Подлодки Корабли Карта присутствия ВМФ Рейтинг ВМФ России и США
Какой способ жилищного обеспечения военных вы считаете наиболее оптимальным?
Жилье в натуральном виде
    63,41% (52)
Жилищная субсидия
    19,51% (16)
Военная ипотека
    17,07% (14)

Поиск на сайте

Балтийский завод в дни войны

В. П. Дмитриев, с 1942 по 1943 г. - парторг ЦК ВКП(б) на Балтийском заводе

В начале июля 1941 г. Балтийский завод полностью перешел на выполнение заказов для фронта. Многие квалифицированные специалисты ушли в ополчение, а без них фронтовые заказы трудно было выполнить в сжатые сроки. В связи с этим около двухсот добровольцев возвратили на производство. Мне тоже пришлось сменить шинель на спецовку.

Балтийцы участвовали в изготовлении деталей 76-мм пушек, минометов, корпусов авиабомб, производили литье и обработку снарядов, бортовой брони для танков КВ и др. В сентябре 1941 г., когда гитлеровцы подошли к Колпину, к нам с Ижорского завода перевели участок сборки бронемашин с рабочими и мастерами. До конца года ижорцы с нашей помощью изготовили 8 броневиков, оборудованных полевыми радиостанциями.

Заказы для фронта потребовали создания новых участков и поточных линий для массового выпуска военной продукции. За один месяц установили 150 станков, полученных с эвакуируемых заводов, переставили 200 единиц собственного заводского оборудования. Работали круглосуточно. Едва станок подключали к электросети, как он тут же начинал изготавливать продукцию для фронта.

Балтийцы работали и по созданию вокруг Ленинграда броневого пояса. В 1941 г. они оборудовали 8 артиллерийских и около 90 малых и средних дотов, а также средства для их доставки и установки на местах, за период блокады Ленинградскому фронту дали бронеколпаки и другое оборудование для 428 дотов.

Перестройка работы завода на военный лад осуществлялась под непосредственным руководством партийной организации. Коммунисты и комсомольцы служили примером для всего коллектива - они трудились на самых ответственных участках производства.

Вскоре, однако, основной фронтовой задачей балтийцев стал ремонт и восстановление поврежденных в бою кораблей КБФ. Работали круглосуточно, причем не только на заводе, но и в Таллине, Кронштадте, что потребовало оперативно создавать ремонтные бригады.

У эсминца "Стерегущий"- 28 июня 1941 г. от близких разрывов авиабомб вышли из строя котельные вентиляторы. Через пять дней балтийцы вернули его в строй. Серьезные повреждения получили эсминцы "Сметливый", "Грозящий", "Страшный", "Гордый" и ряд других кораблей. Один из них ошвартовался у стенки завода в неузнаваемом виде. От близкого разрыва фугаски корабль встряхнуло от киля до клотика с такой силой, что вышли из строя котельные вентиляторы и насосы. Энергичный командир электромеханической боевой части корабля стремительно вошел в кабинет главного инженера В. С. Боженко.

- Требую приступить к ремонту вне всякой очереди!

Боженко, не спавший двое суток, молча поглядел на посетителя, потом раздернул штору и устало вымолвил:

- Поглядите в окно. Вон сколько стоит кораблей. И все нужны вне очереди.

- И тем не менее... - не сдавался моряк.

Выручили слесари-монтажники 26-го цеха. Вместе с краснофлотцами корабля они отшабрили подшипники, выправили крылатки, подобрали болты. Через двое суток эсминец отвалил от заводской стенки.

Еще пример. Стоявший в Торговом порту линейный корабль "Октябрьская революция" вел огонь по немецко-фашистским войскам, рвавшимся к Ленинграду. Гитлеровцы бросили на корабль пикирующие бомбардировщики. Когда корабль ошвартовался у стенки завода, да же видавшие виды балтийцы были ошеломлены представшей перед ними картиной: разрушены настилы, поперечные переборки, часть палубы выворочена.

Все повреждения были оперативно устранены. "Октябрина", как ласково называли линкор, снова заняла огневую позицию и стала громить гитлеровцев своими двенадцатидюймовыми снарядами.

18 сентября 1941 г. в док поставили для ремонта один из эсминцев. А на следующий день, во время налета гитлеровских стервятников, осколками бомб корабль был дополнительно поврежден - разбито рулевое управление, в подводной части зияли пробоины, покоробило обшивку.

В стесненных условиях дока балтийцы за несколько суток ликвидировали все повреждения.

