Подлодки Корабли Карта присутствия ВМФ Рейтинг ВМФ России и США
Какой способ жилищного обеспечения военных вы считаете наиболее оптимальным?
Жилье в натуральном виде
    61,64% (45)
Жилищная субсидия
    19,18% (14)
Военная ипотека
    19,18% (14)

Поиск на сайте

Принцип анаконды

Военно-морские силы всегда являли собой важный элемент обеспечения национальной безопасности США и средств их внешней политики. Еще в годы войны за независимость Джордж Вашингтон писал: "Во всякой операции и при всех обстоятельствах решительное морское превосходство должно считаться принципом и базисом, на который в конце концов должна опираться вся надежда на успех". Такая точка зрения нашла свое концептуальное оформление в теории "морской мощи" (Sea Power)?, разработанной американскими и английскими военно-морскими теоретиками Альфредом Мэхэном (США) и Филиппом Коломбом (Великобритания). Именно эта концепция составляла и во многом составляет сейчас теоретическую основу строительства и применения военно-морских сил Соединенных Штатов. Поэтому ее анализ помогает понять военно-морскую политику США в разные периоды их истории и предсказать возможные направления ее развития в будущем.

Особая связь США с Великобританией привела к тому, что развитие концепций строительства и использования американских ВМС на протяжении всей их истории испытывало сильное влияние со стороны британской военно-морской теории и практики. Уже к началу ХХ века в обеих странах сформировались практически единые взгляды на роль и задачи военно-морских сил. Поэтому можно говорить о существовании англо-американских принципов использования ВМС.

Основоположником теории "морской мощи" считается Альфред Тайер Мэхэн (1840-1914) - американский военно-морской теоретик и историк, контр-адмирал, преподаватель морской истории и почетный президент Высшего военно-морского колледжа в Ньюпорте. В 1890 году Мэхэн опубликовал свою первую книгу, ставшую сразу классическим текстом по военно-морской стратегии "Влияние морской силы на историю. 1660-1783 гг.". В этом труде он обобщил взгляды участников англо-испанских и англо-голландских морских войн XVI - XVIII веков адмиралов Монсона, Роллейга, Пиписа и Тромпа и сделал вывод о том, что благополучие и влияние Великобритании основываются на ее морской мощи и превосходстве ее военного флота.

Книга имела колоссальный успех: она выдержала 32 (!) издания в США и Великобритании, была переведена практически на все европейские языки, в том числе и на русский (1895 год). Далее с небольшим промежутком последовали другие работы: "Влияние морской силы на Французскую революцию и империю (1793-1812)" (1892), "Заинтересованность Америки в морской силе в настоящем и будущем" (1897), "Проблема Азии и ее воздействие на международную политику" (1900) и "Морская мощь и ее отношение к войне 1812 года" (1905).

Мэхэн рассматривал Мировой океан как некую коммуникационную линию, связывающую "разобщенные водой" страны. Он считал, что морская торговля, являясь основой экономического развития государства, была одним из ключевых факторов, определяющим его благосостояние. Поэтому "выгодная морская торговля" имеет особую ценность для любой страны и в силу этого является источником войн: "Столкновение интересов, раздражение, порождавшееся попытками добиться большей доли в выгодах морской торговли, если не захватить ее полностью, приводили к войнам". Колонизация, захват морских коммуникаций и другие действия держав, стремящихся к монополизации торговли, - все это вело к войнам: "Поэтому история морской силы... есть в значительной мере и военная история".

Для защиты торговли государству, отмечал Мэхэн, необходима "морская мощь", т.е. военно-морские силы, способные обезопасить торговые пути для своей торговли и воспрепятствовать торговле неприятеля. Для ее выражения он использовал формулу SP = N + ММ + NB, т. е. морская мощь (sea power) - это ВМС (navy) + торговый флот (merchant marine) + военно-морские базы (naval bases).

Эту формулу Мэхэн пояснял следующим образом: "Не захват отдельных кораблей и конвоев противника, хотя бы и в большем числе, а подавляющее превосходство на море, изгоняющее с его поверхности неприятельский флаг, такое превосходство позволяет установить контроль над океаном и закрыть пути, по которым торговые суда движутся от неприятельских берегов".

Кроме этих компонентов, на морскую мощь, по его мнению, существенное влияние оказывают 6 факторов.

1. Географическое положение государства - его открытость морям, возможность морских коммуникаций с другими странами, протяженность сухопутных границ, способность контролировать стратегически важные районы и угрожать своим флотом территории противника.

2. "Физическое строение" государства - конфигурация морского побережья, количество портов, гаваней, бухт, от наличия которых зависит процветание торговли и стратегическая защищенность.

3. Размер территории государства.

4. Количество населения.

5. Национальный характер - способность к занятию торговлей, к основанию колоний, к мореплаванию.

