Подлодки Корабли Карта присутствия ВМФ Рейтинг ВМФ России и США
Какой способ жилищного обеспечения военных вы считаете наиболее оптимальным?
Жилье в натуральном виде
    63,41% (52)
Жилищная субсидия
    19,51% (16)
Военная ипотека
    17,07% (14)

Поиск на сайте

"Товарищ тендер"

Б. В. ПЛИСОВ (1907), во время войны - старший строитель тральщиков на Петрозаводе

Никогда не забыть дня спуска первых -тендеров на воду. Перед этим их с помощью ручных лебедок подтаскивали за сто метров к месту спуска. Вручную потому, что жесткий блокадный лимит не позволял воспользоваться электроэнергией.

Спуск судна - всегда большой праздник. А в этот день он был праздником вдвойне: ведь в построенных тендерах воплотились воля, мужество, организованность тружеников Петрозавода, их неколебимая вера в нашу Великую Победу. Сооружая тендеры, мы по существу впервые после тяжелой блокадной зимы 1941/42 г. работали как судостроители.

А началось это так.

Накануне летней навигации 1942 г. Военный совет фронта принял несколько постановлений, связанных с обеспечением Ленинграда продовольствием и боеприпасами, эвакуацией населения на Большую землю. Одно из этих постановлений, от 7 мая 1942 г., касалось судостроителей. Нас обязывали построить к 1-10 июня 1942 г. 50 самоходных тендеров и плашкоутов, причем 20 - заново, а для остальных использовать несамоходные плашкоуты, сооруженные по инициативе НТК НК ВМФ осенью 1941 г., в количестве 86 шт., с целью возмещения потерь тоннажа несамоходного грузового ладожского флота. Пока их строили, наступила зима и плашкоуты остались на предприятиях.

Идея создания небольших десантных самоходных тендеров, в которых нуждался Балтийский флот, возникла еще до войны. По указанию командующего КБФ адмирала В. Ф. Трибуца был разработан проект на Таллинском судоремонтном заводе, по которому заложили шесть тендеров. В начале войны их недостроенными доставили на кронштадтский Морской завод, где достроили. "Прожили" они недолго - затонули, попав под вражеский огонь при эвакуации наших войск из-под Выборга. Сохранилась лишь фотография общего вида тендера, которую передали Военному совету фронта.

Что было привлекательным в этом судне? Небольшие размеры, простота конструкции и, самое главное, возможность использовать его в разнообразных целях - для перевозки и высадки десантов, эвакуации из Ленинграда людей, доставки в осажденный город необходимых грузов.

Строить тендеры поручили нескольким предприятиям. О задании на Петрозаводе узнали 7 мая. Петрозавод являлся головным. Это означало, что мы обязаны были в несколько дней выпустить чертежи и для других заводов. До 10 июня нам нужно было построить 15 самоходных тендеров, т. е. сдавать по одному каждые два дня! Такие сроки в мирное время считались нереальными.

Старшим строителем тендеров назначили меня. Получив сохранившуюся фотографию общего вида судна, я понял, что по ней построить тендер невозможно. Надо было разработать узлы корпуса с учетом материалов, имевшихся в Ленинграде. Разработку проекта возглавили начальник заводского конструкторского отдела Н. А. Киселев и опытный инженер М. П. Цветков, компоновкой механической установки занялся инженер М. А. Крылов.

В чертежи сразу же вносились принципиальные конструктивные и технологические изменения - с учетом материалов, которыми располагало предприятие, и производственных возможностей. Разработку вели круглосуточно, с короткими перерывами для отдыха. Так удалось через два-три дня выпустить чертежи.

Что же представлял собой тендер? Это самоходная стальная баржа с корпусом простейшей формы, длиной 10,5, шириной 3,6 и высотой борта 1,5 м. Носовая оконечность корпуса не имела традиционного заострения. Днище здесь поднималось вверх к палубе, как передняя часть у лыж, и защищалось пуленепробиваемой броней, а когда такая броня отсутствовала - просто утолщали наружную обшивку. Трюм тендера объемом около 30 куб. м вмещал 12-15 т грузов. Автомобильный мотор ЗИС-5 мощностью 75 л. с. обеспечивал скорость хода около 5 узлов (9 км/ч); его устанавливали в кормовом отсеке. Рулем управляли с открытой палубы при помощи ручного румпеля. Навигационное оборудование - шлюпочный компас. За отсутствием реверсивных муфт тендер имел только передний ход.