Так, по-фронтовому, трудился коллектив балтийцев, героически восстанавливавший боевые корабли Краснознаменного Балтийского флота.

За первые полгода войны балтийцы отремонтировали и вернули в строй 2 линкора, 2 крейсера, 12 эсминцев, 11 подводных лодок и много других кораблей.

Балтийцы стремились ускорить достройку ледокола "Молотов", который готовился к ходовым испытаниям. С началом войны на нем решили установить артиллерийское вооружение. Из-за частых артиллерийских обстрелов пришлось отвести судно к набережной Невы, напротив 19-й линии Васильевского острова. Место новой стоянки ледокола не было приспособлено для производства работ; потребовалось проложить специальный кабель, установить передвижной компрессор и подвести водяную магистраль. Несмотря на огромные трудности, связанные с достройкой судна в отрыве от завода, ледокол 5 декабря 1941 г. сдали флоту.

Осенью 1941 г. резко осложнилась деятельность завода - начались систематические вражеские бомбежки и артиллерийские обстрелы заводской территории. Первая авиабомба упала на завод в сентябре около ворот на Кожевенной линии. Вражеские снаряды разрушили во многих цехах кровли, в стенах появились пробоины, мостовые покрылись воронками.

Во время артиллерийского обстрела завода в октябре на командный пункт МПВО поступило тревожное сообщение: в сталелитейном цехе разорвался снаряд и разбил верхнюю часть железобетонной колонны, несущей подкрановые пути. Произошло замыкание, прекратилась подача электроэнергии. В это время в электропечи плавился металл. Нужно было его немедленно слить, иначе металл застынет и печь придется ломать. Все решали считанные минуты! Ликвидировали аварию главный архитектор завода В. М. Павлов и двое рабочих из аварийной бригады. Под продолжавшимся обстрелом они быстро восстановили колонну, подкрановые пути и электропроводку - мостовой кран был готов к работе. Плавка металла продолжалась.

Подобных случаев были десятки. Только с сентября по декабрь 1941 г. на территорию предприятия было сброшено 196 зажигательных и 12 фугасных авиабомб; во время артобстрелов взорвалось 146 тяжелых снарядов (всего за годы блокады на Балтийском заводе разорвалось 930 снарядов калибром от 100 до 275 мм). Только за первый год войны от артобстрелов пострадали 127 и погибли 24 балтийца.

Выполнение заказов для фронта сопровождалось большими трудностями в связи с нехваткой квалифицированных рабочих, ушедших на фронт. Вместо них к станкам встали домохозяйки, учащиеся старших классов средней школы. Их надо было быстро обучить непосредственно в цехах, на рабочем месте. Новое пополнение успешно осваивало профессии, женщины старательно выполняли мужскую работу, юноши и девушки работали на станках по 12 часов. Количество женщин-работниц составляло в конце 1943 г. почти 60% общего числа рабочих (против 20% к началу 1941 г.).

В конце 1941 г. пришла новая беда - электроэнергия стала поступать на завод с большими перебоями. Возникла угроза сокращения выпуска фронтовой продукции. Но балтийцы нашли дополнительный источник электроэнергии. По предложению главного энергетика Г. А. Тишурова приспособили и пустили в ход электростанцию недостроенного плавучего крана. Конечно, полностью решить проблему энергоснабжения это не могло. Начались поиски новых резервов. В монтажном цехе нашлись три дизеля по 900 л. с., их срочно приспособили для создания блок-станции. Отладку и регулировку дизелей поручили бригаде монтажников во главе с А. А. Макаровым. Рабочие А. И. Поляков, М. Ф. Иванов, С. Г. Бураков, И. Л. Минин, Б. Г. Колесов, Ненастев, Левин и А. А. Игонин трудились почти круглосуточно в течение двух недель. В ноябре 1941 г. блок-станция заработала и завод получил около 2000 кВт электроэнергии. Кроме того, оборудовали еще одну ре зервную электростанцию под большим стапелем, надежно защищенную от бомбежек и артобстрелов. На этой станции установили двигатель с генератором, взятым с разрушенной бомбой насосной станции, а второй агрегат сняли с вышедшей из строя подводной лодки; мощность резервной электростанции составила 800 кВт. Все это было сделано как нельзя кстати, ибо вскоре подача электроэнергии на завод полностью прекратилась.

