Подлодки Корабли Карта присутствия ВМФ Рейтинг ВМФ России и США
Какой способ жилищного обеспечения военных вы считаете наиболее оптимальным?
Жилье в натуральном виде
    64,56% (51)
Жилищная субсидия
    17,72% (14)
Военная ипотека
    17,72% (14)

Поиск на сайте

Глава первая

В империи адмирала Канариса

Морозным январским утром 1944 года на­чальник германской военной разведки1 адмирал Виль­гельм Канарис прибыл в Баден-Баден. В этом курортном городке, несмотря на войну, по мнению адмирала, еще сохранялись признаки предвоенного благополучия Гер­мании.

Канарис с особым удовлетворением покинул Берлин. В отдельных районах германской столицы появились зда­ния, разрушенные после ночных налетов советской и британской авиации. Они как зловещие призраки пред­упреждали о приближающейся опасности.

Развалины старинных домов с пустыми глазницами окон вызывали в душе адмирала боль. Такую картину два года тому назад ни он, ни сотрудники абвера не могли вообразить. Ответные авиационные удары противника начали разрушать города третьего рейха, претендовавше­го на мировое господство. С трудом Канарис скрывал свое состояние от профессионально наблюдательных ге­нералов и офицеров разведки...

Динамичные события, происходившие на Восточном фронте, не позволяли расслабляться адмиралу. Поэтому в Баден-Баден, где находилась вилла, которую абвер полу­чил по распоряжению Гитлера еще в 1936 году, Канарис приезжал все реже и реже. В январе 1944 года возник осо­бый случай, и адмирал воспользовался возможностьювновь посетить этот некогда уютный уголок, где он чув­ствовал себя, как в морском походе, уверенно и легко.

Тихие улицы Баден-Бадена адмирал знал хорошо. Не­смотря на войну, они были чисты и опрятны. После тридцати лет службы на флоте он наконец-то нашел то, что действительно давало успокоение его мятежной душе. В последние годы Канарис работал начальником военной разведки и понимая цену тишине и душевному спокойст­вию. Однако ответственность за работу германской воен­ной разведки, которая лежала на его плечах, редко позво­ляла ему испытывать эти чувства и видеть окружающий мир таким, каким он был на самом деле.

По дороге в Баден-Баден Канарис вспомнил первое совещание начальников отделов военной разведки, кото­рое он провел в начале 1935 года. В судьбе Канариса ян­варь играл особую роль. Адмирал родился 1 января 1887 го­да. 1 января 1935 года был назначен начальником абвера. 1 января 1944 года — получил указание от Гитлера доло­жить план работы военной разведки на Восточном фрон­те. Там назревала опасная ситуация, общие масштабы ко­торой еще не совсем четко представляли в Берлине. Гитлер, предчувствуя опасность, требовал от военной разведки максимального напряжения сил. От результатов деятельности секретных подразделений абвера, как ни­когда раньше, в 1944 году зависело очень многое.

На том первом совещании в Берлине в январе 1935 го­да большинство офицеров разведки встретили своего но­вого начальника настороженно. Канарис отнесся к такой встрече философски. Он понимал, что в разведке, впро­чем, как и на флоте, уважают только профессионалов. Для профессионалов разведчиков Канарис был челове­ком со стороны, которому, однако, предстояло не толь­ко работать в абвере, но и руководить его тайной дея­тельностью.

Присутствовавшие на совещании офицеры военной разведки не знали, что контр-адмирал Вильгельм Кана­рис за годы службы на флоте приобрел огромный запас знаний о других странах, свободно владел испанским, ан­глийским, французским и итальянским языками, два го-да, с 1916-го по 1918-й, эпизодически выполнял задания разведки в Испании и Италии.

Новый начальник абвера имел богатый опыт выпол­нения сложных задач в экстремальных ситуациях, кото­рые часто подбрасывала ему флотская служба. В годы Первой мировой войны Канарис командовал крейсером «Дрезден», который действовал в Тихом океане. В марте 1915 года «Дрезден» вступил в бой с кораблями англий­ских ВМФ. Силы были неравными. Канарис принял ре­шение затопить корабль, открыв кингстоны.

Командиру крейсера и некоторым членам его коман­ды удалось спастись. Канарис вернулся в Германию под чужим именем на торговом судне, которое держало курс в Европу через Англию...

Самое главное, и этого, естественно, тоже никто в аб­вере не знал, Канарис обладал удивительной интуицией и уникальной способностью — он умел делать друзей в любых условиях.

