Подлодки Корабли Карта присутствия ВМФ Рейтинг ВМФ России и США
Какой способ жилищного обеспечения военных вы считаете наиболее оптимальным?
Жилье в натуральном виде
    64,10% (50)
Жилищная субсидия
    17,95% (14)
Военная ипотека
    17,95% (14)

Поиск на сайте

Воспоминания штурмана АПЛ К-42 И.Г. Галутвы о походе АПЛ К-3 на боевую службу в 1967 году. Из книги "Морскими дорогами", 2008 г. Глава 1. В Средиземном море


Капитан 1 ранга И.Г. Голутва
"...46 лет назад, 8 сентября 1967 года, на подводной лодке Северного флота К-3, возвращающейся в базу после длительного похода в Средиземное море, возник пожар, в результате которого погибло 39 человек, 22 получили серьёзные отравления, выгорел 2-ой и частично повреждён 1-й отсек.

Героический экипаж самостоятельно привел подводную лодку в базу.

Это была первая крупная авария на атомных подводных лодках Советского Союза с массовой гибелью людей.

За это время в средствах массовой информации появилось много публикаций, к сожалению, не всегда правдивых, а зачастую и откровенно лживых. Приложили руку к этому и некоторые участники тех трагических, но вместе с тем и героических событий. Так всегда бывает, когда отсутствует открытая широкой общественности официальная точка зрения на происходящие события — они искажаются, обрастают художественным вымыслом, а недобросовестными лицами заслуги многих и коллектива в целом присваиваются себе и используются в своих личных интересах. В последнее время это явление активизировалось.

Появилось много "героев", называющих себя спасителями подводной лодки и экипажа и претендующих ни много ни мало на присвоение им звания Героя России. Можно было бы и не обращать внимания на их потуги, если бы они при этом не затрагивали честь и достоинство всего экипажа — живых и мертвых.

Вот как это было.

Шел 1967 год. Моя подводная лодка К-42, на которой я служил командиром штурманской боевой части в звании капитан-лейтенант, находилась в плановом ремонте в Полярном, готовясь к длительному и ответственному плаванию. Где-то в начале лета я был вызван к командующему флотилией вице-адмиралу А.И. Сорокину. Вызов командира боевой части к командующему сам по себе не является обычным явлением, и теперь, как только я вошел в кабинет, мне сразу стало ясно, что этот вызов вызван необходимостью сообщить мне что-то важное. Так и случилось. Командующий... сказал, что принято решение о моем откомандировании на подводную лодку К-3 для участия в длительном походе в качестве вахтенного штурмана.

Подводная лодка К-3 проекта 627 была первенцем атомного подводного флота Советского Союза, экипаж был перволинейным, хорошо подготовлен, имел значительный опыт плавания ... Командиром штурманской боевой части служил капитан 3 ранга О.С. Певцов, опытнейший подводник, у которого было чему поучиться, командиром электро-навигационной группы — недавно назначенный на должность после окончания училища лейтенант А.И. Петреченко, старшиной команды рулевых-сигнальщиков (боцман) — известный на флоте мастер своего дела мичман М.И. Луня. Под стать им были и другие офицеры и мичманы корабля, многие из них имели квалификацию "Мастер военного дела".

После представления командиру корабля капитану 2 ранга Степанову Юрию Фёдоровичу и старшему помощнику командира капитану 2 ранга Горшкову Сергею Фёдоровичу я включился в работу по подготовке к походу.

В интервью корреспонденту одной из газет бывший помощник командира корабля А.Я. Лесков (был прикомандирован на время похода) выдает "перлы", демонстрируя при этом беспричинную тенденциозность и "осведомлённость", иногда граничащую с безграмотностью. Цитирую его с некоторыми сокращениями:

"Решение об отправке К-3 на боевую вахту в Средиземное море было авантюрой. После похода к полюсу лодка стала образцово-показательным судном, экипаж выполнял в основном представительские функции ... Да и по плану на дежурство в Средиземное море, где базировался 6-й флот ВМС США, должна была идти другая атомная подводная лодка — К-11. Но у нее обнаружилась серьёзная неисправность. Наскоро собранный экипаж К-3 отправился в поход".

