Подлодки Корабли Карта присутствия ВМФ Рейтинг ВМФ России и США
Какой способ жилищного обеспечения военных вы считаете наиболее оптимальным?
Жилье в натуральном виде
    63,41% (52)
Жилищная субсидия
    19,51% (16)
Военная ипотека
    17,07% (14)

Поиск на сайте

ИССЛЕДОВАНИЯ МОРЕЙ С 60-х ГОДОВ XIX в. ДО 1917 г. Часть 1

Особенностью этого периода в изучении морей, омывающих Россию, является в основном комплексный подход к исследованию водных акваторий. Период только гидрографических работ закончился, хотя, разумеется, последние там проводились, так же как проводятся и в настоящее время. Главной задачей стало всестороннее научное и научно-промысловое изучение морей.

Поэтому наряду с Гидрографическим департаментом исследования проводились Русским географическим обществом, Академией наук, различными министерствами и ведомствами, причем очень часто исследования имели большее значение для науки, нежели гидрографические работы департамента, призванного обеспечивать безопасность мореплавания. Гидрографические исследования во второй половине XIX в. сводились к съемке и промеру, постановке средств навигационного оборудования, лоцманской службе, астрономическим, магнитным, метеорологическим и гидрологическим наблюдениям, а также обеспечению мореплавателей пособиями для плавания.

Другой особенностью рассматриваемого периода является совершенствование техники и полная замена парусного флота паровым (к концу столетия) и, следовательно, дальнейшее расширение возможностей углубленных морских исследований. В течение второй половины XIX и в начале XX в. на всех морях начали работать гидрометеорологические обсерватории и станции, накапливавшие большой фактический материал, позволивший затем переходить к крупным научным обобщениям. На всех морях существовали постоянно действовавшие гидрографические подразделения — съемки, экспедиции, партии, отряды, регулярно и систематически производившие необходимые исследования, державшие на должном уровне гидрографическую изученность морей. Гидрографический департамент был реорганизован в Главное Гидрографическое управление. Отчеты о гидрографических работах на морях печатались отдельными изданиями, начиная с 1855 г.; регулярно выпускались «Морской сборник» и с 1867 г. «Записки по гидрографии». В конце XIX и в начале XX в. началось научно-промысловое изучение морей (прежде всего Белого и Каспийского). Наконец, в рассматриваемый период русская океанография внесла много нового в изучение режима физических явлений на всех морях, омывающих берега России.

Балтийское море

Гидрографические работы на Балтийском море продолжались на основе первоклассных триангуляционных работ Ф. Ф. Шуберта и заключались в систематических исследованиях в Финском заливе, Финляндских и Абосских шхерах, Рижском и Ботническом заливах, в результате чего корректировались и переиздавались имевшиеся карты и иногда, особенно к концу XIX столетия, издавались новые. Подробные промеры производились с 1858 по 1861 г. гидрографической экспедицией капитана I ранга Аркаса в Невской губе; эти исследования затем были продолжены капитаном Таранцевым, поручиком Шенуриным, капитаном Акимовым, подполковником Поликарповым. Главная их цель — следить за фарватерами, ведущими в Петербургский порт. Но это была в какой-то мере постоянная и частная задача гидрографии. Главное же внимание было обращено на Абосские, Аландские шхеры и Ботнический залив, так как к 1860 г. опись была доведена на юг до границ с Пруссией (включая Рижский залив) и на север до полуострова Ханко. В Ботническом заливе работала экспедиция подпоручика Максимова, а Абосские и Аландские шхеры обследовались экспедицией Борисова, а после его смерти (1876) — Пущина. К 1879 г. было закончено обследование Аландских и Абосских шхер путем подробного шлюпочного и судового промера, мензульной съемки и на основе триангуляции. Съемка производилась в масштабе 100 и 200 саженей в дюйме, шлюпочный промер перекрестными и параллельными галсами через 25—40 саженей; судовой промер, производившийся исключительно с наружной стороны шхер и на открытых плесах, делался через 75, 100, 200 саженей. Банки, рифы, все отмели обследовались отдельно с большей подробностью. В Ботническом заливе опись полностью не была закончена в те годы, и систематическая опись была произведена лишь в период 1890—1910 гг. Со временем корректировать старые карты, основанные на описях многолетней давности, становилось все труднее и труднее. В связи с этим было принято решение произвести новые систематические обследования всего моря на основе единой твердой опорной сети. Для выполнения такой большой задачи в 1908 г. была образована Гидрографическая экспедиция Балтийского моря под начальством Е. Л. Бялокоза. Работы этой экспедиции, успешно начавшиеся в Финском заливе, были прерваны первой мировой войной. Экспедиция измерила базис на Аландских островах и провела некоторые съемочные и промерные работы. Съемка велась мензулой в масштабе 200 саженей в дюйме, промер со шлюпок с подробностью от 10 до 50 саженей (преимущественно 30—50 саж.)(1).

