Подлодки Корабли Карта присутствия ВМФ Рейтинг ВМФ России и США
Какой способ жилищного обеспечения военных вы считаете наиболее оптимальным?
Жилье в натуральном виде
    64,10% (50)
Жилищная субсидия
    17,95% (14)
Военная ипотека
    17,95% (14)

Поиск на сайте

Тенденции изменения содержания военных угроз военной безопасности Российской Федерации на среднесрочную перспективу

Генерал-полковник А.С. СКВОРЦОВ,
кандидат политических наук, доцент;
подполковник Д.А. КРУГЛИКОВ,
кандидат технических наук,
старший научный сотрудник

Военная безопасность России — важнейший компонент ее национальной безопасности, под которой понимается состояние защищенности личности, общества и государства от внешних и внутренних военных угроз. Главной целью обеспечения военной безопасности является оценка, предотвращение, локализация и нейтрализация военных угроз, создание благоприятных внешних условий существования и развития России.

Анализ тенденций изменения содержания собственно военных угроз военной безопасности Российской Федерации на различных стратегических направлениях и внутри страны показывает, что наиболее реальными для России являются существующие и потенциальные очаги локальных войн и вооруженных конфликтов в ее приграничных районах. При этом возникновение новых центров враждебных сил вблизи границ России и на постсоветском пространстве, активизируемых деятельностью США и их союзниками, ведет к недопущению возрождения России в качестве мировой экономической и военной державы, способной самостоятельно отстаивать свои национальные интересы.

Так, в новой военной стратегии США предусматривается сохранение группировок передового базирования в Европе, АТР и других регионах мира, где этого потребуют интересы Вашингтона. Главным театром военных действий считается богатая природными и энергетическими ресурсами Азия, что может рассматриваться как стремление США обеспечить свое военное присутствие в районах, непосредственно примыкающих к границам РФ для оперативного применения своих вооруженных сил в сочетании с невоенными средствами достижения внешнеполитических целей.

В новой стратегии национальной безопасности США по существу отвергается концепция сдерживания, которая определяла всю оборонную политику в годы «холодной войны», в пользу агрессивной упреждающей политики в отношении враждебных государств и террористических групп. В новой ядерной стратегии говорится о праве Соединенных Штатов в одностороннем порядке прекращать сокращение ядерных сил и начинать их наращивание в случаях непредвиденных угроз. При этом большая часть снятых боеголовок и «разгруженных носителей» не уничтожается, а переводится в резерв для последующего формирования так называемых «гибких сил», предназначенных для реагирования на протяженные по времени угрозы.

Однако кризис на Ближнем Востоке показал, что в настоящее время США выступают в качестве мирового лидера, не считающегося ни с чьим мнением, кроме своих амбиций. Подтверждением этого является начало боевых действий в Ираке без санкций Совета Безопасности ООН, а также выпад министра обороны США в адрес своего ближайшего союзника за неделю до начала войны: «Америка в войне с Ираком может обойтись без Великобритании», поскольку та собиралась продлить ультиматум Ираку. Кроме того, в охваченной военным пылом Америке все чаще звучат призывы к демонтажу системы безопасности вместе с самой Организацией Объединенных Наций. Ради этого США готовы даже отказаться от союзнических отношений с рядом традиционных партнеров в Западной Европе.

Новая система глобальной безопасности, по мнению Вашингтона, должна строиться не на принципах обороны и не на ударах возмездия, как это было на протяжении последнего полувека, а на силовом предотвращении потенциальных угроз. По мнению аналитиков США, борьба с терроризмом показала, что надежной защиты от него нет, а ответные удары бессмысленны, ибо террористы не обладают ни государственными структурами и армией, которые нужно разгромить, ни президентами, способными подписать договор о капитуляции, ни экономикой, на которую можно наложить эмбарго. Тем не менее, несмотря на противоречивость вышесказанного с ситуацией в Ираке, взвешивать легитимность военной операции на весах международного права, как это предлагает Россия, Франция и Германия, не имеет для Вашингтона смысла. Сегодня непосредственной угрозой для глобальной безопасности выступил Ирак, а не Саудовская Аравия, выходцы из которой таранили здания Всемирного торгового центра 11 сентября. Следующими на повестке дня могут стать Иран и Северная Корея, а это уже непосредственная близость от государственной границы России.

Главным инструментом проведения такой политики до недавнего времени являлся блок НАТО, который по своей экономической и военной мощи значительно превосходит Вооруженные силы России и ее союзников. Фактическое расширение НАТО на саммите альянса в ноябре 2002 г. с последующим членством де-юре в 2004 г. может привести к созданию сплошного военно-силового поля НАТО вдоль российских границ: от стран Балтии на северо-западе, через Польшу, Чехию и Словакию в Центральной Европе до Болгарии, Греции, Румынии и Турции на юге. Однако раскол среди союзников по блоку в вопросе силовой операции против Багдада ставит под сомнение будущее НАТО, особенно в том виде, в котором альянс существует сейчас. При этом следует вспомнить, что Франция и Германия, занявшие жесткую антивоенную позицию в отношении Ирака, подверглись яростной критике и давлению со стороны США: от экономических и политических угроз до абсурдного переименования названия французских продуктов. Другие страны, например Испания, Португалия и Италия, на словах активно поддерживающие Америку, открыли для США лишь военные базы, в то время как согласие Турции было «выкуплено» Вашингтоном у ее парламента уже в ходе военных действий.

Политическим нападкам подверглась даже Россия. Так, посол США в РФ Александр Вершбоу предостерег о возможных последствиях в случае наложения Россией вето на войну в Ираке: «Есть большая разница между вето России и ее решением воздержаться. Тот или иной шаг будет совсем по-разному интерпретирован народом США, конгрессом. Отношения России и НАТО только начинают приносить свои плоды. Будет жаль, если прогресс в этих областях будет отложен или вовсе обращен вспять из-за серьезных разногласий по Ираку». Это свидетельствует о возможном изменении характера двусторонних отношений между США и Россией уже в ближайшей перспективе.

