Подлодки Корабли Карта присутствия ВМФ Рейтинг ВМФ России и США
Какой способ жилищного обеспечения военных вы считаете наиболее оптимальным?
Жилье в натуральном виде
    64,71% (55)
Жилищная субсидия
    18,82% (16)
Военная ипотека
    16,47% (14)

Поиск на сайте

Сердце "палубника"

Добавить историю жизни
Смотреть собственные истории жизни

«Я не предам ВМФ! Я глубоко убежден, что у Советского Союза должны быть авианосцы. По окончании Ейского летного вернусь на флот и буду летать с авианосца...», – когда-то эти пламенные строки написал нахимовец-выпускник Тимур Апакидзе, обратившийся на свой страх и риск лично к главнокомандующему ВМФ СССР Адмиралу Флота Советского Союза Сергею Георгиевичу Горшкову с необычной просьбой: направить его на учебу в военное училище летчиков. И хотя юношескому посланию уже не один десяток лет, всякий раз по его прочтении приходишь к единственному выводу: в этих строках Тимур Автандилович был весь – от первой заглавной буквы и до последней точки...
ЕГО называли живой легендой морской авиации России. В нашей стране он по праву был корабельным летчиком «номер один». Он первым из строевых летчиков ВМФ выполнил посадку на палубу тяжелого авианесущего крейсера (ТАВКР) «Адмирал Флота Советского Союза Кузнецов», оборудованную аэрофинишерами. До этого аналогичная посадка была под силу только летчикам-испытателям. По проторенной же им дороге пошли другие летчики корабельного авиаполка. На Северном флоте с легкой руки Апакидзе взросла целая плеяда пилотов палубной авиации нового поколения: как говорится, под стать своему отцу-командиру и наставнику. А на личном счету самого Тимура Автандиловича было более трех с половиной тысяч часов летного времени, тринадцать освоенных типов самолетов и 236 посадок на палубу тяжелого авианесущего крейсера. Еще при жизни его знания и опыт стали учебным пособием для военных авиаторов.

Он был первым среди первых и лучшим из лучших. Таким Герой России генерал-майор Тимур Апакидзе навсегда и остался в памяти всех, кто знал его, служил и летал с ним – самозабвенно влюбленным в небо, безмерно почитающим море и фанатично преданным корабельной авиации.

Журналистская судьба подарила мне всего несколько встреч с этим удивительным летчиком. И говорю это отнюдь не потому, что он трагически погиб, а все вдруг скопом начали лихорадочно вспоминать и искать хоть малейшую сопричастность к его деяниям, судьбе, чтобы после этого иметь моральное право прикасаться к жизни этого замечательного человека. Совершенно нет! Да и Тимуру Автандиловичу это не уже, а просто не нужно. И никогда не требовалось. Он абсолютно не рисовался в свете кинематографических софитов и не бросал в телевизионном эфире напыщенные фразы. Все, что было необходимо генерал-майору Апакидзе, – это небо над океаном, палубные истребители и взлетка авианосца, которые он никогда ни единым поступком не предавал. А дела сами говорили за него, о нем. И не поэтому ли к Тимуру Автандиловичу всегда тянуло людей, рождая в их душах какие-то безотчетные благородные порывы и устремления?

Помню, как много лет назад во время очередного заседания военного совета Северного флота бывший тогда командующим СФ адмирал Олег Ерофеев устроил Апакидзе прилюдный разнос за участившуюся у «палубников» практику ведения воздушных боев буквально на грани фола, лидером коих, естественно, был сам Тимур Автандилович. Большой зал Североморского Дома офицеров флота молча внимал адмиральскому «приговору»:

- Апакидзе, доколе?.. А безопасность полетов?.. Не война!.. Распустились!.. Устроили цирк!.. Предупреждаю в последний раз...

Тимур Автандилович спокойно и прямо выслушал наставления командующего, так же спокойно ответил: «Есть!» и «Так точно!» На что командующий лишь махнул рукой:

«А-а...» Видимо, подобные разговоры «по душам» велись не впервой, и всякий раз выводы из них генерал-майор Тимур Апакидзе делал росчерком фигур высшего пилотажа в заполярном поднебесье.

