Подлодки Корабли Карта присутствия ВМФ Рейтинг ВМФ России и США
Какой способ жилищного обеспечения военных вы считаете наиболее оптимальным?
Жилье в натуральном виде
    64,10% (50)
Жилищная субсидия
    17,95% (14)
Военная ипотека
    17,95% (14)

Поиск на сайте

Глава VI. Под советским флагом

Не только в военном, но и в торговом русском флоте есть давние традиции успешного использования учебных судов. Известно, например, что я Петербургского училища торгового мореплавания в 1832 г. специально было приобретено судно грузоподъемностью 140 т. Все выпускники Архангельских шкиперских курсов (ныне — одна из старейших мореходок страны) проходили школу на шхуне «М. Ломоносов». Д. А. Лухманову довелось — об этом он рассказал в «Соленом ветре» — командовать парусником Одесских классов торгового мореплавания «Великая княгиня Маоия Николаевна», бывшим чайным клипером, принимавшим на борт 1201 курсантов. В 1910 г. 18 мореходных школ (отметим — обучение в них было платным) и 9 училищ дальнего плавания имели 4 парусных учебных судна.

Целое поколение советских моряков проходило практику на знаменитом четырехмачтовом барке «Товарищ», погибшем в годы войны в Жданове. Памятником ему остался поднятый со дна якорь, установленный в городском парке.

Старым «Товарищем»(1) (бывш. грузовое судно с корабельным вооружением «Лауристон» водоизмещением около 5000 т; спущено на воду в 1892 г., переоборудовано в учебное для морского техникума в 1925 г.) командовали известные моряки Д. А. Лухманов, Э. И. Фрейман, П. С. Алексеев. Родина не забыла заслуженных капитанов: все три имени можно прочесть на бортах современных судов, плавающих под советским флагом. Многие из их воспитанников стали капитанами и адмиралами, обучают молодежь, водят суда, командуют флотами. Можно назвать немало громких имен, ограничусь одним: школу на «Товарище» проходил Петр Сергеевич Митрофанов, которого по праву называют создателем нашей послевоенной парусной школы.

Менее известно второе наше довоенное учебное судно — баркентина «Вега». Переданная Ростовскому морскому техникуму «Вега» совершила нелегкое 4-месячное плавание вокруг Европы — из Ленинграда в порт приписки.

В послевоенные годы эти традиции подхвачены и успешно развиваются нашим самым большим в мире флотом учебных парусных судов. И в его составе снова есть и «Товарищ» и «Вега».

Недавно курсанты Херсонского мореходного училища имени лейтенанта Шмидта отметили 25-летие со дня подъема Государственного флага СССР на своем учебном корабле «Товарищ». Барк из Херсона с честью носит гордое имя. За эти годы на его борту прошло морскую практику 6500 курсантов из 12 мореходок.

Немало моряков получило хорошую закалку на небольшой трехмачтовой баркентине «Вега», приписанной к Таллину. Это судно с деревянной обшивкой было построено в 1952 г. в Финляндии (размерения — 44,0X9,0X2,8 м) в числе 12 однотипных парусников, часть из которых продолжала служить вплоть до самого последнего времени.

На сегодня моряков для нашего торгового и промыслового флота готовят пять специально оборудованных парусных судов, принадлежащих министерствам морского флота (ММФ) и рыбного хозяйства (МРХ). Возможно, у читателя возник вопрос: так ли уж важна проблема оморячивания? Так ли уж много моряков нужно готовить в век бурного развития авиации и зарождения космонавтики?


Общий вид и схема парусности барка «Товарищ».

Судите сами. Под советским флагом на 1 июля 1975 г. плавало 7079 морских судов вместимостью свыше 100 peг. т. На них одновременно служит, наверно, не меньше 30 000 специалистов-судоводителей! А ведь есть еще огромное количество судов меньшей вместимости, в частности — целый флот малых промысловых судов, тысячи речных судов.

Теперь несколько цифр, дающих представление о масштабах подготовки кадров морских профессий. Как заявил министр морского флота СССР Т. Б. Гуженко корреспонденту «Комсомольской правды» (18 января 1976 г.), сейчас каждый третий работник морского транспорта имеет высшее или среднее специальное образование. В системе учебных заведений ММФ работают 4 высших инженерных морских училища, 2 техникума, 13 мореходных училищ, 9 ПТУ, 15 мореходных школ.