Таким образом, предлагаемая США система глобальной безопасности будет направлена, прежде всего, на оправдание наращивания своей военной мощи, а также на утверждение Вашингтона в роли мирового арбитра, диктующего условия не с позиции здравого смысла, а с позиции силы.

В этих условиях тенденции изменения содержания военных угроз военной безопасности Российской Федерации на среднесрочную перспективу будут характеризоваться следующим образом.

Северо-Западное направление (СЗН).


В северных и северо-западных районах РФ находятся огромные минеральные, лесные и водные ресурсы, сосредоточена значительная часть предприятий научно-промышленного комплекса страны, в том числе связанных с разработкой и освоением нефтегазовых месторождений. В связи с ограничением доступа России к Черному и Балтийскому морям важное стратегическое значение имеет открытый выход через Баренцево море в Атлантический океан. Немаловажную роль в обеспечении продовольственной безопасности страны играет рыбный промысел в Баренцевом море и северо-восточной части Атлантического океана.

Вместе с тем особый интерес США и Норвегии продолжает привлекать отсутствие законодательного закрепления наших арктических границ, а это полностью или частично территории шести республик, трех краев, десяти областей и восьми автономных округов России. На огромной территории, составляющей около 40% РФ, проживает 8% населения. На российском Севере добывают более 90% газа, 75% нефти, 90% олова, большую часть золота, алмазов, меди, никеля, 15% угля, вырабатывается 17% электроэнергии и производится половина продукции лесной и деревообрабатывающей промышленности страны. Поводом такой заинтересованности является сложившаяся здесь парадоксальная ситуация: при наличии огромных ресурсов не хватает рабочей силы для их разработки, отсутствует вложение капитала, скудеют местные бюджеты. Кроме того, обострившаяся демографическая ситуация в северных районах страны, например, в Мурманской области и Карелии, разобщенность транспортной инфраструктуры северных регионов, диспропорция в экономическом развитии Москвы и Санкт-Петербурга с северо-западными районами способствует дезинтеграции России.

Продолжает вызывать озабоченность возрастание противоправной деятельности криминальных структур в сфере добычи и переработки ресурсов, промышленного производства, экономики и финансов, проникновение боевиков и террористических групп в «особо охраняемые» города и районы Западно-Европейской части России (теракт в Москве на Дубровке).

На этом фоне позитивным фактором выступает оборонительный характер военных доктрин северных соседей России — Норвегии, Швеции и Финляндии. Однако после ноябрьского саммита НАТО 2002 г. нейтральные Швеция и Финляндия заговорили об отходе от своих принципов и вероятном вступлении в ряды альянса. Кроме того, в СМИ Швеции появились публикации вариантов сценариев возможной войны с Россией, а в прессе Финляндии усилилась дискуссия по «Карельской проблеме», в частности, о возвращении Выборга и прилегающих территорий Карельского перешейка.

Особую озабоченность России вызывает военная активность США и НАТО на севере Норвегии и в омывающих ее морях. Постоянно находящиеся здесь войска НАТО периодически проводят учения от традиционных ежегодных и многотысячных маневров типа «Джойнт Винтер» и «Нордик Пис» до взводных и ротных, улучшается военная инфраструктура, осуществляется постоянное патрулирование приграничных с Россией районов авиацией и военными кораблями альянса.

Тем не менее, рейд российского противолодочного корабля «Северодвинск» в район архипелага Шпицберген летом 2002 г., одной из причин которого была просьба российских рыбаков о защите их в рыбоохранной зоне Шпицбергена, вызвал большой резонанс в Норвегии. Москва не признает объявленный Осло суверенитет над этой богатой биоресурсами зоной, что уже не раз приводило к задержанию наших траулеров. В Осло опасаются увязки российской дипломатией разграничения «серой зоны» Баренцева моря и проблемы экономической зоны вокруг Шпицбергена. Борьба за ресурсы обостряется. Одновременно с этим усиливается военная активность и на Шпицбергене — архипелаге, переданном в 1920 г. под суверенитет Норвегии «на особых условиях», одним из которых является его демилитаризованный статус. В настоящее время здесь расположена телеметрическая станция (пос. Нью-Олесунн), которая наравне с наблюдением за космическими объектами подключена к специальной системе НАТО, а также мобильный ракетный полигон. В прилегающих к архипелагу водах боевые самолеты альянса отрабатывают задачи боевого применения в условиях Крайнего Севера.

Повышенное внимание США к Арктическому бассейну не случайно, ибо это один из наиболее вероятных районов боевых операций американских подводных лодок в случае военного конфликта с Россией. В составе ВМС США около 30 субмарин уже приспособлены к действиям подо льдами. Ежегодно они совершают до 4 арктических походов.

Более оптимистичные прогнозы связаны с Эстонией, которая еще в середине 90-х годов заявила о том, что «на ее территории не будут располагаться базы альянса». Более того, Эстония присоединилась к Договору о нераспространении ядерного оружия. Однако в качестве будущего члена НАТО Эстония готова в случае необходимости предоставить для альянса свою военную инфраструктуру, например авиационную базу под Тарту или вспомогательный аэродром в Эмари.

В то же время Латвия уже сейчас готова предоставить свои аэродромы для приема натовской авиации и участвовать в операции США в Ираке. В конце января 2004г. на аэродроме в городе Вентспилсе (западное побережье Латвии) была установлена РЛС — АСР-7, подаренная Норвегией, которую планируется использовать для нужд ВС страны. Одновременно с этим ведется установка в Резекненском районе новейшей РЛС американского производства ТРС-117, которая уже в июле — августе 2003 г. стала частью единой системы контроля за воздушным пространством «Балтнет», созданной тремя прибалтийскими государствами в 2000 г., а в будущем может быть интегрирована в инфраструктуру НАТО.

