Подлодки Корабли Карта присутствия ВМФ Рейтинг ВМФ России и США
Какой способ жилищного обеспечения военных вы считаете наиболее оптимальным?
Жилье в натуральном виде
    63,64% (49)
Жилищная субсидия
    18,18% (14)
Военная ипотека
    18,18% (14)

Поиск на сайте

С НАМИ БОГ И АНДРЕЕВСКИЙ ФЛАГ!




Флаг как символ играл огромную роль в истории религии. Давид в одном из своих псалмов говорит: «...и во имя. Господа нашего водрузим знамена наши...»

Известно фанатичное усердие крестоносцев, вдохновляемых крестом на безжалост­ную борьбу с мусульманским полумесяцем. По мнению историков, упорство и жесто­кость, с которыми они действовали против «неверных» (мусульман) за освобождение Гроба Господня и Святой земли (Палестины), никем и никогда не были превзойдены. Доказано фактами, что крест святого Георгия был дан крестоносцам королем Англии Ри­чардом Львиное Сердце. Семисотлетняя борьба с маврами(1) (Реконкиста) в Испании так­же шла под флагом борьбы креста с полумесяцем. Особенно тесное сплетение религии и флага произошло в Средние века — века рыцарства. Многие знамена рыцарей почита­лись их последователями как нечто священное. Знамена, отбитые у врагов, хранились в церквах как символ славы и могущества предков. Это был романтический, героический и глубоко религиозный период.

Когда-то и воспитанники Морского кадетского корпуса воспитывались на славном наследии героических дел своих предков. В столовом зале корпуса стояли взятые в бою флаги турецких судов. Раз в год, в день праздника Корпуса, с них снимались чехлы. Воспи­танники с благоговением рассматривали их, читали надписи, когда и как эти знамена были взяты и кем. Нам следует возродить эту славную традицию!

Деяния крестоносцев сильно отразились на всей Европе, сказались на архитектуре, культуре, письменности и многом другом. Крест и прежде венчал короны монархов, но после священных войн символ креста стал доминирующим повсюду. Тройной крест на флаге Великобритании, кресты на флагах Швейцарии, Норвегии, Дании, Швеции, Ита­лии и других стран, а с конца XVII века и на корабельном флаге России несут с собою традицию поклонения символу креста до настоящих дней.

Мы глубоко убеждены, что император Петр Великий, давая новый флаг своему любимейшему детищу — флоту, следовал исторической традиции, созданной рыца­рями-крестоносцами. Сказанное подтвер­ждает сохранившаяся надпись Петра на оригинале-рисунке флага: «Зане (ибо. — В.Д.) Св. апостол Андрей Первозванный землю русскую светом Христова учения просветил».

Символика креста укрепилась и на гюйсе Российского флота: на красном поле был тот же синий Андреевский крест на белой подкладке в комбинации с прямым белым греческим крестом.

Кресты на корабельных флагах русско­го императорского флота были той путе­водной звездой, которая вела офицеров и матросов через тяжкие испытания от по­беды к победе. Но не только крестовые флаги вдохновляли русских моряков на подвиги. В их душах и сердцах всегда на­ходился один из самых почитаемых и лю­бимых на Руси святых — Николай Чудот­ворец, известный на флоте как Никола Морской, или Никола Мокрый.

Это реально существовавший в III веке человек, признанный православной церко­вью святым. Его родиной была страна Ли-кия на юге Малой Азии. Поэтому он изве­стен в истории как архиепископ Мир Ликийских Чудотворец. По преданию, св. Николай сотворил великое множество чу­дес ради стариков, сирот, вдов, невинно осужденных и оклеветанных.

Воистину неповторим великий Чудот­ворец Николай! «От труса, глада и пото­па» — от всего спасает он. Недаром же его как своего покровителя так чтят моряки. Говорят, суда, названные святым именем Николая, никогда не терпят крушений...