В военные годы гидрографическая служба обеспечивала нужды флота, главными из которых были: проложение новых фарватеров, составление лоции военного времени, проводка кораблей, обеспечение пособиями для мореплавания. Гидрографические работы дали большой материал для гидрологии, гравиметрии, изучения магнитного ноля Земли, метеорологии. В результате магнитных наблюдений, инициатором которых стал Н. Пущин(2), уже в конце 70-х годов удалось выяснить, что западное склонение за пять лет уменьшилось почти на 0,5°, что составляет в год около 6'. Это хорошо согласуется и с современными данными об изменении склонения. В нескольких местах Балтийского моря были открыты магнитные аномалии.

В 1912 г. Главное Гидрографическое управление издало карту глубин Балтийского моря. В разносторонних исследованиях Балтийского моря принимали участие иностранные, главным образом шведские и немецкие ученые, но и русские внесли свой немалый вклад. Так, например, С. О. Макаров в 1886 и в 1889 гг. во время плавания на корвете «Витязь» получил интересные сведения о гидрологии моря. По наблюдениям С. О. Макарова, в средней части Балтийского моря и в Финском заливе (так же как и в Черном море) на некоторой глубине существует слой воды с сравнительно меньшей температурой, чем у поверхности и у дна.

Такое распределение температур (а также увеличение солености воды по вертикали в направлении от поверхности ко дну) Макаров объясняет существованием нижнего течения, с помощью которого через Бельты и Зунд вливается в Балтийское море более соленая океанская вода. Температура последней в среднем выше температуры воды в Балтийском море, и потому здесь согреваются некоторые слои воды(3).

В 1902 г. был создан «Международный совет по изучению северных морей», в работах которого в Копенгагене приняла участие в числе других стран и Россия. На ее долю выпало изучение средней части моря, от острова Эланда на западе до Эзеля и Либавы (с включением Рижского залива) на востоке. Кроме того, Финляндия обязалась изучить финское побережье и открытое море на юг до острова Даго.

До 1908 г. русские исследования велись в Баренцовом море, отошедшем в сферу России по решению этого же совета, а в 1908 г. работы были переведены на Балтийское море. Начальником экспедиции, снаряженной департаментом земледелия, был О. А. Гримм. Гидрологическими и гидрохимическими работами руководил А. А. Лебединцев, гидрологические и зоологические наблюдения вели также Н. М. Книпович и С. А. Павлович(4).

Экспедиция плавала летом с июля по ноябрь на транспорте «Компас». Результаты ее работ были опубликованы в «Трудах Балтийской экспедиции». Так как русская экспедиция действовала по общей программе международных исследований моря, то в сферу ее деятельности вошли в основном прибрежные районы России. Для гидрологических работ использовалось новое стандартное оборудование, рекомендованное Международным советом, в частности батометр Кнудсена.

Рядом продольных и поперечных разрезов экспедиция исследовала примерно одну четвертую часть моря. Она провела исследование солености. При этом оказалось, что с глубиной соленость возрастает и в готландских впадинах достигает 12%. Температура же воды с глубиной убывает, причем у дна снова поднимается. Прозрачность воды в августе сравнительно невелика: в Финском заливе она оказалась равной в среднем 6,25 м, в Рижском — 5,35 м. Важнейшей чертой исследований экспедиции была увязка их с другими аналогичными зарубежными исследованиями, учет при выводах всех предшествовавших как русских, так и иностранных наблюдений,— в результате чего стало возможным дать первую общую, весьма близкую к реальной картину гидрологического режима всего Балтийского моря. Наряду с гидрологическими, проводились биологические, в частности ихтиологические исследования Балтийского моря (Е. Суворовым, А. С. Скориковым)(5).

К середине XIX в. футшточные наблюдения проводились не только во всех военных портах, но также и на маяках. В 90-х годах было произведено нивелирование для соединения нулей футштоков с постоянными береговыми марками. С организацией в 1896 г. при Гидрографическом управлении метеорологической части за всеми футшточными наблюдениями был установлен постоянный надзор. Начиная с 1890 г., издаются «Сборники гидрометеорологических наблюдений», в которых печатаются наблюдения и выводы. В 1917 г. Л. Ф. Рудовиц(6) подвел итоги дореволюционных наблюдений над колебаниями уровня моря. Он привел все имеющиеся наблюдения над уровнем Балтийского моря к одному нулю глубин, рассмотрел те колебания, которым подвержен уровень (за исключением приливных и сейшевых) и оценил влияние некоторых метеорологических факторов на уровень Балтийского моря.

