Подлодки Корабли Карта присутствия ВМФ Рейтинг ВМФ России и США
Какой способ жилищного обеспечения военных вы считаете наиболее оптимальным?
Жилье в натуральном виде
    64,56% (51)
Жилищная субсидия
    17,72% (14)
Военная ипотека
    17,72% (14)

Поиск на сайте

В ожидании прилива проходит два дня

Вся группа стоит на льдине в 80-90 метрах от отвесного обрыва ледника.

Обрыв совершенно вертикальный, высотой около 30 метров, лед голубоватого цвета, и тянется этот обрыв, насколько видит глаз.

Все смотрят с тоской на неприступную стену ледника.

- Боже, ну как же нам не везет! - восклицает Максимов. - Мы же два дня назад были у того низкого мыска. Это чертов отлив! Чем же мы прогневили, тебя, Господь? Вот какой нам подарочек! Да сюда даже обезьяна не влезет…

Альбанов стоит и внимательно оглядывает эту ледяную стену. Он понимает, что, как всегда, его спутники ждут только его решения, а на себя полагаются мало.

- Идти назад к тому мыску, от которого нас отогнал прилив, очень рискованно. Смотрите, везде вдоль ледника мелкобитый лед, а идти нам примерно миль восемь. Так что риск постоянно проваливаться под лед, а то и утонуть, очень велик. Пока стоим здесь. Я с Луняевым иду осматривать эту ледяную стену, вдруг там будет, за что зацепиться…

Идут осторожно по льдинам вдоль стены ледника.

Видят трещину в стене, шириной около 2 метров, которая идет по всей высоте ледника. Трещина засыпана снегом и со стенами ледника представляет собой как бы желоб.

- Вот здесь и будем подниматься! - говорит Альбанов.

Путники забираются вверх по найденной трещине.

Топорами делают в снегу ступени, забивают в снег гарпун для опоры. С помощью веревок вещь за вещью поднимают все свое имущество и два каяка.

Как только поднимается наверх последний каяк, льдина, на которую перед подъемом моряки грузили все свое имущество, лопнула, перевернулась, и лед опять отливом начало отжимать от берега…

Все стоят наверху и с нескрываемым ужасом смотрят на эту картину. Ведь они могли быть там.

Долго в молчании стоят путники, смотрят на море, на льдины, которые плывут, кружатся и уносятся отливом в море, в даль.

Кто-то не выдерживает и раздается крик:

- Ура! Мы на берегу, на земле! Мы дошли до нее!

Остальные сначала робко, но потом сильнее и сильней подхватывают этот возглас. В воздух летят шапки…

- Вот и лопнула вместе с перевернувшейся льдиной наша ледяная связь со "Святой Анной". Она осталась во льдах. Как там наши товарищи? Где-то во льдах остался и Прохор Баев.

Но мы достигли земли! Поздравляю всех! И сразу говорю - надо спешить! Провизии у нас осталось всего по полкружки сухарей на человека. Так что пока есть силы, надо идти. Здесь на леднике ничего нет. Надо идти на тот низкий мысок, у которого мы были два дня назад и куда, видите, сейчас летят птицы.

В путь! Я и Луняев пойдем вперед на лыжах, в связке. Остальным шестерым идти строго по нашим следам, взять пока с собой один каяк и нарты и погрузить в него все, что нужно на первое время. Смотрите, на леднике много трещин, засыпанных снегом, провалитесь - конец! Идите строго по нашим следам.

Альбанов и Луняев идут по леднику на лыжах, связанные веревкой, на расстоянии 15 метров друг от друга. Вокруг торжественная тишина. Тепло. Лунный ледяной остров.

Но ледник остается позади, и моряки подходят к земле. Снег еще не везде стаял, талая вода с шумом бежит к морю.

Стоит шум от множества птиц. Альбанов и Луняев смотрят вокруг и не понимают, что это за шум. Глаза у них еще болят, и видят они совсем плохо.

Щурятся, приглядываются…

- Это же птицы! Гаги, чайки!

В одном месте у них из под ног вспорхнула гага, сидевшая на яйцах, и они увидели в гнезде 4 крупных яйца.

- Это же рай! Сыты будем! - восклицает Луняев.

Он наконец присмотрелся и видит: совсем недалеко сидят три гаги. Поднимает ружье и стреляет мимо.

- Да глаза плохо видят еще…

Вдруг раздается человеческий крик.

- Ты слышал крик? - спрашивает Альбанов.

- Да вроде слышал, но откуда здесь люди? - отвечает Луняев. - Ой, смотрите, к нам человек бежит…

Человек бежит навстречу, что-то кричит и машет шапкой.

Подбегает к Альбанову и Луняеву, бросается перед ними на колени, плачет навзрыд.

Это Конрад!

- Простите Христа ради нас дураков! Всю жизнь себе не простим нашей глупости и подлости…

Альбанов и Луняев смотрят на Конрада, ползающего на коленях, испуганного, жалкого. Отходят в сторону.