В системе МРХ в 5 вузах, 14 мореходных училищах, в техникумах и ПТУ в 1975 г. обучалось одновременно около 70 тыс. молодых людей. Не всем им, но большинству придется работать на промысловых и транспортных судах, но все, кто до того проходил практику на учебных парусниках, уверен, вспомнят их с благодарностью. Думаю, совсем не случайно МРХ СССР держит в составе своего учебного флота два крупнейших парусных судна мира: полная загрузка им обеспечена. Познакомимся с нашими наиболее известными учебными парусниками.

«ТОВАРИЩ». Флагманом парусного флота ММФ, обеспечивающим практику курсантов мореходных училищ, является барк «Товарищ», Судно построено в 1933 г. на гамбургской верфи «Блом и Фосс» для ВМФ Германии (называлось «Горх Фок»).

С 1950 г. плавает под советским флагом (см. сноску на стр. 84). Водоизмещение судна — около 1800 т, валовая вместимость — 1392 per. т, дедвейт — 292 т. Размерения: длина наибольшая 89 м (по палубе—81, по КВЛ — 73,6); ширина — 12,0 м; осадка — 5,23 м; высота борта на миделе — 7,5 м. Три мачты барка несут 23 паруса общей площадью свыше 1860 м2. На судне установлен 500-сильный шестицилиндровый вспомогательный двигатель для движения 8-узловым ходом в штиль и маневрирования в узкостях. Судно принимает на борт 140 курсантов и 6 инструкторов — руководителей практики; постоянный экипаж — 45 человек.

За четверть века судно прошло под парусами 226 тыс. миль. В активе «Товарища» несколько интересных дальних плаваний, в том числе ряд походов вокруг Африки и через Атлантический океан, но, пожалуй, широкая известность пришла к нему в 1972 г. после визита в США на празднование юбилея фрегата «Констеллейшн». В 1974 г. для участия в регате Операции Парус «Товарищ» специально пришел на Балтику из Одессы, так что месячное плавание вокруг Европы позволило капитану О. П. Ванденко отлично натренировать экипаж. Немалую помощь в подготовке и проведении гонки оказал находившийся на борту «Товарища» капитан-наставник Черноморского пароходства М. И. Григор. (Михаил Иванович — в годы войны капитан легендарного «Фабрициуса», морскую закалку получил на старом «Товарище» и остался верен парусам.)


Учебное судно Херсонского мореходного училища ММФ — барк «Товарищ».

Барк из Херсона победил в гонке Копенгаген — Гдыня. Капитану Олегу Ванденко, старпому Виталию Лебедеву и боцману Борису Дьяченко было присвоено звание мастера спорта международного класса.

«КРУЗЕНШТЕРН». Это учебное парусное судно МРХ (порт приписки—Рига), первоначально называвшееся «Падуя», построено в 1926 г. па верфи Текленборга в Везермюнде (Бремерхафен) как последнее из серии барков «Летающей линии П» Фердинанда Лаеша. Как и все эти барки, «Падуя» вспомогательного двигателя не имела, предназначалась для перевозки 2000 т массовых насыпных грузов — селитры и фосфатов из Чили, пшеницы из Австралии.


Учебное судно Ростовского-на-Дону морского техникума — баркентина «Вега». Погибла в 1941 г. на Черном море.

Барк завоевал славу хорошего ходока. Известны два его рекордных рейса. Из Гамбурга до чилийского порта Талькауано он дошел (естественно, не через Панамский канал, а вокруг мыса Горн) за 87 дней, вернулся за 94 дня. Из Гамбурга до австралийского Порт-Линкольна шел всего 67 дней! Много раз штормовал в «ревущих сороковых»; в 1930 г. во время урагана, заставшего «Падую» у самого мыса Горн, волной смыло за борт четверых моряков. Нелишне будет заметить, что по заведенному Лаешом порядку в каждый рейс «Падуя» брала по 40 практикантов.

В январе 1946 г. на судне, которое в годы войны использовали в качестве несамоходной баржи, был поднят советский флаг, а в феврале оно получило нынешнее название — в честь русского мореплавателя Ивана Федоровича Крузенштерна; парусник ввели в состав отряда учебных судов одновременно с однотипным по парусному вооружению барком(2) «Седов» (бывший «Магдалена Виннен», а затем «Коммодор Йонзен»).

Мне — тогда молодому штурману довелось участвовать в приемке этих парусников в порту Свинемюнде(3). Вид у некогда гордых винджа- ммеров был крайне запущенный, траурный. Привели их сюда из Вильгельмсхафена на буксире. Для прохода под мостами Кильского канала стеньги пришлось снять. Верхние реи были кое-как уложены на палубе, нижние — плохо обрасоплены малочисленной военной командой, которая никогда на этих судах под парусами не ходила.


Четырехмачтовый барк «Падуя — ныне «Крузенштерн». В довоенное время барк был трехостровным судном.