Л. Ф. Рудовиц обобщил результаты наблюдений за туманами, проводившиеся на море более или менее регулярно с 1898 по 1907 г.(7) Выяснилось, что в среднем на Балтийское море приходится 47 дней с туманом. В зависимости от широты места максимум туманов падает на различные месяцы, но преимущественно это осенние, зимние или весенние месяцы; летом туманы редки. Л. Ф. Рудовиц подвел также итоги и в изучении цвета и прозрачности воды Балтийского моря и пришел к выводу, что почти везде в Балтийском море вода зеленого цвета. В зависимости от района прозрачность воды колеблется от 3,7 до 17,4 м. Рудовиц высказал предположение, что наряду с общими причинами, влияющими на прозрачность воды Балтийского моря, на цвет и прозрачность этого моря должен оказывать влияние и планктон(8).

В рассматриваемый период регулярно, наряду с выпуском отдельных географических трудов по исследованию Балтийского моря, выходила и корректировалась лоция этого моря. В силу исторически сложившихся причин Балтийское море было наиболее изученным морем, омывающим берега нашего государства.

Белое море

После работ М. Ф. Рейнеке и Ф. П. Литке на Белом море фундаментальных работ не велось до конца XI X в. В течение второй половины XI X в. все гидрографические работы ограничивались корректурой карт и исследованиями главного бара Северной Двины. Так, например, в 1864 и 1865 гг. поручиками Мордовиным и Статыгиным был подробно осмотрен проход на Кемский рейд, а подпоручиком Козловым произведена съемка рейда.

Важное значение для гидрографического и гидрологического изучения Белого и особенно Баренцева морей имел поход эскадры под командованием вице-адмирала К. Н. Посьета из Архангельска к мысу Нордкап. Благодаря участию в плавании акад. А. Ф. Миддендорфа и капитана II ранга Белавенца наука обогатилась новыми данными по гидрологии (температура воды на глубинах и течения) и элементам земного магнетизма. Белавенец определил все три элемента земного магнетизма в пяти пунктах по р. Двине и, кроме того, в Архангельске, Соловецком монастыре и на Канином Носу. Астрономические определения (азимут, широта и долгота) производились лейтенантом Козловым. При определении широт по обе стороны меридиана наблюдались близполуденные высоты обоих краев солнца. Долготы получены перевозкой пяти хронометров(9).

Важное значение для гидрографических исследований имели астрономические определения В. Е. Фуса, связавшего хронометрически в 1882 г. Архангельск с Новой Землей. Вслед за тем в 1884 г. К. А. Мякишев хронометрически связал десять пунктов по берегам Онежского залива с Архангельском.

В 1887 г. на Белом море была образована Отдельная съемка из двух гидрографических партий под общим руководством Э. В. Майделя. Съемка проводила гидрографические работы преимущественно в Онежском заливе и по Летнему берегу Двинского залива: береговая черта снималась мензулой, шлюпочный и судовой промер обычно приводился к разным уровням. В основу работ легли несколько частных триангуляции, базисы которых опирались, как правило, на два астрономических пункта. Велись работы по укреплению хронометрических связей берегов Белого моря с Мурманским берегом и Новой Землей.

В 1891 г. руководство Отдельной съемкой Белого моря принял М. Е. Жданко, выдающийся гидрограф и талантливый организатор. Основным районом работ стал теперь Кандалакшский залив. Работы велись по широкой программе и включали в себя не только съемку и промер, но также магнитные наблюдения (определено в 27 пунктах склонение, напряжение и наклонение) и гидрологические исследования (главным образом течения и приливы). С 1894 г. работы были перенесены в Онежский залив. В начале XX в. гидрографические работы проводились в основном с целью корректуры карт. Чаще всего это были гидрографические работы по поддержанию навигационного ограждения при входе в Архангельск и исследования в Горло Белого моря.

Важным событием в изучении Белого моря явилась установка в 1909 г. на остроне Попова (Кемский рейд) первого мареографа. Годовые наблюдения приливов на нем позволили уже в 1911 г. издать «Ежегодник приливов Белого моря».

Новое систематическое гидрографическое обследование Белого моря было начато в 1912 г. под руководством Н. Н. Матусевича. Успешно начатые по программе работы были все же прерваны начавшейся войной, во время которой был спят по способу морской съемки восточный берег Белого моря, проведено траление фарватеров в Кандалакшском заливе и выставлено навигационное ограждение военного времени. В 1917 г. в виду особого значения Белого моря во время войны Отдельная съемка была переименована в Гидрографическую экспедицию Белого моря.