Вскоре иссякли запасы твердого топлива, нависла угроза срыва отливки снарядов в чугунолитейном цехе. По предложению инженеров А. Д. Беренберга и В. Ф. Щеголева на заводе начали прессовать брикеты из отсевов кокса - их за многие годы скопились горы. Отсевы смешивали с жидким стеклом и прессовали - получали заменитель кокса. Так удалось сэкономить более 100 т твердого топлива.

Здесь следует подчеркнуть, что за годы войны, и особенно за период блокады, чрезвычайно ярко проявилась изобретательская и рационализаторская активность рабочих завода.

Вот примеры. 5-му цеху поручено было срочно изготовить скобу корабельного вертлюга, но на оставшемся оборудовании сделать это оказалось невозможно: Работник цеха Никитин предложил несколько изменить конструкцию скобы, изготовить ее на прессе в механиче ской лаборатории. В итоге вместо 100 скоб по плану цех выпустил 300.

Когда потребовалось увеличить выпуск коушей (проушин для тросового такелажа), оказалось, что не хватает молотов. Кузнец Комаков со своим напарником Филипповым изготовили штамп - сразу на два коуша. Ковали так: стоя по обе стороны молота, одновременно закладывали в штамп по две заготовки. Один удар молота - два коуша! Итог - 560 изделий за смену вместо прежних 250.

Никто на заводе в ту пору не подсчитывал размеров полученной экономии от изобретательских и рационализаторских новшеств. Да разве измеришь в рублях их итог? Была иная мера - время! Фронт получал от балтийцев досрочно отремонтированные корабли, минометы и снаряды...

Голод и холод в осажденном Ленинграде изнуряли и выводили из строя тысячи людей... Балтийцы не были исключением. К весне 1942 г. на заводе подвели печальный итог: от голода коллектив потерял 1800 человек.

Все, кто способен был еще трудиться, занимались только ремонтом кораблей.

Борьба за жизнь людей, за сохранение материальных ценностей h кораблей, стоявших у причалов завода, стала в те тяжелые дни главной задачей коллектива, партийной организации, руководства. Во многих цехах и отделах устраивали буфеты, куда привозили на санках в термосах обеды из столовой. При механическом и литейном цехах создали стационары, передав им все имевшиеся запасы овса, конины и бараньего жира, ранее применявшегося как насалка при спуске судов. Во многих цехах устраивали бани, душевые, прачечные, открыли парикмахерскую, мастерскую по ремонту обуви и одежды. Все это сохраняло силы и жизнь многим балтийцам, способствовало усилению темпов работы по выполнению фронтовых заказов, число которых росло с каждым днем. Так, по решению Военного совета фронта от 9 января 1942 г. балтийцам предписывалось отремонтировать и подготовить к весенним боевым операциям 14 крупных кораблей, усилить зенитное вооружение на многих надводных кораблях. Как выполнить эти фронтовые задания в условиях голодной суровой зимы, при нехватке рабочих рук?

Коллектив завода, его коммунисты и в новой ситуации нашли выход из труднейшего положения. Всю организацию ремонтных работ построили по принципу шеф-монтажа - при широком участии в составе рабочих бригад личного состава ремонтируемых кораблей. К мастеру или бригадиру прикрепляли группу краснофлотцев, которых по ходу ремонта обучали производственным процессам. Несмотря на острую нехватку мастеров и бригадиров, особенно по корпусным работам, поставленная перед заводом задача была выполнена.

Такая же организация работ была с успехом применена и при замене зенитного вооружения на четырех канонерских лодках на Ладожском озере. Работы велись прямо со льда, без грузоподъемных средств. Во всех случаях краснофлотцы и командиры из состава команд кораблей стремились поскорее ввести их в строй, работали с большим воодушевлением.

Еще в ноябре 1941 г. Военный совет фронта постановил построить дорогу по льду через Ладожское озеро для связи блокированного города с Большой землей. По призыву горкома партии на Ладожское озеро была направлена с заводов и учреждений города большая группа рабочих, инженеров и служащих на погрузочно-разгрузочные работы. С Балтийского завода в феврале 1942 г. ушли на Ладогу 200 человек. Ночью, на автомашинах, с тяжелым чувством проезжали мы по притихшему, израненному городу. Погода стояла тихая, ярко светила луна. В открытых машинах при 35-градусном морозе было очень холодно.

Рано утром 10 февраля 1942 г. продрогшие балтийцы прибыли на Ладожское Озеро и выгрузились невдалеке от Осиновецкого маяка. Из рабочих разных предприятий сформировали отдельную роту в 250 человек; ею командовал бывший танкист Иванов. Одним из взводов довелось командовать мне, в роте было 68 коммунистов. На первом же собрании выбрали партбюро.