Официальная встреча проходила на борту «Коммодора Ионзена». Вот мы подходим к трапу — А. Г. Цуканов, С. Н. Ярош, А. П. Морозов и я. За нами неплотным строем следуют члены экипажей, которым предстоит принять суда, восстановить и плавать на них. В капитанской каюте нас принимает офицер — капитан-лейтенант. Держится он великолепно, изображая гостеприимного хозяина, любезно показывает судно, однако при случае не без яда спрашивает у Сергея Яроша:

— Ну скажите, зачем вам эти парусники? Вы с ними никогда не справитесь, сгниют они у вас на швартовах...

— Ничего, — отвечает будущий старпом «Седова», — справлялись я с более трудными делами!

Подписываются акты передачи. Немецкий и наш экипажи выстраиваются лицом к лицу на юте. И вот медленно сползает пестрый полосатый флаг, заменявший тогда национальный флаг поверженной фашистской Германии, поднимается флаг Страны Советов.

Вышли эти суда в море нескоро — через несколько лет. В те первые послевоенные годы массовое траление на Балтике только начиналось, ходить можно было лишь по нескольким расчищенным от мин узким фарватерам. Другими словами, большим чисто парусным судам плавать было негде. «За невозможностью использования» довольно остро встал вопрос о сдаче на слом обоих судов, предлагалось разрезать па металл корпуса, склепанные из 20-миллиметровых листов, и рангоут. За оставление парусников в строю ратовала небольшая группа моряков — энтузиастов парусного дела во главе с П. С. Митрофановым. При поддержке командования флотом нам удалось собрать и подготовить один экипаж и, как только позволила обстановка, вывести в море «Седов». Это пробное плавание и решило судьбу обоих гигантов.

В 1953 г. я был назначен капитаном «Крузенштерна». Провожая, Петр Сергеевич, с которым я прослужил к тому времени более шести лет, напутствовал меня так:

— Попутных тебе ветров, Иван Григорьевич! Берись как следует за восстановление «Крузенштерна», чтобы два наших судна скорее начали плавать вместе! В 1959—1961 гг. «Крузенштерн» прошел капитальный ремонт, во время которого на нем установили двигатели — два 8-цилиндровых 800-сильных дизеля «8ДР», современные судовые устройства и системы, оборудовали жилые помещения. И в том же году мы по-настоящему вышли в море. Семь лет «Крузенштерн», как и «Седов», выполнял научно-исследовательские работы по программе АН СССР и одновременно обеспечивал проведение учебной практики курсантов. Судно побывало на Бермудах и Ямайке, заходило в Гибралтар и Марсель, Галифакс и Касабланку...

В 1968—1972 гг. на Кронштадтском морском заводе барк был модернизирован и переоборудован в учебное судно МРХ. Водоизмещение его — 5725 т, тоннаж — 3185 ТМ, дедвейт — 1976 т, валовая вместимость — 3545 per. т. Длина габаритная — 114,5 м, по КВЛ — 95 м; ширина — 14 м; осадка — 6,8 (до 7,0) м. На своих четырех мачтах барк несет 31 парус (из них 18 прямых) общей площадью 3700 м2. В сильный ветер скорость хода под парусами достигает 15—16 уз, но при ослаблении ветра барк идет плохо. В штилевую погоду приходится использовать двигатели, скорость при этом составляет 8—9 уз. Судно имеет, как говорят моряки, неограниченный район плавания и может находиться в море без пополнения запасов до 4—5 месяцев. Мощность судовой электростанции — 400 кВт; это позволяет (в отличие от довоенного «Товарища» и того же «Крузенштерна» до модернизации) выбирать якоря с помощью электрического брашпиля, однако работать с парусами приходится по-прежнему только вручную, используя шпили и лебедки с ручным приводом.

В настоящее время судно принимает на борт 202 курсанта и 6 руководителей практики. Будущие моряки размещаются в 20—25-местных кубриках, штатная команда (73 чел.)—в 1-, 2- и 4-местных каютах.

Для проведения занятий оборудованы два класса на 25 человек каждый, учебная штурманская рубка с навигационным мостиком на 9 прокладочных мест, радиокласс и т. п. помещения.

За годы службы под советским флагом «Крузенштерн» прошел свыше 240 тыс. миль. В общей сложности на нем прошло морскую закалку не менее 9500 курсантов-практикантов.