Говоря о гидрографических работах данного периода в Белом море, нельзя пройти мимо многочисленных экспедиций по исследованию Арктики, снаряжавшихся и отправлявшихся в путь из Архангельска. Подробно о них будет рассказано в разделе о морях Северного Морского пути.

Баренцево, Карское, Лаптевых, Восточно-Сибирское и Чукотское моря

Если первая половина XIX столетия характерна наибольшим числом экспедиций для изучения Баренцова и отчасти Карского моря, то и во второй половине столетия исследования продолжались преимущественно в европейском секторе Арктики. На основе анализа ледовой обстановки русский морской офицер Н. Г. Шиллинг предвидел существование Земли Франца-Иосифа еще в 1865 г. за 8 лет до того, как острова были открыты австро-венгерской экспедицией К. Вейпрехта и Ю. Пайера. В начале XX в. состоялось несколько экспедиций с целью изучения Северного Морского пути и достижения северного полюса.

Участники экспедиции на корвете «Варяг» под начальством К. Н. Посьета — Козлов, Белавенец и акад. Миддендорф определили астрономические пункты на Канином Носу, Святом Носу, на острове Безымянном, в Териберской губе, в Коле и Вардэ. Во всех этих пунктах Белавенец (астрономические определения производил Козлов) делал магнитные наблюдения. Широты определялись с ошибкой ± Г', долготы с ошибкой ± 0,5°. Это очень хорошая точность по тому времени(10).

Особого внимания заслуживают гидрологические исследования акад. Миддендорфа, который ходил из Архангельска на Новую Землю и до берегов Западной Исландии. Во время плавания офицеры корвета вели метеорологические наблюдения и наблюдения над температурой воды у поверхности и на глубинах. Пользуясь этим, Миддендорф организовал изучение границ распространения Норвежского течения в Баренцовом море, за мысом Нордкап (к востоку от последнего)(11).

До тех пор температура моря в этом районе не измерялась И вообще к востоку от Нордкапа, кроме ряда измерений температур, произведенных в 1869 г. д-ром Бессельсом на пароходе «Альберт» в районе между 73° и 77° до Новой Земли, южнее 73° не было ни одного измерения. Миддендорф своими выводами подтвердил предположения немецкого географа А. Петермана о прохождении Норвежского течения в Баренцовом море, у Новой Земли и далее, однако внес в эти предположения существенные поправки. Ветвь Норвежского течения в этом районе, названная Миддондорфом Нордканским течением, проходит между островом Медвежьим и материком, т. е. идет от мыса Нордкап мимо Белого моря ко входу в Карское море. «Под меридианом Канина полуострова,— писал Миддендорф,— Нордкапское течение — которое мы здесь назовем Канинским — еще очень значительно: оно по ширине занимает более двух градусов шпроты, и на всем этом пространстве теплота воды в нем не опускается ниже семи градусов по Реомюру»(12).

Перед Новой Землей течение разделяется: одна ветвь идет в Карское море, другая на север. «Существование течения вдоль западного берега северной половины Новой Земли и направляющегося к северу — несомненно. Вероятно, оно составляет одно из продолжений Канинского течения» — подчеркивал исследователь.

Миддендорф указал также на третью ветвь течения, отделяющуюся у Канина мыса и которую можно было проследить вдоль восточного берега Белого моря до устья Двины и далее на запад. Миддендорф считал, что Нордкапское течение не доходит непосредственно до берегов Новой Земли, оно отстоит от него на 60 миль, которые заполнены холодной водой. Миддендорф считал, что теплому течению вдоль восточного берега Белого моря соответствует холодное течение вдоль западного берега. Оно, вероятно, продолжается на запад от входа вдоль Лапландского (Мурманского) берега.

Исследования А. Ф. Миддендорфа позволили представить схему Нордкапского течения к востоку от мыса Нордкап до Новой Земли, где это течение практически почти не было изучено. После исследований Миддендорфа вплоть до начала XX столетия в Баренцовом море велись преимущественно гидрографические работы, целью которых было уточнение, корректура, а иногда и создание новых морских карт. Такие работы имели место на Мурманском берегу и побережье Новой Земли. В 1872 г. шхуна «Полярная звезда» произвела исследования и промеры в десяти местах побережья: в губе Пазе, в Печенге, у острова Большого Айона в губе Большой Волоковой, в бухте Цып-Наволок, в Корабельной бухте, у острова Кильдина и в губе Порчнихе(14). Отдельная съемка Мурманского побережья была создана лишь в 1905 г. под начальством А. М. Бухтеева. Замечательные по своей точности работы съемки не были закончены из-за войны, и систематическая опись Мурманского берега не была завершена. Зато в результате этих работ, при которых с помощью мареографа в Екатерининской гавани изучались приливы, были вычислены гармонические постоянные главнейших приливных волн и начато издание «Ежегодника приливов».

