Подлодки Корабли Карта присутствия ВМФ Рейтинг ВМФ России и США
Какой способ жилищного обеспечения военных вы считаете наиболее оптимальным?
Жилье в натуральном виде
    64,29% (54)
Жилищная субсидия
    19,05% (16)
Военная ипотека
    16,67% (14)

Поиск на сайте

A. Матиясевич. «Лембит» бьет врага

А. МАТИЯСЕВИЧ
капитан 1 ранга, командир Краснознаменной подводной лодки «Лембит» в годы войны


А. М. Матиясевич.

Нет выше счастья, чем борьба
                            с врагами,
И нет бойцов-подводников смелей
И нет нам тверже почвы
                  под ногами,
Чем палубы подводных
кораблей...

Из песни подводников, написанной Героем Советского Союза И. Фисановичем

...Прошло тридцать два дня как мы распрощались с Ленинградом и уже много дней бороздили воды Балтики, а боевой успех был невелик.

Нами был потоплен всего один небольшой транспорт с военным грузом. Назначенное время пребывания лодки в море истекло. Получили приказ командования возвращаться в базу.

Приближался полдень, когда на горизонте обнаружили тонкую полоску дыма. Пять вражеских транспортов шли в сильном охранении, три — строем уступа, остальные в пятнадцати кабельтовых от первых держали в кильватер.

Боевая тревога. Подняв перископ, уточняю скорость и курсовой угол противника. Теперь все мое внимание приковано к намеченной цели.

Веду отсчет секунд — сорок пять, сорок шесть, сорок семь... А вдруг промахнулся?.. Сорок девять... Взрыв! За ним второй! Смотрю в перископ: транспорт, идущий головным, горит, над его четвертым трюмом поднимается густой бурый дым и вырывается пламя. Люди в панике прыгают за борт. По-видимому, он гружен боезапасом. Второй транспорт, высоко задрав корму, обнажив винт, тонет. Комиссар П. П. Иванов по переговорочным трубам передал во все отсеки о большом боевом успехе.

Принимаю решение атаковать отставшие транспорты конвоя. Подняв перископ, увидел, что корабль охранения идет прямо на лодку. Пришлось отказаться от атаки и уходить на глубину. Лодка скользнула буквально под килем сторожевика и сразу же нам вслед посыпались глубинные бомбы.

Серия бомб разорвалась непосредственно над подводной лодкой. Весь корпус лодки задрожал, завибрировал как огромная стальная балка. В отсеке, где расположен центральный пост управления лодкой, в аккумуляторной яме, в которой размещена вторая группа аккумуляторной батареи, произошел взрыв газов. Лодка потеряла ход и стала быстро погружаться.

На глубине 37 метров легли на грунт. Мои команды заглушал шум воды, со свистом врывавшийся в корпус лодки. Весь отсек затянуло удушливым едким дымом. С силой напряг голос:

— Всем включиться в кислородные приборы.

Рядом со мной командир БЧ-5 Моисеев, его лицо обожжено и окровавлено, но он и все, кто мог двигаться, тушили пожар, боролись с поступавшей в лодку водой.

Поступление воды в трюм прекратили. Пожар ликвидирован, лишь из капковых бушлатов то в одном, то в другом месте прорываются струйки дыма. Тление в толще ваты вначале незаметно, пока она не вспыхнет.

Рвем, затаптываем бушлаты ногами и сбрасываем в воду полузатопленного трюма. Отсек полон дыма. Включение всего аварийного освещения не помогает, свет лампочек едва виден. А над нами на поверхности по- прежнему ходят фашистские катера, но тактика их изменилась. Они проносятся над лодкой полным ходом, отходят на некоторое расстояние и стоят — слушают. На подводной лодке все шумящие механизмы остановлены. Только морские часы продолжают мерно тикать, и звук этот кажется очень громким в наступившей тишине.

Всем раненым, переведенным в первый, самый большой отсек, фельдшер Д. П. Куличкин уже оказал первую помощь. У Федора Галиенко не только обожжены лицо, руки, но и раздроблены пяточные кости...

Я уже отдышался. Перешель центральный пост. Сейчас его не узнать : герметические люки аккумуляторной ямы сорваны, палубный настил вздулся горбом, радиорубка разрушена, камбузную плиту сорвало с места с правого борта и перебросило на левый борт.

Однако ждать больше нельзя. Надо всплывать.

Личному составу раздали ручное оружие, пушку подготовили к подъему. Ведь может быть так, что сразу, как только мы покажемся на поверхности, нам предстоит выдержать надводный бой. Старшина группы мотористов Грачев приготовился к немедленному пуску дизеля.

