Подлодки Корабли Карта присутствия ВМФ Рейтинг ВМФ России и США
Какой способ жилищного обеспечения военных вы считаете наиболее оптимальным?
Жилье в натуральном виде
    63,86% (53)
Жилищная субсидия
    19,28% (16)
Военная ипотека
    16,87% (14)

Поиск на сайте

ФЛАГМАН ВОЕННО-МОРСКИХ УЧИЛИЩ РОССИИ




Первые военно-учебные заведения возникли в период создания регулярной армии и военно-морского флота. В 1698 году по инициативе Петра I были открыты артиллерий­ская и пехотная школы в Москве и мореходная школа в Азове, а в 1701 году (также в Москве) — артиллерийская инженерная и навигацкая школы.

...Был миг в истории России, когда остро стоял вопрос не только о престолонаследии, но и о судьбе державы. Либо идти ей по пути развития, либо оставаться в ветхозаветной дремоте.

Правительница Софья Алексеевна со стрелецким войском была в Москве, а 17-летний царь Петр I с потешными полками — в Преображенском. Софья решила собрать самых верных людей и идти на Преображенское, чтобы побить всех сторонников Петра I. Но среди стрельцов были люди, верные царю.

Ночью 7 августа 1689 года его разбудили известием, что стрельцы, поднятые прави­тельницей, сейчас явятся в Преображенское. Петр I вскочил с постели, босой бросился в конюшню и с горсткой единомышленников укрылся в Троице. Туда же последовали по­тешные полки.

В ту же тревожную августовскую ночь ушел к Петру I стрелецкий полк Лаврентия Панкратьевича Сухарева. И, как по сигналу, туда началось бегство войск.

Полк Сухарева разместился в слободе у Сретенской заставы с земляным валом, в ко­тором над городскими воротами возведены были сторожевые башни и укрепления. Сре­тенские ворота защищали вход в Москву со стороны нынешнего проспекта Мира.

Царь своеобразно оценил преданность полковника Сухарева. Его именем он нарек построенное на месте Сретенских ворот в 1692—1695 годах одно из самых высоких со­оружений в Первопрестольной: каменное здание с проездными воротами на Троицу и башней с часами. По преданию, автором этого архитектурного проекта является Петр I. Исполнителем работ был русский архитектор и живописец М. Чеглаков.

После принятия 20 октября 1696 года Боярской думой исторического решения «Мор­ским судам быть» и начала строительства регулярного флота Петр I предпринимает срочные меры по подготовке кадров. Особен­но велика в этом вопросе была роль Моск­вы. Именно отсюда впервые отправились для «научения морского дела» за границу знатные молодые люди: 39 человек в Ита­лию и 22 — в Голландию и Англию. Они должны были «знать чертежи и карты морские, компас, также и прочая призна­ки морские», а также изучить парусное во­оружение кораблей, устройство бегучего и стоячего такелажа и парусов, способы уп­равления парусами, как в обычном плава­нии, так и во время боя.

Однако отправка на учебу дворянских детей за границу не могла удовлетворить растущую потребность Российского фло­та в офицерских кадрах, да и дорого обхо­дилось казне.

В Москве указом Петра I от 14 января 1701 года была учреждена Школа матема­тических и навигацких наук, которая по­ложила начало морскому образованию в России. На первых порах Навигацкая шко­ла размещалась в «Мастерских палатах» на Хамовническом дворе в Кадашах. Но про­фессор Генри Фарварсон, приглашенный Петром I из-за границы для постановки учебного процесса, нашел это помещение тесным и неудобным, прежде всего для проведения астрономических наблюде­ний. После его обращения к Петру I пос­ледовал царский указ — «Об отдаче Сре­тенской (Сухаревой) башни для помеще­ния математической школы». Школой велено было ведать боярину Федору Алек­сеевичу Головину.

Вместе со знатоком математических наук и теории морского дела Генри Фарварсоном еще два англичанина — Стефан (Степан) Гвин и Ричард Грейс стали обу­чать «добровольно хотящих паче же с при­нуждением набираемых» молодых людей «математическим и навигацким, то есть мореходным, хитростным искусствам».