Что касается побережья Новой Земли, то здесь были более отрывочные, несистематические гидрографические исследования. Так, еще во время плавания эскадры К. Н. Посьета был сделан промер южного входа в Костин Шар. Одновременно там же были произведены магнитные и астрономические наблюдения.

В 1882 г. в Малых Кармакулах целый год провела полярная станция А. П. Андреева (одна из 14 международных), которая дала топографическое описание южной части Новой Земли и определила основной астрономический пункт, связав его с Архангельском. В 1889 г. Астафьев, а в 1893—1894 гг. М. Е. Жданко определили ряд астрономических пунктов на западном берегу. В 1912—1913 гг. на Новой Земле зимовала экспедиция Г. Я. Седова, во время которой он определил пять астрономических пунктов на северо-западном берегу и произвел маршрутную съемку в том же районе.

Огромное значение для изучения Баренцова моря имела организация Мурманской научно-промысловой экспедиции, работавшей с 1898 по 1908 г. сначала под руководством Н. М. Книповича, а затем Л. Л. Брейтфуса. Работами экспедиции на пароходе «Андрей Первозванный» были охвачены преимущественно районы южной части Баренцова моря. Производились главным образом биологические (в 2000 пунктах) и гидрологические (в 1500 пунктах) исследования. В результате экспедиция собрала ценнейшие материалы по биологии, сезонным явлениям физической географии и промысловым богатствам вод. Экспедиция для научно-промысловых исследований Мурмана являлась первой попыткой полного научно-промыслового исследования моря с помощью важнейших средств современной техники не только у нас в России, но и за границей. В частности, была составлена первая батиметрическая карта и карта течений Баренцова моря.

Эти наблюдения, а также наблюдения предшествовавших мореплавателей и ученых позволили Н. М. Книповичу обобщить материалы и издать ценный труд «Основы гидрологии Европейского Ледовитого океана» (1906 г.).

Мурманская биологическая станция, созданная в 1881 г. на Соловецких островах (Белое море), а затем переведенная в 1899 г. в Екатерининскую гавань (на Мурманском побережье), начала свои работы только в 1904 г. О размахе работ говорит тот факт, что на станции «ежегодно работало от пятнадцати до двадцати пяти ученых, которыми еще до 1915 года на основании произведенных здесь исследований было опубликовано до ста печатных трудов»(15). Район работ этой экспедиции ограничивался Кольским заливом и прибрежными водами.

Плавание С. О. Макарова на ледоколе «Ермак» в 1899 г. в районе о. Шпицберген доказало полную пригодность ледоколов такого типа для ледовых проводок в Арктике. Однако на основании опыта первого плавания С. О. Макаров при возвращении заявил, что еще нельзя дать удовлетворительного ответа на вопрос о возможности прохода на ледоколе в желаемую часть Ледовитого океана(16). Важными были результаты наблюдений, которые велись во время этого похода по астрономии и навигации, по метеорологии, гидрологии (особенно по ледовой обстановке), получившие освещение в книге С. О. Макарова «„Ермак" во льдах».

Русские гидрографические исследования других морей Арктики — Карского, Лаптевых, Восточно-Сибирского и Чукотского — в рассматриваемый период велись менее интенсивно, чем Белого и Баренцова морей. Как уже указывалось, основные попытки в этом направлении делались с целью отыскания Северного Морского пути. Если в первой половине XIX в. делались неоднократные попытки исследовать названные моря, то во второй крупные исследования почти не велись. Существенно изменилось положение в начале XX в.

Лишь к 1880 г. установилось мнение, что Карское море может быть проходимым. Уже в 1881 г. была организована и осуществлена экспедиция для гидрографического обследования устья Оби и Обской губы под, начальством С. А. Моисеева. Промерные и съемочные работы были основаны на астрономических определениях высокой точности.