Вероятно, по-своему комфлотом все же был прав. Однако в перерыве заседания военного совета я едва сдержался и не подошел к Тимуру Автандиловичу, чтобы просто пожать ему руку. Остановило то, что тогда еще мы не были знакомы, да и он – генерал, я – старший лейтенант. А в душе...

Не подумайте только, что взыграл юношеский задор в пику адмиральским «не война» и «безопасность полетов». Вероятно, большее здесь все-таки – это понятия «личный стиль» и «почерк». Они, безусловно, не в такой заоблачной мере, как истребителям палубной авиации, но близки и журналистам. Так же ревностно оберегаемы.

А СТИЛЬ АПАКИДЗЕ дорогого стоил! Несколько позже, во время боевой службы в Средиземном море ТАВКР «Адмирал Флота Советского Союза Кузнецов», именно благодаря его характерному пилотажу наблюдавшие за полетами североморцев американские моряки с авианосца «Америка» в скором времени уже безошибочно узнавали в прозрачном небе «работу» Тимура Автандиловича. Они восхищались каллиграфией его воздушного почерка и сокрушенно признавали, что в меньшей степени жаждут встречи в истребительном противостоянии с ним либо с кем-нибудь из его учеников.

Однако судьба генерал-майора Апакидзе была щедра не только на количество взлетов с палубы авианосца и тысячи часов, проведенных в небе. Несколько раз она преподносила ему такие заманчивые перспективы, что, возможно, у кого-нибудь другого и вскружилась бы голова. Но только не у Тимура Автандиловича: к подобного рода «подношениям» он оставался глух и даже, как подумает кто-то, неблагодарен.

В 1992 году, когда на Украине развернули политическую борьбу за первенство в военно-морском присутствии на Черном море, в то время еще полковник Тимур Апакидзе служил в Крыму – в Центре боевого применения корабельной авиации. В гарнизоне жила его семья, была отдельная квартира. Однако принимать новую военную присягу, участвовать в дележе исконно русского Черноморского флота – дележе, который считал преступлением политиков, офицер морской авиации наотрез отказался, несмотря на всякого рода посулы, угрозы и шантаж. Твердо тогда решил перевестись на Северный флот и продолжить освоение «Адмирала Флота Советского Союза Кузнецова». Кстати, его примеру последовали десятки летчиков и техников авиационного центра.

Несколько позже, когда Тимур Автандилович служил уже в Кольском Заполярье, из самой Грузии ему прислали официальное предложение стать... главнокомандующим грузинскими ВВС, то бишь сменить кабину палубного истребителя на тишь и благодать комфортабельного кабинета и большие звезды на погонах. Однако Апакидзе вновь остался верен северному небу и трамплину авианосца. А родственникам, живущим в Тбилиси, свой отказ объяснил так:

- Если б на вас, к примеру, извне напали, я добровольцем пришел бы на помощь, рядовым летчиком. Однако участвовать в братоубийственной бойне (то был намек на югоосетинские события в 1990-х годах прошлого столетия. – С.В.) не желаю.

ОН ЖАЖДАЛ лишь летать на палубных истребителях, учить этому своих подчиненных-единомышленников и дальше – вперед и ввысь! – продвигать развитие отечественной корабельной авиации. Слышал, что в большей степени из-за этого и согласился на учебу в Военной академии Генштаба. Но, даже став «академиком», Тимур Автандилович не забывал питомцев, родной корабельный истребительный авиаполк. Нынешний заместитель командира ТАВКР по авиации полковник Юрий Анищенко, прежде служивший в палубном полку, рассказывал, что все стажировки, а иногда даже и ежегодные отпуска генерал-майор Тимур Апакидзе проводил в Кольском Заполярье. Летал сам, обучал молодых летчиков.

- Вообще палубная авиация – это, на мой взгляд, дело молодое, – говорил легендарный летчик. – Поэтому надо эту самую молодежь лейтенантами из училищ брать и готовить к полетам с корабля. Потому что «оморячить» взрослого летчика из ВВС исключительно трудно. Ему корабль абсолютно не нужен, воды он боится. Большинство сухопутных летчиков стараются даже по маршруту над водой не летать. Даже если полеты производят с наземного аэродрома. Не говоря уже о том, что наш корабельный аэродром с высоты полета смотрится как спичечный коробок. Однако когда из пилотажной зоны приходишь или с перехвата и видишь корабль, нормально идущий по курсу, то уже испытываешь радость, что вот она – твоя родная посадочная палуба. Каждый наш летчик уверен в том, что, даже если придется катапультироваться у борта корабля, моряки спасут. Поэтому, конечно, этот корабль стал для нас как дом родной...

