Подлодки Корабли Карта присутствия ВМФ Рейтинг ВМФ России и США
Какой способ жилищного обеспечения военных вы считаете наиболее оптимальным?
Жилье в натуральном виде
    63,64% (49)
Жилищная субсидия
    18,18% (14)
Военная ипотека
    18,18% (14)

Поиск на сайте

Орлов Борис Александрович. Поэтическая серия НОВЫЕ СТИХИ

18 января 2008 г. в Санкт-Петербурге в Доме военной книги состоялось представление 13-го сборника стихов Бориса Александровича Орлова "Новые стихи". Вот как характеризует сборник "Историческая газета":

"Борис Орлов относит себя к детям солдат, возвратившихся с фронта, отстоявших нашу землю в недавней великой войне. Поэтому так болит теперь душа поэта за эту дорогую землю, дорогую свободу, болит страданиями народа:

«Раньше отдавали жизнь за веру,
А теперь за деньги отдают».

«Взрывчатка, ножи и пули —
Топит Россию братва.
Словно винты, прогнулись
Курильские острова».

Слово Бориса Орлова — крепкое, чёткое. Таким же положено быть мужчине — моряку. Его стихи насыщены переживаниями о нашем безжалостном времени, о том, что:

«Сменилась эпоха великих идей Эпохой ничтожных желаний».

«Крадётся чёрная зима Без снега и мороза».

Зима не пришла, она крадётся, как предчувствия возможных перемен к ещё более тяжёлым испытаниям".



Нам под волнами шар земной послушен...
Омыла нерпа в море ласты...
Конец походу — рюмки все полны...
Мир! Дружба! А войну долой из моды!..
Наш корабль
Монолог отставного советского офицера
Униженный неряшливым юнцом...
Играли, дрались, разбирали ворота...
Битва за веру. Ручьями...
Словно власть, красной стала заря...
Неожиданная пристань...
Жизнь идет от порога к порогу...
Листья - всполохи огня...
Неуютно на улице Росси...
На белых срубах — золотистый крап...
Когда я выпивши весьма...
Кресты. Надгробья. Облаков отары...


* * *


Экипажу подводной лодки «Волгоград»

Нам под волнами шар земной послушен,
В реакторе беснуется уран.
Уходит от причала наша суша
И курс берет в открытый океан.

Подводников возвышенные лица...
Но где мы, неизвестно матерям.
Мы - часть России, мы несем границу
Страны по океанам и морям.

То солнцем обожжен, то вновь простужен
Над зыбкими волнами горизонт.
Для государства субмарина - суша,
Россия там, где наш подводный флот.



* * *


Омыла нерпа в море ласты
Семидесятой широтой.
Цистерны главного балласта
Пустили воду на постой.

В центральном свято, словно в храме,
Лениво вертятся рули.
Декоративными цветами
Табло в отсеках зацвели.

Наш мир безмолвием озвучен.
Спит черным космосом вода.
И астероидного тучей
Плывут над нами глыбы льда.

В отсеках - день, в подлодке - лето.
Моря - начало всех начал,
Но, как замерзшая планета,
Нас встретит холодом причал.



* * *


Конец походу - рюмки все полны.
В квартирах наших - жены, а не вдовы:
Вернулись все - ни мертвых, ни больных!
И флаг трепещет, и скрипят швартовы.

Зачеркивали дни в календаре -
И жизнь быстрей летела, чем в романе.
Нас берегла любовь - на корабле
Кружились тени из воспоминаний.

Святое дело - выпить двести грамм,
Приправив парой боцманских историй.
Мы пили за любовь, за милых дам.
И только после - тост: «За тех, кто в море!»



* * *


Владимиру Масягину

«Мир! Дружба! А войну долой из моды!
Конверсия - все плавить и взрывать.
Вокруг России - братские народы,
Зачем торпеды - не с кем воевать!»
Ломали нам, как белым птицам, крылья.
Пускали наши принципы в расход.
А мы сливали спирт с торпед и пили,
Водой разбавив, за погибший флот.