Вместе с тем остается вероятность возникновения конфликтных ситуаций на почве ущемления прав русскоязычного населения в Эстонии и Латвии, а также в связи с нерешенностью территориальных проблем. Так, Эстония требует от России более 2.000 км2 территории, в частности, территорию Псково-Печерского монастыря, г. Изборск и Иван-город в Ленинградской области, а Латвия — часть Пыталовского района Псковской области. При этом усугубляющим фактором является намеченное на 2004 г. вступление Эстонии и Латвии в НАТО.

Проведенный анализ показывает, что в случае эскалации военно- политического противостояния РФ и государств НАТО на СЗН существует вероятность блокирования России со стороны Баренцева и Балтийского морей с последующим оказанием на нее силового давления силами альянса. Однако в ближайшей перспективе возникновение прямой военной агрессии против России на СЗН является маловероятным.

Западное направление (ЗН).


Официальное приглашение Литве вступить в НАТО (ноябрь 2002 г.) предопределило изоляцию группировки российских войск в Калининградской области силами альянса на суше и с моря, что существенно ухудшило стратегическое положение России в Балтийском бассейне. Это в свою очередь привело к качественному изменению военно-стратегической ситуации в регионе в целом. Уже сейчас в СМИ широко развернута дискуссия о будущем статусе Калининградской области, на которую одновременно претендуют Литва, Польша и Германия. Вместе с тем, несмотря на существующие территориальные проблемы с Россией и Белоруссией и нарушение прав русскоязычного населения, Литва всеми силами старается оправдать свое членство в НАТО путем оказания действенной помощи силам альянса в регионе. В этой связи ближайшими задачами Литвы является превращение Шяуляйского международного аэропорта в авиабазу НАТО, а также создание на аэродроме под Шяуляем в местечке Зокняй базы «для приема подкреплений». Этот объект уже внесен в планы расширения альянса.

Калининград — это опорный пункт, который, с одной стороны, занимает уникальное стратегическое положение в качестве форпоста России на Балтике, а с другой — является в экономическом и социальном плане одним из наиболее неблагоприятных регионов страны. Последнее объясняется в основном резкой сменой геополитических сил на Балтике в результате разрушения Советского Союза, непоследовательной и ошибочной государственной экономической политики в отношении области, резким возрастанием иностранного влияния, в частности германского. Именно анклавным географическим положением области обусловлена ее государственно-политическая и экономическая слабость. Ползучая экспансия по отношению к анклаву видна во всех сферах общественной жизни и, прежде всего, в экономической: активное создание совместных предприятий, избирательное кредитование и приватизация местных предприятий, ущемление интересов российских предпринимателей. В политической жизни процветает подкуп и шантаж политиков области и центра, антироссийские заявления на государственном уровне, призыв общественных организаций соседних государств о пересмотре границ. В культурно-идеологической сфере усиливается теле- и радиопропаганда за совместное управление анклавом России и Германии. В области не прекращается деятельность иностранных разведок, активизировался промышленный шпионаж.

Озабоченность вызывает и спланированное на 2004 г. расширение Европейского союза (ЕС), в ряды которого планируется принять еще 10 государств. В их числе пять бывших государств соцлагеря — Венгрия, Польша, Словакия, Словения, Чехия, три бывшие республики СССР — Латвия, Литва, Эстония, а также Кипр и Мальта. В перспективе ожидается прием в ЕС Болгарии и Румынии. В январе 2003 г. НАТО и ЕС закрепили свои отношения в Декларации о стратегическом партнерстве. Этот документ предоставляет ЕС технические возможности для проведения собственных военных и миротворческих операций. ЕС отныне разрешено использовать натовский потенциал военного планирования и тылового обеспечения, а также разведслужб альянса.

Кроме того, Евросоюз уже в ближайшее время может заявить о себе как о мощном политическом объединении свободных государств, имеющих, с одной стороны, национальные вооруженные силы, а с другой — 60-тысячный корпус объединенных сил быстрого реагирования. Ожидается, что в еврокорпус войдут четыре танковые и механизированные дивизии, укомплектованные военнослужащими Франции, Германии, Испании, Бельгии и Люксембурга. Евроармия будет направляться в «горячие» точки континента и проблемные регионы, особенно туда, где конфликты уже разразились и их урегулирование, в силу ряда причин, затруднено. Сегодня на повестке дня, наравне с Балканами, стоят конфликты на Северном Кавказе, в Абхазии, Карабахе, Приднестровье и других районах постсоветского пространства.

В то же время создание европейских сил быстрого развертывания может рассматриваться в качестве первого шага, направленного на уменьшение в перспективе военно-политического присутствия США в Европе и ослабление роли НАТО. Свидетельством этого являются серьезные разногласия США с ведущими европейскими странами, в числе которых пять стран-организаторов евроармии (за исключением Испании) оказались наиболее решительными противниками силовой акции в Ираке.

Что касается наметившегося расширения Евросоюза, то, по мнению европейских аналитиков, для так называемой Вильнюсской группы вопрос с членством еще далек от окончательного решения, поскольку всегда «при желании можно найти повод, чтобы заблокировать вступление строптивых новичков». Тем не менее, десять посткоммунистических государств, стремящихся в НАТО, недвусмысленно дали понять, в какой лагерь они вольются, когда рано или поздно будут приняты в Евросоюз.

В этой связи обращает на себя внимание заявление Польши об оказании «всесторонней помощи», наравне с участием в антииракской операции, «в некоторых бывших советских республиках и на юге России, так как там имеются элементы нестабильности ». Кроме того, трехлетие своего пребывания в НАТО Польша отметила проведением ряда крупных учений на своей территории, которые имеют недружественную в отношении России направленность.

