Подлодки Корабли Карта присутствия ВМФ Рейтинг ВМФ России и США
Какой способ жилищного обеспечения военных вы считаете наиболее оптимальным?
Жилье в натуральном виде
    64,10% (50)
Жилищная субсидия
    17,95% (14)
Военная ипотека
    17,95% (14)

Поиск на сайте

ФИНАЛ ОПЕРАЦИИ: ПОРТСМУТ — СЕН-МАЛО

Празднества в ПНР продолжались, а мы на следующий после парада день 22 июля снова вышли в море. Очередной этап Операции — групповой переход в Портсмут, где должны встретиться участники балтийской и атлантической регат.

До Скагена мы шли вместе с «Даром Поможе», имея хороший попутный ветер, а здесь нас поджидал встречный (по неофициальной терминологии «мордевинд», «мордотык») — свежий зюйд-вест. Продвижение вперед застопорилось. Особенно тяжело приходилось в эти часы «Белому фрегату»: мощность его двигателя в четыре раза меньше, чем силовой установки «Крузенштерна», а и наши-то машины «выгребают» лишь при встречном ветре не сильнее 7 баллов! Польское судно с большим трудом преодолевало ветер и волну. Договорившись о встрече у берегов Англии — у острова Уайт, мы разошлись, и по отдельности стали лавировать против все усиливающегося ветра.

Северное море встретило крупной океанской волной. Идущую неподалеку низкобортную, медленно всходящую на волну «Америку» — не будем забывать: чисто гоночное судно! — заливало и крушило так, что в Англию шхуна пришла без бушприта.

На рассвете 31 июля «Крузенштерн» оказался у маяка Наб-Тауэр. Отсюда уже хорошо был виден высокий английский берег, отлично просматривался знаменитый Спитхейдский рейд — место проведения главных парадов королевского флота. (Здесь, кстати сказать, хорошо помят участие в парадах, посвященных коронации, советского линкора «Марат» в 30-е годы и крейсера «Свердлов» — уже после войны!) Когда «Крузенштерн» входил в главную базу британского ВМФ Портсмут, по старинной традиции с одного из некогда грозных фортов грянул пушечыи выстрел. Мы уже подтягивались к заполненному шумной толпой причалу военного порта, когда снова разнесся грохот выстрела: следом за нами входил «Дар Поможе».


У штурвала «Крузенштерна» в свежий ветер.

Польское судно пришвартовалось лагом к «Крузенштерну», а пришедший 2 августа «Товарищ» (он задержался в Гдыне) — к их борту. Так три больших парусника из двух социалистических стран оказались стоящими борт о борт. Судя по высказываниям местных газет, эти суда и вызывали наибольший интерес у жителей Портсмута и туристов, съехавшихся в морскую столицу бывшей владычицы морей со всех концов — из всех графств Англии. Во всяком случае тысячи желающих побывать на наших судах выстаивали многочасовую очередь у трапа «Крузенштерна». Как отмечала пресса, на фоне оживленных встреч молодых англичан и будущих моряков из 14 стран, на фоне праздничного многолюдья, царившего все эти дни на набережных и прилегающих улицах, затерялось — прошло незамеченным «грандиозное шоу», организованное на стадионе уже упоминавшейся фирмой «Катти Сарк». (Кстати говоря, ее виски можно было дегустировать прямо на причале: к приходу судов были поставлены фирменные «торговые точки».)

Большинству «крузенштерновцев» посчастливилось участвовать в автобусной экскурсии в Лондон. Нашим ребятам не только показали английскую столицу, имеющую славную многовековую историю, но и предоставили возможность побывать на «Катти Сарк», осмотреть чичестеровскую «Джипси Мот», стоящие на Темзе плавбазы морских училищ.

Официальные встречи шли своим чередом. Капитаны нанесли первый визит командующему военно-морской базой: адмирал Д. Эмпсон принял нас на борту нельсоновского «Виктори» — на шканцах прославленного корабля. По его указанию корабль все эти дни был открыт для посещения моряками парусной армады, собравшейся в Портсмуте. В какой-то мере этот не выглядящий теперь грозным корабль стал центром праздничной программы. Здесь, у борта «Виктори», 3 августа собирались участники Операции Парус, прежде чем двинуться к месту народных гуляний — на Саутси-арену для участия в церемонии награждения победителей атлантической регаты, а заодно (повторно) и победителя балтийской регаты «Товарища».