6. Политический характер правления, от которого зависит переориентация лучших природных и человеческих ресурсов на созидание мощной морской силы.

Морская мощь дает государству возможность установить "господство над морем". Оно подразумевает полную нейтрализацию флота противника, устранение опасности с его стороны собственному торговому и военному судоходству. Эта цель может быть достигнута блокированием вражеского флота в базах, что требует большого численного превосходства над ним.

Если такое превосходство отсутствует, решением является проведение решительной битвы, в ходе которой флот противника должен быть ликвидирован, указывал Мэхэн. Если по каким-либо причинам решающее сражение оказывается невыгодным или невозможным, то флот должен стараться заставить противника отказаться от активных действий.

Среди предпочтительных способов уничтожения морской мощи противника рассматривалось нанесение ударов по "источникам угроз". Для осуществления такой политики требовался флот, "численно равный неприятельскому и превосходящий его по боевой силе".

Другой возможный вариант политики может состоять в том, чтобы защищать морскую торговлю и заморские владения путем конвоирования транспортов. Однако, как считалось, для этого требуется значительное превосходство флота над неприятельским.

Победа в морской войне, по мнению Мэхэна, могла привести к полной победе над противником без наземного вторжения. Он утверждал, что одной морской мощи может быть достаточно, чтобы разрушить торговлю неприятеля и лишить его ресурсов, необходимых для продолжения военных действий. Таким образом, американский теоретик рассматривал "Sea Power" как универсальное средство влияния на политику других стран.

По степени развитости и зависимости от морской торговли Мэхэн выделял "морские нации", которые выступают как торговые цивилизации. По этому поводу он замечает: "Нация, которая стремилась обеспечить за собою несоразмерную долю благ морской торговли, прилагала все старания для исключения из участия в них других наций".

Ключ к пониманию политики морских наций, по мнению Мэхэна, следует искать в трех срезах: в производстве продуктов, с необходимостью их обмена; в судоходстве для совершения этого обмена; в колониях, которые расширяют и облегчают операции судоходства.

В первую очередь к "морским нациям" Мэхэн относил Великобританию и США. Причем во время написания своих работ он отмечал, что Соединенные Штаты еще не обладают мощным флотом для того, чтобы добиться "господства над морем". За 10 лет до теории английского геополитика Хэлфорда Джона Маккиндера (1861- 1947), который относил США к "сухопутным державам", входящим в состав "внешнего полумесяца" лишь как стратегическое продолжение морской Англии, Мэхэн предсказывал США планетарную судьбу, становление как ведущей морской державы, прямо влияющей на судьбы мира.

Эта судьба, отмечал он, была определена изначально выгодными географическими условиями США: "Контур их территории представляет мало таких пунктов, которые были бы слабы по своему изолированному положению, и все важные части границ штатов легко доступны из внутренних областей - дешево водой, быстро по железным дорогам. Слабейшая граница, Тихий океан, далеко отодвинула от самого опасного из возможных врагов". Эта "предопределенная судьба" (Manifest Destiny) заключалась на первом этапе в стратегической интеграции всего американского континента, включая Центральную и Южную Америки, а затем и в установлении мирового господства.

Особое значение, по мнению Мэхэна, имело строительство Панамского канала. Он считал, что после его завершения Карибское море станет одним из основных мировых торговых путей. А тогда США окажутся рядом с пересечением основных торговых путей и не смогут стоять в стороне от активной внешней политики. Соединенные Штаты как держава, имеющая наиболее значительные интересы в этом регионе, имеют право и должны контролировать канал: "Поскольку к нашему обоснованному, естественному - и даже, можно сказать, моральному - праву на преобладающее влияние на перешейке [Панамском] до сих пор относились уважительно, хотя и неохотно, считается, что никакие обстоятельства не могут послужить причиной для настойчивого отрицания этого права".

Для того чтобы в новых условиях играть активную роль в мировой политике и успешно защищать интересы, от Соединенных Штатов требовалось раздвигать границы своего влияния и проводить более экспансионистскую политику: "В нашем детстве мы граничили только с Атлантикой, - писал Мэхэн, - в годы юности мы передвинули нашу границу к Мексиканскому заливу; сегодня зрелость застает нас на берегах Тихого океана. Неужели мы не имеем права или не слышим призыва к продвижению дальше - в любом направлении?"

Обосновывая усиление экспансии США, он утверждал, что "морская мощь необходима Соединенным Штатам для того, чтобы цивилизовать окружающий мир", так как "все еще большая часть мира принадлежит дикарям или же государствам, которые в экономическом или политическом отношениях недоразвиты и из-за этого не в состоянии использовать полный потенциал территорий, которыми они владеют. С другой стороны, у высокоцивилизованных государств накопляются излишки энергии. Эта энергия в очень близком будущем должна быть направлена на завоевание новых пространств".