Что касается постсоветского пространства, то одним из наиболее взрывоопасных регионов продолжает оставаться Приднестровье. С учетом того, что Молдавия все более ориентируется на Запад, а Россия в соответствии с взятыми на себя обязательствами должна вывести свое оружие с территории Приднестровья, США все больше включаются в процесс урегулирования этого конфликта. В этих целях Вашингтон готов рассмотреть комплекс мер против режима Тирасполя, вплоть до использования Североатлантическим альянсом силы для ликвидации фактической независимости Приднестровья. При этом одним из сценариев развития обстановки в Молдавии рассматривается ее расчленение: Бессарабия отходит к Румынии, а Приднестровье — к Украине, что в конечном итоге может привести к потере Россией своего влияния в этом регионе. Тем не менее, очередной раунд переговоров по урегулированию приднестровского конфликта, прошедший 19 марта с.г. в Кишиневе при участии посредников — России, Украины и ОБСЕ, может иметь положительный резонанс как для стабилизации мира в регионе, так и для самой России. Согласно предложенному президентом Молдавии Владимиром Ворониным плану конфликт планируется разрешить с помощью новой конституции, которая должна быть принята в ходе референдума примерно через год. Если все пройдет по предложенному плану, то выборы в единый парламент могут состояться уже в начале 2005 г.

Таким образом, потенциальными источниками возникновения кризисной ситуации на ЗН может стать раскол в рядах НАТО и ЕС, неурегулированность статуса Калининградской области с учетом притязаний Литвы, Польши и Германии, конфликт в Приднестровье, а также возможные территориальные споры Польши с Республикой Беларусь и Германией. Тем не менее, развязывание военных действий на ЗН, как результат прямой конфронтации России со странами НАТО, является маловероятным.

Юго-Западное направление (ЮЗН).


На ЮЗН военная опасность для Российской Федерации будет исходить прежде всего от нестабильности процессов разрешения территориальных, национально-этнических и конфессиональных споров на территории Турции, Северного Кавказа и в республиках Закавказья, перераспределения сфер влияния между традиционными и вновь образующимися центрами силы, участвующими в распределении нефти и газа Каспийского бассейна.

Рост этнополитической напряженности на Кавказе привлекает все большее внимание Турции, которая претендует здесь на роль регионального лидера. Ее геополитическое положение позволяет осуществлять контроль над Балканами, Кавказом и Ближним Востоком. В Вашингтоне считают, что для бывших советских республик Анкара должна под вывеской «тюркской солидарности», ориентированной на учет азиатской специфики, стать проводником прозападного курса. Более того, США рассматривает Турцию как одного из ключевых союзников в силовой операции против Ирака. В свою очередь турецкий парламент заявляет, что лишь путем «инвестиционных вливаний» в размере не менее 30 млрд. долларов Вашингтон может рассчитывать их на помощь. Тем не менее, Пентагон продолжает рассматривать использование авиабаз на территории Турции, в частности Анкары, Ин- джирлика, Малатьи и Диярбакыра, и для подавления конфликтов на постсоветском пространстве в Абхазии, Осетии и Карабахе.

Растущую озабоченность представляет проблема судоходства российских крупнотоннажных танкеров в Босфоре и Дарданеллах. Анкара заявляет, что не «допустит превращение проливов в нефтепровод и, соответственно, те, кто вывозит нефть из портов на Черноморском побережье Кавказа, должны искать другие маршруты» (имеется в виду магистраль Баку — Тбилиси — Джейхан, строительство которой началось в октябре 2002 г.). В случае прокладки нефтепровода в турецкий Джейхан, а не по маршруту Баку — Новороссийск, будет существенно подорвано влияние России в Закавказье, что позволит Турции реализовать как свои, так и американские геополитические и геостратегические интересы в регионе. Однако разрастание внутренних проблем Анкары, связанных в первую очередь с гуманитарными последствиями войны в Ираке, а также возможным охлаждением отношений с США из-за парламентских проволочек, может вызвать новый виток эскалации напряженности в регионе. Это, в свою очередь, отразится и на ряде стран Закавказья, таких как Грузия и Азербайджан, занимающих в последнее время проамериканскую позицию.

Их готовность стать членами НАТО и разместить на своей территории базы альянса можно рассматривать как стремление разрешить свои территориальные споры силовым путем, причем желательно «руками» США и их союзников. В случае вовлечения Грузии и Азербайджана в процесс расширения НАТО Россия может оказаться перед фактом формирования геостратегического коридора для прямого выхода стран НАТО в район Каспийского моря и Центральной Азии, что является непосредственной военной угрозой военной безопасности России.

В настоящее время наиболее активным проводником американских интересов на Кавказе является Грузия. Несмотря на то, что Россия без всяких оговорок признает ее территориальную целостность, в реальности она существует лишь юридически, поскольку официальный Тбилиси давно уже не властен над Абхазией и Южной Осетией.

На состоявшихся в Сочи переговорах президентов России и Грузии была разрешена часть вопросов, касавшихся урегулирования грузино-абхазской проблемы. В частности, запланировано восстановление Ингури-ГЭС и железной дороги Сочи-Тбилиси, а также принято решение о «безмандатном» пребывании в Гальском районе российских миротворцев. Однако официальный Сухуми отверг предложение президента Грузии о вхождении Абхазии в ее состав. Ассоциированное членство в России, по мнению абхазской стороны, является одним из ключевых решений данной проблемы.

В настоящее время ситуация на российско-грузинской границе продолжает оставаться весьма непростой. По сообщениям ИТАР-ТАСС американские разведывательные самолеты типа U-2 регулярно вторгаются в воздушное пространство РОССИИ СО стороны Грузии.

Другим государством, активно содействующим распространению американского влияния на постсоветском пространстве, является Азербайджан. Особый интерес к Азербайджану со стороны США и их основных союзников объясняется прежде всего тем, что без азербайджанского участия «проект по транспортировке запасов нефти и газа Каспийского моря будет выглядеть достаточно отвлеченной от реалий фантазией».

