Подлодки Корабли Карта присутствия ВМФ Рейтинг ВМФ России и США
Какой способ жилищного обеспечения военных вы считаете наиболее оптимальным?
Жилье в натуральном виде
    62,16% (46)
Жилищная субсидия
    18,92% (14)
Военная ипотека
    18,92% (14)

Поиск на сайте

Глава третья

Группа по разведке докладывает...

Накануне и в ходе операции «Багратион» ак­тивно взаимодействовали две основные советские разве­дывательные службы: внешняя разведка НКГБ и военная разведка. Они были в одном строю, активно обменива­лись разведывательными сведениями, проверяя их досто­верность, что помогало советскому командованию полу­чать точные и полные данные о противнике.

Служба внешней разведки в 1944 году называлась 1-м управлением НКГБ. Руководил работой этой организа­ции комиссар госбезопасности 3-го ранга П. Фитин. Главным разведывательным управлением продолжал ру­ководить генерал-лейтенант И. Ильичев. Он исполнял обязанности начальника военной разведки. Сталин вни­мательно следил за работой Ильичева, но по каким-то одному ему известным причинам не назначал его на должность начальника ГРУ.

Каждая разведывательная служба накопила за годы войны богатый опыт, имела за пределами страны рези-дентуры, добывавшие важные сведения о противнике. Обе разведки в Белорусской стратегической наступатель­ной операции сыграли важную роль. По мере удаления военных лет в историю эта роль приобретает конкретные очертания и заслуженную оценку.

Взаимодействие двух основных отечественных разве­дывательных органов, имевших право вести разведку за рубежом, основывалось на специальных директивах пра­вительства, что являлось юридической основой для вза­имодействия. Эта основа была создана накануне войны и совершенствовалась по мере необходимости в 1943 и 1944 годах.

Одним из первых документов, определявших рамки этого взаимодействия, стала «Инструкция о взаимоотно­шениях разведывательных органов НКГБ, погранвойск НКВД, НКО и НК ВМФ по агентурно-оперативной ра­боте». 29 апреля 1941 года инструкцию подписали народ­ный комиссар государственной безопасности СССР В. Меркулов, заместитель наркома внутренних дел Союза ССР И. Масленников, начальник Разведуправления Ген­штаба НКО Ф. Голиков и начальник Разведуправления наркомата ВМФ Н. Зуйков.

В документе определялись основные направления вза­имодействия:

— разведорганы НКГБ, РУ НКО, РУ НК ВМФ и по­граничных войск НКВД обязаны оказывать друг другу помощь в практической работе;

— все разведведомства должны информировать Развед-управление пограничных войск НКВД о дислокации сво­их периферийных разведывательных органов в погранич­ной полосе;

— все разведведомства должны проверять и согласо­вывать в органах НКВД кандидатов на вербовку для раз­ведывательной работы;

— разведывательные органы НКО, НК ВМФ, НКВД и НКГБ как в Центре, так и на местах должны в целях наи­более полного и своевременного использования разведы­вательных материалов осуществлять взаимный обмен этими материалами.

Был разработан также строгий порядок взаимоотно­шений по всем вопросам агентурно-оперативной работы:

— обмен важной политической, военной и военно-технической информацией о противнике;

— взаимосогласованная передача из ведомства в ве­домство источников разведывательных сведений;

— объединение усилий двух разведывательных служб

при проведении ответственных разведывательно-дивер­сионных операций;

— концентрация лучших сил внешней разведки на ре­шение проблем, представлявших особую важность для безопасности государства.

Обмен важной политической информацией о про­тивнике начался еще до войны. Например, 4 и 16 мая 1941 года за подписью комиссара госбезопасности 3-го ранга П. Судоплатова 1-е управление НКГБ направило начальнику военной разведки генерал-лейтенанту Ф. Го­ликову агентурные сводки о передвижении германских войск и военных мероприятиях на территории Польши. 22 мая 1941 года за подписью комиссара государственной безопасности 3-го ранга П. Фитина начальнику военной разведки была направлена агентурная сводка с данными о перебросках германских войск к границам СССР. 21 июня 1-е управление НКГБ за подписью П. Судоплатова напра­вило Ф. Голикову разведсводку о германских военных при­готовлениях вдоль западной границы Советского Союза.

Взаимодействие двух разведывательных служб в обла­сти обмена сведениями военно-политического характера продолжалось на протяжении всей войны и несомненно играло важную роль в проверке агентурных данных и принятии своевременных мер, направленных на эффек­тивное противодействие противнику.

Главное разведывательное управление направляло в адрес начальника внешней разведки НКГБ сведения раз­личного характера для проверки, а также принятия мер, направленных на нейтрализацию усилий германской раз­ведки на советской территории.

