Подлодки Корабли Карта присутствия ВМФ Рейтинг ВМФ России и США
Какой способ жилищного обеспечения военных вы считаете наиболее оптимальным?
Жилье в натуральном виде
    63,41% (52)
Жилищная субсидия
    19,51% (16)
Военная ипотека
    17,07% (14)

Поиск на сайте

Обмен секретами. «Энигма» ставит препятствия. Часть 7

Когда связь с U252 оборвалась, Дениц обратил внимание на схожесть докладов этой лодки и лодки U82, пропавшей в начале февраля. Обе лодки докладывали о слабом охранении конвоев почти в одном и том же районе на выходе из Бискайского залива, после чего связь с ними прекращалась. Дениц сделал вывод — правда, неверный: англичане организовали конвой-ловушку из противолодочных кораблей, чтобы бороться с немецкими подводными лодками, базировавшимися во Франции. Поэтому он временно запретил лодкам атаковать конвои в этом районе. Успех Уолкера, потопившего U252, имел гораздо большее значение, чем могли предположить в Адмиралтействе. Теперь конвои «IG» и «OG», так же как и конвои «OS», направлявшиеся в Сьерра-Леоне, могли беспрепятственно проходить между берегами Франции и Британских островов.

За период с января по март включительно Дениц провел 33 патрулирования на западных подходах к Великобритании и в других районах Восточной Атлантики(1). Если не считать выход в море фон Фарендорфа, все патрулирования были непродолжительными. Некоторые из них были простым переходом лодок из Германии во Францию. В ходе этих действий было уничтожено 10 судов союзников суммарным тоннажем 17 600 тонн, включая четыре боевых корабля: канонерская лодка американской береговой охраны «Александр Гамильтон», английский корвет «Арбутес», канадский корвет «Спайкенард» и английский противолодочный траулер «Роземунда». Со своей стороны немцы потеряли две лодки: U252 и U581.

Средиземное море


На 1 февраля 1942 года в районе Средиземного моря, с учетом всех новых поступлений и потерь, находилась двадцать одна немецкая подводная лодка(2). Они действовали с итальянских баз в Ла-Специи, Поле и Саламисе. Командовал ими Лео Карл Крайш, заменивший Виктора Оэрма. В задачу этих лодок входила поддержка наступления Роммеля в Северной Африке и пресе- чение подвоза на Мальту британского вооружения. Так же, как и в 1941 году, рейды подводных лодок в Средиземном море были короткими, редко превышавшими три недели, но невероятно опасными. Небо кишело английскими, немецкими и итальянскими самолетами, не разбиравшими — где свой, а где чужой. Авиация и надводный флот как союзников, так и стран «Оси» установили здесь десятки минных полей. Суда союзников охраняли самолеты и надводные корабли, оборудованные радиолокаторами, что серьезно затрудняло действия немецких подводных лодок. Опасность представляли и субмарины союзников.

В результате результативность средиземноморских лодок, так же, как и арктических, была чрезвычайно низкой. В январе 1942 года лишь пять немецких лодок доложили о проведении атак, из них четыре — против эсминцев союзников. Недалеко от Александрии командир U133 Герман Хессе отправил на дно английский эсминец «Гурка И». В районе Табрука Генрих Шондер, командир U77, нанес повреждение английскому эсминцу «Кимберли». В том же самом районе Вильгельм Домес, командир U431, потопил 300-тонную патрульную яхту. Остальные атаки оказались неудачными.

В феврале о проведении атак доложили семь немецких лодок. Домес сообщил о нанесении повреждений эсминцу и танкеру; Гельмут Розенбаум, командир U73, доложил о потоплении эсминца; Роберт Бартельс, командир U561, доложил о нанесении повреждений грузовому судну; Георг-Вернер Фрац, командир U652, доложил о том, что повредил эсминец, сторожевой корабль и небольшой танкер; Ганс-Вернер Краус, командир U83, доложил о потоплении корвета и небольшого грузового судна, а также о повреждении эсминца и транспорта; Фриц Гугенбергер, командир U81, удостоенный Рыцарского креста за потопление авианосца «Арк Ройал», доложил о поврежденном легком крейсере. И наконец, Ганс-Отто Хайдтман, командир U559, доложил о потоплении 4000-тонного грузового судна. Однако, согласно данным Юргена Ровера и послевоенным отчетам союзников, ни одно из этих судов на самом деле потоплено не было, а повреждения подтвердились лишь частично.

К марту была обнаружена причина, по которой не срабатывали торпеды. Вскоре после этого успехов стало больше. Йохан Йебзен, командир U565, отправил на дно английский легкий крейсер «Наяд» водоизмещением 5750 тонн(3). Фрац потопил британский эсминец «Ягуар», фрегат «Хейтроп» и, возможно, 2600-тонный английский танкер. Краус нанес повреждения небольшому грузовому судну. При этом была потеряна еще одна немецкая подводная лодка. Четырнадцатого марта на выходе из Саламиса U133, которой командовал 26-летний Эбергард Мор, наскочила на мину и пошла ко дну. Весь экипаж погиб(4).

