Подлодки Корабли Карта присутствия ВМФ Рейтинг ВМФ России и США
Какой способ жилищного обеспечения военных вы считаете наиболее оптимальным?
Жилье в натуральном виде
    64,10% (50)
Жилищная субсидия
    17,95% (14)
Военная ипотека
    17,95% (14)

Поиск на сайте

О печатании ученых трудов

1. Я имею дело с типографией Академии наук 42 года, представив в 1903 г. после плавания на Дальний Восток статьи: «Оп the hatchet planimeter» и «Sur un integrateur des equations differentieles ordinaires», которые и были помеще­ны в «Известиях Академии наук».(1)

В то время Академия наук подразделялась на два отделения: физико-мате­матических и естественных наук и отделение русского языка и словесности. В каждом из этих отделений было по 20 ординарных академиков. Кроме того, были еще члены-корреспонденты, которые содержания от Академии не получа­ли и в заседаниях ее не участвовали.

2. Типография Академии наук помещалась в так называемом доме Гущина на углу Б. Проспекта и 9 линии Васильевского острова. Начальником типо­графии был почтеннейший старец Нордгейм, поступивший в типографию маль­чиком для посылок и дослужившийся до ее начальника. Ясно, что типограф­ское дело он знал превосходно. Корректоров было два: один (Виташевский), который математически образован, так что указывал и ошибки в оригинале; другой корректор был по гуманитарным наукам.

Типография обладала в то время богатейшим набором шрифтов. Математи­ческий шрифт был так называемый «новый гарнитур», заведенный по настоя­нию А. М. Ляпунова. В этом красивом шрифте было четыре размера букв: корпус, петит, мелкий петит и нонпарель, так что любой сложности формула могла быть набрана с полной ясностью.

Гуманитарный отдел имел кроме русского и латинского шрифтов еще цер-ковно-славянский, готический, греческий, еврейский, арабский, грузинский, китай-ский, индийский (Зенд-Авеста) и прочие и даже иероглифический. Само собою разумеется, что были или приглашались в Академию соответствующие набор­щики. Общая продукция составляла до 800 листов в год.

Из периодических изданий Академии в то время были: «Известия Академии наук» и «Известия Сейсмической комиссии», выходившие ежемесячно и, кроме того, «Записки Академии наук», выходившие один раз в год или в полтора года. Никаких других журналов Академия не издавала.

3. С 1917 г. и по сие время Академия подвергалась многочисленным пре­образованиям по числу ее членов, членов-корреспондентов, учреждению новых филиалов, баз, новых институтов, так что число сотрудников Академии возрос­ло примерно со ста человек до 8000 или даже более, если считать филиалы и базы. Соответственно этому непрерывно возрастала и печатная продукция Ака­демии, достигнув в настоящее время 14 000 листов в год.

Ясное дело, что ленинградская типография при всем напряжении работы не могла с этим справиться и обращалась к другим типографиям. Как курьез, одно время было, что типография Соколовой, отлично оборудованная, помещалась во 2-м этаже академического дома, в котором затем был помещен Геологический институт, а затем эту типографию со всем ее имуществом и оборудованием выселили. Замечательно также обращение с книжным складом Академии. Первое время (1903 г.) он помещался в главном здании Академии, содержался в боль­шом порядке и там можно было купить любое издание Академии. Затем книж­ный склад был перенесен в новое помещение, но также в полном порядке. По мере возрастания печатной продукции книжный склад также непрерывно возрастал и достиг теперь 6 или 7 миллионов экземпляров и выселен куда-то близ Александро-Невской лавры. Надо заметить, что перенесение миллионов экземпляров книг — не простая работа и вносит путаницу, при которой нуж­ную книгу (для продажи) и не найти.

4. Приблизительно с 1930 г. издательство Академии наук переведено на хозрасчет, причем ему передается и вся книжная продукция Академии, начиная с 1728 г. Условия передачи, условия расчета, расценка старых изданий и пр. вырабатывались неизвестно кем и как, но при падении ценности денег эта ра­бота едва ли соответствует действительности.

