Подлодки Корабли Карта присутствия ВМФ Рейтинг ВМФ России и США
Какой способ жилищного обеспечения военных вы считаете наиболее оптимальным?
Жилье в натуральном виде
    63,75% (51)
Жилищная субсидия
    18,75% (15)
Военная ипотека
    17,50% (14)

Поиск на сайте

ПОДГОТОВКА К ОБОРОНЕ

Превый военный губернатор Камчатки, ученик знаме­нитого адмирала М. П. Лазарева, В. С. Завойко (1849 - 1855 гг.) энергично принялся за устройство порта и города. Сооружены были новые казармы, пристань, больница и другие казенные здания, построены литейный завод в самом Петропавловске и кирпичный — в проти­волежащей бухте Тарье. Были приняты меры для улуч­шения местного сообщения — обставлены вехами «соба­чьи тракты», начато сооружение каботажного флота. Мно­го внимания уделял Завойко развитию сельского хозяй­ства, строительству мельниц, кузниц и пр. Однако имя Завойко вошло в отечественную историю не в результате его административно-хозяйственной деятельности, не оста­вившей никаких следов, а благодаря энергичному и уме­лому руководству героической обороной Петропавловска.

Первые сведения о вероятном разрыве Англии и Фран­ции с Россией пришли в Петропавловск с зимней почтой в конце февраля 1854 года. В середине марта прибывшее из Гонолулу американское китобойное судно доставило губернатору письмо короля Сандвичевых островов Каме-гамеа III. "Дружественно относившийся к России, Каме-гамеа предупреждал камчатские власти, что, по получен­ным им достоверным сведениям, в Петропавловск летом нагрянет англо-французская эскадра. 19 июня(1) пришел фрегат «Аврора», подтвердивший слухи о разрыве России с англо-французской коалицией, а несколько позже — корвет «Оливуца» с приказом укрепить порт и защищать его до последней возможности. Наконец, 17 июля амери­канский купеческий бриг «Нобль» доставил официальное уведомление генерального консула России в США об объявлении войны.

С марта 1854 года началась энергичная подготовка к обороне. Необходимо было не только соорудить новые укрепления, но и привести в боевую готовность гарнизон.

Гарнизон Петропавловска насчитывал всего 125 че­ловек и состоял в это время из команды 47-го флотского экипажа, камчатских казаков, писарей, денщиков, давно отвыкших от военного дела. Вооружение гарнизона было очень примитивным: штуцеры отсутствовали, большин­ство солдат имело кремневые и лишь часть — пистонные ружья. Эти ничтожные силы увеличились в первую оче­редь благодаря случайному приходу в Петропавловск фрегата «Аврора», команда которого насчитывала около 300 человек. Этот сорокачетырехпушечный фрегат, под командованием капитан-лейтенанта 19-го флотского экипажа Изыльметьева, отправился в августе 1853 года из Кронштадта для крейсерства в Тихом океане. Совер­шив трудный переход в самое ненастное время года, он пришел 3 апреля 1854 года в Каллао (Перу). Изыльметьев намеревался пробыть тут две недели, а затем отпра­виться дальше, на Сандвичевы острова. В Каллао стояла в это время англо-французская эскадра, готовившаяся идти на розыски русского флота. Официальное объявле­ние войны еще не было получено, но слухи о разрыве со­юзников с Россией достигли уже и русских и неприятель­ских судов. Командир «Авроры» решил поэтому ускорить уход своего фрегата из Каллао, чтобы присоединиться к тихоокеанской эскадре Путятина. Английский контр­адмирал Прайс хотел воспрепятствовать уходу «Авроры» из Каллао, но французское командование не осмелилось пойти на такое грубое нарушение международного права(2). Фрегат «Аврора» тем не менее находился все время в опасности.

14 апреля, спустя месяц после объявления войны в Европе, «Авроре» удалось на виду у англо-французских судов покинуть берега Перу. Между тем английский воен­ный пароход «Вираго», специально отправленный в Па­наму, ждал там официальной депеши о начале войны. Получив ее, «Вираго» доставил это известие в Каллао 25 апреля, через одиннадцать дней после ухода оттуда «Авроры».

Плавание «Авроры» было чрезвычайно тяжелым. Исключительно неблагоприятная погода, сильные повреж­дения судна в результате штормов, истощение запасов продовольствия и воды, повальное заболевание экипажа цынгой — вынудили командира изменить курс и отпра­виться в Петропавловск. Фрегат прибыл туда 19 июня, пройдя за 66 суток, без захода в порты, около 9 тысяч миль.