18 апреля 1943 года был подписан приказ НКО о со­вершенствовании системы агентурной разведки на вре­менно оккупированной территории СССР. В соответст­вии с этим приказом при начальнике Генерального штаба была создана группа «командиров с задачей обобщения и анализа поступающих данных о противнике от всех орга­нов разведки и контрразведки НКО, НКВД, НК ВМФ, Главного управления Смерш и партизанских штабов». Эта группа аналитиков также сыграла позитивную роль в

обобщении важных сведений о противнике и разработке предложений по использованию этих сведений командо­ванием Красной Армии.

Примером целенаправленных усилий двух разведыва­тельных служб при проведении ответственных разведыва­тельно-диверсионных операций на территории, временно оккупированной противником, стало уничтожение гау-ляйтера Белоруссии Вильгельма Кубе. Ликвидация пала­ча белорусского народа была осуществлена в ночь с 21 на 22 сентября 1943 года. Разведчицам ГРУ Марии Осипо-вой и Елене Мазаник, а также разведчице НКВД Надеж­де Троян за успешное проведение этой операции 29 ок­тября 1943 года было присвоено звание Героя Советского Союза. В этой операции две разведки действовали без со­гласования своих усилий.

В феврале 1944 года на объединенном совещании ру­ководителей ГРУ и НКГБ, в работе которого принимали участие начальник ГРУ генерал-лейтенант И. Ильичев и начальник 1-го управления НКГБ комиссар госбезопас­ности 3-го ранга П. Фитин, было принято решение о кон­центрации усилий двух разведывательных служб, направ­ленных на добывание сведений об англо-американском атомном проекте. В связи с этим в НКГБ был создан от­дел «С», его начальником назначен Павел Судоплатов. Наиболее ценные источники сведений по атомной про­блеме, которые имела военная разведка, планировалось передать в НКГБ. В результате этого решения военная разведка передала управлению П. Фитина агента Клауса Фукса. До января 1944 года военная разведка получила от К. Фукса 570 странице секретных документов по британ­скому атомному проекту. В последующие годы Фукс, ра­ботая в США, а затем в Англии, передал значительное ко­личество сведений по атомным проектам сотруднику внешней разведки полковнику Александру Феклисову.

Совместные усилия разведчиков ГРУ и НКГБ позво­лили создать значительную информационную базу по ос­новным научным и технологическим проблемам, связан­ным с разработкой атомного оружия. Используя эту Уникальную базу, советские ученые после окончания

войны ускоренными темпами создали атомную бомбу и таким образом, сорвали планы политического руководст­ва США по установлению американской монополии на атомное оружие.

В 1944 году взаимодействие между ГРУ и 1-м управ­лением НКГБ в области обмена разведывательными све­дениями развивалось достаточно активно. Сведения о внутриполитическом положении в Германии, которые военная разведка получала по своим агентурным кана­лам, направлялись начальнику внешней разведки НКГБ. 5 июля 1944 года, например, Ильичев направил Фитину следующее донесение:

Сообщаю полученные нами агентурные данные:

1. Незадолго до вторжения союзников на континент Европы в Берлине состоялось совещание руководящих кругов Германии, которые пытались устранить противоречия между фашистской партией, генералитетом и промышлен­ными кругами. На совещании присутствовали от фашист­ской партии и правительства — Геббельс, Гиммлер, Борман и Лей. От армии — Рундштедт и Кейтель, от промышлен­ных кругов — Рехлинг и Порш.

В результате переговоров участники совещания якобы при­шли к взаимопониманию. Между Гиммлером и генералитетом противоречия пока устранены. Руководству армии в настоя­щий момент крайне важно иметь прочный и спокойный тыл. Гиммлер этого добился, поэтому генералитет его ценит.

2. В рабочих кругах Германии симпатии к Советскому Союзу продолжают возрастать. Происходит это потому, что русские не бомбят германские города, а также в ре­зультате работы комитета «Свободная Германия», в дея­тельности которого немецкое население не видит злых на­мерений к немецким рабочим, не замешанных в нацистских преступлениях.

3. За последнее время по приказу Гиммлера в Германии за пораженческие настроения арестовано несколько тысяч человек, в числе которых много солдат, прибывших в от­пуск с советско-германского фронта...»1


Обращает на себя внимание первый пункт этого до­несения. Военная разведка смогла добыть сведения о том, что в Берлине состоялось секретное совещание представителей высших партийных, военных и промыш­ленных кругов третьего рейха. В ходе совещания была предпринята попытка устранения противоречий, возник­ших между этими кругами в результате ряда поражений германской армии на Восточном фронте. Более того, данные советской военной разведки свидетельствовали о том, что на этом совещании не присутствовал Гитлер. Причиной его отсутствия может быть болезнь или неже­лание участников встречи обсуждать с Гитлером важней­шие текущие проблемы внутриполитического положения в Германии. Через пятнадцать дней на Гитлера было со­вершено покушение. По чистой случайности фюрер ос­тался жив.