Конструкторы разделили корпус судна на секции: носовую, кормовую, днищевую, бортовые, четыре палубные и переборку. Каждую собирали и сваривали на специально подготовленных рабочих местах, причем в наиболее удобном для сварки нижнем положении. Секции строили одновременно, что обеспечивало в цехах широкий фронт работ. Изготовление корпусов тендеров сводилось, таким образом, к их сборке из заранее заготовленных секций.

По проекту максимально упростили корпус, чтобы избежать гибочных операций, требовавших больших физических усилий. Еще более трудоемкую клепку заменили сваркой. Объем кузнечных работ, свели до минимума, предложив сварные конструкции вместо литых и кованых.

Почти одновременно с нами начали разработку проекта самоходного плашкоута на "Судомехе", где за основу был принят плашкоут НТК, имевший длину 10,5, ширину 3,6, осадку 1 и высоту надводного борта 0,5 м. Чтобы превратить его в самоходный, требовалось, в частности, изготовить носовые и кормовые оконечности. Инженеры А. Н. Тюшкевич, Н. А. Котельников, В. М. Мудров и другие (под руководством главного инженера завода Ю. Г. Деревянко) уже к 9 мая подготовили проект самоходного однотрюмного плашкоута с улучшенными обводами корпуса грузоподъемностью 15 т. А несколько позднее те же конструкторы предложили проект двухтрюмного самоходного плашкоута грузоподъемностью до 25 т (длина 14, ширина 3,6, высота борта .1,5 м). Оба проекта исходили из минимальных затрат стального проката, существенного уменьшения трудоемкости.

Подготовка чертежей и производства на заводах шла параллельно, что ускоряло процесс постройки. Петрозавод поделился с другими предприятиями очень дефицитным стальным прокатом (только на первую серию его потребовалось свыше 150 т). Подготавливали рабочие места и стапели, комплектовали бригады, составляли графики круглосуточного производства.

Немногочисленные сотрудники первого замнаркома А. В. Самарина, находившегося постоянно в Ленинграде, составили план МЗК- Петрозаводу поручили снабжать другие предприятия поковками, Балтийскому заводу - гребными винтами. Ряд предприятий обязан был изготовить гребные валы и баллеры рулей, глушители для моторов, электрооборудование.

На третий день после получения задания судостроители по-ударному трудились в цехах Петрозавода. Размечали и обрабатывали сталь. Из готовых деталей начали сборку и сварку секций. 15 мая - спустя только восемь дней - на стапелях уже стояли пять тендеров!

В этот день на завод приехал член Военного совета фронта Н. В. Соловьев. Он познакомился с постройкой тендеров, одобрительно отозвался об успехах коллектива и от имени Военного совета выразил уверенность, что задание будет выполнено в срок.

В этом можно было не сомневаться! Все, кто строил тендеры, не уходили из цехов по 12-14 часов. На стапели пришли и добровольно стали работать многие инженеры, служащие. Труд корпусников - тяжелый труд, но на стапелях были заняты и женщины, заменившие ушедших на фронт мужчин. Немногочисленные квалифицированные рабочие, оставшиеся на заводе, возглавили бригады, в состав которых вошли и команды тендеров - военные моряки.

Для каждой бригады составлялось суточное задание. Итоги социалистического соревнования подводились ежедневно. Лучшим вручалось переходящее Красное знамя - прямо на рабочем месте бригады.

Первой Красного знамени удостоилась бригада А. Г. Мельникова, построившая тендер всего за три дня! В торжественной обстановке тут же, на стапеле, бригадиру и его товарищам - сварщикам Л. А. Дмитриевой и В. А. Антонову, судосборщику В. М. Ионичеву, проверщику А. П. Яшкину, монтажнику Г. В. Нагаеву, разметчику К- А. Павлову и другим - вручили Почетные грамоты, премии. Бригады Б. В. Сивкина и Л. Н. Воронина собирали каждая свой тендер по четыре дня. Стоит отметить, что оба бригадира возглавили бригады, оставаясь один - заместителем начальника цеха, другой мастером.