«Зачем стране моря и океаны?
У нас континентальная страна!»
Политики болтали неустанно,
А мы хватили горюшка сполна.
И штурманские карты слоем пыли
Покрылись - лыко в черную строку.
Но мы, сливая спирт с компасов, пили,
Чтоб выбрать верный курс на берегу.



НАШ КОРАБЛЬ


Россия, не зная курса,
Плывет себе наугад.
Как первый отсек - от «Курска»,
Оторван Калининград.

Не просвещен, не обучен
Вовремя наш экипаж.
И по борьбе за живучесть
Не проведен инструктаж.

Гибнем в подъездах и в штреках -
Страшен кровавый след.
Но «Осмотреться в отсеках!»
Сверху команды нет.

Взрывчатка, ножи и пули -
Топит Россию братва.
Словно винты, погнулись
Курильские острова.


МОНОЛОГ ОТСТАВНОГО СОВЕТСКОГО ОФИЦЕРА


Куда теперь идти? И где искать работу?
Не нужен никому советский офицер.
Я тридцать лет служил отечеству и флоту
У заполярных скал и у балтийских шхер.

Здоровье подорвал - нет денег на лекарства.
Чиновник, словно жлоб, старается хамить.
Я тридцать лет служил вождям и государству,
Но пенсия меня не может прокормить.

Кто в силах мне помочь - Христос, Аллах иль Кришна?
И что мне выбирать - суму или тюрьму?
И для страны - чужой, и для народа - лишний,
Я, нищий и больной, не нужен никому.

Нам жизнь не предсказать, как направленье ветра
В ненастье - был силен, а в старости ослаб.
Служил... и заслужил я два квадратных метра
Кладбищенской земли и похоронный залп.


* * *


Униженный неряшливым юнцом,
Молчит и о войне, и о победе.
Как рашпилем, морщинистым лицом
Старик шлифует прошлое в беседе.

Хотя был ранен, не просился в тыл.
Он воевал, чтоб жил народ счастливо.
Но обвинен за то, что победил,
Он внуком, пившим гамбургское пиво.

Мы на суде Истории - истцы:
Злом за добро не ожидали платы.
В учебниках советские бойцы
Для внуков - неизвестные солдаты.


* * *


Играли, дрались, разбирали ворота,
Чтоб строить плоты. Жгли костры на реке.
Мой первый учитель командовал ротой
В штрафном батальоне на Курской дуге.

Он был скуп на ласку. Жил в школьной квартире.
Он верил, что нужен Советской стране.
Как русский апостол, в парадном мундире
Верховный висел у него на стене.

Тянуло войною из-за горизонта,
Но люди устали от прежней войны.
Мы дети солдат, возвратившихся с фронта,
Мы поздние дети Великой страны.

Идеи, иллюзии... Пьяный наместник
Нас предал. Теперь все друг другу - враги.
Забыты страною победные песни.
Учитель в могиле. А мы - штрафники.


* * *


Юрию Шестакову

Битва за веру. Ручьями
Льется кровь... Шепот молитв.
Сотня монахов с мечами
В первой шеренге стоит.

Крепче и камня, и стали
Вера... Я верой клянусь!
Черною сотней назвали
Тех, кто сражался за Русь.

В битвах не ведали страха.
Вижу сквозь отзвуки гроз
Черные рясы монахов -
Смотрит с хоругвий Христос.

... В наших каютах и кельях
Молится Родина - мать.
В рясах и флотских шинелях
Нам за Россию стоять!



* * *


Автору книги «Зеленые гардемарины»
А. Смирнову


Словно власть, красной стала заря,
Впереди ночь для вас, офицеры.
За бортами чужие моря -
Ни царя, ни России, ни веры.

Потеряли друзей и невест -
Русский дух потерпел катастрофу.
... И на флаге Андреевский крест
Флот в Бизерту нес, как на Голгофу.