- Ну что, Луняев? Помнишь, что обещали мы с ними сделать? Уж очень много они нам неприятностей принесли. Украли наши вещи, из-за них мы бросили каяк и нарты, без которых нам в дальнейшем пути, думаю, будет трудно…

Луняев, переминаясь с ноги на ногу, отвечает: - Правда Ваша, господин штурман, но люди же ведь, хоть и никчемные...

- Согласен с тобой. Простим мы их ради нашего прихода на землю. Уж больно хороша эта земля после наших ледовых скитаний…

Подходят к Конраду. - Прощаем мы вас обоих, Конрад. Поднимайся с колен и запомни свой грех на всю жизнь!

Конрад поднимается, плачет от страха и от радости, что простили.

- Спасибо Вам превеликое, господин штурман, до гроба своего помнить буду, никогда больше Вас не оставлю.

Втроем идут к месту, где остановились беглецы.

Стоит Шпаковский. Он уже по радостному и смущенному виду Конрада понял, что они прощены, но все равно бросается к Альбанову просить прощенья.

У Шпаковского страшно изнуренный, болезненный, вид. Он очень изменился со дня их побега.

Беглецы поместились в яме, сделав нечто вроде низкого заборчика из лыж, палок, парусиновых брюк и мешка от сухарей. Горит небольшой костер, а кругом валяются гагачьи шкуры, которые беглецы снимали с убитых гаг, не желая щипать перья. В стороне, в яме лежат яйца, а на лыжах висят очищенные и выпотрошенные гаги.

Беглецы начинают угощать Альбанова и Луняева яичницей с гагачьим жиром, которую готовят в эмалированной кружке.

- А где банка с почтой? - спрашивает Альбанов. - Все в целости! Все вещи и вот почта, - отвечает Конрад и передает Альбанову запаянную банку.

А потом рассказывает о приключениях беглецов.

- Когда мы спали на льдине у полыньи, на нас напал медведь. Он переплыл к нам через полынью, от которой мы лежали в расстоянии около полутора саженей, и уже вылезал на лед. Мы случайно проснулись, убили медведя из двустволки пулей в упор. Вон там череп лежит…

Долго, почти всю ночь моряки сидят у костра, разговаривая и делясь впечатлениями…

Под утро Альбанов беспокоится:

- Где же наши спутники? Вот что, Луняев, идите со Шпаковским на поиски!

А сам, взяв винтовку, уходит на разведку в другую сторону мыса.

- Где же мы находимся? Пока на своей так называемой карте я ничего не могу определить.

Подходит к обрыву берега и перед ним до самого горизонта расстилается свободное ото льда море, слышен шум прибоя. Влево идет берег, почти сплошь покрытый ледником. Лишь местами на мысах виднеются из-под снега скалы. Правее, на запад, берег свободен от ледника.

Далеко не сильно разреженный лед выносится понемногу в открытое море на юг.

- Да! Еще бы несколько туманных дней, и не заметь мы вовремя нашего "лунного острова", были бы мы вынесены с мелким льдом в море… Для нас это была бы катастрофа. А для "Святой Анны"... Вот бы куда, красавица, тебе попасть! Тут бы ты пошла под всеми парусами, и не надо машины!

Альбанов возвращается на стоянку. Конрад, Луняев, Шпаковский и группа Максимова уже здесь.

Конрад показывает Альбанову находку - железную банку, окрашенную коричневой краской, и рассказывает:

- Незадолго перед вашим приходом мы со Шпаковским, пройдя немного на юго-восток, недалеко от моря увидели небольшой каменный холм и недалеко от него бутылку из-под английского пива. Мы разбросали холм и под камнями нашли вот эту железную банку.

Вскрывают банку. В банке очень хорошо сохранившийся английский флаг, а под ним - бутылка. Из бутылки извлекают написанную по-английски записку:

"The Jackson - Harmsworth Polar Expedition.

This Expedition landed upon this cape - Cape Mary Harmsworth - on August 7 th, 1897, havifag left Cape Flora on the. S. У. Windward.

We intend to proceed north-west in the ship to ascertain if any land exists near this cape in that direction and then, if possible, to reach the laharmesen Islands. All well on board Frederick G. Jackson, Commanding the Expedition".


Альбанов с помощью Нильсена разбирает текст:

- Английская полярная экспедиция под начальством Джексона, отойдя в августе месяце 1897 года от мыса Флора для поисков земли, лежащей к северо-западу от Земли Франца-Иосифа, прибыла на мыс Мэри Хармсуорт, где и положила этот английский флаг и записку.

В конце сообщалось, что на судне "Виндвард" все благополучно.

Подписана бумага начальником экспедиции Джексоном.

- Значит мы на мысе Мэри Хармсуорт. - говорит Альбанов. - Это юго-западная оконечность Земли Александры. Теперь-то мне все ясно, и наш дальнейший путь тоже!

А сейчас, Максимов, Смиренников, Регальд, Губанов, отправляйтесь на ледник за оставленным там каяком.

Три дня путники провели на мысе Мэри Хармсуорт, который дал им отдых, пищу и тепло. Альбанов торопит своих спутников.

Вперед
Оглавление
Назад


Главное за неделю