Подлодки Корабли Карта присутствия ВМФ Рейтинг ВМФ России и США
Какой способ жилищного обеспечения военных вы считаете наиболее оптимальным?
Жилье в натуральном виде
    65,12% (56)
Жилищная субсидия
    18,60% (16)
Военная ипотека
    16,28% (14)

Поиск на сайте

Основание Опытового бассейна

В 1891 г. адмирал Н. М. Чихачев был управляющим Морским министер­ством, а контр-адмирал С. О. Макаров был главным инспектором морской артиллерии.

Во Франции появилось ружье Лебеля, из которого стреляли бездымным по­рохом и получали удивительную дальнобойность и настильность траектории. Все державы старались разгадать секрет изготовления этого пороха и в этом успе­ли, приняв за основание нитроглицерин; но никто не имел пушечного бездым­ного пороха.

У нашего Морского министерства оказалась какая-то «остаточная сумма», око­ло 1 500 ООО руб. Адмирал Чихачев, по совету Макарова, предложил знаменито­му химику Д. И. Менделееву изыскать способ изготовления пушечного бездымно­го пороха.

Д. И. Менделеев взялся за решение этой задачи, но потребовал, чтобы вме­сто учебной лаборатории минного класса была основана Научно-техническая ла­боратория в бывшем здании солильни для морской солонины, давно уже пус­товавшем, и были ассигнованы средства для устройства этого здания, для опытов и закупки необходимых приборов, материалов и пр. — всего около 500 ООО руб. Директором лаборатории был назначен ученик Д. И. Менделеева, профессор мин­ного класса М. И. Чельцов, уже известный специалист по взрывчатым веществам.

Оставался еще свободный миллион.

Д. И. Менделеев выяснил Чихачеву важность устройства Опытового бассейна, и в конце 1891 г. был командирован в Англию корабельный инженер Алек­сей Андреевич Грехнев с предписанием изучить бассейн В. Фруда в Торкей и воспроизвести таковой в Петербурге.

Д. И. Менделеев вскоре изобрел бездымный порох, названный им «пироко-лодий», одинаково пригодный для орудий всех калибров, начиная от самых боль­ших и кончая пулеметами и ружьями, — т. е. дал полное решение задачи, ему порученной.

А. А. Грехнев выполнил данное ему поручение с удивительной добросовест­ностью, воспроизведя самый бассейн, строгательный станок для обстрагивания моделей, бак для плавки парафина, машину для буксировки моделей канатной передачей и все мелочные механизмы, например, линовальную машину, счетный логарифмический цилиндр и пр.

Но в это время сперва командиром С.-Петербургского порта, а потом на­чальником Управления кораблестроения и снабжений был вице-адмирал Вл. Пав. Верховский, который имел тот взгляд, что всякий подрядчик — мошенник, что цену надо сбивать как можно ниже, что все чиновники — взяточники, поэто­му все постройки, при нем возведенные, были чисты и красивы снаружи и весьма непрочны по сути дела. Чиновники и инженеры его боялись, правду от него скрывали и во всем ему поддакивали, и получалось не «дорого да мило, а де­шево да гнило».

Необходимо заметить, что бассейн Фруда был первый по времени, будучи основан в 1870 г.; само собою разумеется, что за 22 года техника далеко ушла вперед, в особенности применение электричества, а Грехнев был стеснен пред­писанием «воспроизвести в точности бассейн Фруда», что он и исполнил бук­вально; значит, при самом своем открытии в 1894 г. бассейн уже устарел на 24 года.

Все механизмы бассейна были изготовлены фирмой «Kelso» в Глазго. Но эта фирма была приспособлена для изготовления мелких механизмов; так, часы с электрической записью полусекунд были сделаны превосходно, но динамометр сделан из тонкого (кровельного) железа, а затем к нему прибавлен мертвый свинцовый груз весом около одного килограмма. Рельсы, по которым бежит тележка, сделаны из кусков длиною по два метра с профилем 10x4 см и со­браны на деревянных брусьях, положенных на бетон стенок бассейна. По та­ким же рельсам ходит и тележка строгательного станка. Отливка болванки, из которой изготовляется модель, производилась поверх каркаса, который обмазы­вался глиной и затем вынимался, поэтому модель не сохраняла неизменности своей формы, а получала перегиб и т. п.

Деревянные брусья, на которых собирались рельсы, были из рыночной со­сны низкого качества, тогда как в Англии они были из смолистой канадской сосны (pitch pine), а может быть, и из тика.

Тележка, на которой стоял динамометр, была весьма искусно сделана из от­борного леса, но колеса были малого диаметра (25 см), их ось держалась на длинном конусе, вогнанном в дерево, и колеса могли получать движение.