На всех заводах, строивших тендеры и плашкоуты, в бригадах люди трудились как никогда раньше. Многие справлялись с заданиями в такие сроки, которые, казалось, были немыслимы даже в мирное время. Например, на Адмиралтейском заводе в одну ночь двое мотористов подготовили к пуску двигатели на 11 плашкоутах сразу!

Слесарь-моторист Адмиралтейского завода Павел Сергеевич Арцибасов, ныне Герой Социалистического Труда, вспоминает об этом: "Вечером меня срочно вызвали на завод и поставили задачу - вместе с мотористом С. П. Косыгиным к утру следующего дня обеспечить работу двигателей на одиннадцати, плашкоутах. Мы сразу, не теряя ни минуты, принялись за дело. Надо было установить аккумуляторы, проверить цепи зажигания у моторов, принять горючее и масло... Подгоняла мысль, что, подготовив плашкоуты к сдаче, мы тем самым спасем жизнь сотен женщин, детей, стариков, ждущих своей очереди на эвакуацию. Все одиннадцать плашкоутов на следующий день прошли испытания и были доставлены на Ладогу".

Ускорению темпов, экономии материалов и трудозатрат способствовала живая мысль заводских изобретателей и рационализаторов. Инженеры, техники, рабочие вносили много предложений, связанных с усовершенствованием технологии и организации производства, с преодолением всякого рода узких, мест и трудностей. Так, на Петрозаводе слесари-монтажники братья Н. и П. Григорьевы, К- В. Овчинников, А. И. Насупкин стали еще в цехе устанавливать кронштейны и упорный подшипник. Там же, в цехе, они закрепили на судовом фундаменте двигатель. В результате вдвое уменьшалось время монтажа двигателя в корпусе тендера. Новаторские предложения конструкторов, технологов, рабочих снизили объем сборочных работ на 25, сварочных- на 40, а стапельных - на 30%. Этим, как и самоотверженностью коллектива, определились рекордные для того времени сроки постройки тендеров и плашкоутов. Задание Военного совета было выполнено точно в установленный день.

Первые два тендера Петрозавода и самоходные плашкоуты "Судомеха" проходили испытания на Большой Невке 27 мая в присутствии адмирала В. Ф. Трибуца и членов Военного совета КБФ.

1 июня 1942 г. два тендера Петрозавода и один самоходный плашкоут, построенный на "Судомехе", были продемонстрированы членам Военного совета фронта. Головной тендер пришвартовался к пирсу вблизи Смольного. На борт судна поднялись А. А. Жданов, А. А. Кузнецов, Я. Ф. Капустин, Н. В. Соловьев и другие товарищи. Они осмотрели катер, задали много вопросов, касавшихся его эксплуатационных качеств, прежде всего, грузовместимости. Я ответил, что каждый тендер мог за рейс перевезти 15 т продуктов, что по нормам того времени равнялось 12-14 тыс. продовольственных пайков. А. А. Жданов расспрашивал о скорости хода тендера, количестве вероятных рейсов в сутки, балльности моря, при которой судно способно продолжать безопасные рейсы. Он обратил внимание на малую уязвимость тендера при налетах вражеской авиации - из-за его небольших размеров, что создавало значительные преимущества при эвакуации населения. Так же внимательно были осмотрены второй тендер и плашкоут "Судомеха". В заключение А. А. Жданов от имени Военного совета фронта дал указание построить дополнительно к первому заданию еще 35 плашкоутов. 28 июня приняли также решение о дополнительном производстве 25 двухтрюмных самоходных плашкоутов. Ленинградские судостроители справились и с этими заданиями. С мая по июль 1942 г. было сдано 115 тендеров и самоходных плашкоутов (в том числе два нефтеналивных). Большая часть их была построена "Судомехом" и Адмиралтейским заводом, 25 судов сделал Балтийский завод, 22 - Петрозавод, 17 - завод им. А. А. Жданова, остальное пришлось на долю Усть-Ижорской верфи.

В середине июня испытания тендера и плашкоута продолжались уже на Ладоге. В них участвовали от Петрозавода инженер А. Б. Маньковский, от "Судомеха" инженер А. Н. Тюшкевич, а также представители заказчика Н. П. Лавкин и Ш. Г. Ахметшин. При испытаниях установили максимальную вместимость судов. Так, плашкоут мог взять до 15 т муки в мешках, до 70-75 человек (без вещей). Суда выдерживали проектную скорость.

