Помощь военным
Подлодки Корабли Карта присутствия ВМФ Рейтинг ВМФ России и США Военная ипотека условия
Баннер

Микронная точность
при изготовлении
оборудования
для кораблей ВМФ

Поиск на сайте

Книжная полка: Слабое место эсминцев "Фубуки"

Тема: ВМС Азии, Статьи

Центральный Военно-Морской Портал продолжает серию публикаций об истории развития военно-морских сил стран мира. Редакция представляет еще несколько отрывков из нового издания книги "Эскадренные миноносцы типа "Фубуки". Она посвящена 24 кораблям этого проекта, построенным тремя сериями и вошедшим в состав японского флота в период с 1928 по 1933 годы.

Часть 1. Японские эсминцы "Фубуки" во Второй Мировой войне.

Глава 3. Эсминцы "Специального типа": краткое описание


3.10. Экипаж и обитаемость. Численность экипажа при вступлении в строй по штату мирного времени составляла 197 человек. Ханс Ленгерер в выпуске журнала "Warship" за 2007 год приводит цифру в 207 человек, из них: десять строевых офицеров, три мичмана (warrant officers), 53 старшины (petty officers) и 141 матрос. В годы войны, в связи с установкой дополнительного радиоэлектронного и зенитного вооружения, численность возросла до 250. В сборнике "Военно-морские силы Японии", изданного под грифом "Секретно" в 1933 году IV Управлением Штаба РККА в Москве, содержится любопытная характеристика дисциплины и быта Императорского флота: "Личный состав … одет чисто и опрятно, хотя и в недорогие ткани. Рядовые ежегодно получают зимнее и летнее обмундирование, стоимость которого … для строевых матросов - 99 иен и для матросов механических специальностей в 105 иен. На службе отношения офицерского состава с рядовыми моряками простые – нет натянутости. У большинства рядовых … уважение к офицерскому и унтер-офицерскому составу. Жилые помещения на кораблях … содержатся в отменной чистоте. Пища для команды – смешанная, для офицеров – европейская. В смысле калорийности японская пища значительно ниже европейской. На кораблях пить саке … воспрещено. Весь личный состав … флота по тренировке, выносливости и дисциплине представляет большую боевую ценность. Политико-моральное состояние … в общем вполне устойчивое. Подготовка … ведется на традициях войн 1894 и 1905 годов. По качеству личного состава японский флот несомненно должен быть поставлен выше флотов Англии и США". Эта характеристика в полной мере применима к экипажам торпедных флотилий, являвшихся частью ударных сил Императорского флота, призванных в ходе генерального сражения внести основной вклад в "предварительное истощение" флота противника.

Фубуки, 1928 г.

К сожалению, достоверной информации об условиях обитаемости экипажей японских эсминцев крайне мало. "При водоизмещении … 1360 тонн эсминец типа "Кавасаки" нес восемь торпедных труб и пять 127-мм орудий … на эсминцах Страны восходящего солнца никакие жилые помещения не предусматривались: матросы спали на циновках прямо на палубе, у своих боевых постов. Камбуз заменяли обычные полевые кухни для варки риса и чая. Отопления не было … Не удивительно, что на японских кораблях можно было разместить гораздо больше вооружения", - это из достаточно известной статьи в "Технике-Молодежи" за 1972 год. О приоритете наступательных качеств и ударной мощи при строительстве кораблей Императорского флота и принесении в жертву условий обитаемости, параметров остойчивости говорится и в авторитетном "Conway’s All the World Fighting Ships 1922-1946", и в статье Ханса Ленгерера из журнала "Warship", посвященной эсминцам типа "Хацухару". В докладе американской военно-морской технической миссии в Японии отмечается, что в составе оборудования камбузных помещений на японских кораблях отсутствовали какие-либо устройства и приспособления для выпечки, а их общий технический уровень уступал американским стандартам. Оснащение санитарно-гигиенических помещений (гальюнов) удостоилось положительной оценки, но оборудование умывальников команды американские специалисты, обратив внимание на отсутствие душевых, назвали примитивным. Однако не стоит забывать о том, что победителей в первую очередь интересовали японские корабли новых типов преимущественно военной постройки, а уцелевшие представители "Специального типа" - "Усио" и "Хибики" - были изношены, устарели и интереса для комиссии не представляли. Но в условиях войны, дефицита времени и материалов японские верфи шли по пути упрощения конструкции и удешевления постройки, и на оборудовании жилых и бытовых помещений это сказалось отрицательным образом. Однако тот же американский доклад, составленный на основании опросов многочисленных японских офицеров и специалистов, подтверждает факт, что в Морском Техническом департаменте были хорошо осведомлены о различиях в стандартах условий обитаемости в сравнении с флотами Великобритании и США. Отдавая приоритет наступательным качествам, японские конструкторы смогли обеспечить условия размещения и обитаемости экипажей, превосходившие средний уровень бытовых условий большей части населения Японии.