Общий вид четырехмачтового барка «Крузенштерн». 1 - фок; 2 - нижний фор-марсель; 3 - верхний фор-марсель; 4 - нижний фор-брамсель; 5 - верхний фор-брамсель; 6 - фор-бом-брамсель; 7 - грот; 8 - нижний грот-марсель; 9 - верхний грот-марсель; 10 - нижний грот-брамсель; 11 - верхний грот-брамсель; 12 - грот-бром-брамсель; 13 - грот II; 14 - нижний марсель II грота; 15 - верхний марсель II грота; 16 - нижний брамсель II грота; 17 - верхний брамсель II грота; 18 - бом-брамсель II грота; 19 - бом-кливер; 20 - средний кливер (мидл-кливер); 21 - кливер; 22 - фор-стень-стаксель; 23 - грот-стень-стаксель; 24 - грот-брам-стень-стаксель; 25 - стень-стаксель II грота; 26 - брам-стень-стаксель II грота; 27 - апсель; 28 - крюйс-стень-стаксель; 29 - нижняя бизань; 30 - верхняя бизань; 31 - гаф-топсель; 32 - полубак; 33 - шкафут; 34 - шлюпочная палуба; 35 - ходовой мостик на штурманской рубке; 36 - машинный кап; 37 - радиорубка; 38 - пост управления рулем.


На «Крузенштерне» — аврал: производится уборка парусов.

ПРАКТИКА НА «КРУЗЕНШТЕРНЕ»

Что же такое практика на нашем учебном парусном судне?

"Крузенштерн" входит в состав Балтийского отряда учебных судов насчитывающего восемь вымпелов. Загрузка этой эскадры планируется в соответствии с утвержденными учебными планами средних и высших учебных заведений западного бассейна страны.

Как правило, на «Крузенштерне» (бортовой № РУ-0702 по единой нумерации судов МРХ) проводится самая первая практика будущих моряков-рыбаков, а пока еще курсантов первого-второго курсов. Очень часто в их числе оказываются молодые люди, выросшие «далеко от воды», видевшие море и суда только в кино. Соответственно сформулирована и наша главная задача: обеспечить знакомство новичков с морем и бытом на судне, овладение самыми азами морской практики. Азы — это тот минимум, который должен быть известен любому моряку. Другими словами, за два или три месяца каждый из новичков должен получить определенные знания в объеме, соответствующем палубной специальности матроса 2-го класса.

Ну а главное — это то самое первичное оморячивание, о котором уже немало говорилось выше. Каждый из 200 новичков должен поверить в себя, почувствовать себя моряком, получить какие-то навыки, которые потом облегчат ему глубокое овладение своей специальностью. Существует пословица: рыбак — трижды моряк! Она четко передает существо профессии современного рыбака, когда промысел ведется на далеких просторах Мирового океана, когда суда экспедиционного лова не бывают в порту приписки годами, а смена экипажей производится прямо в море, не чаще чем через 4,5 — 6 месяцев напряженной работы. Вот почему, составляя программу первой практики, мы стараемся с каждым новым потоком совершить дальнее плавание — выйти в океан. Этому, естественно, предшествует большая работа экипажа и руководителей практики. Только после недельной тренировки новичков в порту «Крузенштерн» отдает швартовы и выходит в море, чтобы продолжать обучение курсантов в более сложных условиях. Настоящий моряк рождается в море. Только здесь мы можем оценить профессиональную пригодность каждого из 200 новичков. (К чести нынешней молодежи, отчисления после практики на паруснике — явление чрезвычайно редкое!)

Принимаем курсантов мы всегда на верхней палубе. Напротив строя новичков выстраивается экипаж «Крузенштерна». Курсанты знакомятся с капитаном судна, затем им персонально представляют остальной командный состав, давая каждому полную характеристику и по образованию и по опыту — где сколько плавал, а затем боцманов и старших специалистов — будущих учителей и воспитателей.

Как я убедился, такой порядок знакомства — необходимая основа для установления нормальных взаимоотношений на борту судна. Ведь на каждого штатного «крузенштерыовца» приходится трое временных, да нередко новички эти оказываются еще и несовершеннолетними! Сделать всех членами дружного коллектива — непросто, но это важнейшая наша задача. (Забегая вперед, отмечу, что когда в июле 1974 г. с нами шли из Копенгагена в Гдыню шестеро журналистов из Дании, ФРГ и Англии, их буквально поразила, они подчеркивали это в своих корреспонденциях, «дружеская атмосфера, царившая на большом, но густо на­ селенном судне». Для нас эта удивившая иностранцев атмосфера, когда дисциплина покоится на взаимном уважении, была привычной нормой.) Здесь же, в строю, курсантам объявляется распорядок жизни на корабле.