Разведывательные сведения, имевшие отношение к деятельности советского военно-морского флота, кото­рые добывались источниками ГРУ, командование воен­ной разведки направляло начальнику разведуправления Главного морского штаба контр-адмиралу Воронцову. 6 мая 1944 года, например, Воронцов получил от генерал-майора танковых войск Панфилова, который был замес­тителем начальника ГРУ, важное сообщение.

«По агентурным данным, заслуживающим доверия, в кон­це апреля немецкая воздушная разведка установила, что крейсера нашего Черноморского флота вышли в море, видимо, на учения. По оценке немцев, подготовка и тактика дейст­вий наших кораблей, по-видимому, плохая, но все же немецкое командование ожидает использование этих кораблей для вос­препятствования судоходства в районе Севастополь. В связи с этим командующий немецкими ВВС в бассейне Черного мо­ря отдал приказ нанести удар по нашим кораблям лодками «S» и авиацией и, если необходимо, использовать для этой це­ли и румынские эсминцы. При этом в приказе указывается, что решительная атака против советских кораблей в первый момент может удержать их от активных действий в буду­щем. В приказе также подчеркивалось, что советские кораб­ли особенно чувствительны к воздушным атакам...»

Предупреждение, поступившее в Главный морской штаб (ГМШ) советского военно-морского флота несо­мненно было учтено и доведено до сведения командиров кораблей Черноморского флота.

Накануне операции «Багратион» источники советской военной разведки добывали сведения не только о действи­ях противника, но и о том, что немецким разведыватель­ным службам становилось известно о дислокации войск Красной Армии. Такие сведения представляли особую цен­ность, так как позволяли противнику судить о планах со­ветского командования и указывали на недостатки в систе­ме управления советскими войсками. Например, 29 августа 1944 года начальник ГРУ генерал-лейтенант Ильичев на­правил заместителю начальника Генерального штаба гене­ралу армии Антонову донесение следующего содержания:

«Наш достоверный источник сообщил, что немецкой службе радиоперехвата при Северной группе армий стало известно о наличии на Ленинградском и Прибалтийском фронтах 2, 6, 10, 11 гвардейских, 1, 2, 4 ударных и 43, 51, 54, и 67 армий. 2-я ударная армия отмечается противни­ком в районе Нарва...»

Донесение Ильичева, составленное на основе данных «заслуживающего доверия источника», говорило о том, что германская военная разведка добыла сведения о группи­ровке советских войск на северном участке советско-гер­манского фронта, а также указывало на крупные недостат­ки в организации радиообмена в армиях, дислоцированных в этом районе. Такие сведения дорогого стоят.

Своевременное добывание военной разведкой сведе­ний о замыслах противника на советско-германском фронте позволяло выводить войска и корабли из-под уда­ров, сохранять жизни солдатам и офицерам, избегать по­терь боевой техники. Простое правило: «оповещен — зна­чит защищен», не сработавшее в июне 1941 года, в конце войны воспринималось иначе. Командиры всех степеней научились ценить донесения разведчиков.

Каждая разведывательная служба (ГРУ, НКГБ, Развед-управление ГМШ ВМФ) отвечала за добывание сведений по строго определенным направлениям. Это позволяло советскому Верховному Главнокомандованию сосредото­чивать усилия разведки на главных направлениях и, та­ким образом, своевременно получать сведения о против­нике и его планах.

Наиболее значимым примером взаимодействия ГРУ, 1-го управления НКГБ и Разведуправления ГМШ ВМФ в 1944 году была работа Группы по разведке, созданной по указанию Сталина. Группой руководил генерал-пол­ковник Ф. Голиков, бывший в 1940—1941 годах началь­ником Разведывательного управления Генерального шта­ба Красной Армии. В нее входили начальник Главного разведывательного управления Красной Армии генерал-лейтенант И. Ильичев, начальник Разведывательного уп­равления Генерального штаба генерал-лейтенант Ф. Куз­нецов, начальник 1-го управления НКГБ комиссар госбезопасности 3-го ранга П. Фитин, начальник Разве­дывательного управления Наркомата ВМФ контр-адми­рал М. Воронцов и начальник 4-го управления НКГБ ко­миссар госбезопасности 3-го ранга П. Судоплатов.