Работами С. А. Моисеева было положено начало интенсивному гидрографическому исследованию Карского моря. В 1894—1897 гг. там работала специально учрежденная «Гидрографическая экспедиция для изучения устьев рек Оби и Енисея и части Карского моря» под начальством А. И. Вилькицкого, которая описала Енисейский залив и Обскую губу. С 1898 по 1905 г. работала «Гидрографическая экспедиция Северного Ледовитого океана» под начальством А. И. Вилькицкого (1898—1901), А. И. Варнека (1902) и Ф. К. Дриженко (1903—1904). В результате работ этих экспедиций были обследованы все три пролива (Маточкин Шар, Карские ворота и Югорский Шар) в Карское море и описана значительная часть берега и устье Енисея. Карское море было оборудовано первыми знаками навигационного ограждения, и с помощью гидрографов уже в 1905 г. в устье Енисея было проведено 22 судна.

В дальнейшем велись отдельные частные гидрографические работы, а в 1911 г. Гидрографическая экспедиция Северного Ледовитого океана, работавшая до 1915 г., исправила карту от мыса Челюскина до Хатанги. Корабли же этой экспедиции («Таймыр» и «Вайгач») прошли впервые Северным Морским путем с запада на восток. Собственных гидрографических экспедиций в других морях Арктики не было. Исключением является лишь экспедиция Г. Я. Седова в устье р. Колымы в 1909 г. для отыскания фарватера, ведущего с моря в эту реку и для описания ее устья. В 1882—1883 гг. А- А. Бунге производил метеорологические и зоологические, а также этнографические исследования в районе устья Лены. В 1884—1886 гг. он совместно с Э. В. Толлем предпринял экспедицию в районы рек Яны, Индигирки, Колымы и на Новосибирские острова для естественно-исторического изучения побережья Ледовитого океана к востоку от Лены и острова Новая Сибирь.

Весной 1886 г. экспедиция прибыла по льду на Большой Ляховский остров, где разделилась на две партии: Бунге сначала поехал на остров Котельный, а затем возвратился на Большой Ляховский и обследовал его в течение лета; Толль с острова Большого Ляховского перешел на остров Котельный, пересек и обследовал обширную песчаную низменность, назвав ее в честь начальника экспедиции Землей Бунге. Во время этой экспедиции впереди были обстоятельно описаны Новосибирские острова и выполнено их геологическое обследование.

Начались на северо-западном берегу острова Котельного, Толль заметны вдали очертания земли. Он написал в своем дневнике: «Вскоре после того, как мы снялись с устья реки Могур-Ярях, мы в направлении на NNO 14—18° ясно увидели контуры четырех гор, которые на востоке соединялись с низменной землей. Таким образом общение Санникова (1811 г. о том, что с северного берега Фаддеевского острова он заметил какую-то землю) подтвердилось полностью. Мы вправе, следовательно, нанести в соответствующем месте на карту пунктирную линию и написать над ней «Земля Санникова»(17). Так благодаря Э. В. Толлю вновь была возрождена легенда, развеянная еще в 1821 — 1823 гг. трудами экспедиции П. Ф. Анжу и Ф. П. Врангеля.

Следующая по времени экспедиция в районе рек Яны, Индигирки и Колымы была предпринята в 1891 г. под руководством И. Д. Черского. Экспедиция должна была провести геологические и физико-географические исследования этого края и в том числе побережья Северного Ледовитого океана. Успешно начатая экспедиция была прервана в связи с кончиной И. Д. Черского. Вопрос о дальнейшей ее судьбе решался специальной комиссией Академии наук, которая пришла к выводу, что следует ограничиться исследованием местности к востоку от р. Яны и затем бассейна р. Анабар. Начальником экспедиции был назначен Э. В. Толль.

Весной 1893 г. экспедиция прибыла в с. Казачье на р. Яне, выполнила возложенное на нее поручение и затем по решению Э. В. Толля продолжила работы в Арктике. После возвращения из экспедиции на Новосибирские острова Толль в сопровождении Е. И. Шилейко побывал снова на Большом Котельном и Большом Ляховском островах, где проводились астрономические определения и метеорологические наблюдения, а также наблюдения над льдами. Особую ценность представляют сведения об ископаемом льде на Большом Ляховском острове.

С начала XX в. в России вновь предпринимаются попытки пройти Северным Морским путем. Инициатором этого явился Э. В. Толль. После возвращения из экспедиции на Новосибирские острова он представил в Академию наук подробно разработанный проект, по которому предполагалось пройти Северным Морским путем с двумя зимовками (1900/01 и 1901/02 гг.): на восточном берегу Таймырского полуострова и на островах к северу от Новосибирского архипелага. Предполагалось далее пройти вдоль побережья Восточной Сибири, через Берингов пролив выйти в Тихий океан и закончить экспедицию к зиме 1902/03 г. во Владивостоке.