В день Св. Николая 6 декабря 1788 года русские войска под командованием гене­рал-фельдмаршала Г.А. Потемкина взяли мощную турецкую крепость Очаков. В па­мять о победе правитель Новороссии повелел возведенную верфь на Ингуле име­новать городом Николаевом, а первый построенный на этой верфи фрегат назвать «Св. Николай». Первенец местных кора­бельных мастеров в составе эскадры адми­рала Ф.Ф. Ушакова вместе с флагманским линейным кораблем Ушакова «Св. Павел» и другими кораблями, построенными в Николаеве, громил турецкий флот, штур­мовал крепости на островах Видо и Кор­фу, участвовал в других морских сражени­ях. Фрегат «Св. Николай» прожил славную и долгую боевую жизнь. После него еще несколько боевых кораблей и транспортов носили это славное название. Традицион­но большинство русских моряков носили на шейной цепочке образок с изображе­нием св. Николая. Перед боем на кораб­лях обязательно проводилось богослуже­ние. В числе молитв моряки из поколения в поколение обязательно произносили и такую: «...Отче наш, святителю Николае, моли Христа Бога спастися душам на­шим».

Эту молитву сотворяли наши моряки с самого зарождения флота Российского.

Вот почему последними напутственны­ми словами командиров кораблей к своим экипажам перед боем были: «С нами Бог и Андреевский флаг!»

Теперь, когда нашему флоту возвраще­на его историческая символика и вновь налажены «контакты» с Богом, не исклю­чено, что в годину суровых испытаний по корабельной трансляции будет звучать властный голос командира корабля:

— Матросы! Помните: с нами Бог и Андреевский флаг!

Сейчас рассматривается вопрос о вве­дении в штаты кораблей и судов ВМФ корабельных священников. Вспомним организационную структуру Русской пра­вославной церкви в Российском флоте, су­ществовавшую до Октябрьского перево­рота 1917 года.

Главным представителем Русской пра­вославной церкви (РПЦ) в Вооруженных силах России был так называемый протопресвитер армии и флота. Накануне Фев­ральской революции эту должность зани­мал отец Георгий Шавельский. Прото­пресвитер переводится на русский язык как главный священник. Протопресвитер возглавлял также военный отдел в Святей­шем Синоде — учреждении, которое осу­ществляло руководство всеми структура­ми РПЦ. Во главе Святейшего синода сто­яло светское лицо — обер-прокурор, — которое назначалось царем, так как цер­ковь в дореволюционной России не была отделена от государства, а патриаршество было отменено Петром I. Обер-прокурор Святейшего синода обладал правами ми­нистра и входил в состав Совета Мини­стров России.

Протопресвитеру армии и флота под­чинялись все корабельные священники, а также священники морских и военных церквей. В Синоде решались вопросы о назначении и перемещении священников, а также об установлении им должностных окладов, снабжении кораблей церковным имуществом. Корабельные священники по своему церковному положению были иеромонахами, то есть священниками-монахами. Появление священнослужите­лей на кораблях имело свои исторические корни.

Религиозные верования и обряды от­разились и на самих судах. Судам, как мы уже знаем, часто давали имена святых, а носовые украшения с их изображениями, или, как они назывались, галеонные фигу­ры, как правило, связывали с названием корабля.

Изображения святых помещались также под полуютом в особых нишах. Ал­тари располагались в силу обычая там же, под полуютом, где раньше греки, римляне и карфагеняне устраивали свои божницы и помещали скульптурные изображения своих морских богов.

То, что у нас называется ют, у англи­чан зовется poop. Этот морской термин пришел к нам от латинского слова puppis, которым обозначалось место на древних судах, посвященное богам, то есть место, где хранились pupi, или изображения бо­гов. С приходом христианства под полу­ютом помещали изображения Богомате­ри и других святых. Весьма возможно, что и у нас на первых судах времен Петра и даже Екатерины икона Николы Морско­го помещалась на верхней палубе при вхо­де под полуют. Поэтому корма вообще была и остается привилегированной час­тью судна.

На кораблях русского флота участок палубы от грот-мачты до бизань-мачты или до входа под полуют, где обычно на ста­рых судах располагалось помещение командира корабля, называли шканцами. То, что у нас подразумевалось под шканцами, в английском флоте называется квартер­дек (quarter-deck: quarter — четверть, deck — палуба). Это приподнятая на 0,8— 1 метр кормовая часть верхней палубы.