Первые занятия посвящаются технике безопасности. Любое судно в море это всегда «место работы с повышенной опасностью», а парусное—тем более. Требуется предельная собранность и на палубе, и на реях. Здесь ошибаться нельзя! Только после тщательного изучения правил безопасности курсанты надевают страховочные пояса и мы начинаем «поднимать их на рангоут». Вначале новичков пропускают по вантам с одного борта на другой через марсы, потом ярусом выше — через салинги и, наконец, через топы мачт. Эти подготовительные упражнения делаются в дальнейшем ежедневно во время утренних физзарядок. Постепенно задачи, которые ставятся перед молодыми моряками, все усложняются. Их обучают работе на высоте, расписывают по мачтам, составляя из них три ходовые вахты, которые должны попеременно — по 4 часа каждая — обеспечивать непрерывное обслуживание парусов на всех четырех мачтах. Ходовая вахта — основное подразделение, в котором ведутся все дальнейшие плановые занятия по морской практике, освоению навыков управления парусами. Между вахтами организовано соревнование, а в конце практики проводится специальный конкурс: «Моряки мы или нет?» Подводятся итоги, выявляется передовая вахта.

Нормальная ходовая вахта — 65 человек. А для выполнения поворота или срочной уборки парусов, скажем, при налетевшем шквале, объявляется аврал: наверх вызываются все три вахты одновременно. Вступает в жизнь авральное расписание. Часть курсантов быстро и в строго определенном порядке (сначала верхние реи, затем нижние) поднимается на мачты и разбегается по своим рабочим местам на рангоуте барка На каждом рее рядом с ними работают матросы-инструкторы. Всеми действиями на каждой мачте руководит боцман этой мачты, получающий команды от своего командира мачты - штурмана. По их же командам те курсанты, которые остались внизу на палубе, отдают с нагелей и стопоров одни ходовые концы снастей, выбирают другие. Выбирают обычно сначала вручную, а затем накидывают конец на лебедку или разбирают вымбовки и добирают, набивая снасть, шпилем.


Большая приборка.

Понятно, что когда, скажем, постановка или уборка парусов производится новой сменой впервые, проходит это далеко не четко и гладко, отнимает много сил и нервов. Зато через два-три месяца та же работа теми же курсантами выполняется, по крайней мере, вдвое быстрее и, как кажется иногда со стороны, без всяких усилий...

Принимая курсантов на борту своего судна, знакомясь с новичками, я внимательно присматриваюсь к каждому из них. Многие чувства отражаются в глазах будущих моряков. Здесь и удивление, и нетерпение — жажда поскорее испытать себя в деле, встретиться с морем, здесь и настороженность, неуверенность. Я чувствую, что ребята очень слабо представляют трудности избранной профессии.

Пройдут два-три месяца. Окончится их первое в жизни океанское плавание. И вручая юношам свидетельства на право занимать пока еще самую скромную морскую должность матроса, я вновь внимательно посмотрю каждому в глаза, пожму руку. Но это уже будут совсем другие, уверенные в себе люди. По глазам их можно будет сказать, что они видели море, не всегда ласковое, но всегда прекрасное. Что они преодолели страх, поверили в себя. Исполняли трудную работу, научились понимать, что порывом одного, даже сильного человека море не одолеешь. Почувствовали радость коллективного труда.

Путь курсантов лежит снова в училище. Они приобретут знания, необходимые современному моряку, а позже снова будут проходить практику, уже на других судах — транспортных или промысловых, именно таких, на каких им придется затем работать многие годы. Но свое самое-самое первое плавание — крещение под парусами, я уверен, останется в их памяти навсегда.

(1) О нем написано немало. Сошлюсь, например, па великолепную книгу Д-А . Лухманов а о плавании «Товарища» в Южну ю Америку в 1926— 1927 гг. «20 000 миль под парусами» и воспоминания Ю. А. Пантелеева и В. И. Агафоновав сб. «Катера и яхты» № 18.

(2) Водоизмещение — 6000 т; размерения — 117 х 14,3 х 7,2 м. Построен в том же Гамбурге в 1921 г. для судовладельца Виннена. В дальнейшем служил учебным судном сначала «Норддойчерллойда», имевшего свои учебные заведения, а затем ВМФ.

(3) Парусники были переданы советскому флоту при разделе уцелевшего к концу войны боевого и торгового флота Германии между союзниками, предусмотренном решениями Потсдамской конференции (см. например, «История Великой Отечественной войны Советского Союза 1941—1945», том 5, стр. 452- М., Воениздат, 1963). Тогда же флоту США были переданы два барка — нынешние «Игл» и «Сагреш».

Вперед
Оглавление
Назад


Главное за неделю