5. Понятно, что при перенесении части издательства в Москву, при переда­че имущества и изданий в другие типографии должна соблюдаться большая ос­торожность. Дело в том, что по общему правилу издательств, утвержденному правительством, издательство обязано давать две корректуры, что для математи­ки совершенно недостаточно. Для математики необходимо не две корректуры, а семь, восемь, может быть даже и пятнадцать, т. е. столько корректур, пока в формулах опечаток не будет, что и необходимо дополнительными параграфа-ми в договорах оговаривать. Если же таких оговорок не делать, то в книге будет множество опечаток. В особенности теперь, когда опытных наборщиков нет, когда вместо них работают мальчики и девушки и, исправляя одну опечат­ку, они вносят другие, которых в тексте не было. Отсюда мне представляется, что для набора книг математических, физических и химических должно оста­вить ленинградскую типографию, улучшить ее оборудование. Печатание же книг с «гладким» набором, печатание полных собраний сочинений великих авторов (Пушкин, Гоголь и пр.) может быть передаваемо другим типографиям по нор­мальным условиям генерального договора. Печатание же математических сочи­нений и вообще сочинений на иностранных языках должно оставаться в ле­нинградской типографии, которая таким образом и выработает новые кадры.

Я с грустью вспоминаю наборщика Копьева, погибшего во время осады Ле­нинграда; он набирал целую страницу сложнейших формул без единой опечат­ки. Нужно еще заметить, что в старые годы наборщики на лето уходили на два или три месяца в отпуск, и шли или в деревню, или на полевые работы, или в так называемые сады (Зоологический, Аркадия, Ливадия), чтобы провет­рить легкие от заражения свинцовой пылью. Теперь же такой отдых обеспе­чен законом, тем не менее необходимо в типографиях устраивать специальную вентиляцию, чего в старину не было.

Необходимо, чтобы при типографии Академии наук была словолития, хотя бы сравнительно небольшая, для отливки знаков.

6. В типографском деле для получения хорошей продукции важно иметь хо­рошую одноцветную бумагу, а то теперь часто, взглянув на обрез книги, видим, как бы целый спектр. В старину, в 1700-х годах, бумага для изданий Акаде­мии наук была тряпичная английская (как то видно по водяным знакам). С начала 1800-х годов бумага была белая одноцветная русских фабрик. Затем, лет сорок назад, тряпичная бумага стала постепенно заменяться целлюлозной бу­магой. Сперва с примесью тряпки, а затем из чистой целлюлозы, которая по­лучалась из соломы и дерева. Эта бумага уже не отличалась прочностью ста­ринной тряпичной. Между тем академические сочинения печатаются навеки и при теперешней продукции 14 000 листов можно было бы обеспечить ти­пографию первосортной бумагой по генеральному договору с какой-либо хоро­шей государственной бумажной фабрикой.

Необходимо заметить, что одинаковость цвета бумаги данной книги не без­различна, и, например, французы выпустили свои знаменитые таблицы восьми­значных логарифмов на бумаге с желтизной, ибо по обширному опыту из Главного геодезического управления работа с такими таблицами меньше утом­ляет глаз, но ясно, что цвет бумаги должен быть везде в данном томе один и тот же.

7. Обращаясь к заграничным типографиям, можно видеть такие университет­ские типографии, как Кембриджского университета, Оксфордского, которые пе­чатают научные сочинения во всех областях. Оксфорд имеет большой доход от печатания Библии.

Во Франции вся математическая продукция лучших сочинений сосредоточе­на в типографии Готье-Виллар. Эта типография связана с Французской Акаде­мией наук, печатая для нее как периодические издания Академии, так и сочине­ния великих авторов (Лапласа, Лагранжа, Канта, Эрмита, Пуанкаре и др.). Кро­ме этой типографии, имеются многие другие, которые печатают учебники и прочую более дешевую продукцию, издаваемую фирмами Эрман, Нони, Бланшар и пр. В Германии, можно сказать, весь Лейпциг живет книгой. Германская книга по внешности является превосходной. Необходимо обратить внимание на переплет и издавать книгу в хорошем прочном переплете, а не в таком, который раз­валивается после простого перелистывания книги.