Адмирал Редер и Морской штаб были обескуражены малой результативностью лодок, действовавших в Средиземном море. В начале марта Берлин указал Лео Крейшу на то, что в ремонте у него постоянно находится больше подводных лодок, чем в походе — хотя патрулирования в Средиземном море были не столь продолжительны, как в Атлантике. От нового командующего средиземноморскими лодками требовали увеличения интенсивности действий. Лео Крейш, также озабоченный неблагоприятной ситуацией, объяснил, что много лодок получали повреждения в результате атак самолетов противника. Кроме того, существовали трудности с поставками запчастей и снаряжения из Германии, а итальянские верфи работали на 10-15% медленнее немецких. Крейш уверял, что он делает все возможное, чтобы ускорить ремонт. В итоге в период с января по апрель 21 действовавшая в Средиземном море лодка потопила лишь шесть судов противника суммарным тоннажем 14 500 тонн. Четыре из них были боевыми кораблями британского флота: легкий крейсер «Наяд», эсминцы «Гурка II» и «Ягуар», а также фрегат «Хейтроп». Еще один английский эсминец («Кимберли») получил повреждения. Потопление этих судов и кораблей отнюдь не помогло Ром- мелю, но присутствие немецких подводных лодок в Средиземном море создало союзникам немало трудностей.

Западная Африка


11 февраля 1942 года две немецкие лодки взяли курс на Фритаун. Это были U68 IX серии под командованием Карла-Фридриха Мертена и U505 IXC/40 серии под командованием Алекса-Олафа Леве. К югу от Канарских островов Леве обнаружил конвой, шедший на большой скорости, однако охранение отогнало его. Мертен не встретил ни одного судна. Лодки достигли Фритауна в начале марта. Тропический климат оказался непривычным для экипажа U505, привыкшего к холодной Балтике. «Лодка раскалилась, как печь,— писал один из членов команды. — Свободные от вахты поднимались на мостик, чтобы хоть немного отдохнуть от удушающей жары внутри лодки. Ходили мы без рубашек, в коротких штанах цвета хаки и пробковых шлемах».

С тех пор, как последняя немецкая подводная лодка появлялась в прибрежных водах возле Фритауна, прошло четыре месяца. Действуя каждый сам по себе, Леве и Мертон обнаружили множество одиночных судов. В течение первых восьми дней марта они отправили на дно по два судна. Леве потопил 7600-тон- ный норвежский танкер и 5000-тонное английское грузовое судно. Мертон потопил два больших английских грузовых судна тоннажем 14 400 тонн. Из донесений Мертена следовало, что он также атаковал английскую субмарину, выполнявшую роль судна-ловушки, однако обе торпеды прошли мимо цели. После всех этих атак у Мертена осталось десять торпед, а у Леве — четырнадцать.

Английское военно-морское командование было вынуждено обратить внимание на район Фритауна. Одиночные суда пришлось отправить в порты и начать организацию конвоев. В последующие дни Мертен и Леве докладывали о прекращении судоходства и просили отправить их на другую сторону Атлантики — к берегам Бразилии. По причине большого расстояния и неблагоприятных ветров Дениц отверг просьбу. Леве получил приказ остаться в районе Фритауна, а Мертен направился в район столицы Нигерии Лагоса. Оставшись в районе Фритауна, Леве вместе с экипажем изнывал от скуки. «Кругом — ничего, одна пустота, — писал один из членов его команды. — Это выводило из себя... Начинала появляться усталость. Изо дня в день одни и те же лица, одни и те же разговоры. С охотой не везет, нервы на пределе. Это видно по раздражительным замечаниям, угрюмым лицам с печатью усталости, накопленной за время душных и бессонных дней и ночей».

В районе мыса Палмас Мертен опять встретил множество одиночных судов. С 16 по 17 марта в течение двадцати четырех часов он потопил четыре английских грузовых судна тоннажем 19 000 тонн. С оставшимися тремя торпедами он продолжил плавание к району Лагоса. Двадцать пятого марта U68 обнаружила конвой из пяти судов и трех кораблей охранения. Однако проведению атаки помешал патрульный самолет. Испытывая недостаток топлива, Мертен повернул на обратный курс и направился домой. Тридцатого марта, огибая мыс Пал мае, он встретил еще один конвой из пяти судов. Последней торпедой он отправил на дно 5900-тонное английское грузовое судно, доведя личный результат до семи потопленных судов общим тоннажем около 40 000 тонн.