* * *


Неожиданная пристань -
Старый дом и старый сад.
В этом доме чисто-чисто,
Словно сотню лет назад.

Скрип - рассохлись половицы.
И часы двенадцать бьют.
Мне не спится... Мне не спиться -
В этом доме мало пьют.

Все уютно и степенно:
Богородица в углу,
Фотографии на стенах,
Лунный зайчик на полу.

Дремлет галстук. Дремлет блузка.
Дремлет кошка на окне.
То, что я родился русским,
Этот дом напомнил мне.


* * *


Жизнь идет от порога к порогу,
Находя утешенье в ходьбе.
Мама искренне молится Богу
Пред иконою в русской избе.

Утром дерево детского роста
Стелет ковриком тень на крыльцо.
Все таинственно, мудро и просто.
У всего есть душа и лицо.

Палисадник, заросший цветами.
Зелень прутиков около пней.
Мама меряет жизнь не годами,
А моими приездами к ней.


* * *


... Проскакал на розовом коне.
С. Есенин


Листья - всполохи огня,
Тучу к роще ветер чалит.
Как сентябрьская стерня,
Сердце выжжено печалью.

Я и ветер - мы одни,
И покой, и тяжесть в теле.
Гаснут, словно спички, дни -
Даже чувства отсырели.

Листопадовый огонь
Мертвым дождиком остужен.
Но туман, как синий конь,
Воду пьет из желтой лужи.

Осень - близкая родня,
Под окошком куст завянет.
И ускачет от меня
Пьяный ветер на тумане.


* * *


Неуютно на улице Росси –
Много праздных машин и людей.
Блеск и тлен проповедует осень
Протестантской молитвой дождей.

В окнах день и привычен, и скучен –
Отразились и вечность, и миг.
Об асфальт разбиваются тучи
И впадают в Фонтанку, как в Стикс.


* * *


На белых срубах - золотистый крап.
Село растет мозолистым и крепким.
Топор целует бревна, словно баб -
Мужик. Вокруг, как чайки, реют щепки.

Об эти избы разобьет зима
Свой белый лоб - и белый снег растает.
Когда с любовью строятся дома,
Они не улетают птичьей стаей.


* * *


Когда я, выпивши весьма
Являюсь в день зарплаты,
Меня встречает кот Кузьма.
Люблю Кузьму, как брата.

Он и не курит, и не пьет,
Не обижает птичек.
Кузьма - вполне приличный кот,
И вредных нет привычек.

Меня супруга в оборот
Берет - как нож под ребра.
Но кот в обиду не дает -
Шипит сильней, чем кобра.

Мой брат меньшой всегда поймет
Меня умом кошачьим.
Я человек, а Кузя — кот,
Но оба с ним ишачим.

Нам не блудить на стороне
Под мартовскую лиру.
Пока служу родной стране,
Кот стережет квартиру.


* * *


Кресты. Надгробья. Облаков отары
На небе. Но друзей не уберечь.
Увижу лица молодых и старых,
Но не услышу человечью речь.

Вокруг порхают бабочками души.
Молчит оркестров траурная медь.
Здесь разучились говорить, но слушать
Всех, кто бесплотен, приучила смерть.


ПОЭТИЧЕСКАЯ СЕРИЯ НОВЫЕ СТИХИ основана в 2005 году Союзом писателей России на Рязанском пленуме, посвященном 110-летию со дня рождения С.А. Есенина.
ВЫПУСК 6, Орлов Б. А.
O66 Новые стихи / Борис Орлов. - М.: Вече, 2005. - 96 с.


Скачать полный сборник
. Настоящий сборник является 13-й поэтической книгой автора, в судьбе которого переплелись творчество и служение Отечеству в качестве офицера Военно-морского флота.

Ссылки

Борис Орлов, выпускник 1977 г. Страничка автора
Олег Драченко, выпускник 1980 г. Страничка автора
Николай Ковыляев, выпускник 1981 г. Страничка автора


Главное за неделю