живой силе и До тройного — в артиллерии. Зато 165 000 человек с 688 орудиями, предназначенные для выполнения задач обеспечения, имели против себя одну Восточно-Дунайскую армию в составе 97 000 человек с 264 орудиями, то есть располагали тем же превосходством в живой силе, что И наступавшие войска, и почти тем же — в артиллерии.

Таким образом, главнокомандующий, даже имея в своем распо ряжении почти 100-тысячное свободное войско, высвободившееся из-под Плевны, не сумел создать на ударном направлении значи тельного превосходства в силах, и войска на главном направлении не получили благоприятных условий для нанесения сокрушитель­ного удара.

Планы турецкого командования после падения Плевны были весьма расплывчатыми. Турки совершенно отказывались от насту­пательных действий и переходили к обороне. Но оборона верховным и главным турецким- командованием понималась различно.

Верховное турецкое командование считало возможным последо­вательную оборону сперва на рубеже Балкан, затем на линии Со­фия — Ихтиманские горы и, наконец, — в укрепленном Адрианопольском лагере. Целью такой обороны был выигрыш времени, которое предполагалось использовать для того, чтобы склонить западноевропейские державы к вмешательству в пользу Турции. Осуществление этого оборонительного плана было возложено на Сулеймана-пашу. Ближайшей задачей ему ставилось возможно бо­лее быстрое усиление войск в Балканах за счет Восточно-Дунайской армии и удержание за собой до последней возможности горных проходов.

Сулейман-паша совершенно не разделял взглядов верховного турецкого командования. Нельзя не согласиться с тем, что он имел на это веские основания. Русские войска у Златицы находились уже на южном склоне Балкан; прочие перевалы, закрытые или занятые турецкими войсками, могли быть взяты русскими путем обхода; численность и моральные силы Дунайской армии выросли, а в ту­рецких войсках — понизились. В этих условиях быстрый переход русских в наступление не дал бы Сулейману-паше времени на пере­броску сил из Восточно-Дунайской армии на усиление обороны Балкан. Возможен был прорыв турецкой обороны в Балканах, и при этом турецкие войска могли прийти в такое расстройство, что не смогли бы закрепиться и на следующих рубежах обороны. Исходя из всех этих соображений, Сулейман-паша пришел к вы­воду о необходимости сразу же отойти к Адрианополю и там орга­низовать прочную оборону на заранее подготовленных позициях.

Верховное турецкое командование с выводами Сулеймана-паши не согласилось. Начались обычные для турецкой армии телеграфные переговоры, в результате которых не был принят полностью ни один из обоих планов, да и компромиссное решение не было выражено достаточно ясно. Практическим результатом подготовки турками обороны явилось лишь то, что к середине января 1878 года Сулей­ману-паше удалось перебросить из Восточно-Дунайской армии до 27 000 человек в долины рек Тунджи и Марицы.

Подготовка Дунайской армии к наступлению протекала со зна­чительными трудностями и имела много недостатков.

Важнейшим мероприятием оказалось выдвижение войск из-под Плевны на усиление предназначенных для наступления отрядов, Зима была неустойчивая, снег сменялся дождем, грязь и слякоть стояли невообразимые, часто бывала гололедица. Штаб армии не обеспечил войскам времени на подготовку к походу, органы тыла не имели даже самого необходимого для похода. Положение с ты­ловым обеспечением осложнялось еще тем, что с 23 по 26 декабря из-за ледохода отсутствовало сообщение через Дунай по мостам с Румынией.

Вторым мероприятием по подготовке к наступлению явилось некоторое упорядочение службы тыла. Этапная линия от Систовской переправы была спрямлена через Плевну на Дольный Дубняк, а затем продолжена на Орхание. Но, несмотря на это, ни с накоп­лением запасов, ни с подвозом их в войска интендантство и товари­щество не справились.

Много времени и сил отняла эвакуация пленных из армии Османа-паши. Меры к заблаговременной эвакуации приняты не были, и ее удалось закончить лишь через месяц.

Таким образом, зимний переход Дунайской армии в наступление был правилен по цели и задачам, но плохо спланирован в смысле распределения сил для наступления и для его обеспечения.

Турецкий план действий страдал расплывчатостью и неопреде­ленностью. Это являлось следствием неудовлетворительной системы взаимоотношений между верховным и главным турецким командо­ванием и слабости их обоих.

(1) Обручев к этому времени прибыл из Кавказской армии, куда был при­командирован, и находился при главной императорской квартире.

(2) По Милютину, совещание происходило 9 декабря. (См. Милютин Д. А. Дневник, т. II, М., 1949, стр. 248.)

(3) Особое прибавление к описанию русско-турецкой войны 1877—1878 гг. на Балканском полуострове, вып. 4, стр. 90.

(4) Там же.

Вперед
Оглавление
Назад


Главное за неделю