Подлодки Корабли Карта присутствия ВМФ Рейтинг ВМФ России и США
Какой способ жилищного обеспечения военных вы считаете наиболее оптимальным?
Жилье в натуральном виде
    63,41% (52)
Жилищная субсидия
    19,51% (16)
Военная ипотека
    17,07% (14)

Поиск на сайте

ПОСЛЕ СИНОПА

В Лондоне, Париже и Константино­поле с самого начала военных дей­ствий против России ожидали победных реляций турецких военачальни­ков об их успехах в борьбе с русскими вооруженными силами. Однако вместо ожидаемых новостей пришла весть о синопском разгроме.

20 ноября в бухте Золотой Рог появился пароход «Та-иф», принесший в Константинополь первые известия об уничтожении турецкой эскадры при Синопе. Это сообще­ние мгновенно облетело столицу Оттоманской империи и произвело ошеломляющее впечатление. Синопская победа русского флота вызвала полное смятение среди турок. Подавленные блестящими успехами русского оружия, они вспомнили времена грозного Ушак-паши, когда с трепе­том ожидалось появление победоносного русского флота у стен Константинополя.

Турецкое правительство растерялось. Главный началь­ник турецкого флота Махмуд-паша был смещен и предан военному суду. Уцелевшие офицеры эскадры Османа-паши подверглись жестокой расправе. С особым возму­щением и негодованием называли в Константинополе имя Адольфа Слейда, позорно бежавшего из Синопа. «Турки обвиняют в синопском поражении Мушавера-пашу (Слей­да), к эскадре которого принадлежали истребленные корабли... Он оставил турецкий флот в Синопе вопреки дан­ным ему инструкциям»(1).

«Капитан Слейд (англичанин, принявший магометан­скую веру и служащий адмиралом под именем Мушавера-паши) играет в английских газетах воинственную роль, а в Константинополе заслужил славу человека, не знаю­щего своего дела, и труса... Он трус, ибо в самом начале дела бежал со своим пароходом и был издали свидетелем погибели эскадры.

Ни в одной русской реляции не было сказано, чтоб на турецких кораблях были взяты в плен с турками фран­цузские и английские офицеры, но в газете «Дейли ньюс» в этом признаются, замечая лишь, что эти офи­церы были на флоте только как любители и не прини­мали участия в деле. Желательно знать, что- сказали бы английские журналы, если б нашли в Бирманском полку русских офицеров, любителей военного искус­ства!»(2).

Турецкое правительство после синопского разгрома попрежнему продолжало ориентироваться в своей поли­тике на Запад. Министр иностранных дел Турции бро­сился к западноевропейским послам с мольбами и прось­бами. Он то обвинял их в отсутствии обещанной помощи со стороны соединенного флота, позволившего разгро­мить эскадру Османа-паши у себя на глазах, то умолял немедленно выступить против русских. 24 ноября в Чер­ное море вошли четыре англо-французских парохода. Два из них направились к Синопу, два других — к Варне. Командирам пароходов ставилась задача: разведать силы, расположение и намерения русского Черноморского флота. На совещании английских и французских диплома­тов совместно с адмиралами союзных эскадр было при­нято решение: если корабли Нахимова еще не сумели выйти из Синопской бухты — двинуть туда весь союзный флот...

Синопское сражение вызвало громадный резонанс в Европе. В Лондоне и Париже весть о поражении турец­кого флота в Синопской бухте была встречена так же скорбно и печально, как и в Константинополе. Французское правительство, обескураженное и совершенно подав­ленное блестящей победой черноморских моряков, срочно решило послать в Синоп «особую комиссию для исследо­вания на месте причин небывалого поражения, понесен­ного турками»(3). Сразу же после Синопского сражения Англия и Франция предоставили Порте огромный заем в два миллиона фунтов стерлингов. Правители Англии, с бешеной злостью встретившие известие о триумфе рус­ской эскадры, запретили вначале даже упоминать о Си­нопе в открытой печати. Такая реакция на Синопское сражение не являлась случайной.