8. Научные книги печатаются обыкновенно (кроме учебников) сравнительно в небольшом, две-три тысячи, числе экземпляров. Более ходовые из них для бу­дущих изданий матрицируются. Это дело должно быть урегулировано тем, что РИСО (Редакционно-издательский совет Академии наук) указывал бы надписью на паспорте книги: «матрицировать», а не предоставлять это фантазии издательства.

9. Академия наук издает «Астрономический ежегодник» по примеру «Nautical Almanac», «Connaissance des temps», существующих более двухсот пятидесяти лет, и подобных им изданий Берлинского и Американского ежегодников. В насто­ящее время наш «Ежегодник» вычисляется при помощи счетных машин и по­ступает в типографию без переписки.

Все же остальное требуется типографией в переписанном на машинке виде. По отношению к математической продукции это требование равносильно тому, что время наборщика расценивается много дороже, нежели время автора. Но не в этом главный недостаток такого требования, а в том, что оно ведет к мно­жеству опечаток, ибо после переписки на машинке вставляются буквы и фор­мулы от руки, при этом делается много ошибок, которые и переходят из ори­гинала в печать. Это требование по отношению к математикам является неле­пым по существу. Математики обыкновенно пишут разборчиво и ясно. Творе­ния Ляпунова написаны удивительно с каллиграфической стороны; творения Маркова, Сонина, Коркина и пр. также представляют образцы каллиграфии; при перепечатке же на машинке они отнюдь не становятся яснее, и труд и деньги, на это затраченные, расходуются не для пользы дела, а по ложной прихоти. Если же рукопись недостаточно разборчива, тогда следует, чтобы РИСО ставил на ней пометку: «Переписать на машинке».

Здесь есть экономический элемент, но его легко урегулировать, повышая зара­боток наборщика при наборе с рукописи.

Общее заключение

1. Книжная продукция Академии наук настолько велика, что есть основание завести или предоставить одну из государственных типографий в ведение Ака­демии наук, сохранив за нею и имеющуюся ленинградскую типографию.

2. Приписать к типографии одну из фабрик, производящих бумагу.

3. Устроить книжный склад, в котором и хранить книги, предназначенные в продажу, в обмен и в броню.

4. Требование, чтобы были две корректуры для математических сочинений, отменить, а требовать корректуры до тех пор, пока в формулах опечаток не будет.

5. При типографии для образования кадров устроить школу наборщиков.

6. Требование обязательной переписки на машинке отменить и заменить со­ответствующей пометкой РИСО.

Бэр на Каспии

Мне случайно попалась книга: М. Соловьев, «Бэр на Каспии». Изд. Акаде­мии наук СССР, 1941 г. (ответственный редактор Н. М. Книпович, ныне по­койный, редактор издательства В. С. Исупов).

Внешность книги по шрифту, бумаге, рисункам не оставляет желать лучше­го, но значительное число опечаток или ошибок является недопустимым для академического издания. Приведу примеры:

1. Стр. 13. Сказано «Н. М. Книпович, тщательно его (Каспий — А. К.) изу­чивший с гидрологической и гидробиологической точек зрения, определяет объем Каспия в 79 319 куб. м. Каспий имеет площадь примерно в 436 340 кв. м».

В обоих случаях надо писать не метров (м), а км, т. е. километров, так что объем Каспия 79 319 куб. км, т. е. 79 319 000 000 000 куб. м, т. е. в милли­ард раз больше указанного.

Площадь Каспия 436 340 кв. км, т. е. 436 340 000 000 кв. м, т. е. в милли­он раз больше показанного.

Эта ошибка сразу бросается в глаза, ибо очевидно, что площадь не может быть равна 43,6 га.