Сословных ограничений при приеме в школу не было, принимали юношей от 12 до 17 лет. Но поскольку набор шел с трудом, то принимали и 20-летних. В шко­ле учили грамоте, арифметике, геометрии, тригонометрии, географии, геодезии, навигации и астрономии. Обучение состояло в прохождении учениками трех ступеней или отделений: «Российской школы» (эле­ментарное отделение), «Цифровой шко­лы» (цифирное отделение), «Специальных классов» (навигацкое или морское отделение). Неграмотные новобранцы обучались в школе первой ступени, где осваивали чте­ние, письмо и основы грамматики. В шко­ле второй ступени изучали арифметику, геометрию и тригонометрию. Многие уче­ники из низших сословий на этом обуче­ние заканчивали. Они назначались писаря­ми в приказы, на низшие должности в Ад­миралтейство, учениками аптекарей и лекарей, а также на другие подобные дол­жности в других департаментах. Дети «шляхетские», то есть дворянские, и наи­более успевающие ученики из низших со­словий после сдачи промежуточных экза­менов продолжали учебу, приобретая зна­ния по географии, астрономии, геодезии и навигации.

Изучение «хитростных наук» было затруднено тем, что учебники по ним из­давались на основе старой, церковной аз­буки. Петр I 29 января 1710 года издал указ об утверждении гражданской азбуки. Преобразовать алфавит Петр I задумал в связи со своими грандиозными реформа­ми. Он стремился приблизить написание русских букв к западному, для того чтобы легче было постигать начала европейской жизни и науки. Не случайно первые оттис­ки русского гражданского шрифта были отлиты в Голландии. Первой книгой, ко­торую Петр приказал печатать новой аз­букой, стала «Геометрия». Она была изда­на за два года до официального утвержде­ния нового алфавита и 17 марта 1708 года вышла тиражом сто экземпляров специ­ально для Школы математических и нави­гацких наук. Проблему новой азбуки и ста­рой, церковной, государь решил легко. Он собственноручно исключил буквы «отъ», «омегу» и «пси», оставшиеся буквы про­существовали до следующей реформы рус­ского языка в декабре 1917 года. Были исключены буквы «ъ» (ять), «q» (фита) и «i» (ижица); Петр I заменил их собственно­ручно на «е», «ф» и «и». Признавалось нео­бязательным употребление буквы «е». Этим алфавитом мы пользуемся и в насто­ящее время.

Сухарева башня, четырехъярусное строение, вполне соответствовало назначе­нию школы. Оно размещалось на пристой­ном и высоком месте. Последнее, а также наличие башни, «где можно свободно го­ризонт видеть», позволяло учащимся де­лать обсервации (определять свое место по измеренным высотам светил), наблюдать за небесной сферой по всему горизонту. Высокие потолки и светлые помещения создавали благоприятные условия для ра­боты с картами и чертежами. Само здание как бы напоминало некий корабль, в ко­тором галереи второго яруса, опоясывав­шие здание, играли роль шканцев — само­го почетного места на парусном корабле (часть верхней палубы в его корме).

Восточная оконечность дома могла «быть увиденной» как нос корабля, запад­ная часть — как его корма.

В третьем ярусе размещались класс­ные комнаты и рапирный зал, предназна­ченный для проведения уроков фехтова­ния и гимнастических упражнений. С за­падной (кормовой) части здания был построен амфитеатр-хранилище «машкерадного кораблика», модели парусного ко­рабля, использовавшегося «для потех».

В особо торжественные дни, например, вдень празднования заключения Ништадтского мира со Швецией в 1721 году, тот кораблик с поставленными парусами, рас­цвеченный днем сигнальными флагами, а ночью фонарями, возили по улицам Мос­квы, прославляя Российский флот, чьи по­беды были существенным вкладом в дело успешного завершения многолетней вой­ны. Количество обучавшихся не превыша­ло 300—350 человек.

Ученики проходили все науки после­довательно. Определенного времени для экзаменов, переводов, выпусков не было, и учеников передавали из одного отделения в другое, или, по-тогдашнему, «из од­ной руки в другую», по мере выучки; вы­пускали из школы по мере готовности к делу и по требованию различных ведомств. На освободившиеся места сейчас же при­нимали или набирали новых учеников. Продолжительность обучения не была строго регламентирована и составляла от 4-х до 9-ти лет.

Условия обучения в школе были в духе той эпохи — довольно суровые. За ходом занятой следил не только преподаватель, но и присутствующий в классной комна­те «дядька» с хлыстом. Он наказывал за посторонние разговоры на уроке, за «чинение неудобства соседу на скамье», при­чем наказывал не разбирая чинов и званий родителей провинившихся. Но, пожалуй, равенство учеников на этом заканчивалось. Не только назначение выпускника школы во многом зависело от положения роди­телей, но даже место на скамейке в классе и за обеденным столом. За любое наруше­ние учеников наказывали розгами, обыч­но по субботам после бани. Учащиеся из благородного сословия могли откупиться от порки, выставить замену или, на худой конец, принять наказание одетыми. Уча­щихся худого рода пороли «снем штаны».

