Подлодки Корабли Карта присутствия ВМФ Рейтинг ВМФ России и США
Какой способ жилищного обеспечения военных вы считаете наиболее оптимальным?
Жилье в натуральном виде
    63,41% (52)
Жилищная субсидия
    19,51% (16)
Военная ипотека
    17,07% (14)

Поиск на сайте

9 июля

Альбанов и Конрад подходят к мысу Флора. Оба напряженно всматриваются в берега в надежде увидеть какой-нибудь признак жилья.

- Вон вижу, вроде похоже на жилище, - кричит Конрад.

Подходят ближе - большой черный камень на берегу.

Пристают к берегу.

Вылезают из каяка, ступают на землю, а ноги у них подгибаются, и они не могут сделать ни шага…

- Неужели и нас подкараулила эта болезнь, которая унесла жизни Архиреева и Нильсена? - негодует Альбанов. - Уж очень обидно будет, ведь мы дошли...

Оба ложатся на землю на спины и начинают усиленно дрыгать ногами, растирать их, потом прыгать, держась за вытащенный каяк.

- Врешь. Не возьмешь нас, косая!

- Ну что, Александр, вроде живы будем! - говорит Альбанов. - Давай, бери двустволку и пойдем искать жилище Джексона...

Они идут по каменистому берегу. За стеной утесов виднеется ледник во всю длину острова. Со скал с шумом сбегает вода, образуя во многих местах водопады, и по террасам сбегает в море многочисленными ручьями. Снег с открытых мест почти весь стаял, много мха, есть и цветущий, местами на холмах - желтенькие цветочки.

Путники, поминутно спотыкаясь на камнях, идут вдоль берега, жадно всматриваясь вперед.

- Смотри, Александр, за холмом как будто возвышается шест. - говорит Альбанов. - А левее вон и второй шест, и что-то к ним прикреплено. Деревья в этих местах не растут. Значит, кто-то поднял эти шесты как приметные знаки.

Они переходят холм, и перед ними виднеется дом - настоящий бревенчатый дом с почти плоской крышей на один скат и с трубой. Там же лежит большой промысловый бот килем кверху. Стоит еще дом и какая-то постройка.

- Быстрее к поселку, может быть, здесь есть люди! - говорит Альбанов.

Подходят к дому и видят, что он необитаем: все окна заколочены, в некоторых разбиты стекла. Дверь в дом полуоткрыта и занесена снегом, превратившимся в грязный лед. Нижние бревна дома тоже занесены снегом, но верхняя часть постройки видна. Рядом с домом лежат большие ящики, полузанесенные снегом. тожетоже Оторвав доску у одного из них, моряки увидели второй ящик - жестяной. Разрезали ножом жесть, и внутри ящик оказался полон белыми сухарями, галетами… Путники накидываются на еду. тожетоже - Вот это царский подарок, мы уже полмесяца не видели крошки хлеба или сухаря! - говорит Альбанов. тожетоже - Господин штурман, смотрите, на стене дома прибита какая-то доска, на ней что-то написано, а под доской привязаны две жестяные банки. тожетоже Подходят и читают надпись латинским шрифтом: "Экспедиция старшего лейтенанта Седова, 1913 год". тожетоже - Как же так? - удивляется Альбанов. - Ведь Седов тоже отправился в 1912 году! Странно! А банки - это почта! тожетоже Альбанов подходит к двери и читает, сделанную на ней синим карандашем надпись: тожетоже "Первая Русская полярная экспедиция Старшего лейтенанта Седова прибыла на кап-Флора 30 августа 1913 года и 2 сентября отправилась в Теплиц-бай".

- Пришли 30 августа, а 2 сентября ушли... Очень интересно!

Они заглядывают в дом. Там темно, беспорядок, грязь: грязный лед лежит слоем на треть вышины всего помещения, и в этот лед вмерзлись обломки мебели, разные лохмотья, банки из-под провизии, грязная посуда…

Устроены койки в три ряда, одна над другой, человек на сорок или тридцать пять. Койки сбиты из плохо строганых досок, кое-как, наспех, матрацы на них сгнили…

- Как это седовцы сумели за 4 дня сложить этот дом и так его запустить? - изумляется Альбанов. - Нет! Cвоим грязным запущенным видом дом обязан явно не седовской экспедиции. Надо было много времени, чтобы сгнили эти матрацы и лохмотья одежды. Эта экспедиция была раньше седовской. Конечно, это дом Джексона! А с другой стороны, и не похоже... У того было чистое, удобное помещение, "масса места", как пишет Нансен в своей книге, да и людей с Джексоном было немного.

Конрад наклоняется и поднимает с пола ржавую винтовку.

Рассматривают на ее прикладе выжженное клеймо: "Полярная экспедиция Циглера".

- Ну вот и ответ на вопрос, почему здесь все разорено и опустошено. По всей вероятности, это была экспедиция Циглера, совершенно мне неизвестная. Откуда и куда шел этот таинственный Циглер или его экспедиция? - спрашивает Альбанов.

Он не знал, что неудавшаяся экспедиция, снаряженная американским миллионером Циглером в 1903 году, пыталась достичь Северного полюса, идя туда с острова Рудольфа, на пони и собаках. Зиму 1905 года американцы провели в доме Джексона на мысе Флора, разорив и опустошив этот дом.

- Но пойдем, Конрад, осматривать дальше. Теперь это будут уже наши владения.

Идут к амбару, стоящему метрах в пятидесяти от дома.