Англо-французские правящие круги были потрясены прежде всего тем, что Синопская победа расстраивала их планы по овладению Кавказом, что не оправдались их надежды, которые они возлагали на турецкие вооружен­ные силы, созданные ими для борьбы с Россией. Они были совершенно подавлены тем, что в прах обра­тились те огромные затраты, которые в течение многих лет вкладывались в турецкий флот. Они были оше­ломлены тем, что русские моряки показали непревзой­денные образцы военно-морского искусства, а рус­ский Черноморский флот стал полным хозяином Черного моря.

Правящие круги Англии и Франции, издавна готовив­шие и разжигавшие войну против России, решили, что наступило время открыто вступить в вооруженную борь­бу на стороне Турции. Для того, чтобы оправдать свои агрессивные действия в глазах общественного мнения, они мобилизовали всю продажную буржуазную западно­европейскую прессу. Трубадуры капиталистической агрес­сии рьяно взялись выполнять заказ своих хозяев: на­строить общественное мнение против России, оклеветать русский Черноморский флот, опорочить русских моряков и, главное, изобразить Синопское сражение как основную причину, вызвавшую якобы вступление Англии и Фран­ции в войну.

Буржуазная западноевропейская печать еще сильнее, чем прежде, стала разжигать шовинистические настрое­ния, с каждым днем усиливая антирусскую пропаганду. Маскируя истинные цели захватнической политики, западноевропейская буржуазия фальсифицировала исто­рические факты и старательно разжигала военную исте­рию.

Газеты Парижа и Лондона, соревнуясь в беззастенчи­вой и наглой клевете на героических русских моряков, распространяли лживые сообщения о Синопском сраже­нии. Вопреки фактам, они утверждали, что в русской эскадре было свыше двадцати боевых судов, что турки потопили русский линейный корабль «Ростислав», что не­русских кораблях развевались... английские флаги! «По­зорная оргия лжи дошла даже до того, что многие анг­лийские и французские газеты серьезно уверяли, будто русский морской офицер, овладев турецким фрегатом, дорубил оставшегося последнего турка, отрезал и съел кусок его мяса, за что и получил в награду... орден св. Георгия!»(4).

Одновременно с широкой антирусской кампанией, проводившейся на страницах газет, продолжалась и дипло­матическая подготовка к войне. Проповедники англо­французской буржуазии пытались представить подготов­ляемую ими войну в виде крестового похода против рус­ских «варваров» и «еретиков». С новой силой прозвучали призывы к «защите» Турции. Английские реакционеры договорились даже до того, что Россия якобы угро­жает не только Турции, но и безопасности Англии, и что в целях «самообороны» нужно занять... Крым и Кавказ! Насквозь лживая дипломатия вновь применяла свой излюбленный метод затушевывания истинных целей войны.

Лживую и лицемерную кампанию, направленную на то, чтобы представить Синоп в виде основной причины европейской войны, возглавлял английский посол в Кон­стантинополе Стрэтфорд-Редклиф. Уже через четыре дня после Синопского сражения он настаивал на немедлен­ном вводе союзных эскадр в Черное море. Глава британ­ского правительства Пальмерстон потребовал в парла­менте немедленных решительных действий английского флота. Правитель Франции Наполеон III прямо заявил, что необходимо «вымести с моря прочь русский флаг». Через две недели после Синопского сражения английский посол в Париже сообщал в Лондон: «Французское правительство полагает, что Синопское дело... должно быть сигналом к действию флотов»(5).

23 декабря 1853 года английская и французская эс­кадры в 30 вымпелов (17 парусных и 13 паровых судов) вошли в Черное море. В тот же день из Константинополя в Севастополь был направлен английский пароходо-фрегат с официальным извещением о входе союзных эскадр в Черное море. Прибыв к главной базе Черноморского флота, командир английского парохода воспользовался парламентёрской неприкосновенностью и тайно снял рас­положение севастопольских укреплений.

Союзные эскадры стали крейсировать у Синопа. Пря­мым следствием их появления у берегов Турции явилось оживление работорговли в Черном море. «Цивилизован­ные» европейцы поощряли турок на работорговлю, и этот позорный промысел, прекративший свое существование в то время, когда русские суда контролировали морские сообщения между Кавказом и Константинополем, теперь вновь развился в полной мере с благословения англичан и французов.

Ввод англо-французского флота в Черное море являл­ся открытым вызовом России.