В уравнительной цистерне много воды, трюм полузатоплен. Необходимо откачать воду, но нельзя расходовать последнюю электроэнергию и производить шум.

— По местам стоять! К всплытию!

Чтобы оторваться от грунта, мы израсходовали почти весь запас сжатого воздуха. Подводная лодка как-то нехотя, со скрежетом закачалась и медленно начала всплывать, а затем стремительно вырвалась на поверхность.

Отдраиваю рубочный люк. Давление в лодке значительно выше атмосферного, и меня буквально выбрасывает на мостик. Сорванная с головы фуражка улетает далеко в море. Резкий перепад давления, струи свежего воздуха валят товарищей с ног, некоторые даже теряют сознание.

Море спокойно, вокруг пустынно.

Пустили дизеля малым ходом.

— Полный вперед!

Мы уходим подальше от места, чуть не ставшего нам могилой.

Прежде всего надо было попытаться восстановить радиосвязь. Форсировать Финский залив, не получив информации от штаба, крайне рискованно. Ведь обстановка со времени нашего прохода на позицию могла значительно измениться. Никогда не забуду наших героических радистов. Превозмогая нестерпимую боль, старший радист Федор Галиенко, работая на ощупь, помог радисту Степану Продану смонтировать приемник из запасных частей. Наконец Продану удалось поймать шифровку штаба, предупреждавшую наши подводные лодки, находящиеся в Балтийском море, о том, что часть фарватеров, по которым лодки выходили в море, стала известна противнику. Восстановить передатчик так и не удалось, мы не могли донести ни о победе, ни о нашем благополучном существовании.

Ночью всплыли и пошли в надводном положении, чтобы зарядить уцелевшую группу аккумуляторных батарей и провентилировать лодку. Неприятельские катера не заставили себя ждать... Прежде чем мы успели погрузиться, ограждение боевой рубки было пробито четырьмя снарядами.

Единственная группа батарей осталась недозаряженной. Над нами разорвались восемь глубинных бомб.

Снова игра в «кошки-мышки» — кто кого перехитрит. По шуму винтов установили, что около нас вертятся два катера. Глубина моря позволяла маневрировать. Через три часа нам удалось оторваться от катеров. Оставалось осуществить выполнение плана прохода на восток по новому пути.

Решил идти по мелководью опушки шхер, по каменным банкам, где никому и в голову не придет выставить мины или противолодочные сети.

Буквально скользя по камням килем, прошли на восток, оставив остров Гогланд к югу. До нашей базы на острове Лавенсаари оставались считанные мили, но надо было пройти через густое минное поле.

Запас электроэнергии подходил к концу. Уже 36 часов мы шли под водой. Расходовался последний кислород. При высокой концентрации углекислоты люди дышали через патроны регенерации, привинтив к ним трубки от противогазов.

Но вот последнее минное поле пройдено. Можно всплывать под перископ. Море штормит. Лодку стало покачивать, на малом ходу удержать ее на перископной глубине невозможно, а большего дать не можем. Еще совсем светло, наш островной пост хорошо виден. Хотя до обычной точки встречи еще не дошли, вынуждены были всплыть. Нас тотчас заметили. Из бухты вышли два катера — к своей радости, мы увидели на них родные Военно-морские флаги. Обменялись с катерами опознавательными сигналами, дали ход под дизелями и легли катерам в кильватер. Это было 19 сентября 1942 года.

Позднее, дома, мы узнали, что фашистское радио объявило о потоплении нашей подводной лодки.

«Наша сумбарина бессмертна»,— говорила команда.

Экипаж подводной лодки «Лембит» был многонационален, а вскоре весь экипаж стал коммунистическим. Только такой коллектив мог выйти победителем из, казалось бы, безвыходного положения, в каком оказались мы при боевом соприкосновении с противником.

Из последнего боевого похода мы вернулись 16 апреля 1945 года. За время войны мы выставляли минные заграждения на всех важных коммуникация х гитлеровцев в южной Балтике. Торпедным оружием мы потопили пять транспортов и один военный корабль. На минах, выставленных нашей подводной лодкой, подорвалось и затонуло 14 различных судов противника, три транспорта подорвались на минах и выбросились на берег, а подводную лодку «У-479», с которой мы столкнулись в подводном положении, потопили ударом своего киля.

За боевые успехи подводная лодка «Лембит» Краснознаменного Балтийского флота Указом Президиума Верховного Совета СССР от 6 марта 1945 года награждена орденом Красного Знамени. Весь личный состав подводной лодки награжден орденами и медалями Советского Союза.


Готовы к отражению воздушной атаки.


Ее звали «Лембит».

Вперед
Оглавление
Назад


Главное за неделю