Группа по разведке в 1944 году подготовила два докла­да. Первый — «О положении Германии, ее возможностях и вероятных планах ведения войны». Основной текст до­клада — 8 страниц машинописного текста. Приложение к докладу — 39 листов. Доклад написан накануне операции «Багратион» и направлен Верховному Главнокомандую­щему И. В. Сталину, министру иностранных дел В. М. Молотову и начальнику Генерального штаба Мар­шалу Советского Союза А. М. Василевскому.

Приложения этого документа посвящены следующим вопросам:

1. Состояние военно-экономического потенциала Германии и ее сателлитов на 1 июня 1944 года.

2. Положение с людскими ресурсами и мобилизаци­онными возможностями Германии и ее сателлитов на 1 июня 1944 года.

3. Политическое положение Германии.

4. Состав вооруженных сил Германии и ее сателлитов.

5. Вероятные планы дальнейшего ведения войны Гер­манией.

Второй объединенный доклад «О современном поло­жении Германии и ее возможностях по дальнейшему ве­дению войны» подготовлен в декабре 1944 года.

Основные оценки и научные прогнозы о положении Германии и ее возможностях по ведению войны полно­стью оправдались. Доклады Группы по разведке являют­ся уникальными образцами информационных аналитиче­ских документов, составленных лучшими специалистами советских разведывательных служб военного времени.

В истории взаимодействия двух служб в годы войны были не только положительные примеры. К сожалению, имели место и ошибки, которые приводили к потерям разведчиков и агентов. Такой случай произошел с группой «Старшины» и «Корсиканца», арестованных и казненных гестаповцами. Причины провалов оперативно изучались с целью исключения их в последующей работе.

Общие итоги взаимодействия разведывательных служб СССР в годы Великой Отечественной войны говорят о том, что взаимодействие военной разведки и 1-го управ­ления НКГБ явилось уникальным опытом сосредоточе­ния лучших сил отечественной внешней разведки на главных направлениях, что позволяло качественно ре­шать наиболее трудные задачи, имевшие важное значе­ние для безопасности государства.

...Операция «Багратион» завершилась 29 августа 1944 го­да. Немецкая группа армий «Центр» потерпела полное поражение — ее главные силы были окружены и разгром­лены. Многие германские офицеры и генералы взяты в плен. Часть из них еще в середине июля оказалась в Москве. По указанию Сталина пленных немцев провели через советскую столицу. Серая понурая лента немецких военнослужащих медленно двигалась по Ленинградскому шоссе, улице Горького, через площадь Маяковского, по Садовому кольцу.

В московских газетах появилось специальное обраще­ние начальника милиции. В нем сообщалось, что 17 ию­ля через Москву будет «проконвоированы направляемые в лагеря немецкие военнопленные в количестве 57 600 человек из числа захваченных за последнее время войска­ми Красной Армии 1-го, 2-го и 3-го Белорусских фрон­тов». В связи с этим движение транспорта и москвичей по Ленинградскому шоссе, улице Горького и некоторым другим было временно ограничено.

Главный милицейский начальник Москвы просил жи­телей столицы «соблюдать установленный милицией по­рядок и не допускать каких-либо выходок по отношению к военнопленным...»

Колонна медленно двигалась по указанному маршру­ту. Впереди шли немецкие генералы, за ними — нестрой­ными рядами офицеры, затем солдаты. В каждой шерен­ге по двадцать человек. Эта серая масса заполнила почти всю улицу Горького. Пленных сопровождал конвой — ка­валеристы с обнаженными шашками, а между ни­ми — пешие красноармейцы с винтовками наперевес.

Москвичи провожали военнопленных суровыми взглядами, но никаких «выходок по отношению к плен­ным» не произошло...

За 68 суток непрерывного наступления советские вой­ска в полосе 1100 километров продвинулись на запад на 550—600 километров. В ходе операции «Багратион» были освобождены вся Белоруссия, часть Литвы и Латвия. Красная Армия вступила на территорию Польши, вплот­ную подошла к границам Восточной Пруссии.

Наступательные боевые действия вели войска Ленин­градского, 3-го и 2-го Прибалтийских фронтов, а также войска 1-го Украинского фронта.

Стратегическое наступление советских войск развер­нулось от Балтики до Карпат. На рубеже Елгава — Добе-ле — Августов и рек Нарев и Висла противник приостано­вил продвижение советских армий, которые вынуждены были перейти к обороне. Военные действия начались на территориях государств, сопредельных с Советским Сою­зом. В войне начинался новый этап. В деятельности со­ветской военной разведки тоже начался новый сложный период. Разведка должна была добывать сведения о про­тивнике в ходе ведения боевых действий на территориях иностранных государств.

1 ЦА МО РФ. Оп. 12972. Д. 10. С. 205.

Вперед
Оглавление
Назад


Главное за неделю