Работали на станции Ладожское Озеро, где стояли товарные вагоны, в которые требовалось погрузить мешки с мукой, крупой и горохом. Работать было очень трудно - четверо истощенных голодом мужчин едва поднимали мешок. Но мысль о том, что продовольствие нужно для голодающих ленинградцев, придавала людям силы.

После длительной голодовки улучшение питания для многих людей оказалось пагубным. В течение двух первых недель пребывания на Ладожском Озере умерло 7, а 60 человек пришлось отправить в госпиталь на станцию Мельничный Ручей. И все же, наперекор болезням и холоду, каждый день, а иногда и ночью, в пургу и сильный мороз, под вражескими бомбежками, рота про должала грузить продовольствие и боеприпасы для осажденного Ленинграда, помогала эвакуировать ленинградцев. Было и немало авральных работ. Однажды после работы, едва улеглись спать, прибежал рассыльный командира Осиновецкого пирса. Он сообщил, что по ледовой дороге прибыло много автомашин с продовольствием, их надобно срочно разгрузить. Командир роты приказал мне с двумя взводами выйти на работу. Мела сильная пурга. В темноте едва добрались до пирса. И тут открылась незабываемая картина: трасса освещалась автомобильными фарами машин, шедших одна за другой плотным потоком; это было убедительным свидетельством всенародной помощи ленинградцам.

В эту ночь мы выгрузили сушеную рыбу, картофель и другие продукты. В темноте работать было очень трудно, выручали лишь фары автомашин. Все трудились дружно, без отдыха; к рассвету закончили разгрузку последней машины.

В конце февраля 1942 г. на озере свирепствовала пурга. Замело все дороги, множество машин, в том числе и с эвакуируемыми ленинградцами, застряло в сугробах. По боевой тревоге был поднят личный состав всех подразделений, обслуживавших ледовую дорогу. В течение двух суток день и ночь люди вели борьбу со снегом. С задания не вернулся в роту боец С. И. Клещев, инженер механического цеха Балтийского завода. Поиски ничего не дали, видимо, погиб в полынье или замерз...

В конце апреля 1942 г. закончились работы на ледовой дороге, а когда мы вернулись на завод, здесь полным ходом шла сборка секций барж, предназначенных для Ладоги. Я был назначен начальником участка корпусного цеха. Хорошо запомнил рабочих- корпусников, и особенно трех девушек из первой в довоенном судостроении женской бригады разметчиц - Шуру Иванову, Аню Яковлеву и Аню Королеву. Обессиленные голодом, они подлечились в заводском стационаре, а когда окрепли, вернулись в цех и приняли участие в обработке металла для барж-"блокадок". Несмотря на истощение, разметчицы работали превосходно. Преодолевая трудности, балтийцы в апреле 1942 г. приступили к предварительной сборке и сварке секций барж. Вскоре секции прибыли на Ладогу, где производилась их окончательная сборка.

Начиная со второго квартала 1942 г., после затишья на производстве, вызванного тяжелой блокадной зимой, завод усиленными темпами возобновил выпуск лафетов и щитков для полковых пушек, авиабомб, снарядов, ведущих колес для танков. Летом 1942 г. было построено 25 самоходных плашкоутов для Ладоги, изготовлено много деталей трального оборудования, гребных винтов и др.

Опыт первой блокадной зимы выявил необходимость надлежащей подготовки завода к новой военной зиме, к ней готовились продуманно и энергично. Балтийцы (в первую очередь - больные, жены бойцов Красной Армии), не имевшие дров, были обеспечены топливом. Заводу выделили участок деревянных домов на Охте для слома на дрова. Разборку домов производили бригады заготовителей, а кроме того, создали специальный участок лесозаготовок - сперва в районе Всеволожской, а затем возле станции Пери.

На дровозаготовках работали исключительно женщины. Им удалось обеспечить дровами столовые, рабочие и жилые помещения завода. В цехах, в красных уголках рабочие в обеденный перерыв и после работы могли отдохнуть в тепле, выпить горячего чая, почитать газету, послушать лекцию. При красном уголке корпусного цеха была сооружена стационарная киноустановка, которая обслуживала балтийцев, проживающих на заводе. В доме № 16 по Косой линии оборудовали комнаты для учеников рабочих - сирот. В подсобном хозяйстве заготовили и заквасили капусту. Все это существенно улучшило питание и бытовое обслуживание балтийцев.