Этот агрессивный акт западноевропейских держав был закономерным продолжением той политики, которую они проводили задолго до войны. Западноевропейские государства и до Синопа фактически участвовали в борьбе против России: из их пушек убивали русских воинов, их офицеры руководили боевыми действиями против русского флота. Агрессивные происки англий­ской агентуры на Кавказе, планы расчленения русского государства, давние стремления Англии к созданию европейской антирусской коалиции, громадные сред­ства, вложенные в вооруженные силы Турции для борьбы против России, сложная система провокационных мероприятий, стимулировавших Турцию на объявление войны России, а также прибытие английских и француз­ских кораблей к Босфору еще до начала войны — все это красноречиво свидетельствовало об истинных, агрессив­ных стремлениях Англии и Франции. Эти факты убеди­тельно показывают, что было бы Синопское сражение или не было — все равно рано или поздно Англия и Франция выступили бы открыто с войной против России для достижения своих агрессивных целей.

В марте 1854 года Англия и Франция официально объявили войну России, а спустя полгода англо-француз­ские войска высадились на Крымском полуострове. Вско­ре к союзникам присоединилась Сардиния. Вместе с ар­мией интервентов на русскую землю вступили американ­ские «советники». На зафрахтованных союзниками американских транспортах в Крым стали доставляться войска, оружие, боеприпасы. Угрожающую позицию заня­ли Австрия, Пруссия, Швеция. Против крепостнической России встала коалиция европейских держав и Турции. Крымская война вступила в новую фазу, и средоточием ожесточенной борьбы стал героический Севастополь. Черноморский флот отдал все на защиту своей главной базы. Герои Синопа перешли на бастионы города.

В продолжение одиннадцатимесячной обороны Сева­стополя черноморские моряки составляли основное ядро защитников города. Наиболее ответственные участки обо­роны были поручены морякам, и среди них геройски сра­жался многотысячный отряд героев Синопской победы.

Во главе обороны города встали выдающиеся русские адмиралы В. А. Корнилов и П. С. Нахимов. Их энергич­ная деятельность по организации обороны Севастополя, их вдохновляющие призывы отстоять город от вражеского нашествия поднимали дух защитников города, и русские солдаты и матросы с готовностью шли на самоотвержен­ные подвиги. На защиту города встали все моряки нахи­мовской эскадры. Оставили свои корабли и перешли на берег К. С. Кутров, В. М. Микрюков, Л. И. Будищев и др. На 3-м бастионе Севастополя сражались еинопцы Бек-лешев и Прокофьев, на 4-м бастионе — Варницкий, Бур-хановский, Сатин и сотни, тысячи других. Комендоры, действуя на суше, поражали неприятеля так же метко, как в свое время с батарейных палуб нахимовских кора­блей.

Смелые и дерзкие вылазки севастопольцев, проводив­шиеся многочисленными отрядами охотников-доброволь­цев, наводили страх на войска интервентов. В этих вы­лазках особенно прославились матросы Петр Кошка, Фе­дор Заика, Аксентий Рыбаков, Иван Демченко. В одну из вылазок отличились матросы 33-го флотского экипажа, составлявшего в Синопском сражении команду корабля «Чесма». «Двадцать семь человек нижних чинов 33-го флотского экипажа, быв высланы из Севастополя в ночь с 8-го на 9 число текущего месяца (октября 1854 г.) в отряде охотников на неприятельские батареи, бросились на французские траншеи, заклепали 8 мортир и 11 пушек и лишили таким образом батарею возможности действо­вать на другой день...»(6).


Демьян Александрович Литвин. Матросом на корабле „Чесма" участвовал в Синопском сра­жении. Впоследствии находился в числе герои­ческих защитников Севастополя на Малаховом кургане. (Снимок сделан в 1902 г.)

Прославленный командир корабля «Париж» Истомин, произведенный за Синопское сражение в контр-адмиралы, возглавил оборону Малахова кургана. Под его руковод­ством матросы и солдаты с энтузиазмом возводили новые укрепления и под непрерывным обстрелом неприятеля вели обширные оборонительные работы. Раненые и кон­туженные отказывались уходить с передовых позиций и оставались в строю. О мужестве и героизме защитни­ков Севастополя Истомин писал: «Не могу надивиться на наших матросов, солдат, а также офицеров. Такого самоотвержения, такой геройской стойкости пусть ищут в других нациях со свечой! То, что сыпалось на наших матросов, составлявших прислугу на батареях, этого не видели люди от века...»(7).