Как уже сказано, тележка двигалась канатом (проволочным, около 3 см окружностью) коловратной машиной с превосходным регулятором, но этот ка­нат имел свой период продольных колебаний, которые он и сообщал тележке, и запись сопротивления получалась в виде извилистой кривой, состоящей из наложения многих синусоид друг на друга, и надо было планиметрировать эту кривую, чтобы получить сопротивление.

Приказом по флоту от 1 января 1900 г. Грехнев был по болезни уволен от службы, и я был назначен заведующим бассейном.

Штат бассейна состоял из младшего судостроителя Пущина, зятя главного инспектора кораблестроения Н. Е. Кутейникова (он только числился в бассей­не, а был в Штеттине, наблюдая за постройкой малого крейсера), помощника судостроителя Гредякина, лаборанта по физике в Петербургском университете, родственника Д. И. Менделеева Н. А. Смирнова, чертежника, машиниста, слеса­ря, двух модельщиков и двух кочегаров.

Первое время я решил присмотреться к порядку ведения работ бассейна, но с первого же дня я приказал вычисление сопротивления производить следую­щим образом. Из наблюденного сопротивления вычесть рассчитанное сопротив­ление от трения: получится остаточное сопротивление, которое умножается на куб масштаба и дает остаточное сопротивление корабля; к этому остаточному сопротивлению прибавляется рассчитанное сопротивление от трения на корабль — получится полное сопротивление корабля при скорости его, соответствующей скорости модели.

При таком способе расчета ясно видно, какая часть сопротивления рассчи­тана и какая наблюдена, при расчете же по методе Фруда этого не видно и как бы замаскировано.

Затем при строжке парафиновой болванки я обратил внимание, что маши­нист возится целый день над выверкой рельсов, подбивая их клинышками и ку­сочками латуни, чтобы сделать рельсы строго параллельными, ранее чем при­ступить к строжке.

Я приказал раскопать брус, на коем рельсы закреплены; оказалось, что нижняя его грань сгнила и что этот брус лежит не на сплошной стенке, а на тумбочках высотою около 60 см, возведенных на насыпном грунте.

Я донес об этом командиру порта и потребовал назначения комиссии для освидетельствования станка и надлежащего устройства рельсов. Со своей сто­роны, я предложил заменить деревянные брусья и тумбочки сплошной стенкой, возведенной на матером грунте, и стальными швеллерами 30 см высотой, кон­цы которых заделать в стены жилого дома бассейна.

Оказалось, что насыпного грунта со сгнившей щепой — около трех метров толщины, и не известно, брусья ли покоились на тумбочках, или тумбочки ви­сели на брусьях, когда щепа сгнила.

После этой капитальной переделки станок работает 44 года, не требуя ни­какой регулировки.

Самый бассейн длиною 120 м, шириною 6,7 и глубиною 3,00 метра был сделан цельным, а не из отдельных секций, соединенных слоем морского клея (marin glue); за восемь лет он от усадки дал поперечные трещины, и воды утекало за сутки около 10 см, т. е. около 120x6,7x0,1 = 80 куб. м или около 7000 ведер; водою бассейн заполнялся от городского водопровода по цене около 10 коп. за 100 ведер, что составляло непроизводительный расход около 7 руб­лей в день, т. е. 2500 руб. в год. Ясно, что требовался ремонт. Разрезать бас­сейн на секции было невозможно, но можно было считать, что осадка бассейна практически прекратилась и можно было сделать надежную облицовку не из глуховского, а из новороссийского портланд-цемента. Эту облицовку я сделал по стенкам толщиною в 3,0 см из чистого цемента, по дну в концах бассей­на — толщиною в 15 см и посередине — в 7,5 см из смеси 2/3 по весу новороссийского цемента и 1/3 песку. Через 35 лет бассейн пришлось удли­нять, облицовку пришлось рубить зубилом, ибо ее ничто не брало.

Примерно в 1901 г. модельщик Дружинин предложил новый способ изго­товления моделей, частью из дерева и частью из парафина, причем парусинный каркас не вынимался из модели, а заливался парафином; после этого модели вполне сохраняли свою форму и не получали никакой перегиби; это было практически весьма важное изобретение.

После этого никаких изменений в практику работы бассейна мною не вво­дилось, но кроме испытания моделей производились и прогрессивные испыта­ния самих судов на мерной миле близ Инонеми; во всех этих испытаниях моим неизменным сотрудником был Н. А. Смирнов, а также и в плавании на учеб­ном судне «Океан» в Порт-Артур.

Вперед
Оглавление
Назад


Главное за неделю