Платой Азербайджану может стать более активная поддержка США и НАТО на разрешении проблемы Нагорного Карабаха. В свою очередь официальный Баку связывает выход из карабахского тупика, прежде всего, с Вашингтоном и Брюсселем. Таким образом, в подходах Азербайджана, США и ряда других стран НАТО наблюдается совпадение интересов, что превращает их в настоящих союзников. Поэтому нельзя исключать возможность втягивания России в вооруженный конфликт для выполнения своих союзнических обязательств по оказанию помощи Армении.

Вместе с тем Азербайджан, граничащий с Ираном, представляется весьма удобной площадкой для базирования ударной авиации США и их союзников в случае гипотетической военной операции против этой страны, которая включена Вашингтоном в так называемую «ось зла». Ситуация может обостриться после мартовского заявления главы МАГАТЭ о практической готовности Ирана к производству обогащенного урана, что, по мнению США, равносильно производству ядерного оружия.

В этой связи возможен пересмотр военно-политическим руководством США своих позиций по невмешательству в ситуацию в регионе, что может перерасти в прямую военную агрессию Вашингтона и его союзников с целью достижения своих политических и экономических целей в этом стратегически важном для Москвы регионе.

Наиболее острой и сложной проблемой, которая определяет настоящее и будущее как России, так и всего Кавказского региона, является мирное урегулирование в Чечне. Именно эта республика стала сосредоточием комплекса деструктивных факторов, угрожающих самим основам стабильности и безопасности Российской Федерации. Важнейшими из них являются:

накапливавшийся десятилетиями сепаратистский потенциал; специфика образа жизни и «военного сознания» коренного населения Чечни, подкрепленные радикальными исламскими идеями и амбициозностью ряда национальных лидеров; социально-экономические проблемы, усугубившиеся после развала СССР; активное внешнее вмешательство в дела региона, в том числе структур, связанных с международным терроризмом.

Сохранение на Северном Кавказе сложной обстановки целенаправленно используется противниками возрождения России В качестве сильного государства, которые имеются не только внутри страны, но и за рубежом. Активные действия радикальных сепаратистских и религиозных сил при поддержке извне могут способствовать проведению США и их союзниками вблизи от границ России военной операции с явным прицелом на иторжение в пределы Чечни. Под флагом борьбы с международным терроризмом и за права человека возможно установление контроля над Грузией, Азербайджаном и Чечней. России в этом случае придется вновь потесниться в подконтрольном ей геополитическом пространстве. Поэтому прошедший в Чечне референдум должен стать залогом начала стабилизации обстановки в регионе.

Таким образом, наибольшую опасность на ЮЗН для безопасности и территориальной целостности России могут представлять гуманитарные и экологические последствия войны в Ираке, попытки США насильственного свержения власти в ряде стран «оси зла», а также эскалация конфликтов на Северном Кавказе и в республиках Закавказья. Активные действия радикальных сепаратистских и религиозных сил при поддержке извне могут способствовать проведению США и их союзниками военной операции по борьбе с международным терроризмом как на территории Чечни, так и вблизи с границами России с целью установления контроля над Грузией и Азербайджаном, а также решения спора по Нагорному Карабаху. Поэтому нельзя исключать возможность втягивания России в вооруженный конфликт для выполнения своих союзнических обязательств по оказанию помощи Армении.

Центрально-Азиатское направление (ЦАН).


В настоящее время в Центральной Азии процесс политико- экономического объединения стран постсоветского пространства усиливается активизацией борьбы с международным терроризмом и экстремизмом, а также решением проблем совместного использования жизненно важных природных и техногенных ресурсов.

Вместе с тем военно-политическая обстановка в регионе остается сложной. Именно отсюда исходят основные угрозы международной безопасности, связанные прежде всего с региональной нестабильностью, экспансией идей радикального ислама, международным терроризмом, распространением наркотиков и неконтролируемой миграцией.

Несмотря на объявленный разгром талибов в Афганистане, многие транснациональные террористические структуры не прекратили свою деятельность. Они ушли в глубокое подполье, но опасность, исходящая от них, по-прежнему крайне велика. Активизация террористической деятельности исламских экстремистов свидетельствует о неспособности правоохранительных органов и ВС США обеспечить необходимый уровень безопасности в стране. Весьма сложной остается обстановка в южных и восточных районах Афганистана, при этом в тактике вооруженных формирований, противостоящих правительственным войскам, имеется немало аналогий с Чечней.

Продолжает усиливаться влияние Вашингтона на бывшие советские центрально-азиатские республики. Основную ставку правительство США делает на Узбекистан, который в 1999 г. вышел из Договора о коллективной безопасности СНГ и «способен возглавить процесс стратегической переориентации государств Центральной Азии с России на США». Кроме того, США ищут надежного союзника рядом с Каспийским морем, в районе с большими запасами нефти и газа. Первым результатом такой деятельности является закрепление США на авиабазах Ханабад, Кокайды и Тузель (Узбекистан), Манас (Киргизия), Айни и Куляб (Таджикистан), что позволяет Вашингтону не только готовить операцию против Ирака с этого направления, но и контролировать всю Центральную Азию.