Наша сводная колонна шла через весь город со своим оркестром, с развевающимся красным флагом, вызывая восхищение четкостью строя, безукоризненной подтянутостью курсантов. Праздник на стадионе в Саутси открылся эффектным воздушным парадом «красных стрел»: истребители ВВС на огромных скоростях чертили небо, демонстрируя каскад сложнейших фигур высшего пилотажа. Затем последовала церемония награждения, которое производил сам принц Филипп герцог Эдинбургский. Многие британские газеты и журналы (в том числе «Англия») поместили потом снимок: высокий патрон СТА передает награды нашему Олегу Ванденко.

За победы в гонке Ла-Корунья — Портсмут призы получили капитаны французского шлюпа «Гленан» и английского иола «Сейбр» (1-е и 2-е общие места), итальянского иола «Стелла Полярис» и английской шхуны «Уинстон Черчилль» (за 1-е и 2-е места в подгруппе). Вечером началось праздничное гуляние; от старинного замка Саутси, расположенного над морем — на высоком берегу, был дан великолепный фейерверк.

И снова — парад.

С утра 4 августа погода не праздничная — над морем обещанные синоптиками тучи. Тем не менее настроение у ребят приподнятое: не хочется ударить в грязь лицом перед строем боевых кораблей, возглавляемых королевской яхтой «Британия». (Кстати говоря, это довольно большой, чуть ли не 5000-тонный теплоход, содержание которого обходится ежегодно в 4,5 млн. фунтов! Одной команды на нем более 250 человек.)

С 13.00 суда-участники начали выбираться на Спитхейдский рейд, где происходило построение для следования в ордере парада. Первым вышел на рейд «Товарищ» — победитель балтийской регаты; за ним последовали «Дар Поможе», «Крузенштерн», «Америго Веспуччи» — свыше 45 парусных судов, строй которых замыкала баркентина «Барба Негра». При выходе каждого парусника неизменно раздавался пушечный выстрел, а выходящее судно салютовало своим флагом военно-морскому флагу Британии, поднятому над фортом.

Суда построились, и вот внушительная колонна, растянувшаяся на добрые две-три мили, начала движение к мысу Каус, где уже стояла королевская яхта. Как писали потом в газетах, «Британия» едва не опоздала занять свое место, затертая множеством выходивших в море, несмотря на плохую погоду, малых судов со зрителями. И сейчас вокруг судов-участников, чинно следующих малым ходом, сновало огромное количество яхт и катеров. Это создавало общую атмосферу морского праздника, но отнюдь не облегчало работу судоводителей. Тем более, что путь колонны проходил вблизи берега и все дело происходило в нешироком проливе, отделяющем остров Уайт от собственно Англии. Маневрировать под парусами в таких условиях было сложно и рискованно, однако экипаж «Крузенштерна» — в нем я был уверен — смог блеснуть морской выучкой.

Задачу осложняло то, что постановку парусов, которая занимает у нас 40 минут, надо было начинать в очень неудобном положении, следуя еще навстречу ветру, чтобы обогнуть расположенную по середине пролива мель. После же поворота времени на это не оставалось — от мели До «Британии» было не больше 3—3,5 мили. Так и получилось, что на идущих впереди (да и позади) больших судах паруса оказались поставленными лишь частично: то ли просто не успели закончить постановку, то ли решили не рисковать и пройти под машиной.


«Крузенштерн» под всеми парусами проходит мимо королевской яхты «Британия» во время парада. фото из журнала "Yachting World".

У нас все вышло как надо. В непосредственной близости от «Британии», на которой держал флаг принц Филипп, мы вступили под паруса и успели взять ветер. Набрав неплохой ход — около 10 узлов, «Крузенштерн» с небольшим креном на правый борт прошел вблизи самого строя принимающих парад кораблей.

Снимки советского барка под всеми парусами появились во многих английских газетах: здесь по традиции очень внимательно следят за новостями морского мира.

И прямо с парада, не убирая парусов — в открытое море. «Крузенштерн», единственный из класса А, в окружении ряда меньших судов — участников Операции пошел в Сен-Мало. Этот завершающий программу групповой переход имел одну немаловажную особенность: на время плавания между экипажами был устроен обмен курсантами. Несколько наших парней должно было перейти на «Дар Поможе», но в последний момент выяснилось, что польский корабль во Францию не идет; таким образом, советским морякам довелось выступить лишь в роли хозяев.