Особенно интересовала Мэхэна Евразия (как район, принадлежащий "дикарям" и "недоразвитым государствам"), в частности пространство, которое простиралось от Китая до Средиземного моря, лежащее между 30-й и 40-й параллелями. Мэхэн подчеркивал, что это пространство "оспариваемое и спорное" (Debated and debatable land), в котором будут сталкиваться геополитические интересы морских сил - США и Великобритании - и интересы сухопутной континентальной силы - России. Это "оспариваемое и спорное" пространство никому не принадлежит, оно ничье, считал Мэхэн, и грядущий захват Евразии должен был начаться с установления американского контроля над этим пространством.

В книге "Заинтересованность Америки в морской мощи" Мэхэн утверждал, что для того, чтобы США стала мировой державой, она должна выполнить следующие пункты:
  • активно сотрудничать с британской морской державой;
  • препятствовать германским морским претензиям;
  • бдительно следить за экспансией Японии в Тихом океане и противодействовать ей;
  • координировать вместе с европейцами совместные действия против народов Азии.

Главными врагами США как "морской цивилизации" Мэхэн считал континентальные государства Евразии - в первую очередь Россию и Китай, а во вторую - Германию. Для борьбы с этими странами Мэхэн предлагал использовать "принцип анаконды", который был успешно применен генералом северян Джорджем Мак-Клелланом в Гражданской войне в США в 1861-1865 годах.

Этот принцип заключается в блокировании вражеских территорий с моря и по береговым линиям, что приводит постепенно к истощению противника. Перенеся этот принцип на планетарный уровень, Мэхэн предлагал удушать в кольцах "анаконды" континентальную массу, сдавливая ее за счет выведенных из-под ее контроля береговых зон и перекрывая по возможности выходы к морским пространствам.

Но одного выгодного географического положения и морских баз недостаточно для господства над морем, учил Мэхэн, необходим сильный военно-морской флот: "Могущество на море означает прежде всего владение стратегическими пунктами, но само могущество проявляется в наличии сильного военно-морского флота".

Сам адмирал критиковал пассивное отношение тогдашнего правительства США к ВМС ("Сложность состоит в том, что Соединенные Штаты как государство не понимают или еще не признают, что у них есть сильный интерес на морских просторах") и призывал наращивать их боевой состав. Причем основой флота должны были стать линейные корабли, так как для завоевания господства над морем флот должен был действовать наступательно ("Нация, желающая господствовать над морем, должна всегда атаковать").

Корабли остальных классов должны были рассматриваться не иначе как дополнение к линейному флоту. Мэхэн подверг критике монитор - корабль береговой обороны с низким бортом и низкой скоростью, но хорошо бронированный и вооруженный крупнокалиберными орудиями: "В обороне монитор силен, а в наступлении слаб. Не нужно больше строить мониторов, кроме как для обороны гаваней, где нельзя положиться на подводные мины".

Теория "господства над морем" большего всего ассоциируется с именем Мэхэна, хотя примерно в то же время ее начал разрабатывать и пришел к тем же выводам другой военно-морской теоретик - Филипп Говард Коломб, английский вице-адмирал и историк (1831-1899). Самым известным его произведением является труд "Морская война: ее основные принципы и опыт" (1891), в котором он на основе опыта английских морских войн практически показывает, "что такое морское могущество и как надо пользоваться им".

В целом теоретические выводы Коломба практически полностью совпадают с выводами Мэхэна, но англичанин более четко сформулировал эти принципы и подкрепил их глубокими историческими примерами. Особенно интересовали его вопросы "взаимодействия моря и суши". Рассматривались три состояния моря относительно десантных экспедиций и действий войск на берегу как категории "стратегических условий моря": "индифферентность моря", при котором операции совершаются всецело сухопутными войсками и на суше; "сомнительное обладание морем", при котором десантная экспедиция может встретить препятствия со стороны морских сил противника; "обеспеченное обладание морем", при котором исключено вмешательство какой бы то ни было неприятельской морской силы. Кроме того, возможен вариант "местного обладания морем", когда сил не хватает для обладания всем районом (акваторией).

Причем во время десантной операции морской командир должен стоять во главе операции, так как ее успех в основном зависит от господства над морем: "...В совместных атаках армия должна быть в руках адмирала... не армия должна распоряжаться флотом, а флот должен иметь армию в своем распоряжении"...

Так, в начале ХХ века в профессиональной военно-морской литературе утвердилось "мэхэно-коломбовская концепция" теории "господства над морем". И дальнейшее развитие военно-морской мысли в США шло в основном именно в рамках этой концепции.

Источник: "Красная звезда", автор: Антон ФОКИН. 03.11.09


Главное за неделю