В случае ПОСТОЯННОГО военного присутствия США и сил альянса на территории Центральной Азии у России могут возникнуть проблемы, связанные с изменением геополитической обстановки на южных границах, когда потенциальный противник пилотную приблизится к районам развертывания стратегических резервов ее ВС. Кроме того, ряд стратегических военных объектов, находящихся на постсоветской территории Центральной Азии, таких, как космодром Байконур или полигон Сары- Шаган, могут оказаться в полной изоляции. В этой связи позитивным шагом является договоренность России с Киргизией о создании в Канте авиабазы коллективных сил быстрого развертывания государств — членов Договора о коллективной безопасности. Вместе с тем динамика развития военно-политической обстановки в Центральной Азии все больше приобретает не только антииракскую, но и антииранскую направленность. Это во многом объясняется тем, что Тегеран продолжает реализовывать свою ракетную программу. Разрабатываемые баллистические ракеты типа «Шахаб» способны достичь Тель-Авива, всех американских военных баз в зоне Персидского залива, а также таких российских городов, как Ростов-на-Дону, Волгоград и Астрахань. В последнее время возросла опасность изоляции и полного окружения Ирана. С востока и юга он блокирован ВМС США и Великобритании. На севере, в том числе и на постсоветском пространстве, постепенно усиливается американское военное присутствие, которое в перспективе может быть использовано для проведения военной операции против Ирана.

Однако главной опасностью в Центральной Азии на сегодняшний день остается активизация и распространение исламского экстремизма, особенно в южных районах РФ и прилегающем к ним постсоветском пространстве, где преобладает мусульманское население. Многочисленные эмиссары из Саудовской Аравии, Турции, Ирана и Арабских Эмиратов стремятся убедить коренное население в том, что оно имеет теперь возможность влиться в семью мусульманских народов.

Всплеск национального экстремизма наиболее показателен на примере Ферганской долины, расположенной на территории Узбекистана, Киргизии и Таджикистана. В настоящий момент здесь во главе радикального движения стоит партия «Хизб ут-Тахрир», ставящая своей конечной целью создание на территории бывших советских среднеазиатских республик исламского халифата.

Деятельность уйгурских исламских организаций также грозит стать источником вооруженного конфликта с вовлечением в него Китая и центрально-азиатских республик СНГ. На сегодняшний день уйгурские сепаратисты действуют на территории Синьцзян-Уйгурского автономного района КНР по созданию здесь независимого государства Уйгурстан, в которое в будущем хотят включить Чиликский район Алма-атинской области Казахстана и восточные районы Киргизии. Положение осложняется тем, что на территории Центральной Азии (главным образом в Киргизии и Казахстане) живет около 400 тыс. уйгуров, многие из которых поддерживают «борьбу за свободу» своих соплеменников по ту сторону границы.

Следует отметить, что национальная политика Китая способствует разжиганию уйгурского сепаратизма, поскольку поощряется массовое переселение этнических китайцев в Синьцзян. Естественно, это вызывает недовольство уйгуров, казахов и представителей других коренных этносов Синьцзяна. Тем не менее Китай продолжает активизировать свою политику в регионе. Так, Пекин уже добился выгодного урегулирования пограничных проблем с Казахстаном, Киргизией и Таджикистаном. Следующим шагом намечено усиление давления на Центральную Азию с целью предоставления новых преференций китайскому бизнесу в регионе.

Таким образом, дальнейшее возрастание роли радикального ислама на ЦАН способствует усилению противопоставления ислама другим конфессиям в районах, где преобладает мусульманское население, сепаратистских тенденций на национально-религиозной почве внутри России и на постсоветском пространстве. Продолжающееся наращивание США своего военного присутствия на территории ряда стран Центральной Азии будет способствовать ухудшению геополитической обстановки на южных границах России. Однако втягивание России в этнокон- фессиональные вооруженные конфликты на ЦАН является маловероятным.

Сибирское направление (СибН).


Огромная часть российской территории от Сибири до Дальнего Востока — это гигантский регион, богатый практически всеми видами сырья и энергоресурсов, огромными массивами тайги. На Сибирь и Дальний Восток приходится 1/2 мировых запасов угля и почти 1/3 — нефти и газа. От севера Тюменской области до Республики Алтай создан огромный индустриальный и промышленный комплекс с природными и людскими ресурсами, относительно развитыми транспортными связями и научно-промышленным потенциалом. Большая часть же Восточной Сибири представляет относительно слабое звено в геополитической и экономической структуре России, что в первую очередь связано со слаборазвитой и нестабильной экономикой при мощной ресурсной базе, растянутостью транспортных коммуникаций, а также низкой плотностью трудоспособного населения региона. В то же время специфическими условиями развития Китая является ограниченность природных ресурсов, особенно пахотных земель и пресной воды, при огромном людском потенциале и низкой стоимости рабочей силы. Это способствует активизации миграции, в том числе и нелегальной, китайского населения на территорию близлежащих государств, и в первую очередь в Забайкалье и на Дальний Восток.

При этом необходимо учитывать, что население Средней Азии в среднем удваивается каждые 20 — 25 лет, а его расселение жестко ограничено пустынями и высокогорными территориями. В силу этого устремления китайцев, как узбеков, казахов и киргизов, на жизненные пространства Алтая и Сибири вполне предсказуемы. Кроме того, на этой почве, несмотря на временное урегулирование территориальных споров Китая с Казахстаном, Киргизией и Таджикистаном, остается вероятность возникновения территориальных этнических конфликтов с вмешательством монголов, проживающих на северо-западе Китая во Внутренней Монголии.

Что касается Монголии, то она не стремится к расширению своей территории и проводит традиционную дружественную политику в отношении России.

Таким образом, в настоящее время основную опасность на СибН представляет демографическая экспансия среднеазиатских государств и Китая в приграничные районы России и вглубь Сибири вплоть до Урала. Вместе с тем участие России в этнических территориальных конфликтах на СибН маловероятно.

Дальневосточное направление (ДВН).


С геополитической, военной и экономической точки зрения самой уязвимой частью РФ является граница с Китаем. Неизбежная демографическая экспансия Китая, его динамичное превращение в мощную в военно-экономическом отношении мировую державу может обусловить возникновение угрозы военной безопасности России. Учитывая это, в ходе декабрьского визита Президента России Владимира Путина в Китай была подписана двусторонняя декларация «Россия и Китай в современном мире», в которой стороны определили перспективы развития двусторонних отношений на ближайшую перспективу и провозгласили курс на дальнейшее углубление стратегического партнерства.