В последний раз я встретился с Тимуром Автандиловичем в конце 1990-х годов на борту «Адмирала Флота Советского Союза Кузнецова», вновь зимовавшего у причала судоремонтного завода в Мурманске. Тогда североморцы отмечали десятилетие первой самолетной посадки на палубу авианосца. Однако генерал-майор Апакидзе больше говорил о другом и говорил с болью: что страна мучительно долго шла к созданию авианосцев, без которых в наше время ВМФ просто теряет смысл. Ведь для надводных кораблей, а главное – для подводных атомоходов, самый страшный враг в море – это авиация. Поэтому без истребительного прикрытия мы не всегда сможем обеспечить полноценную боевую устойчивость как «стратегов» – ракетоносцев, так и многоцелевых АПЛ.

И если хотим оставаться на Земле государством с народом, а не населением, как этого жаждут за океаном, то, убеждал Тимур Автандилович, необходимы авианосцы. И кораблестроительной программой, рассчитанной до 2020 года, уже было спланировано их строительство. Но разве реально при нынешней экономической ситуации в стране – и это слова генерал-майора Тимура Апакидзе десятилетней давности! – загадывать так далеко?

ПОЭТОМУ главная задача – сохранить «Адмирала Флота Советского Союза Кузнецова» как переходный корабль. Сохранить его летный и инженерно-технический состав, моряков, которые могут эксплуатировать авианосец. Ведь уже через лет пять им цены не будет! А сам «Кузнецов», «когда мы наконец-то встанем с коленок», позволит России создать мощный авианосный флот, который будет отстаивать интересы государства в любой точке Мирового океана, земного шара.

- Даже если случится самое худшее – «Кузнецов» станет на «прикол», а нашу часть корабельной авиации расформируют, – делился мыслями генерал Апакидзе, – постараюсь снова собрать всех своих летчиков, будем учить летать молодежь. Великой морской державе без палубной авиации не обойтись. Надо сохранить хотя бы кадры. Если не наше, то следующее поколение летчиков должно летать с авианосцев.

Тогда подумал: как это похоже на то письмо нахимовца-выпускника, в котором он просил, вопреки установившемуся в НВМУ порядку, направить его на учебу в авиационное училище: «Я не предам ВМФ!..»

17 июля 2001 года во время показательного полета недалеко от города Остров Псковской области Герой России, заместитель командующего морской авиацией ВМФ РФ генерал-майор Тимур Апакидзе трагически погиб.

Выполняя элементы высшего пилотажа на истребителе Су-33, российский ас почувствовал сбой в работе механизмов самолета, о чем сообщил на командный пункт. С земли поступило указание – немедленно покинуть истребитель. Однако долг, честь офицера, ответственность за боевую машину не позволили ему, военному летчику, катапультироваться. Он делал все, чтобы спасти самолет, до того последнего мгновения, когда спастись ему самому уже не представлялось возможности...

О генерал-майоре Апакидзе можно очень долго рассказывать: о нем – настоящем человеке и заботливом семьянине, отважном морском летчике, доблестном офицере и командире. Однако, на мой взгляд, именно в последних словах Тимура Автандиловича: «Великой морской державе без палубной авиации не обойтись. Если не наше, то следующее поколение летчиков должно летать с авианосцев» – особенно объемно и полно отразился корабельный ас мирового класса генерал-майор Апакидзе. От первой заглавной буквы и до последней точки, последнего вздоха, последнего удара великого сердца...

Источник: "Красная звезда", автор: Сергей ВАСИЛЬЕВ

Возврат к списку


    Опубликовать vkontakte.ru Опубликовать на facebook Опубликовать на mail.ru Опубликовать в своем блоге livejournal.com

Герман Качуринер, 27.03.2009 02:01:09
Слава Герою! |of|
Перейти к обсуждению на форуме >>



Главное за неделю