Позволю себе не согласиться с подобными заявлениями. Во-первых, это был плановый выход подводной лодки К-3 на боевую службу, в ходе подготовки к которой экипаж сдал все положенные курсовые задачи и выполнил предусмотренные при этом боевые упражнения. Представительские функции экипаж выполнять не может по определению, тем более в закрытом гарнизоне, каким являлся гарнизон Западной Лицы. Зачем же так унижать перволинейный экипаж — славу и гордость ВМФ того времени? Во-вторых, прикомандирование одного-двух человек на поход, даже если один из них в ранге помощника командира, не даёт основания утверждать о "наскоро собранном экипаже". В-третьих, подводная лодка К-11 с 1964 года находилась в Северодвинске на аварийно-восстановительном ремонте, следовательно, никак не могла планироваться на боевую службу. Наконец, в-четвертых, атомная подводная лодка — это не судно, а боевой корабль, имеющий на борту боезапас, в том числе с ядерными боеголовками.

После тщательной подготовки корабля к походу и проверки его готовности соответствующими штабами наконец прозвучала долгожданная команда: "По местам стоять! Со швартовых сниматься!"

Цитирую А. Лескова:

"В Средиземном море всё не ладилось: лодку преследовали технические проблемы, а тут еще на борту внезапно умер один из участников похода. Из Москвы пришел приказ передать тело на советский корабль, находящийся в египетских водах, и субмарина вынуждена была всплыть".

Да, безусловно, высокая температура в отсеках подводной лодки отражалась, как я уже говорил, как на работе технических средств, так и на самочувствии людей. Это вполне закономерное явление. Но никто в это время на борту не умирал, что надо было бы знать помощнику командира корабля. А случилось следующее.

В один из дней у одного из подводников случился приступ аппендицита, и кают-компания офицеров во 2-м отсеке была срочно переоборудована под операционную.

Корабельный врач капитан медицинской службы А. Фомин провел операцию, но через несколько дней возникли какие-то осложнения, самочувствие матроса ухудшилось, и командир корабля вынужден был доложить на командный пункт флота о необходимости оказания медицинской помощи больному в береговых условиях.

Было принято решение о высадке матроса на советский транспорт с последующим лечением в египетском порту Александрия. Забегая вперед, замечу: матрос успешно прошел лечение и к моменту нашего прибытия в базу был уже там и встречал нас.

Читать далее

Предисловие

Из книги И.А. Мазюка, бывшего флаг-врача 3-й ДиПЛ "Ядерная рулетка Кремля"

Воспоминания о пожаре на АПЛ К-3 08.09.1967 г. Героя Советского Союза А.П. Михайловского по рассказам командира 3-й ДиПЛ Героя Советского Союза Н.К. Игнатова

Воспоминания о пожаре на АПЛ К-3 8 сентября 1967 г. бывшего командира БЧ-5 АПЛ К-3 В.В. Зайцева. "Пожар на подводной лодке К-3. Как это было"

Воспоминания о пожаре на АПЛ К-3 8 сентября 1967 г. бывшего командира БЧ-1 АПЛ К-3 О.С. Певцова

Комментарии на выступления А.Я. Лескова в СМИ о трагедии на К-3 в сентябре 1967 года бывшего командира ЭТГ БЧ-5 Геннадия Борисова

Воспоминания штурмана АПЛ К-42 И.Г. Галутвы о походе АПЛ К-3 на боевую службу в 1967 году. Из книги "Морскими дорогами", 2008 г.

Глава 1. В Средиземном море
Глава 2. Драма в Норвежском море

Воспоминания командира 3-й группы ДД БЧ-5 АПЛ К-3 Лутонина Виталия о пожаре на К-3 8 сентября 1967 года

Воспоминания бывшего командира ЭТГ БЧ-5 АПЛ К-3 Сатрапинского Валерия Павловича. Из очерка Юрия Бахарева "Триумф и трагедия АПЛ К-3"

Свидетельства бывшего заместителя начальника ЭМС 3-ей ДиПЛ И.Ф. Морозова о пожаре на АПЛ К-3 8 сентября 1967 г.

Личные наблюдения и личные действия при получении тревожного сигнала от К-3
Первый свидетель результатов трагедии в океане
Похороны подводников, погибших в океане
Приказ Главнокомандующего ВМФ
Переход АПЛ К-3 на завод в ремонт
Аварийно-восстановительный ремонт
Личная версия: причина возникновения пожара на АПЛ К-3

Послесловие

Приложения

Приложение №1. Обращение к сослуживцам
Приложение №2. Доклад
Приложение №3. Приказ
Приложение №4. Лесков


Главное за неделю