24 июля в Петропавловск пришло подкрепление, от­правленное Муравьевым из Де-Кастри на военном транс­порте «Двина» и состоявшее из 350 солдат сибирского сводного батальона. По инициативе следовавшего с ба­тальоном капитана Арбузова солдаты прошли перед от­правкой на Камчатку усиленную военную подготовку, в частности обучались действиям в рассыпном строю на пе­ресеченной и лесистой местности, а во время плавания на «Двине» — артиллерийскому делу.

Однако общего количества сухопутных войск (475 че­ловек) было недостаточно для всех нужд обороны — для действий при орудиях, для прикрытия артиллерии и для отражения возможного десанта; необходима была моби­лизация всех сил города. Поэтому еще 20 июня Завойко обратился к населению Петропавловска с воззванием, за­канчивавшимся следующими словами:

«Война может возгореться и в этих местах, ибо рус­ские порты Восточного океана объявлены в осадном по­ложении. Петропавловский порт должен быть всегда го­тов встретить неприятеля. Я надеюсь, что жители в случае нападения неприятеля не будут оставаться праздными зрителями боя и будут готовы с бодростью, не щадя жиз­ни, противостоять неприятелю и наносить ему возможный вред. Я пребываю в твердой решимости, как бы ни мно­гочислен был враг, сделать для защиты порта и чести русского оружия все, что в силах человеческих возможно, и драться до последней капли крови; убежден, что флаг Петропавловского порта, во всяком случае, будет свиде­телем подвигов, чести и русской доблести».

Призыв к обороне был встречен с большим подъемом. Все жители города и соседних селений единодушно реши­ли участвовать в защите Петропавловска. В конце июня был сформирован особый отряд из добровольцев, в ко­торый вошли несколько десятков гражданских служащих, крестьян-старожилов и камчадалов(3); остальные жители были привлечены к оборонительным работам. До самого Дня появления неприятельской эскадры круглые сутки шла напряженная работа всего населения Петропавлов­ска. Одни готовили за несколько верст от порта строитель­ный материал, другие пилили плахи для платформ, де­лали лопаты, тачки и пр., третьи были заняты на земля­ных работах, на выгрузке орудий со стоящих в порту судов («Авроры» и «Двины») и т. д. Недостаток и неподготов­ленность рабочей силы, отсутствие самых необходимых материалов и технических средств, крутизна и недоступность выбранных для размещения батарей пунктов, труд­ность строительства на каменном грунте — все это очень осложняло работы. Так, например, из-за невозможности, за отсутствием холста, сделать земляные мешки часть ба­тарей была защищена мешками с мукой. Не хватило, при крайней ограниченности средств порта, даже необходимых лесоматериалов. В результате некоторые батареи оста­лись совершенно без платформ для орудий. Не было до­статочно материалов и времени для сооружения брустве­ров, и несколько батарей остались совершенно открытыми. Не успели сделать всех необходимых пороховых погребов, и заряды пришлось хранить в корабельных железных ци­стернах, укрытых в безопасных местах. Часть работ за­канчивалась, когда неприятельская эскадра уже стояла на большом рейде (в Авачинской губе), иные работы так и остались незавершенными. Надо сказать, что уже сама по себе работа по приведению Петропавловска в обороно­способное состояние, исполненная в труднейшей обста­новке за два месяца, являлась героическою.

В результате ко времени прихода англо-французской эскадры (17 августа) в Петропавловске были сооружены следующие укрепления.

Батарея № 1 (Шахова) — на Сигнальном мысе, на высоте 13 саженей. Защищала вход во Внешнюю гавань с западной стороны. Вооружена была тремя 36-фунтовы­ми пушками и двумя бомбическими двухпудовыми Командир батареи — лейтенант Гаврилов. Команда — 63 человека. Бруствер отсутствовал.

Батарея № 2 — на Кошке (у основания косы, около материка). Обороняла вместе со следующей батареей (№ 3) вход во Внутреннюю гавань (Ковш) с восточной стороны. Хотя батарея эта сильно выдавалась вперед, неприятель мог достигнуть ее только продвинувшись за батарею № 1. Защищена она была прочным бруствером, вооружена десятью 36-фунтовыми пушками и одной длинной 24-фунтовой, снятой с «Авроры». Командир ба­тареи—лейтенант Дмитрий Максутов (3-й). Команда — 127 человек. Сильнейшее из всех петропавловских укреп­лений.

Батарея № 3 («Смертельная») — на перешейке (Сед­ле) Сигнального полуострова, между горами Сигнальной и Никольской. Защищала вход в Ковш с западной сто­роны и лежащий напротив город. Батарея эта была на­столько открыта, что, по словам одного участника оборо­ны, «у прислуги на ней были закрыты одни лишь пятки». Вооружена пятью длинными 24-фунтовыми орудиями с «Авроры». Командир батареи — лейтенант Александр Максутов (2-й). Команда — 51 человек.