Рано утром 4 августа, когда мы кончали подготовку к параду — ребята драили палубу, на «Крузенштерне» появился представитель СТА в сопровождении двадцати улыбающихся парней (желающих-то было, как я потом узнал, в пятнадцать раз больше!). В основном это были молодые англичане; по одному кадету прислали возвращающиеся из Портсмута домой французские «Бель Пуль», «Этуаль», «Гленан» и «Св. Анна VII», двоих — голландская шхуна «Индрахт». Мы организовали из них отдельную учебную группу, закрепили ее за хорошо знающим английский язык преподавателем, распределили по мачтам. Сначала все на огромном судне было им в диковинку, многое, даже наше меню, — непривычным. Но ребята оказались дисциплинированными и трудолюбивыми. Занятия и тренировки с гостями проводились усиленным темпом.

Высокий рыжеватый Питер Годби, отмеченный нашими боцманами за любознательность, позднее напечатал в саутгемптонском морском журнале «Все наверх!» воспоминания. Вот что он пишет:

«В первый день мы были, скорее, пассажирами — только помехой всем, но неожиданно быстро стали врастать в жизнь экипажа и почувствовали, что мешаем все меньше. На следующее утро мы получили разрешение работать наверху и, надев страховочные пояса, начали медленно подниматься на самый нижний рей. Было страшновато. Двое испугались высоты и от повторного подъема на мачту отказались. Требовалась и ловкость, и уверенность в себе, чтобы на высоте 50 футов стоять на тонком стальном тросе и что-то делать обеими руками. Цель работы, которой руководил боцман, заключалась в аккуратной укатке паруса. Должен сказать, что потребовалось 20 минут, прежде чем я смог работать нормально: до того одной рукой я держался за рей...»

Через два дня наши гости уже неплохо работали на реях «Крузенштерна» плечом к плечу с ребятами из Ленинграда, Мурманска и Калининграда. Неожиданно, как-то сам собой исчез языковой барьер, молодые моряки подружились.

Никакой парусной гонки па 120-мильной трассе не предусматривалось да и «гоняться» было не с кем, однако пришлось всемерно форсировать парусами: пока позволял ветер, шли 12-узловым ходом. Надо было торопиться, чтобы успеть подойти к входу в порт не позже 9.00. Точное время было оговорено не случайно. В заливе Сен-Мало, вообще очень сложном в навигационном отношении (множество мелей, островков), исключительно велики ириливно-отливные колебания — до 12 м. (Неудивительно, что именно здесь сооружена крупнейшая в Европе приливная гидроэлектростанция!)Войти в гавань Вобан, самую старую из гаваней большого порта, известного еще на заре европейского мореплавания, можно только через шлюз, а открывают его только во время полной утренней воды... Ночью на 6 августа ветра было мало, пришлось выжимать все возможное из машин.

Как мы узнали потом, с раннего утра на неприступных стенах средневековой крепости, защищавшей когда-то вход в порт, собрались тысячи жителей Сен-Мало, Сен-Сервана и Параме (трех городов, давно уже слившихся окраинами), ожидавших появления на горизонте самого большого парусника мира. Они ликовали, когда суда появились точно в назначенное время. Шумная толпа ожидала нас и у самого шлюза, но здесь нам было не до приветствий: тесная шлюзовая камера едва вмести ла громаду «Крузенштерна». Под килем оставалось не более полуметра воды! Вот на дамбе подняли сигнал, означающий, что батопорт — ворота с морской стороны шлюза закрыты и администрация требует закрепить судно швартовами, иначе при открывании выхода нас может навалить на стенки или внутренний батопорт. Все шлюзование заняло около 30 мин, «Крузенштерн» оказался в гавани Вобан, которая стала его домом на ближайшие четыре дня.


Момент парада в Портсмуте. Идет «Дар Поможе». Фото из календаря Бэкена «Таll Ships».

И все эти четыре дня у борта «Крузенштерна» бурлил людской водоворот. Натиск темпераментных жителей Сен-Мало, считавших своим долгом побывать на палубе барка, был таким, что мы стали опасаться за сохранность трапа. С неменьшим воодушевлением хозяева — власти города и экипажи французских шхун «Этуаль» и «Бель Пуль» взялись за осуществление грандиозной программы пребывания гостей на берегу. Все желающие побывали на концертах народных песен и плясок, ездили по окрестностям, изобилующим памятниками старины. Очень интересными были автобусные экскурсии на гору Сен-Мишель со средневековым монастырским комплексом, на приливную электростанцию в устье реки Ране. Молодые моряки имели возможность познакомиться с самыми редкими обитателями моря в естественной для них обстановке — в городском аквариуме, размещенном в стене древней крепости. А рядом, в террариуме показывали экзотических пресмыкающихся, повидать которых редко удается даже много плававшему моряку.

