Подлодки Корабли Карта присутствия ВМФ Рейтинг ВМФ России и США
Какой способ жилищного обеспечения военных вы считаете наиболее оптимальным?
Жилье в натуральном виде
    64,10% (50)
Жилищная субсидия
    17,95% (14)
Военная ипотека
    17,95% (14)

Поиск на сайте

"Святая Анна" по-прежнему стоит в ледяной пустыне

Из наблюдательной бочки молодой матрос Густав Мальбарт кричит:

- Вижу много полыней и больших! Много тюленей лежит, но наши собаки бегают и распугивают их.

Стоящие на палубе матросы живо начали обсуждать это известие. Баев обращается к находящемуся на палубе Альбанову:

- Пробиваться надо к полыньям, господин штурман, может, попытаться подорвать лед, глядишь, и на свободу смогем выбраться. Скажите Георгию Львовичу, авось разрешит?

- У нас на шхуне только черный порох, но он вряд ли поможет, а динамитных шашек нет. Но попытаться надо, я спрошу у Георгия Львовича, - отвечает Альбанов.

Альбанов заходит в каюту Брусилова.

- Георгий Львович! Я надеюсь, Вы уже неплохо себя чувствуете. Хотел бы переговорить с Вами. Надо заканчивать двоевластие на судне. Вы начальник экспедиции, капитан шхуны. Когда Вы болели и не вставали совсем, то, естественно, я в какой-то мере выполнял ваши обязанности, правда, официально меня никто на это не уполномочивал. Но так уж получилось.

У меня были и есть некоторые свои соображения о порядке на судне, находящемся в полярном плавании. Может быть, в некоторых вопросах они расходятся с Вашими. Но тогда Вы в силу болезни не могли их отменить.

Сейчас, когда Вы уже практически полностью выполняете обязанности начальника и капитана, я вижу, что в некоторых вопросах порядка на шхуне мы с Вами расходимся. Такого не должно быть, на мой взгляд.

Например, во время Вашей болезни я запретил выходить на охоту по одному. Сейчас же участились случаи, когда охотники уходят по одиночке. Боцман мне сказал, что Вы разрешили. Это может плохо кончиться.

Так, позавчера ушедшего на охоту Баева чуть не задрал раненый им медведь.

- Согласен Вами, сейчас я могу выполнять свои обязанности в полном объеме, так что никакого двоевластия, как Вы говорите, больше не будет.

- Кроме того, сейчас вокруг довольно много тюленей, но охотники жалуются, что их спугивают собаки, и к тюленям не подойти на ружейный выстрел. Просят привязать их, как раньше было.

- Нечего на собак пенять! - Брусилов раздражен. - Стрелять надо уметь! А охоту я действительно разрешил поодиночке. Раз мы уж в дрейфе, то пусть хоть охоты будет больше. И ничего в этом страшного не вижу, сейчас лето, полярный день, светло.

Альбанов заметно удивлен таким ответом, но пожимает плечами и не вступает в спор с Брусиловым.

- Вот еще что, Георгий Львович. Команда, видя, что кругом много полыней, просит разрешения взрывать лед с надеждой, что, может быть, удастся нам освободиться из плена. Я им объяснил, что на шхуне только черный порох, а он вряд ли поможет при этом.

- Ерунда! Считаю эти подрывы бесполезными. Но раз хотят, то организуйте подрыв фунтов 20 пороха, чтобы рассеять уныние желающих этой затеи и показать ее бесполезность.

А Вам, Валериан Иванович, нечего потакать прихотям команды!

Альбанов промолчал и ничего не сказал в ответ.

Примерно в 90 метрах от шхуны матросы Максимов, Пономарев во главе с боцманом Потаповым закладывают под лед 22-х фунтовый заряд черного пороха, поджигают фитиль, отбегают к шхуне.

Команда на борту шхуны с любопытством наблюдает.

Взрыв, но лед остался практически неповрежденным.

- Крепко нас лед-то держит! Ни хрена не вышло!

Альбанов опять входит в каюту Брусилова и сообщает ему, что взрыв эффекта не дал.

- Я же говорил Вам, что это бесполезно. Вот и получили конфуз! - отвечает Брусилов.

Альбанов на этот раз уже не может сдержаться и отвечает довольно резко.

- Георгий Львович! Вы, вероятно, забыли, что я не был сторонником подрыва черного пороха. Если бы у нас был динамит - тогда другое дело. Но Вы же от него отказались в Александровске, не посчитали нужным его взять.

- Я ничего не забыл. Вы, что, думаете, что после болезни я потерял память? Лучше распорядитесь, чтобы подготовиться и начать обкалывать лед вокруг судна. Когда меня вчера носили матросы на носилках вокруг судна, я заметил, что оно из-за таяния льда заметно поднялось, вершков на шесть. Нужно опустить его в воду.

- Георгий Львович, думаю, что в этом нет ничего страшного. Лед вокруг - тринадцатифутовой толщины и очень крепкий. Судно сидит в нем достаточно глубоко. По ночам уже бывает небольшой морозец, и подтаявшая вода на льду снова подмерзает. Мне кажется этого не стоит делать, измучаем только команду.

- Делайте, что я сказал!

Вперед
Оглавление
Назад


Главное за неделю