Батарея № 4 — на уступе возвышенности Красный яр (горы Петровской), к югу от батареи № 2 и ближе к вы­ходу в Авачинскую губу. Обороняла вход во Внешнюю га­вань с восточной стороны тремя длинными 24-фунтовыми орудиями с «Авроры». Командир батареи — мичман По­пов. Команда — 28 человек.

Батарея № 6 — на берегу Култучного озера, к северу от горы Никольской. Бруствер и платформы отсутствова­ли, орудия стояли прямо на земле и предназначались для стрельбы картечью по десанту в случае движения его в обход Никольской горы с севера, по дороге в город. Во­оружена была четырьмя короткими 18-фунтовыми пушка­ми с «Двины» и шестью 6-фунтовыми орудиями. Коман­дир батареи — поручик Гезехус. Команда — 31 человек.

Батарея № 7 — на низменном перешейке между Ава­чинской губой и Култучным озером, к северо-западу от Никольской горы. Предназначалась также для действий против десанта. Вооружена пятью 24-фунтовыми пушка­ми с «Авроры». Командир батареи — капитан-лейтенант Кораллов. Команда — 49 человек. Недалеко от этой ба­тареи, на склоне Никольской горы, был устроен главный пороховой погреб.

На восточном берегу Ковша, против Седла, была со­оружена еще одна батарея (№ 5) с пятью старыми мед­ными и малокалиберными (6-фунтовыми) орудиями. Эта батарея могла обстреливать только Седло (в случае вы­садки на него неприятельского десанта), да и то при от­сутствии в гавани русских кораблей. Ввиду этого она осталась бездействующей.

Размещение батарей было таково, что вход во Внешнюю гавань Петропавловской губы защищало 19 орудий (батареи № 1, 2 и 4), перешеек Сигнального полуострова (Седло) — 5 орудий (батарея № 3) и северные подступы к городу — 15 орудий (батареи № 6 и 7).

Помимо указанных шести батарей, обороняющиеся располагали еще одним орудием на маяке и одним поле­вым 3-фунтовым орудием. Командовал полевым орудием гражданский служащий Зарудный. Команда состояла из 19 человек.

Боеприпасов было очень мало, на каждое орудие при­ходилось лишь 37 выстрелов.

Находившиеся в порту военные суда были размеще­ны в Ковше следующим образом. Фрегат «Аврора» был поставлен поперек входа в гавань, под защитою Сигналь­ной горы, и служил превосходной пловучей батареей. Фрегат имел 284 человека команды и полное вооруже­ние — 22 орудия, расположенные с левого, обращенного ко входу в гавань борта, и по 60 картузов боеприпасов на орудие. Транспорт «Двина», вооруженный всего пятью короткими 18-фунтовыми пушками, стоял под прикрытием Кошки, на одной линии с «Авророй»; команды на нем было 65 человек, боеприпасов — по 30 выстрелов на ору­дие. Моряки должны были в случае прорыва неприятеля во Внешнюю гавань защищать Ковш и город, а при не­возможности защитить город — взорвать свои суда. Команда в этом случае должна была присоединиться к береговой обороне.

Вся артиллерия Петропавловска состояла, таким обра­зом, из 68 орудий: 39 на береговых батареях, 1 на маяке, 1 полевого и 27 на кораблях.

Для отражения возможного десанта защитники горо­да были сведены в несколько стрелковых отрядов. В 1-м стрелковом отряде, под начальством мичмана Михайлова, состояло 49 нижних чинов, во 2-м отряде, под командова­нием поручика Губарева, было 50 нижних чинов. Кроме того, были сформированы отряд волонтеров в 18 человек и 3-й стрелковый отряд, предназначавшийся также для тушения пожаров, под начальством поручика Кощелева, из 69 нижних чинов.

Общие силы защитников Петропавловска насчитыва­ли всего 931 человек. Из них 378 человек находилось на береговых батареях(4) и при полевом орудии, 190 человек входило в отряды, 349 оставалось на кораблях и 14 было в штабе Завойко.

(1) Все даты, за исключением дней боев, приводятся по старому стилю.

(2) Именно такой произвол учинили в это время англичане с ча­стной (любительской) яхтой «Рогнеда», задержав ее в Рио-де-Жанейро еще до объявления войны.

(3) Камчадалы — потомки русских старожилов (казаков и кре­стьян), смешавшихся с коренными жителями полуострова (итель­менами).

(4) В помощь командирам батарей № 1, 2 и 4 были назначены один обер-офицер и два гардемарина.

Вперед
Оглавление
Назад


Главное за неделю