Амбар - большая постройка, сложенная из толстых досок на сруб, разделенная внутренней переборкой на две половины, каждая с отдельной дверью, но этих дверей нет - сорваны.

Вокруг амбара разбросаны ящики с какими-то банками, бочки, весла, ломаные нарты, обрывки сбруи, посуда и еще много предметов.

Моряки вскрывают несколько банок с консервами: свинина, селедки копченые и консервированные и мясо кролика.

Пробуют на вкус.

- Как будто только сейчас из магазина!

Идут осматривать дальше.

Стоит какая-то странная постройка легкого типа. Восьмигранная, причем каждая грань, немного наклонная внутрь, состоит из отдельного щита. Крыша у этой постройки была шатром, коническая, вход - через отдельные сенцы, или прихожую, и вся постройка очень похожа на маленький цирк. Внутри стены обтянуты крашеной парусиной, а вдоль стен устроены койки.

- Господин штурман, смотрите, на койках в ящике - рассыпанные патроны для винтовки и дробовки, причем дробовые для ружья 12-го калибра, как и наша двустволка.

Винтовка-то наша осталась на каяке Луняева, ну а для нашей двустволки самое что надо. Ведь осталось у нас только сорок патронов к ней.

- Да, Александр, право, недурно, и калибры совпадают! Придется нам ту ржавую винтовку привести в порядок. А вот на каяке Луняева не только винтовка осталась, но и все мои записи, которые я вел на шхуне. Ладно, нам теперь с такими богатствами надо искать себе приличную квартиру для зимовки. В тех, что мы увидели, зимовать будет трудновато! Пойдем, посмотрим. Там еще стоит четвертая постройка.

В сторону к утесам стоит четвертая постройка, не менее странная, чем "цирк". Она стоит на возвышенном месте, и не видно на ней следов разрушения, как у других построек. Это судовая рубка - или целиком перенесенная с судна, или на берегу собранная по судовому образцу. Вдоль ее стен, на расстоянии около фута от них, воткнут в землю ряд бамбуковых палок, образующий нечто вроде частой решетки, переплетенной проволокой и скрепленной планками.

Альбанов и Конрад входят в это помещение.

Стоит чугунная печка, около которой ящик с мелко напиленными дровами, направо столик, а прямо против двери - широкие нары, некоторая утварь, лампа и посуда.

- Ну, что же жить здесь вполне можно. Здесь и будет наша квартира, - решает Альбанов.

Весело пылает огонь в печке, в доме становится жарко. Путники снимают с себя мокрую одежду. Готовят суп из хорошего жирного консервированного мяса, и обедают, закусывая долгожданными сухарями.

- Как приятно раздеться в жарком домике после трех месяцев пребывания на холоде! - говорит Альбанов. - Помнишь, Александр, сколько мечтали мы об этом тепле, когда в метель, мокрые, голодные и холодные тащились по тяжелой дороге по льду, безнадежно поглядывая на горизонт и ломая голову, как достать топлива, чтобы натаять воды изо льда для питья перед сном?

- Да, теперь мы спасены. Спасибо Вам, господин штурман, за все, без вас бы я пропал! В жизни бы не дошел сюда…

- Только бы собрать нам наших раскиданных спутников! Где-то они теперь? Ладно, Александр, давай отдохнем, и потом примемся за дело.

Правда, чувствую себя очень скверно… Так что буду тебя просить основную работу делать. Меня вон совсем силы покинули. Надо притащить сюда каяк, мы его версты за две оставили, остатки нашего снаряжения: компас, бинокль, хронометр, секстан, паруса, топор, спички, банка с почтой у нас тоже в каяке. Устроить кладовую для хранения провизии. Она валяется в воде и грязи и с каждым днем все больше портится. Провести ревизию всего имеющегося здесь имущества.

Альбанов лежит в доме больной. У него жар и озноб, опухли ноги, большую часть времени штурман проводит в бреду.

Конрад работает на сортировке и "раскопках" провизии один.

Альбанов, лежа в бреду, иногда вскакивает и бежит звать Александра.

На свежем воздухе немного приходит в себя и с тоской возвращается на койку.

Альбанов и Конрад сидят у дверей свого домика и смотрят на расстилающееся перед ними море. Альбанов еще плохо себя чувствует, кутается в теплую одежду.

- Может, покажется где-нибудь каяк с нашими пропавшими... Разве этого не может быть? Возможно, что их отнесло очень далеко в море. Каяк у них крепкий, стойкий…. Но напрасно они всматриваются в горизонт.

- Господин штурман, завтра я хочу на каяке ехать на остров Белл, а если будет возможно, то есть если лед не взломан, то доехать до мыса Гранта и посмотреть, нет ли там береговой партии или, по крайней мере, их следов. Вы-то еще плохо себя чувствуете, так что я один поеду.

- Хорошо, Александр, поезжай, только будь осторожен. Помни, что мы натерпелись на этих переходах морем.

Взяв с собой провизию и двустволку с патронами, Конрад при хорошей погоде и легком попутном ветре отправляется на каяке под парусом к острову Белл.

Альбанов лежит в доме один. На столе стоят раскрытые банки с различной провизией, консервами, вода, галеты и лежит хина, взятая из аптечного сундука, который был найден в доме Джексона. Это все приготовил Конрад для него перед отъездом.

Альбанов иногда встает, принимает хину, пьет воду, подбрасывает дрова в печку и опять ложится и думает: - Правильно Александр поехал искать береговую партию, вдруг со мной что случится - останется один…

Вперед
Оглавление
Назад


Главное за неделю