Когда Канарис принял командование абвером, эта ор­ганизация не имела особого авторитета в Берлине. Ис­пользуя широкие связи в высшем эшелоне власти треть­его рейха, Канарис постепенно взял в свои руки разведку и контрразведку всех видов вооруженных сил. В 1938 го­ду он провел реорганизацию абвера, на базе которого бы­ло создано управление «Абвер-заграница» при штабе Вер­ховного командования вооруженных сил Германии. Перед обновленным управлением была поставлена зада­ча по организации широкой разведывательной и подрыв­ной работы против основных противников Германии. В 1941 году абвер был одной из самых мощных разведок в Европе. Возможно, и во всем мире.

Абвер вел свою тайную войну на всех направлениях, добывая сведения о вооруженных силах иностранных го­сударств, их военных и экономических потенциалах. В тайной войне, которую вел абвер, наиболее серьезными его противниками были спецслужбы трех государств: Ан­глии, СССР и США.

Канарис хорошо знал особенности работы британской разведки Сикрет интеллидженс сервис (Си-ай-си) и ее Уп-равления военной разведки (Эм-ай-ди). В этих организа­циях действовали профессионалы. Адмирал не исключал, что в Берлине могли находиться английские агенты, но был уверен, что в абвере их нет. Канарис верил в экипаж своего «корабля». Тем не менее, назначая в 1943 году пол­ковника Хайнриха на должность начальника контрразве­дывательного отдела «Абвер-3», Канарис сказал ему, что тот несет личную ответственность за безопасность абвера, и напомнил, что главная задача сотрудников 10 отделов управления контрразведки состоит в защите всех структур абвера от проникновения иностранных разведок.

Американская разведка (Управление стратегических служб) генерала Донована беспокоила начальника абвера меньше всего. Адмирал знал, что Европейский центр американской разведки находится в Берне и действует под руководством Аллена Даллеса. Чем занимались люди Даллеса, Канарис тоже хорошо знал. Попытки американ­цев проводить агентурные операции и мероприятия по деморализации германской армии и населения, блокиро­вались и были малоэффективны. Канарис мог бы без особых усилий прекратить деятельность Даллеса и его подчиненных, но не делал этого, так как не исключал то­го, что придет время и команда Даллеса пригодится для решения важных задач в интересах будущего Германии. Канарис, как разведчик, любил заглядывать за горизонт, и не всегда был доволен тем, что ему удавалось увидеть за этой линией.

Наибольшее беспокойство для начальника абвера пред­ставляла советская разведка со всеми ее тайными струк­турами, которые за три года войны Германии против СССР неоднократно подвергались различным реоргани­зациям. В состав советских разведывательных органов входило Главное управление государственной безопасно­сти НКВД. В советских войсках и партизанских отрядах действовала советская контрразведка Смерш. Канарис знал, что организация «Смерть шпионам» ведет непо­средственную борьбу против его разведчиков и агентов. Эта борьба носила профессионально-технический харак­тер. Она доставляла Канарису и удовлетворение, и много забот. Победы в этой борьбе доставались сильнейшим, а потери были неизбежны, как и на переднем крае.

Основной разведывательной структурой, которая проти­востояла абверу на Восточном фронте, была советская во­енная разведка. Зримой линии фронта у абвера и ГРУ не было. Однако Канарис знал, что она существует уже не один год. Абвер начал войну против советской военной раз­ведки еще до нападения Германии на СССР. Эта война но­сила упорный характер. От результатов невидимых боев на этом интеллектуальном фронте зависели победы и пораже­ния вермахта и Красной Армии. Не зря же считается, что возможности побед на полях будущих сражений предвари­тельно определяются в генеральных штабах, где оперируют данными о противнике, добытыми, прежде всего, военны­ми разведками. Реальных побед на поле боя добивается та армия, которая имеет надежную военную разведку.

Канарис был убежден в том, что в 1941—1942 годах аб­вер был значительно сильнее советской военной разведки. В 1943 году достижения двух разведывательных служб он оценивал как равные. Поражение немецких войск на Кур­ской дуге, как считал Канарис, стало следствием просче­тов штаба Объединенного командования вермахта (ОКХ) и грубой ошибки фельдмаршала Манштейна.

2 августа 1943 года разведка группы армий «Юг» свое­временно предупредила германское командование о под­готовке советского наступления в районе Харькова и Бел­города. Однако по указанию Манштейна, который после первых боев неправильно оценил обстановку на Курском выступе, группа армий «Юг» перебросила значительную часть своих бронетанковых войск в район реки Донец.