Также в декларации было отмечено, что появились «условия, наиболее благоприятные для отыскания приемлемого для обеих сторон проекта по решению проблем китайско-российской границы». При этом Москвой был поставлен вопрос о снятии китайских притязаний на три российских острова, расположенных на Амуре и Уссури, а также сделан ряд шагов в защиту национальных интересов в экономической сфере. В результате официального визита Президента РФ В.В. Путина в Китай в октябре 2004 г. пограничные вопросы были решены.

Немаловажным фактом является поддержка Пекином взглядов Москвы на разрешение иракского кризиса, нераспространение ядерного и химического оружия, американские планы развертывания систем НПРО в Восточной Азии, а также поиск выхода из ситуации на Корейском полуострове.

Тем не менее смена поколений в китайском руководстве может привести к самым неожиданным последствиям для России.

Так, в частности, нельзя исключать, что со временем может быть достигнуто соглашение между Пекином и Вашингтоном в вопросе о судьбе Тайваня. В Белом доме вполне серьезно обсуждают возможность мирного присоединения острова к континентальному Китаю на таких же условиях, как это было сделано с Гонконгом и Макао. Кроме того, США заинтересованы в развитии экономического сотрудничества с КНР, где сосредоточена «треть всей мировой электроники». В обмен на экономические послабления американским компаниям Пекин может получить доступ к последним американским научным разработкам. Вместе с тем опасение вызывает и наращивание военной мощи Китая. Благодаря военно-техническому сотрудничеству с Россией «Китай совершил переход от эксплуатации вооружений второго поколения к использованию техники четвертого поколения ». Китай уже сейчас обладает превосходством в обычных вооружениях и военной технике над российскими Вооруженными Силами, а по прогнозам американских специалистов, его ВС к 2015 г. будут сопоставимы с ВС США и в дальнейшем опередят их по уровню своего развития. Вследствие этого Китай является потенциальным объектом применения ядерного оружия США, в то время как для России «существует риск, что эти вооружения и производные от них могут быть применены в случае конфликта против нее самой».

Угрозу национальной безопасности России представляет также развитие ситуации на Корейском полуострове, особенно после заявлений КНДР о продолжении своей ядерной программы, расконсервации атомной станции в Йонбене и восстановлении заводов по производству атомного плутония. Напряженность в регионе усилилась после январского заявления КНДР о выходе страны из Договора о нераспространении ядерного оружия, а также в связи с испытанием новых противокорабельных ракет, что может серьезно осложнить возможность возобновления контактов между США и Пхеньяном. Тем не менее КНДР продолжает готовиться к запуску баллистической ракеты «Nodong», дальность полета которой (1300 км) позволяет достичь японского побережья. Всего, по мнению аналитиков, Северная Корея имеет 100 баллистических ракет. Кроме того, помощник госсекретаря США заявил, что в связи с запуском ядерного реактора в Йонбене возможные сроки получения обогащенного урана составляют несколько месяцев (ранее говорилось о нескольких годах).

Противостояние между США и Северной Кореей сохраняется со времен «холодной войны». Одной из самых многочисленных армий мира, какой являются ВС Северной Кореи, противостоят ВС Южной Корен, подпираемые военным потенциалом США с тысячами единиц тактического ядерного оружия и 54 средствами их доставки, размещенными на ее территории. Причисление КНДР к «оси зла», включение ее в число объектов для нанесения превентивных ударов, появление жестких заявлений американского руководства в связи с ракетно-ядерной программой Пхеньяна значительно осложнили военно-политическую обстановку на Корейском полуострове. Все это ведет к неадекватным действиям северокорейской стороны: запугать соседей и получить от них экономическую помощь, дестабилизируя положение во всем регионе и стимулируя создание «оборонного треугольника» США — Южная Корея — Япония.

Однако, делая ставку на Южную Корею при решении северокорейского вопроса, США не могут в полной мере надеяться на ее действенную помощь. Это обусловлено прежде всего усилением недовольства южнокорейского населения по поводу размещения американских баз на территории страны. Кроме того, на январских переговорах по экономическому сотрудничеству в Сеуле члены делегации Северной Кореи заявили, что Пхеньян «не имеет намерения разрабатывать ядерное оружие». При этом лидеры двух Корей запланировали провести встречу на втором межкорейском саммите, чтобы «заложить основы для прочного мира на Корейском полуострове», а также подписать мирный договор в случае урегулирования ядерной проблемы на Корейском полуострове. Вместе с тем режим КНДР продолжает пропагандистское противостояние с США, примерами которого являются февральские заявления о нанесении ракетного удара по территории Соединенных Штатов, а также угроза выхода из соглашения 1953 г. о прекращении огня, положившего конец корейской войне. По мнению южнокорейского руководства такое поведение Пхеньяна имеет цель «усадить» США за стол переговоров о своей ядерной программе без участия посредников, в том числе России, Китая и Японии.

Особое влияние на формирование ситуации в регионе оказывает Япония, которая традиционно следует в фарватере внешней и военной политики США. Одновременно японское руководство всячески стремится повысить региональный и международный статус страны на фоне растущей мощи другого претендента на лидерство в АТР — Китая. Так, в ходе январской встречи в Москве представитель Японии заявил, что масштабные экономические проекты с Россией могут повлиять в стратегическом плане на весь Тихоокеанский регион и изменить баланс сил, который пока складывается в пользу Китая. Поиск баланса сил в АТР вынуждают страны АСЕАН к сближению с еще одним большим и мощным соседом — Индией. Однако, несмотря на военно-экономическую слабость России в таком балансе, Япония готова «посредством энергичных переговоров ... заключить мирный договор путем решения вопроса о принадлежности островов Итуруп, Кунашир, Шикотан и Хабомаи» и «достичь нормализации отношений на основе достигнутых до настоящего времени договоренностей».