В 1944 г. коллектив завода выполнил срочный заказ для ВМФ, построив более двадцати стотонных тральщиков. И здесь пригодился уже хорошо проверенный ранее метод шефмонтажа с привлечением к работам личного состава кораблей. В цехах и на достройке "стотонников" трудились свыше 600 краснофлотцев.

Если предельно кратко охарактеризовать деятельность коллектива балтийцев в годы войны, то она выразится двумя словами: массовый героизм. Сотни балтийцев показывали в ту пору чудеса трудовой доблести. Вспомним некоторых.

Электросварщик Леонид Хоменко одним из первых ушел в народное ополчение, но 5 июля 1941 г. сварщика вернули на завод - у стенки стояли корабли, требовавшие срочного ремонта. На заводе много и другой сварочной работы. Хоменко надевает привычный шлем сварщика, сваривает листы обшивки кораблей, стабилизаторы для бомб, бронеплатформы... Когда в конце августа 1942 г. на заводе создалось тяжелое положение с топливом, Хоменко организовал бригаду из комсомольцев 12-го цеха для сбора по крохам на территории завода топлива. Ребята только за один день собрали 8 т угля. Собрали они и 250 т металлолома, отправленного на Большую землю. Хоменко обучил 12 молодых рабочих своей профессии. В заводской газете "Балтиец" - от 31 января 1944 г. можно прочитать такие строки: "Бригадир Леонид Хоменко. Его бригада дает по 236 процентов выработки за смену".

Рабочий 7-го цеха Олег Стремилов, отработав подряд две трудные смены, уходил в госпиталь, где выступал в ансамбле самодеятельных артистов, поднимая дух и настроение раненых бойцов и командиров, хотя сам еле держался на ногах от истощения и усталости.

Еще одна героиня с Балтийского - Г. Аранович, из 13-го цеха. Нельзя без волнения читать ее воспоминания о блокадной поре: "Однажды цех получил задание от одного из участков фронта - нарезать резьбу на длинных болтах для танков. Электроэнергии в цехе не было, токарные станки стояли. Но мы знали - задание для фронта должно быть выполнено во что бы то ни стало. В то время, не имея сил ходить из дома на работу, мы жили прямо в цехе, в выстроенном доте. Там была маленькая печурка-"буржуйках". Мы натаскали в нее щепок, обломков досок для топки, и женщины- станочницы Е. Поставнина, К. Орирова и я по очереди крутили трансмиссию, сменяя друг друга лишь затем, чтобы отогреть у печурки коченеющие руки. Задание для фронта мы выполнили"

Слесарь-монтажник Н. В. Бирюков из 26-го цеха в блокаду потерял отца, кораблестроителя-балтийца, умершего от голода у своего станка... Молодой рабочий ответил фашистам самоотверженным трудом за смерть отца, за муки родного города. Сам слабый от истощения, больной, упорно работал на ремонте недостроенного крейсера "Петропавловск". Вместе с военморами вышел на пробные стрельбы, а потом, когда крейсер занял позицию в Угольной гавани Морского порта, настраивал механизмы. И с каждым залпом приговаривал:

- Это за Ленинград... Это за отца...

Кавалер орденов Ленина, Красного Знамени, почетный балтиец - таков Николай Васильевич Бирюков.

Когда потребовалось срочно отремонтировать поврежденный в бою эсминец "Сторожевой", многие служащие заводоуправления пошли в цехи подсобниками. Машинистка Лопухова отлично справлялась с тяжелыми обязанностями нагревальщика заклепок и молотобойца. На ремонте эсминца - "Сторожевой" особенно отличились главный конструктор П. Н. Кочеров, мастера Я. К. Руфин, Н. Д. Андреев, М. А. Корочкин, чеканщик М. Е. Ежов, инженер И. И. Нефедьев, бригадир М. Е. Семенов, начальник участка А. Д. Якименко. Все они были награждены орденами и медалями Союза ССР.

За трудовую доблесть и геройство, проявленные при постройке самоходных плашкоутов для Ладоги, были награждены орденами и медалями Союза ССР строитель А. М. Косач, начальник сварочного бюро Н. М. Никитиных, слесари Д. И. Ляшенко и Т. К. Самотейко, электросварщик П. М. Иванов, начальник блок-cтанции А. А. Марков, мастер И. А. Баюнов.


Главное за неделю