17 июля советские войска Юго-Западного и Южного фронтов перешли в наступление. Этого никто не ожидал. Почти все германские дивизии были выведены из-под Курска и задействованы в боях, развернувшихся на юж­ных направлениях. Когда Манштейн понял свою ошиб­ку, он приказал возвратить танковые дивизии из-под Донбасса, но было поздно.

В результате сражения на Курской дуге Красная Ар­мия добилась успеха под Харьковом, Курском и Белгоро-дом. В августе 1943 года на советско-германском фронте сложилась новая стратегическая ситуация.

К концу 1943 года германское командование частично утратило инициативу, но все еще имело возможность ос­тановить советское наступление и взять обстановку под контроль.

Что произойдет на Восточном фронте в 1944 году, Ка­нарис не знал. Для определения основных направлений деятельности германской военной разведки в новом году адмирал и созвал совещание руководителей военной раз­ведки.

6 января 1944 года в Баден-Баден по указанию Кана­риса прибыли практически все начальники многочислен­ных управлений и территориальных органов абвера — аб-верштелле и абвернебенштелле.

Канарис сделал доклад, в котором сообщил о задачах германской военной разведки на Восточном и Западном фронтах, сообщил о нарастающей активности британ­ской разведки. По данным Канариса, полученным им из службы радиоперехвата генерала Тилле, в начале января в оккупированных странах действовало около 200 аген­тов-радистов, которые поддерживали связь с Лондоном. Примерно 150 из них располагались во Франции, Бель­гии и Нидерландах. Активизация деятельности этих раз­ведчиков, как считал Канарис, позволяет сделать вывод о начавшейся подготовке англо-американцев к активным действиям на Европейском континенте. Высадку англо­американского десанта следовало, по расчетам Канариса, ожидать на севере Франции.

Определив задачи абвера на западном направлении, Канарис перешел к оценке обстановки, которая склады­валась на Восточном фронте. По данным Канариса, ко­торые он сообщил начальникам центральных и терри­ториальных органов и школ абвера, русские начали переброску войск из районов формирования стратегиче­ских резервов в районы будущих сражений. Основные переброски войск осуществлялись в направлении южно­го и северного участков Восточного фронта. Следовало точно установить, где русские будут проводить основную операцию 1944 года. То, что она будет носить стратегиче­ский наступательный характер, Канарис не сомневался...

8 января 1944 года начальнику советской военной раз­ведки генерал-лейтенанту Ивану Ильичеву была доложе­на шифртелеграмма особой важности.

Источник докладывал, что на совещании руководяще­го состава абвера была дана оценка обстановки на Вос­точном фронте и сформулированы выводы, которые сво­дились к следующим положениям:

«1. Русские намереваются провести прорыв между Вели­кими Луками и Невель в направлении на Ригу.

2. Русские с конца ноября 1943 года сконцентрировали танковые армии в следующих районах:

1-я танковая армия в районе Брянска;

8-я танковая армия в районе Рязани, но, возможно, в начале декабря началась ее переброска в район Гомеля;

4-я танковая армия сосредоточена между Кременчугом и Полтавой;

5-я танковая армия находится в дуге юго-западнее нижнего течения Днепра.

3. Русские перебрасывают стрелковые дивизии к линии фронта. От 15 до 18 стрелковых дивизий двигаются в район Лозовая—Павлоград с Волги и Кавказа.

4. На Северном Кавказе (в районе Туапсе) остались только 200 тысяч человек, но 14 стрелковых дивизий пере­брасываются через Махачкалу и будут готовы для дейст­вий на фронте уже к середине января».


Источник ГРУ сообщал и основной вывод, который был сделан немецкой военной разведкой: «...русские боль­ше не имеют стратегических резервов восточнее Урала, ко­торые могут быть собраны для зимней кампании».

Генерал-лейтенант Ильичев внимательно перечитал донесение источника, которого он хорошо знал, и прика­зал подготовить на основе этого донесения специальное сообщение для И. В. Сталина и начальника Генерального штаба А. М. Василевского.

Через день тот же источник сообщил о том, что в аб­вере разработана операция под кодовым названием «Ульм». Источник докладывал, что адмирал Канарис по-просил генерала Кортена выделить два транспортных са­молета для «проведения начальной стадии операции «Ульм». В другом донесении этого же источника сообща­лось о создании

«...абвером нескольких групп диверсантов, которые должны быть сформированы из русских военно­пленных и использованы в районе Пскова для проведения операции «Ульм».

Эти донесения Ильичев приказал не­медленно направить начальнику внешней разведки НКВД П. Фитину и начальнику Смерш В. Абакумову.