2. Стр. 15. «Средний годичный улов на Каспии Бэр определял в 1856 г. в 12 млн пудов рыбы, на сумму около 10 500 000 руб. В одном только ниж­нем течении Волги выловлено в 1914 г., по Книповичу, 9041/2 млн голов раз­ной рыбы, весом около 231 400 т и стоимостью в 251/2 млн рублей золотом, а если сюда прибавить икру и другие продукты рыболовства, то улов опреде­лится в 294 480 т, стоимостью в 27 154 000 р. золотом».

Отсюда следует, что средняя цена за пуд улова в 1856 г. была 90 коп., а в 1914 г. — 1 р. 80 к. И «за разные продукты» — 45 коп. за пуд. Эти цифры следовало бы пояснить, распределив по рубрикам:


а то огульно они очень мало что выражают и вводят лишь читателя в за­блуждение.

Следовало бы также добавить цену мяса и цену хлеба.

Заметим также, что на стр. 174 сказано: «В 1855 г. , в связи с инструкци­ями, данными Бэром, ее (сельдь — А. К.) посолили уже полмиллиона штук, в 1877 г. — 210 млн, а в 1917 г. — 589,6 млн».

Но, кроме сельди, есть еще вобла, которой готовят тоже сотни миллионов штук, и без указанного подразделения по рубрикам число 904,5 млн не дает представления о рыболовстве на Каспии.

3. Стр. 16. «Особенно большими размерами среди них (каспийских рыб. — А. К.) отличается белуга... Это — крупнейшая из всех встречающихся в прес­ной воде рыб, достигает до 17 м длины».

Здесь «м» (метров) ошибочно. Следовало бы писать «футов».

Из рисунка белуги видно, что ее ширина и толщина составляют около 1/6 длины, поперечное сечение белуги почти круглое. Тогда нетрудно подсчитать, приняв меру полноты в одну треть, что вес такой белуги в 17 м длиною был бы около 35 т, т. е. почти 2200 пудов.

Ясно, что длина 17 м не верна, а надо 17 футов, что дает вес около 60 пу­дов. На стр. 28 указывается, что близ Нижнего поймали белугу в 40 пудов, а близ Павлова — в 50 пудов, о чем и помнили более 20 лет.

В 1862 г. в Симбирске была поймана белуга весом 90 пудов; нетрудно под­считать, что ее длина была не более 6 м.

4. Стр. 41. «В 1917 г. промыслы Сапожниковых котировались на рынке в 7 млн рублей». Слова «котировались на рынке» делают эту фразу непонят­ной, ибо промыслы Сапожниковых никогда на рынке не котировались.

5. Стр. 48. «Карабугаз... площадью в 3000 кв. миль». Размеры Карабугаза примерно 150 х 100 км, т. е. площадь его 15 000 кв. км. Каких миль — неиз­вестно, и число 3000 неизвестных квадратных миль ничего не выражает.

Если это географических миль, то составило бы 147 000 кв. км. Если мор­ских, то около 9000 кв. км. Если итальянских, то — около 6500 кв. км. По­этому площадь Карабугаза составляет 3000 неизвестно каких миль.

6. Стр. 61. Убитых тюленей доставляют к расшивам. «На этих судах, дли­ною в десяток, а то и в два десятка сажен и шириной до 100 саж., обделан­ных тюленей солили».

Судов в 10 или 20 сажен и шириной до 100 сажен не было, нет и не будет. Видно, что корректор ничего не понимал, что он корректировал. Такая фраза есть позор для издательства.

7. Стр. 74. «...привозят богатую тоню выловленной неводами бешенки (от 250 000 до 30 000 шт.)». Очевидно, что одно из этих чисел неверно: или надо от 250 до 300 тысяч штук или от 25 тыс. до 30 тысяч штук.

8. Стр. 83. «У Гурьева, по сообщению Карелина (старожила, жившего там безвыездно 15 лет. — А. К.), убили белугу в 57 п.».

Отсюда далеко до 2200 пудов.

9. Стр. 88. «...(расход от 300 до 4000 р. в год)». Очевидно, опечатка: надо от 3000 до 4000 руб. в год.