8 июня 1900 г. Русская Полярная экспедиция на судне «Заря» под руководством Э. В. Толля отправилась из Петербурга в Арктику. В составе ее были лейтенанты Н. Н. Коломейцев, А. В. Колчак и Ф. А. Матисен, зоолог А. А. Бялыницкий-Бируля, астроном Ф. Г. Зеберг, геолог К. А. Волоссович, доктор Г. Э. Вальтер и другие. «Заря» благополучно прошла первый этап плавания, успешно миновала Карское море и, как намечалось, встала на первую зимовку у Таймырского полуострова, западнее устья р. Таймыры, в бухте Колин-Арчера.

Навигацию 1901 г. провели в исследованиях моря Лаптевых, пытаясь пройти как можно далее на север, к острову Беннета, п оттуда продолжить поиски Земли Санникова. Попытка эта не удалась, и «Заря» встала на вторую зимовку 16 сентября 1901 г. в лагуне Нэрпалах у западного берега острова Котельного. Здесь произошла встреча с участниками санной партии во главе с К. А. Волоссовичем, работавшими на Новосибирских островах все лето 1901 г. с целью геологических изысканий(18). Весной 1902 г. Толль с тремя спутниками вышел для исследования острова Беннета и поисков Земли Санникова. Это путешествие закончилось трагически. Толль и его спутники погибли. Деятельность экспедиции была свернута. Экспедиция Э. В. Толля на «Заре» имела большое научное значение. Астрономические, гидрологические, гидрографические, гляциологические наблюдения, а также наблюдения за полярными сияниями и выводы из них публиковались Академией наук в серии трудов под заглавием «Научные результаты Русской Полярной экспедиции 1900—1903 гг. под начальством бар. Э. В. Толля»(19).

Начиная с 1910 г., пройти Северным Морским путем пытались на двух ледокольных пароходах «Таймыр» и «Вайгач», из Восточного сектора Арктики на запад. Начальником экспедиции был назначен И. С. Сергеев. 17 августа 1910 г. суда вышли из Владивостока, зашли в Петропавловск-Камчатский, бухту Провидения на Чукотке, прошли мыс Дежнева и вскоре в Чукотском море встретили непреодолимые льды, заставившие И. С. Сергеева возвратиться во Владивосток. 2 июля 1911 г. пароходы снова вышли в путь и дошли до устья Колымы. Суда возвратились вторично во Владивосток. Во время плавания судов в 1910—1911 гг. был впервые произведен океанологический разрез в Чукотском море, к северу от мыса Шелагского и сделана опись северного побережья Чукотки, известного лишь по съемкам Биллингса, Врангеля и Норденшельда.

31 мая 1912 г. экспедиция снова вышла из Владивостока и описала с некоторыми перерывами побережье до бухты Тикси. При попытке пройти дальше на запад к Таймыру суда встретили тяжелые льды и возвратились во Владивосток. В это плавание особенно ценным было описание Медвежьих островов. 26 июня 1913 г. пароходы в четвертый раз вышли из Владивостока и 7 июля были в бухте Провидения, где экспедицию покинул тяжело заболевший И. С. Сергеев. Новым начальником стал Б. А. Вилькицкий. На этот раз судам удалось дойти до северной оконечности Таймыра, хотя подойти к мысу Челюскина помешали льды. Во время этого плавания были совершены крупные географические открытия 21 августа 1913 г. русские моряки открыли Северную Землю, обогнули с севера Новосибирские острова, открыли острова Вилькицкого и Старокадомского. Моряки высадились на Северной Земле и подняли русский флаг. На обратном пути подходили к острову Беннета, где видели следы экспедиции Толля, описали берега и острова и опять возвратились во Владивосток (12 ноября). Только в 1914 г. русским морякам удалось выполнить поставленную задачу — пройти Северным Морским путем. 24 июня 1914 г. суда вышли из Владивостока и 14 августа открыли недалеко от острова Вилькицкого остров Жохова, осмотрели место предполагавшейся Земли Санникова, описали южную часть Северной Земли и встали на зимовку у западного берега полуострова Таймыра, по окончании которой 3 сентября 1915 г. пришли в Архангельск. Северный Морской путь был пройден. Но дело, конечно, не только в этом важном историко-географическом факте. Во время многочисленных плаваний было описано все северное побережье Азии и Европы, сделано много географических открытий, произведено множество самых разнообразных наблюдений. К сожалению, в полном виде материалы экспедиция не были должным образом обработаны и опубликованы.