Несмотря на прогресс в развитии двусторонних отношений, Россия и Япония все еще далеки от заключения мирного договора и решения территориальной проблемы. Учитывая трудности периода, переживаемого Россией, японская сторона будет стремиться использовать прежде всего экономические возможности, чтобы добиться уступок в вопросе окончательного территориального разграничения. Однако передача Курильских островов и Малой Курильской гряды будет представлять угрозу территориальной целостности России, а в геополитическом плане превратит Охотское море в большой замкнутый водоем, поскольку российский ВМФ, базирующийся в портах Охотского моря, будут отрезаны от Тихого океана. Это объясняется тем, что только два пролива — Крузенштерна и Буссоль — имеют достаточную глубину и ширину, способные пропустить в Тихий океан российские подводные атомоходы. Кроме того, акватория и шельф Курильских островов являются одним из ключевых мест добычи морепродуктов для рыбной промышленности России.

В этом контексте необходимо вспомнить о результатах российско-американского соглашения по разграничению морского пространства в Беринговом и Чукотском морях, заключенном в июле 1990 г., вследствие которого США отошел участок 200-мильной зоны СССР площадью 7700 км2. Россия потеряла возможность использовать биоресурсы этой богатой рыбой акватории и доступ к перспективным нефтяным месторождениям, которые залегают именно на этом шельфе. Сейчас эта зона патрулируется кораблями береговой охраны США, что приводит к ежегодным убыткам России, превышающим 200 млн долларов.

Вместе с тем негативным фактором в отношениях России со странами АТР особенно с Китаем, выступает их тихая демографическая экспансия в ее приграничные районы (Приморье, Забайкалье, Амурская область и другие).

Низкая плотность коренного населения, отсутствие рабочей силы и финансовых вливаний из Центра способствуют активизации деятельности «нелегалов» по освоению свободных от «конкуренции» отраслей экономики, в том числе связанных с разработкой полезных ископаемых, лесодобычей, торговлей и строительством. Многие из них заводят семьи, получают вид на жительство и создают этнические диаспоры, которые стремятся занять лидирующие положение в регионе, подчинить себе в торговой сфере коренных жителей Дальнего Востока и в целом оказать влияние на политическую ситуацию в регионе. Все это ведет к усилению экономического и политического дисбаланса между восточной и западной частями России, а также превращению Дальнего Востока в сырьевой придаток стран АТР.

В целом проведенный анализ показывает, что основными угрозами национальным интересам России на ДВН будут являться миграционная политика стран-соседей, увеличение военной мощи Китая, Японии и США, а также их борьба за лидерство в АТР. Однако эскалация напряженности на Корейском полуострове в связи с усилением противостояния КНДР и США может привести последних к нанесению превентивных ударов по территории Северной Кореи. В этой связи вероятность втягивания России в региональный конфликт является средней.

Выводы


1. Анализ тенденций изменения внешней политики США показывает, что после войны в Ираке ее усилия будут направлены на преодоление «многополярности» ООН, пересмотр своих союзнических обязательств в рамках новой «системы глобальной безопасности», а также утверждение себя в роли мирового арбитра.

2. Анализ военных угроз на СЗН показывает, что на почве нерешенных территориальных проблем и ущемления прав русскоязычного населения в Эстонии и Латвии может возникнуть военно-политическое противостояние России и США с оказанием политического и силового давления на РФ, вплоть до блокирования ее военного и торгового флота в акваториях Баренцева и Балтийского морей. Однако в ближайшей перспективе возникновение прямой военной агрессии против России является маловероятным.

3. Потенциальными источниками возникновения кризисной ситуации на ЗН может стать раскол в рядах НАТО и ЕС, неурегулированность статуса Калининградской области с учетом притязаний Литвы, Польши и Германии, эскалация конфликта в Приднестровье, а также возможные территориальные споры Польши с Республикой Беларусь и Германией. Тем не менее развязывание военных действий на ЗН, как результат прямой конфронтации России со странами Западной Европы является маловероятным.

4. Наибольшую угрозу безопасности и территориальной целостности России представляет развитие ситуации на ЮЗН. Это связано прежде всего с гуманитарными и экологическими последствиями войны в Ираке, возможными попытками США насильственного свержения власти в ряде стран «оси зла», а также эскалацией конфликтов на Северном Кавказе и в республиках Закавказья. При этом нельзя исключить возможность втягивания России в локальные вооруженные конфликты, в том числе и для выполнения своих союзнических обязательств по отношению к Армении.

5. Дальнейшее возрастание роли радикального ислама на ЦАН, а также продолжающееся наращивание США своего военного присутствия на территории ряда стран Центральной Азии будет способствовать ухудшению геополитической обстановки на южных границах России. Однако втягивание России в этноконфессиональные вооруженные конфликты является маловероятным.

6. Основную опасность на СибН представляет демографическая экспансия среднеазиатских государств и Китая в приграничные районы России и вглубь Сибири. Вместе с тем участие России в этнических территориальных конфликтах является маловероятным.

7. На ДВН основными угрозами национальным интересам России являются увеличение военной мощи Китая, Японии и США, их борьба за лидерство в АТР, а также миграционная политика стран-соседей. Однако вероятность втягивания России в региональный конфликт в связи с эскалацией напряженности на Корейском полуострове остается средней на ближайшую перспективу.

Таким образом, проведенный анализ тенденций изменения военных угроз военной безопасности России на среднесрочную перспективу показывает, что наибольшую опасность ее национальным интересам будут представлять эскалация конфликтов на ЮЗН, возрастание роли и активности радикального ислама на ЦАН, а также противостояние КНДР и США на ДВН.

Вперед
Содержание
Введение


Главное за неделю