Независимо от сословия существова­ла градация между учащимися: первогод­ки именовались рябчикалш и должны были беспрекословно выполнять требо­вания и желания старших, которые по­сылали их за покупками, заставляли чи­стить свою одежду и так далее. Но до рукоприкладства дело не доходило. Дво­рянских детей для продолжения учебы по­сылали за границу, где они плавали волон­терами на военных кораблях, а по возвра­щении на родину сдавали экзамены и производились в первый офицерский чин. Бывали случаи, когда вместе с дворянами за границу посылали и воспитанников из разночинцев. Освоивших штурманское дело по возвращении в Россию назначали штурманами на боевые корабли.

Первый выпуск Навигацкой школы состоялся в 1705 году в количестве 64 человек, среди которых были будущие герои Северной войны (1700—1721), сражений при Гангуте, Эзеле и адмиралы: Н. Сенявин, П. Чихачев, В. Ларионов; ближайшие соратники Петра I: Н. Головин, С. Лопу­хин и Ф. Соймонов; мореплаватели и от­крыватели новых земель: С. Малыгин, А. Скуратов и Г. Золотарев; геодезисты И. Кириллов, М. Гвоздев, Ф. Лужин и другие.

Ответственную роль в деятельности Навигацкой школы играл Леонтий Фи­липпович Магницкий. Он был широко об­разованным человеком, знал греческий, латинский, итальянский и немецкий язы­ки. С момента основания Школы мате­матических и навигацких наук Магницкий преподавал в ней арифметику. Фактичес­ки школа держалась на нем — доверенном лице вечно отсутствовавшего Ф.А. Голови­на. Магницкий был автором известного учебника, изданного в 1703 году,— «Арифметика, сиречь наука числитель­ная...». Это целая энциклопедия матема­тики и ее приложений XVIII века. Она ох­ватывала основы алгебры, геометрии и тригонометрии и давала довольно обсто­ятельное руководство по мореходной ас­трономии и навигации со многими таб­лицами.

Сразу же после основания Санкт-Пе­тербурга (1703) на берегах Невы стало бурно развиваться военное кораблестрое­ние. Органы управления Морским ведом­ством и заведения по подготовке морских кадров стали постепенно перемещаться на берега Балтийского моря. Указом Петра I первого октября 1715 года в Санкт-Петер­бурге открыли Морскую академию или, как ее еще называли, Академию морской гвардии. Первыми ее воспитанниками были учащиеся старших классов Навигац­кой школы, которая оставалась в Москве как бы подготовительным отделением Академии. В Морской академии предпо­лагалось держать 300 учащихся, а в Нави­гацкой школе — 500 человек.

Из учителей в Петербург были переве­дены Г. Фарварсон и Степан Гвин. Во главе учителей московской школы остался Л.Ф. Магницкий с несколькими помощни­ками из лучших учеников, окончивших пол­ный курс наук. В Сухаревой башне были ос­тавлены русская и цифирная школы. Руко­водителем учебного заведения в Москве, которое просуществовало до 1752 года, ос­тался Л.Ф. Магницкий. За успехи в науках он был награжден Петром I деревнями в Тамбовской и Владимирской губерниях и домом на Лубянке. Умер Леонтий Филип­пович Магницкий в 1739 году.

Морская академия 15 декабря 1752 года была преобразована в Морской шляхетный (дворянский) кадетский корпус, который просуществовал до Великой Октябрьской социалистической революции. Из стен его вышли замечательные флотоводцы, выдаю­щиеся мореплаватели и деятели культуры, принесшие заслуженную славу отечествен­ному флоту.

В октябре 1918 года на базе Морского кадетского корпуса было создано первое учебное заведение РККФ — Курсы коман­дного состава. Ныне это Санкт-Петербур­гский военно-морской институт (Морской корпус Петра Великого, до 1999 года — Высшее военно-морское орденов Ленина и Ушакова Краснознаменное училище им. М.В. Фрунзе).

Старейшее военно-морское училище окончили многие выдающиеся советские и российские флотоводцы и деятели фло­та, герои Гражданской и Великой Отече­ственной войны, командующие флотами и флотилиями, адмиралы и офицеры. В училище готовится достойная смена про­должателей дела старших поколений мо­ряков Российского флота.

...Велика роль московской Навигацкой школы в становлении регулярного Россий­ского флота. Помимо того, что она дала государству собственных отечественных строителей, архитекторов, геодезистов, школа готовила первых российских морс­ких специалистов. Ее первые выпускники несли службу на кораблях флота, участво­вали в боях и походах, были руководите­лями крупных географических экспеди­ций и открытий.

Вперед
Оглавление
Назад


Главное за неделю