Как под Синопом, так и под Севастополем творцами исторических событий являлись простые русские воины. В тяжелую годину Крымской войны великий русский на­род вновь показал всему миру непревзойденные боевые качества. «Надолго оставит в России следы эта эпопея Севастопольская, которой героем был народ русский» (Л. Н. Толстой).

Славные боевые подвиги черноморских моряков были поддержаны и подхвачены во всех районах России, где англо-французская коалиция пыталась начать военные действия. На Балтике и Белом море, на Кавказе и Даль­нем Востоке русские воины в 1853—1855 годах также нанесли агрессорам серьезные поражения. Героическое сопротивление русской армии и флота сорвало обширные планы англо-французской коалиции по расчленению рус­ского государства.

Героические подвиги русских моряков, сражавшихся у Синопа и Севастополя, навсегда остались жить в памя­ти русского народа. О черноморских богатырях народ сло­жил песни и сказания, их геройские дела воодушевляли новые поколения русских моряков на новые ратные подвиги.

100 лет прошло со дня Синопского сражения—выдаю­щегося события нашей отечественной истории. За это столетие в нашей стране произошли гигантские перемены.

Великая Октябрьская социалистическая революция, раз­бившая оковы капитализма, сделала трудящихся под­линными хозяевами своей страны и открыла новую эру в истории человечества. Отсталая Россия преврати­лась в могучую социалистическую державу. Под руко­водством Коммунистической партии наша страна уве­ренно идет к коммунизму.

С самых первых дней своего существования социали­стическое государство проводит мирную политику, высту­пает за укрепление дружественных отношений между народами всех стран. Оно не имеет территориальных при­тязаний к другим государствам и стоит на позиции мир­ного сосуществования различных социальных систем. Вместе с тем советский народ зорко следит за происками и провокациями поджигателей новой мировой войны и всемерно укрепляет оборону своей Родины.

На страже мирного социалистического труда стоят Советские Вооруженные Силы, оснащенные современной, мощной, совершенной техникой и готовые отразить удар любого агрессора, который захотел бы нарушить мирную жизнь народов Союза Советских Социалистических Рес­публик.

Международное положение Советского Союза являет­ся ныне, как никогда, прочным.

Рука об руку вместе с Советским Союзом отстаивают дело мира и международной безопасности страны народ­ной демократии в Европе и Азии.

Агрессивным силам империализма не удастся повер­нуть вспять ход истории при помощи новой мировой войны.

«Надо понять, — говорил Г. М. Маленков в речи на пятой сессии Верховного Совета СССР, — что при ны­нешнем соотношении сил, при твердой решимости Совет­ского Союза и стран демократического лагеря отстаивать свои жизненные интересы на международной арене, про­ведение политики мирного сосуществования двух систем является обязанностью не только стран демократического лагеря, но и обязанностью всех стран. Ибо другой путь — это путь безнадежных авантюр и неизбежных провалов» (Г. М. Маленков. Речь на пятой сессии Верховного Со­вета СССР, стр. 44. Госполитиздат, 1953).

Славные боевые традиции великого русского народа живут и крепнут в Советской Армии и Советском Военно-Морском Флоте. В боях за свободу и независимость Ро­дины воинов Советских Вооруженных Сил воодушевляли героические подвиги наших предков. С любовью и гор­достью вспоминают и поныне защитники социалистиче­ской отчизны и все советские люди боевые дела черно­морских моряков, современников отважного русского фло­товодца Нахимова, доблестно исполнивших свой воинский долг в Синопском сражении и в героической Севастополь­ской обороне.

(1) Материалы для истории Крымской войны, под ред. Дубровина, стр. 189.

(2) Там же, стр. 190.

(3) Манн, «Отчет по Морскому Министерству за 1855—1881 гг.», ч. II, стр. 20.

(4) Богданович, «Синоп», СПБ, 1878 г., стр. 111.

(5) Е. В. Тарле, «Крымская война», М., 1950, т. I, стр. 397.

(6) «Из боевого прошлого русской армии», М., 1944 г., стр. 130.

(7) «Русский архив», 1877 г., кн. I, стр. 135.

Оглавление
Назад


Главное за неделю