Конечно же, на берегу проходили и спортивные встречи. Наша команда, заняв первые места во всех видах соревнований, кроме одного, где была второй, оставила далеко позади остальные экипажи. Особенно отличились футболисты и пловцы из Калининградского мореходного училища (получая награды в Сен-Мало, они очень тепло вспоминали своих тренеров В. Чумичева, В. Тарасенко, С. Золоткову).


Приз «Катти Сарк» вручен «Крузенштерну».

7 августа лорд-мэр Сен-Мало дал в ратуше прием для экипажей судов — участников финала Операции Парус-74. Были вручены спортивные призы. С речами выступили сам лорд-мэр, затем представитель СТА, а после них слово было предоставлено одному из выдающихся моряковпарусников — 80-летнему Леону Готье. Очень высокий — с молодых лет -его сопровождает прозвище «грот-мачта», энергичный и бодрый капитан Готье и сейчас в строю: является президентом насчитывающего всего 500 членов Международного общества обогнувших мыс Горн под парусами (сам он огибал этот мыс 15 раз!). Высказав удовлетворение тем, что парусные традиции не умирают, а взяты на вооружение моряками юного поколения, он вдруг запел перед микрофоном старинную песню, а затем попросил, чтобы присутствующие спели свои национальные морские песни. Не подготовленные к такому предложению молодые моряки замялись. Наши ребята нашли выход первыми: под аплодисменты присутствующих исполнили... «Катюшу»!

Вечером того же дня в офицерском казино состоялся один из заключительных актов Операции: вручение переходящего приза — серебряной модели клипера «Катти Сарк». Судьбу этой награды решало тайное голосование капитанов. Учитывалось участие каждого парусника в регатах, переходах, парадах, спортивные успехи команды на берегу, гостеприимство экипажа и т. д. и т. п. Большинством голосов приз присудили «Крузенштерну».

В присутствии капитанов, вынесших это решение, вице-президент СТА Гревил Ховард вручил серебряную «Катти Сарк» мне, а я передал ее правофланговым выстроенного экипажа — курсантам Мурманского высшего мореходного училища. В это же время все курсанты, находящиеся в строю, получили бронзовые медали «Катти Сарк» с изображением клипера под всеми парусами на одной стороне и эмблемой СТА на другой.

Весь вечер участники церемонии толпились у модели, восхищаясь тонкой работой ювелиров. Бал продолжался до поздней ночи.

Пришла пора расставаний. 7 августа суда одно за другим покидали Сен-Мало, проходя мимо «Крузенштерна», ожидавшего своей очереди, и направляясь на старт завершающей программу «малой регаты» (только для класса Б) до пролива Те-Солент. Особенно теплым было прощание с парусниками, на которых уходили в морс «наши» — кадеты, участвовавшие в недавнем переходе «Крузенштерна» из Англии. В судовом «музее» хранится что-то вроде благодарственного адреса, скрепленного их двадцатью подписями:

«Пребывание на борту величественного «Крузенштерна» было интресным и приятным. Мы более чем довольны предоставленной нам возможностью познакомиться с экипажем, жить в условиях, в каких живут и учатся советские молодые моряки, работать вместе с ними». И латинскими буквами — SPASIBO!


Парусник в старом порту (Гавана). На Кубу «Крузенштерн» пошел сразу после окончания Операции Парус-74.

Сейчас эти двадцать парней уходят в море на разных судах, под разными флагами. Как сложатся эти двадцать жизней? С кем из них суждено встретиться на следующих регатах? Уверен в одном: у нас стало на двадцать друзей больше. И сколько бы времени ни прошло, кем бы они ни стали, — если увидят в море красивый четырехмачтовый барк с «пушечными» портами на бортах, вспомнят несколько дней, проведенных на борту советского парусника, вспомнят ощущение праздника, которым почти целый месяц жили участники Операции Парус-74.

По подсчетам старпома, за месяц на палубе «Крузенштерна» побывало не менее 15 000 гостей. Думаю, только одно это — уже неплохой итог нашего участия в Операции.

Вперед
Оглавление
Назад


Главное за неделю