Подлодки Корабли Карта присутствия ВМФ Рейтинг ВМФ России и США
Какой способ жилищного обеспечения военных вы считаете наиболее оптимальным?
Жилье в натуральном виде
    64,71% (55)
Жилищная субсидия
    18,82% (16)
Военная ипотека
    16,47% (14)

Поиск на сайте

Глава 5. Торпеда для лодок 3-го поколения. Первый "наезд" на торпеду

Тем временем началась боевая подготовка. Выполняются боевые упражнения, а торпеда не наводится на цель.

Командир соединения подводных лодок 3-го поколения Герой Советского Союза адмирал Егор Томко (в обиходе Егор Советского Союза), отправлял лодки на боевую службу с тяжелым чувством. О командирах лодок что и говорить. Зная, что торпеды не наводятся на цель, при выполнении боевого упражнения так расположил стреляющую лодку и цель, что промахнуться было невозможно. А торпеда все равно не увидела цель. И крупно возмутился. Адмирала вполне можно понять, его позиция непоколебима: торпеда обязана наводиться на цель. Не наводится? Так это проблема разработчика торпеды. А помог ему возмутиться практически постоянный член Государственных комиссий по приемке подводных лодок капитан 1-го ранга Геннадий Дементьев. Кандидат технических наук, он знал "болевые точки" в науке и нажал на них самым эффективным способом.

Приходящее обстоятельство: главный инженер разработчика торпеды А. Т. Скоробогатов затеял защиту диссертации на акустическую тему. На защиту был представлен доклад по совокупности работ по проблемам акустики в мелководных районах моря, в ледовых условиях, в условиях температурных перепадов в слоях воды и пр. Все достаточно солидно. Само собой, положительный отзыв от Военно-морского института. Ученые – в основном – свои люди. У таких высокопоставленных людей, как один из руководителей разработчика и соискатель ученой степени, не может не быть недоброжелателей. Да и нормально по делу были критически настроенные ученые. Но друзей оказалось значительно больше и защита в Военно-морской Академии прошла успешно.

Со стороны адмирала Е. Томко и капитана 1-го ранга Г. Дементьева "наезд" на торпеду и на соискателя был очень мощным. "Донос на гетмана-злодея" в Высшую Аттестационную Комиссию (ВАК) звучал так:

"Защищенный в ВМА им. Гречко доклад не может быть принят в качестве диссертации, так как результаты работ автора не нашли реализации в разработках "Гидроприбора": аппаратура торпеды УСЭТ-80 не подтверждает заявленных характеристик, а разработанная ранее аппаратура самонаведения торпед СЭТ-65, СЭТ-72 не обладает новизной технических решений."

И ВАК предложил провести повторную защиту доклада на ученом совете при ВВМУРЭ им. Попова А. С. Защита состоялась. Но в "жюри присяжных" были уже другие ученые. Голосование было дружным и единогласным: все 15 шаров одного цвета: черного. Известно, где начинается акустика, там кончается наука. Объясняя научно, "бывает".

А что же Военно-морской институт? Куда смотрели и как смотрели? Как смогли оказаться в такой неприглядной ситуации? А вот так. В военно-морском институте был специальный отдел, наблюдавший за разработкой систем самонаведения в промышленности. Возглавлял отдел капитан 1-го ранга Смертин Борис Александрович. Это ему пришлось нести не уголовную, конечно, а моральную ответственность за все неудачи, связанные с разработкой систем самонаведения. Борис, конечно, знал истинное положение дел с аппаратурой самонаведения для торпеды УСЭТ-80. И чтобы, на всякий случай, не нести и уголовную ответственность, по достижении пенсионного возраста немедленно уволился в запас. А когда в дело вмешалась прокуратура, Борис уже два года был "не при делах". Знала кошка…

Главный акустик Торпедного управления доктор технических наук Разов А. К. При нем три кандидата. Доктор держался всегда солидно. Поначалу, как водится, испытания одной из новых систем самонаведения на Балтийском море были неудачными. В комиссию по испытаниям от Военно-морского института был назначен капитан 3-го ранга Христофоров. Нормальный офицер. Любители подначек на собраниях, случалось, с невинным видом говорили так: "А чего это там один неученый Христофоров? Что он может? Доктору Разову не худо бы со своим научным авторитетом разобраться, в чем там дело". Ученые не решались призвать к порядку шутников. А самым "крутым" из шутников оказался председатель комиссии по проверке секретного делопроизводства капитан 2-го ранга Журавский, который огласил акт проверки: "А у доктора Разова нет не только ни одной рабочей тетради, но нет даже секретного чемодана". После чего секретный чемодан был заведен немедленно. А вот тетради – что-то не припоминается. Так что, науку можно двигать вперед по-разному. Реального вклада в разработку систем самонаведения в 70-х – 80-х годах ученые Военно-морского института не внесли. Писали какие-то НИРы, отчеты, заключения. И на том спасибо. А смотрели туда, куда показывали. А показать разработчики могли только то, что имели: результаты работ на Черном море.

А что делать? Подтянуть аппаратуру самонаведения до заданных техническим заданием характеристик? Защитить от вылезших со всех сторон помех? Это годы работы и многие десятки – а может быть и сотни – выстрелов в северных и дальневосточных морях. В короткий срок – нерешаемая задача. В короткий срок можно только заменить аппаратуру на такую, какая есть, хотя и с меньшими техническими характеристиками. А потому: быть посему! Такое решение принимает руководитель ЦНИИ "Гидроприбор" Р. В. Исаков. Как временная мера, это вполне приемлемое решение. И это вовсе не помеха продолжению работы с аппаратурой: было бы финансирование и хорошее обеспечение работ на Севере и Дальнем востоке. А вместо продолжения интенсивной работы с аппаратурой разработчики опустили и руки и головы: в конце 80– х годов прекратилось финансирование всех работ.

Содержание

Читать далее

Назад


Главное за неделю