Испытания подсказали необходимость внесения некоторых улучшений - их реализовали при постройке последующих плашкоутов. Так, чтобы защитить рулевого при свежей погоде, сделали брезентовый обвес (ограждение). Якорь снабдили стальным тросом вместо пенькового. В носовой части соорудили нары для отдыха команды. Сделали также водонепроницаемым входной люк в машинный отсек, в грузовом трюме смонтировали вентиляцию.

Испытания показали, что тендеры и плашкоуты полностью удовлетворяют предъявленным требованиям. Прошло совсем немного времени, и новое подтверждение этому дала суровая практика плавания по бурному Ладожскому озеру. Вот красноречивые цифры о роли, которую сыграл построенный нами малый флот в перевозках по Дороге жизни в навигацию 1942 г. Всего тендеры и плашкоуты сделали 13 177 рейсов, перевезли 246836 человек и 101294 т грузов, в основном продовольственных. Около 43% эвакуированных в то лето и осень ленинградцев было перевезено на Большую землю тендерами и плашкоутами. При этом следует учесть неблагоприятные метеоусловия на Ладоге. Сильные и продолжительные ветры часто препятствовали нормальному плаванию, создавали значительные трудности для погрузочно-разгрузочных работ.

Полностью оправдалось и предположение, что суда окажутся менее уязвимыми при налетах с воздуха. Авиация противника не смогла потопить на Ладоге ни один тендер.

Мне выпал случай плыть на одном из тендеров вместе с группой эвакуируемых ленинградцев. Было это в начале июля 1942 г. Рейс продолжался больше двух часов. Экипаж, состоявший из трех человек, действовал умело, четко. Моряки даже позаботились о том, чтобы согреть на примусе чайник, напоить горячим чаем взрослых, поделились с детьми своими скромными пайками.

Обратно в Ленинград я возвращался в августе на самолете. Над Ладожским озером он шел очень низко, прижавшись к воде. И было хорошо видно, как в обоих направлениях один за другим идут по "накатанной" трассе наши тендеры и плашкоуты. Словно здесь была не фронтовая магистраль, а улица с двусторонним движением...

Эти юркие суда хорошо проявили себя и в ходе военных операций. На Ладожском озере не было более вместительных десантных плавсредств, они принимали на борт много бойцов и техники. Плоское днище, небольшая осадка позволяли вплотную подходить к берегу, что облегчало задачу десантников. "Товарищ тендер",- ласково и уважительно называли моряки Ладожской военной флотилии наши кораблики - тендеры и плашкоуты. Экипаж корабля обычно состоял из трех-четырех человек во главе со старшиной. Вооружение - только винтовки, редко - пулемет на треноге.

Когда : блокаду прорвали, Ладоге стало не нужно большое количество тендеров, и 30 из них в 1943 г. перебросили на Черное море. В том же году тендеры в составе Азовской военной флотилии помогали освобождать Керчь, доставляя через пролив грузы, высаживая десанты, выполняя другие боевые задания.

Тендеры отличились и в боях 1944 г. на Карельском перешейке, в значительной мере обеспечив успех крупной десантной операции в восточной части Ладожского озера - Тулоксинской. Позже значительное количество тендеров и плашкоутов перебросили в горловину между Чудским и Псковским озерами. Суда за пятнадцать дней переправили в район Тарту 150 тыс. солдат и офицеров, больше 9 тыс. автомашин, свыше 2 тыс. орудий и минометов, значительное число танков (на спаренных тендерах), много другой техники.

Закончилась война, а тендеры и плашкоуты еще долго использовались как вспомогательные плавучие средства в разных портах нашей страны. Даже в 1979 г. один самоходный плашкоут все еще эксплуатировался ленинградскими речниками.

Славные боевые дела экипажей тендеров и плашкоутов отражены в экспозиции музея Дороги жизни, открытом на берегу Ладожского озера. В День Победы, 9 мая 1974 г., Петрозавод торжественно передал музею модель однотрюмного тендера - в память о героическом подвиге ленинградских судостроителей и моряков Ладожской военной флотилии.


Главное за неделю