В эти же годы состоялись еще три русских экспедиции в Арктические моря. Попытка экспедиции Г. Я. Седова достичь Северного полюса в 1912—1914 гг. пешком по льду, несмотря на героизм ее начальника, успеха не имела. Г. Я. Седов погиб на Земле Франца-Иосифа. Во время экспедиции велись метеорологические наблюдения, произведена опись северо-западного берега Новой Земли, участники экспедиции В. Ю. Визе и М. А. Павлов пересекли северный остров Новой Земли, описали часть восточного побережья на Земле Франца-Иосифа, остров Гукера и составили его геологическое описание.

В это же время Г. Л. Брусилов на частные средства организовал экспедицию для прохода Северным Морским путем на восток навстречу «Таймыру» и «Вайгачу» на шхуне «Св. Анна». Экспедиция закончилась неудачно. Все участники ее погибли вместе с судном при неизвестных обстоятельствах. На основании вахтенного журнала, сохраненного В. И. Альбановым, был рассмотрен дрейф «Св. Анны». В итоге В. Ю. Визе вывел заключение о существовании суши в районе 70—80° недалеко от линии дрейфа. Впоследствии здесь был открыт остров, названный именем Визе.

В эти же годы аналогичную попытку пройти Северным Морским путем предпринял В. А. Русанов на судне «Геркулес». От Шпицбергена он пошел к Новой Земле, где впоследствии была найдена записка, гласящая о намерении В. А. Русанова идти далее на восток. Экспедиция погибла в полном составе и также неизвестно при каких обстоятельствах.

(1) Г. С. Максимов . Триангуляция Аландских островов.— Зап. по гидрогр., вып. XXXII. СПб., 1908.

(2) Н. Пущин . Магнитные наблюдения при гидрографических исследованиях шхер Балтийского моря,— Морской сборник, кн. 2, СПб., 1884.

(3) И. Б. Шпиндлер . Океанография в 1889—1890 гг. СПб., стр. 11.

(4) Н. М. Книпович . Отчет о работах в Балтийском море Н. М. Книповича и С. А. Павловича летом 1908 г. по собиранию морской фауны для Зоологического музея АН.— Ежегодник Зоолог, музея АН, XIV, 1909; А. А. Лебединцев . Гидрологические и гидрохимические исследования восточной части Балтийского моря в августе — сентябре 1908 г.— Труды Балт. экспедиции, 1910, вып. 1.

(5) Труды Балтийской экспедиции, вып. 2. СПб., 1913.

(6) Л. Ф. Рудовиц . О колебаниях уровня Балтийского моря.— Зап. по гидрографии, т. XLI, 1917 г., вып. 2—3, стр. 155—230; вып. 4—5, стр. 383— 430; вып. 6, стр. 619—R97.

(7) Л. Ф. Рудовиц . Туманы Балтийского моря.— Зап. по гидрографии, вып. XXX. СПб., 1909, стр. 228—254.

(8) Л. Ф. Рудовиц . О цвете и прозрачности воды Балтийского моря.— Зап. по гидрографии, вып. XXXI. 1909, стр. 210—216.

(9) О гидрологических исследованиях и выводах А. Ф. Миддендорфа см. в разделе о Баренцевом море.

(10) Астрономические наблюдения, произведенные лейтенантом Козловым в 1870 г. между Петербургом и Архангельском, на Белом море и на Северном Ледовитом океане. Без м. и г. издания.

(11) В те годы еще не различали, как это делают теперь, воды собственно Гольфстрима от вод его продолжения — Северо-Атлантического течения, доходившего до берегов Европы и омывающего их, и все это в целом называли «Гольфстрим». Северо-Атлантическое течение у порта Томсон делится на течение Ирмингера, а основная масса переходит в Норвежское течение, последнее за мысом Нордкап — на Нордкапское и Шпицбергенское.

(12) А. Ф. Миддендорф . Гольфстрим на восток от Нордкапа.— Зап. Имп. Академии наук, т. 19. СПб., 1871, стр. 84.

(13) Там же, стр. 86.

(14) К В. Головизцин. Краткий исторический очерк гидрографии русских морей.-Отчет гидрограф, департамента за 1881 год. Ulo., l»»z.

(15) В. Ю. Визе. Моря Советской Арктики. М.— Л., 1948, стр. 127.

(16) С. О. Макаров . «Ермак» во льдах. СПб., 1901, стр. 344.

(17) Архив АН, ф. 47, оп. 15, № 7.

(18) Э. В. Толль . Плавание на яхте «Заря». М., 1959.

(19) Научные результаты Русской Полярной экспедиции 1900—1903 гг. под начальством бар. Э. В. Толля.— Зап. Академии наук по физико-математическому отделению, серия VIII, тома: XVIII, XXI, XXVI, XXVII и XXIX. Издание затянулось до 1928 г.

Вперед
Оглавление
Назад


Главное за неделю