10. Стр. 128. «Вообще же северо-западное побережье Каспия в настоящее время находится в стадии относительного поднятия, и береговая линия Каспия имеет здесь отрицательное движение (в среднем около 12,5 см в год)». Из этой фразы можно думать, что автор считает 12,5 см в год геологическим поднятием береговой линии, а не метеорологическим в связи с водой, достав­ляемой весной Волгой и другими реками.

Представляя эти замечания, я полагаю, что их следует довести до сведения президиума Академии наук, ибо такие опечатки и ошибки во всех числах, где проверка возможна, указывают, что корректурное дело в издательстве Академии наук поставлено неправильно.

Чтобы наметить меры более правильной его постановки, проследим ход ори­гинала от его одобрения РИСО до выпуска книги.

А. Одна из причин многих опечаток и ошибок является требование, чтобы оригинал представлялся переписанным на машинке.

Это требование легко исполнимо для гладкого текста. Если же текст сме­шанный, т. е. заключает формулы или таблицы или иностранные цитаты, то этим вносится множество ошибок и описок в самую важную часть математи­ческого, физического или химического оригинала.

В самом деле, сочинение, подготовленное автором к печати и, значит, тща­тельно выправленное, передается в переписку машинистке, понятия не имеющей о предмете статьи или сочинения.

Машинистка переписывает текст и попутно вносит в него отдельные буквы или обозначения, оставляя место для формулы, причем часто ошибается.

Затем вносятся формулы или самим автором, или «специалистом» (большею частью — студентом) издательства. При этом делается множество описок и ошибок, и, значит, автор должен продержать корректуру своего сочинения в переписанном на машинке виде, для удобства наборщика, и сверить все фор­мулу и таблицы с оригиналом.

Возьмите в архиве Академии наук рукописи А. М. Ляпунова, Маркова, Со-нина, Стеклова и посмотрите, насколько разборчиво они написаны. Переписка на машинке их разборчивости бы не увеличила. Достаточно, чтобы заведую­щий соответствующим сектором издательства клал на рукописи резолюцию: «В набор без переписки». Если же рукопись неразборчива, то клал бы резо­люцию: «Переписать на машинке».

Б. После этого рукопись идет в набор, и первая корректура держится ти­пографией. Вторая корректура посылается автору, причем издательство предуп­реждает, что это будет окончательная корректура и что надо ее вернуть через три дня. Если автор покладистый, то он с этим примиряется. Если же непо­кладистый, то он говорит издательству: «Я в верстке подпишу ту корректуру, в ко­торой больше опечаток нет, пусть она будет хоть десятая, а до ваших сроков и планов мне дела нет. На каждый печатный лист я имею времени три дня. И если вы мне будете доставлять враз по пятнадцати листов, то мою подпись получите через 45 дней»; после этого издательство становится шелковым.

В. Я полагаю, что высказанные здесь замечания должны быть сделаны глав­ными и диспутированы заинтересованными специалистами, поэтому прошу раз­решения о напечатании этого доклада полностью в «Вестнике Академии наук» в дискуссионном порядке.(2)

(1) Первая статья напечатана в «Известиях Академии наук по физико-математическому отделению (сер. 5, 1903, т. 19, № 4 и 5, с. 221-227) на французском языке; русский перевод ее «О планиметре-топорике» — в «Морском сборнике» (1904, № 6, с. 113-120); тема разработана в книге А. Н. Крылова «Теория корабля» (1907, Введение, § 10) и в «Лекциях о приближенных вычислениях» (1911, глава 4, § 40). Вторая статья напе­чатана в «Известиях...» (сер. 5, т. 20, № 2, с. 17-37), включена в т. V «Трудов» А. Н. Крылова (1937) с прибавлением очерка о судьбе изоб­ретенного автором интегратора. (2) Очерк напечатан в № 3 «Вестника Академии наук» за 1945 г.

Вперед
Оглавление
Назад


Главное за неделю