Сообщения, которые источник ГРУ присылал о дея­тельности абвера, имели для начальника советской воен­ной разведки особую ценность. Такими сведениями все­гда интересовался начальник Генерального штаба, который хотел знать, как противник оценивает состояние Красной Армии, что знает о советских стратегических ре­зервах и передислокации войск. Руководителям совет­ской контрразведки эти сведения давали возможность определить районы, где действуют разведчики и агенты абвера — исходный пункт для их выявления и ликвида­ции. Одним словом, все, что добывалось советскими раз­ведчиками о деятельности абвера, о планах и замыслах германской военной разведки в тылу Красной Армии, оценки германских разведчиков обстановки на Восточ­ном фронте, все это представляло несомненный интерес для советских спецслужб.

Донесения о деятельности абвера источник ГРУ при­сылал периодически. Однако январь 1944 года был наи­более удачным в этом отношении. 11 января 1944 года тот же источник передал в Центр доклад абвера, который имел условное название «О намерениях Красной Армии на советско-германском фронте в связи с переброской войск с 26 ноября по 28 декабря 1943 года». Доклад со­держал обобщенные данные о перебросках советских ре­зервов из тыловых районов к линии фронта, описывал районы их сосредоточения, указывал количество и типы перебрасываемых дивизий, имел выводы о вероятных планах советского командования на весенний период.

Как на советской, так и на германской стороне Вос­точного фронта, проводились широкомасштабные приго-товления военных разведок к весенне-летним сражениям 1944 года.

Разведцентр абверштелле «Остланд», располагавшийся в Риге в здании бывшего японского посольства, вел разведы­вательную и диверсионную работу против северных участ­ков советского фронта и занимался контрразведывательной работой на оккупированных территориях Прибалтийских государств, в Белоруссии и в Псковской области. Еще два подобных центра находились в Риге и Каунасе.

Разведкой войск Красной Армии на центральном участ­ке фронта занимался центр — абвернебенштелле «Минск». Он находился в столице Белоруссии, и с весны 1942 года действовал под прикрытием службы связи «Фербин-дунгсштелле ОКБ».

На южном участке фронта в Полтаве находился раз­ведцентр абверштелле «Украина». Сбором сведений о Крас­ной Армии также занимались группы и команды абвера «Бухарест», «Вена», «Финляндия», «Болгария», «София», «Турция», «Таллинн», «Киев», «Крым» и другие. 38 разве­дывательных школ и спецкурсов абвера готовили дивер­сантов и разведчиков для этих центров и специальных команд для действий в тылу Красной Армии.

В начале 1944 года абвер был мощной разведыватель­но-диверсионной организацией, главные силы которой были направлены против СССР.

Неожиданно для всех в феврале 1944 года по империи Канариса был нанесен сильный удар: служащий турецко­го филиала германской военной разведки доктор Эрих Фермерен перешел на сторону англичан. Вместе с ним в английском посольстве укрылась и его супруга графиня Плеттенберг. На британском самолете доктор и его жена улетели в Египет.

Второй удар по авторитету Канариса и его секретной службы нанесла супружеская пара фон Клечовски, рабо­тавшая в контрразведывательном отделе абвера и нахо­дившаяся в той же Турции.

Несколько позже секретарша германского военного атташе в Анкаре, который тоже подчинялся Канарису, сбежала в американское посольство.

Дело о турецких перебежчиках привело Гитлера в ярость. Готовясь к новым сражениям на Восточном фронте, он приказал реформировать абвер, укрепить его командование, улучшить структуру и усовершенствовать систему обработки разведывательных сведений.

В феврале 1944 самостоятельное ведомство адмирала Канариса перестало существовать. Адмирал был отстра­нен от занимаемой должности и отправлен в отпуск. Во­енную разведку включили в организационную структуру Главного управления имперской безопасности рейха (РСХА). Теперь она подчинялась Гиммлеру. Начальни­ком отдела военной разведки назначен руководитель бывшего первого отдела абвера полковник Ганзен.

Германская военная разведка, попавшая под крышу РСХА, продолжала оставаться серьезной разведыватель­ной структурой, которая занималась сбором сведений о Красной Армии и проводившей активные разведыватель­но-диверсионные акты в глубоком тылу советских войск.

В 1944 году тайная битва за военные секреты, которую вели советская военная разведка и абвер, усилилась. Вой­на на Восточном фронте вступила в решающую стадию...

1 Абвер (в переводе с немецкого — защита) — орган военной развед­ки и контрразведки фашистской Германии. — В. Л.

Вперед
Оглавление
Назад


Главное за неделю