Пространство шканцев на корабле каждого типа определялось приказом по Морскому ведомству. Кроме того, с нача­лом кампании русского военного корабля первым приказом командира был приказ, строго определяющий шканцы.

С удалением символа религии с верх­ней палубы почитание и уважение оста­лись и перешли к кормовому флагу и шканцам. И это понятно. Флаг, в идее пер­воначального своего зарождения, до неко­торой степени был также символом рели­гии страны, эмблемой правителя и имел в своем употреблении двойное значение. Не надо забывать также и то, что правители в течение столетий царствовали в силу пра­ва, данного свыше, были Помазанниками Божьими, а потому флаг самодержца был символом церкви и страны, центром внешнего уважения. Шканцы были, как мы уже говорили, священной частью ко­рабля с первых дней мореплавания, и по­читание их как символа, как наследие очень раннего морского обычая (оказания уважения и почтения к изображениям святых — покровителей моряков) суще­ствовало всю историю парусного флота.

Капитан английского королевского флота В. Холл, давая описание жизни на море в его время, писал в 1931 году: «Каж­дое лицо, не исключая капитана, ступив на священное место, квартердек, при­трагивается к головному убору. Ввиду того что отдание уважения относится к месту, все те, кто имеет честь быть на квартердеке в это время, обязаны от­ветить тем же. Таким образом, когда мидшипмен (мичман. — В.А.) приходит на квартердек и снимает свой головной убор, все офицеры на палубе, включая и адмирала, если он был тут же, отвеча­ют на отданную честь».

Этот обычай и его исполнение на­столько входят в плоть и кровь служащих во флоте, что исполняются автоматически даже ночью и тогда, когда никого на шкан­цах нет. У нас, православных, был обычай снимать шапку и осенять себя крестным знамением, проходя храм Божий. Испол­нение этого обычая наблюдается и сейчас в странах, где господствует католическая религия, как, например, в Италии и Испа­нии. В других странах, например во Фран­ции, в Англии, принято снимать шляпу как знак уважения при проходе могил Неиз­вестного солдата.

Офицеры русского флота часто упре­кались в либерализме, и как пример при­водилась, между прочим, манера «штатс­кого приветствия дамы» на улице снима­нием фуражки. В действительности же это делалось в силу старого обычая выражения особого почтения. Вице-адмирал Н.Н. Ко­ломейцев указывает на то, что обычай мор­ских офицеров на берегу снимать фураж­ку в ответ на отданную честь или для при­ветствия с равными сохранился до конца XIX столетия, к общему удивлению офицеров армии. Мы вправе сказать, что сня­тие фуражки при входе на шканцы есть старый обычай — традиция, короткое, лег­кое, достойное, чисто морское признание значения флага, символа страны, места представителей власти.

Наставление о значении шканцев на корабле русские моряки получали в пер­вые же дни поступления в Морской кор­пус от «стариков» — бывалых моряков, «отломавших» морскую кампанию на «Моряке» и «Невке» — первых учебных судах корпусного отряда.

Помимо обычая, и Морской устав тре­бовал от всех без исключения при входе на корабль, на шканцы, снимать фуражку, отдавая этим знак уважения и почтения флагу. Почетной стороной шканцев счита­лась правая при стоянке корабля на яко­ре, или когда он шел на фордевинд (то есть при ветре, дующем прямо в корму. В.Д), или под парами; в прочих случаях — на­ветренная. Почему почет отдавался правой стороне? В русском флоте аналогично с флотами всего мира, кроме португальско­го, признавалось превосходство правой стороны на корабле над левой. Правая сто­рона была почетной стороной. Англичане, а с ними и моряки всех других наций при­знают почетной стороной правую потому, что мыс Горн впервые был обойден с вос­тока на запад, то есть правым бортом.

Португальцы признают как почетную сторону левую потому, что их знаменитый мореплаватель Васко да Гама первым обо­гнул мыс Доброй Надежды, идя с запада на восток, то есть левым бортом.