Получив доклад Мертена о плотном судоходстве в районе мыса Палмас, немецкое военно-морское командование перевело туда и Леве. Он подтвердил факт наличия судов, но теперь они охранялись. Подвергнувшись атаке с воздуха и с моря, Леве повел лодку на юг, в открытый океан. Экватор он пересек со всеми необходимыми церемониями. Наконец, 3 апреля, двадцать девять дней спустя после потопления последнего судна, Леве вновь обнаружил противника. В последующие двадцать четыре часа он пустил на дно два грузовых судна — одно американское и одно голландское, каждое по 5800 тонн. После этого U505 вернулась в район Фритауна, где в течение двух недель снова не могла обнаружить ни одного судна. Седьмого мая Леве прибыл в Лорьян, проведя в море в общей сложности восемьдесят дней и потопив четыре судна суммарным тоннажем 25 000 тонн.

Дениц был доволен. На счету двух лодок оказалось одиннадцать судов общим тоннажем 65 000 тонн. Кроме того, они дезорганизовали судоходство союзников на юге Атлантики и отвлекли на себя противолодочные силы, которые в противном случае могли быть переведены к берегам США. Если бы у Деница были запасные лодки IX серии, он вновь отправил бы их в район Фритауна. Однако теперь все лодки этого типа действовали у берегов Америки. Таким образом, Фритаун опять на несколько месяцев оставили в покое.

Обмен секретами

В начале апреля 1942 года англичане и американцы в конце концов приступили к обсуждению технических вопросов, связанных с дешифровкой кодов немецкой военно-морской «Энигмы». С 6 по 17 апреля в Вашингтоне состоялась специальная конференция на эту тему. Основной целью конференции было объединение и интеграция имевшейся у союзников разрозненной информации о противнике, собранной в Атлантике и Тихом океане. Но конференция пошла и дальше.

Английскую делегацию возглавлял шеф военно-морской разведки Хамфри Р. Сэндуит, носивший звание капитана первого ранга военно-морского флота Великобритании. С начала войны Сэндуит занимался информационной разведкой. Американскую делегацию возглавляли Джозеф Редман и Джозеф Уэнджер — лучшие эксперты по радиосвязи.

Англичане, канадцы и американцы смогли объединить свои усилия и усовершенствовать перехват радиосообщений стран «Оси». К лету американцы установили на восточном побережье США четыре стационарных радиолокатора. Кроме того, американцы построили в штате Мэн испытательную модель радиолокатора с более совершенным, полностью автоматическим приемником, почти мгновенно ловившим радиосигналы немецких подводных лодок.

Историк Бредли Смит писал, что помимо демонстрации важных достижений в области электроники, англичане использовали эту конференцию, чтобы поделиться с американцами опытом по добыче разведывательной информации, представлявшей интерес для военно-морского планирования. Адмиралтейство даже подготовило специальный доклад о технических средствах, применявшихся для этих целей. Кроме этого, историк Гарри Хинсли отмечал, что англичане пообещали со временем передать США технологию производства «бомбы» Тьюринга-Уэлчмана. Однако Адмиралтейство не торопилось с выполнением своего обещания, поэтому к июню американо-британские отношения стали напряженнее.

Сразу после окончания конференции Роджер Уинн отправился в Вашингтон, чтобы убедить адмирала Кинга и его помощников создать Управление по слежению за немецкими подводными лодками, сходное с его Управлением, и наладить между ними прямой контакт. У Кинга уже был секретный отдел, сходный с адмиралтейским Оперативным центром, но не было службы слежения за лодками противника. Американским аналогом Оперативного центра руководил первый заместитель Кинга Джорж Дайер. Доступ в этот отдел был ограничен несколькими лицами, а сам он носил название «Центр совместных операций и разведки».

Переговоры Уинна с Кингом прошли успешно. Кинг с готовностью пошел навстечу своему коллеге. Организация службы слежения за немецкими лодками была возложена на капитана первого ранга Кеннета А. Ноулса, ранее уволившегося с флота по инвалидности, но после нападения японцев на Перл-Харбор вернувшегося на службу.

Теперь перед англичанами и американцами открывались большие возможности. Однако отдельные представители американского командования были возмущены тем, что англичане все еще утаивали секрет «бомбы» Тьюринга-Уэлчмана. Поэтому американцы быстрыми темпами вели разработки своей версии дешифратора. В них принимал участие математик Говард Энгстром, полностью посвятивший себя военно-морской «Энигме». Его призвали на службу в феврале и присвоили звание лейтенанта. Всего через четыре месяца он получил очередное звание — что явилось, в общем-то, небольшой наградой за его вклад в создание дешифратора.

(1) См. Приложение 2.

(2) См. Приложение 6.

(3) 11 марта 1942 года севернее Мерса-Матрух. (Прим. ред.)

(4) Таким образом, к 1 апреля 1942 года в Средиземном море оставалось двадцать немецких подводных лодок VII серии. В период между 5 января и 18 марта 1942 года английские субмарины отправили на дно Средиземного моря пять итальянских подводных лодок. На счету «Анбитен», ранее потопившей U374, была одна лодка, на счету «Апхолдер» — две, а у «Ультиматум» и «Торм» — по одной.

Вперед
Оглавление
Назад


Главное за неделю