Если шканцы признавались как святое место, то правые шканцы были святая свя­тых. На современных боевых кораблях русского флота, стоящих на якоре или боч­ке, правый трап и поныне является пара­дным.

На судах, где соблюдались традиции, правые шканцы отводились командиру и адмиралу, а также Георгиевским кавале­рам и священникам, и никто не мог быть там иначе как по службе. При входе ко-мандира корабля на шканцы все находя­щиеся на них, кроме старшего офицера и вахтенного начальника, обязаны были пе­реходить на левую или подветренную сто­рону. В присутствии флагмана на почетной стороне могли оставаться только коман­дир корабля и вахтенный начальник.

На русском военном корабле шкан­цы были местом, где совершалось бого­служение, объявлялись высочайшие пове­ления, манифесты, приказы и приговоры судов, где в старое время производились физические наказания, а позже объявля­лись словесные выговоры. Получить вы­говор от старшего офицера или команди­ра было первой формой наказания, но получить выговор с вызовом на шканцы по морской традиции считалось много серьезнее наказания быть посаженным под арест, или быть «с пикой», как это называлось во флоте. На шканцах соби­ралась команда для слушания чтения Морского устава по праздникам, что так­же являлось старым морским обычаем, существующим у нас во флоте до сих пор. На шканцах запрещалось курить и са­диться. За всякое нарушение дисципли­ны, совершенное на шканцах, наказание усугублялось.

С началом эры броненосных кораблей и миноносцев значение шканцев как та­ковых сильно уменьшилось по многим причинам, но это не значит, что они долж­ны быть забыты в будущем, а как раз на­оборот, значение их должно быть особен­но подчеркнуто, ибо на связанных со шканцами обычаях во многом покоится дисциплина.

Шканцы и теперь должны оставаться местом представителей власти и церкви, а почитание их — фундаментом воинской дисциплины.

Одной из причин уменьшения значе­ния шканцев было то, что там уже не про­водились богослужения. Для них отводи­лось специальное помещение — церков­ная палуба. Перед богослужением на церковной палубе разворачивали перенос­ной иконостас — складень — и устанавли­вали другую церковную утварь — лампа­ды, подсвечники, иконы. Богослужение проводил, как правило, корабельный свя­щенник-иеромонах, а помогал ему так на­зываемый церковник, выбираемый из чис­ла кондукторов (старшин. — В.Д.) или сверхсрочнослужащих унтер-офицеров. Последний отвечал также за сохранность церковного имущества. При отсутствии на борту священника богослужение мог про­водить специально назначенный для это­го один из корабельных офицеров, знав­ших церковную службу.

Матросам других вероисповеданий предоставлялось право отправлять свои религиозные обряды на берегу — в мече­тях, синагогах, буддийских храмах. По­давляющее большинство корабельных офицеров принадлежали к двум религи­озным конфессиям — православию и лю­теранству. Лютеранство, как правило, ис­поведовали выходцы из Прибалтики и Германии. Кроме повседневных богослу­жений, корабельный священник испове­довал офицеров и матросов, перед боем служил молебен о победе русского воин­ства, кропил пушки и другое оружие ко­рабля святой водой.

История знает немало случаев, когда корабельные священники отказывались спасаться и гибли вместе с кораблем. Та­кой героический поступок совершил, на­пример, корабельный священник минно­го транспорта «Прут» на Черном море в начале Первой мировой войны.

(1) Мавры (лат. mauri от греч. mauros) — темный — в древности римское название коренного населения Мавритании, в Средние века — в Западной Европе название мусульманского населения Пиренейского полу­острова и западной части Северной Африки.

(2) Алтарь (лат. altaria от altus — высокий) — жертвенник; первоначально место для жертвопри­ношений на открытом воздухе. В Древней Греции и Риме — отдельные сооружения; в христианских храмах — столы (престолы) для совершения таин­ства. В православных храмах с XV века алтарь назы­вается иконостасом.

Вперед
Оглавление
Назад


Главное за неделю