Сираюки, 11-й ДЭМ Второй Флотилии, май 1929 г.

На эсминцах "Специального типа" для командира корабля и командующего дивизионом эсминцев имелись две отдельные каюты, расположенные в носовой надстройке. Остальные офицеры размещались в четырех двухместных каютах под полубаком на нижней (корабли первой и второй серий) или главной (третья серия) палубах. Кубрики старшин и рядового состава занимали пространство на главной (первая и вторая серии) или нижней (третья серия) палубах в носовой части, и на нижней палубе в кормовой. Общая площадь жилых помещений комсостава составляла 102,06 м2, кубриков старшинского и рядового состава – 288,17. На одного офицера приходилось 6,825 м2 жилого пространства, на одного матроса – 1,449 м2. По этому показателю "Специальный тип" можно сравнить с немецкими эсминцами довоенной постройки, условия обитаемости которых вполне соответствовали уровню европейских флотов того времени. Для немецких кораблей последняя цифра составляла лишь 1,25 кв. м.

Кроме офицерской кампании с буфетом, расположенной в носовой части под полубаком, имелась еще и кают-компания для офицеров специальной службы и мичманов, занимавшая пространство на нижней палубе под кормовой надстройкой по левому борту. Не было на эсминцах типа "Фубуки" и полевых кухонь для варки риса и чая. Вместо них по левому борту на главной палубе под полубаком размещались раздельные камбузные помещения офицерского и рядового состава. В носовой части имелись кладовая для соленых продуктов, рефрижераторная и овощная кладовые. Не было и оборудования для выпечки? Зато была вместительная рисовая кладовая! Общий корабельный гальюн был оборудован в кормовой надстройке, а гальюны комсостава располагались по правому борту на главной палубе под полубаком. Баня комсостава находилась по правому борту под полубаком, баня нижних чинов – в кормовой надстройке. Банные помещения не были оборудованы душами? Но душевых не имелось даже на английских эсминцах типа А, постройка которых завершалась в 1930-1931 годах. Зато на типе "Фубуки" в соответствии с национальными традициями в банных помещениях были установлены большие и глубокие чаны (фуро), Прежде чем залезть в фуро с горячей водой, требовалось тщательно вымыться из банной шайки, и помещение для хранения этого инвентаря находилось в основании надстройки за кормовой трубой. Матросы спали прямо на боевых постах? Но в годы войны это стало правилом для всех без исключения флотов. Так, в секретном отчете научно-технического комитета НКВМФ СССР "Замечания и предварительные выводы по отдельным вопросам и недостаткам … эскадренных миноносцев … построенных по проекту 7" отмечалось, что вследствие увеличения штата личный состав вынужден спать на столах, банках, палубе и размещаться по двое на рундуках, приспособленных на одного человека.

Оценивать условия обитаемости эсминцев типа "Фубуки" как принесенные большей частью в жертву боевым качествам, вряд ли объективно. Отчеты американской военно-технической миссии, при их несомненной исторической ценности, проникнуты вполне естественной психологией победителей, не всегда утруждавших себя знанием и пониманием национальных особенностей и традиций побежденных. Вопреки отрицательным оценкам, появившимся в документах послевоенного периода, эсминцы типа "Фубуки" по условиям обитаемости экипажей вполне соответствовали предъявляемым требованиям и в целом находились на уровне иностранных флотов того времени.

Глава 5. Эсминцы типа "Фубуки" в период 1929-1941 годов


5.2. "Инцидент с Четвертым Флотом". В сентябре 1935 года флот начал подготовку к проведению очередных осеннее-летних маневров. При их проведении 26.09.1935 корабли вновь образованного Четвертого Флота оказались в зоне сильнейшего тайфуна в 250 милях к востоку от Мияко. В японской морской историографии события тех дней называют "Инцидентом с Четвертым Флотом". Большие ежегодные маневры Объединенного Флота с привлечением сил Первого и Второго Флотов в том году должны были длиться с 20 июля по 7 октября. К концу сентября для проведения завершающей фазы маневров были образованы Синий и Красный Флоты. В состав Синего Флота передавалось большинство кораблей Первого и Второго флотов.

Четвертый (Красный) Флот. Главные Силы: крейсера "Асигара", "Сендай" (2-я ДКР), "Миоко", "Нати", "Хагуро" (5-я ДКР), "Могами", "Микума" (7-я ДКР), "Китаками", "Кисо", "Оои", "Тенрю" (9-я ДКР). Третья Флотилия эсминцев (временная): крейсер "Кину", эскадренные миноносцы "Хокадзе", "Хакадзе", "Акикадзе" (4-й ДЭМ), "Юдзуки", "Микацуки", "Мохицуки", "Кикуцуки" (23-й ДЭМ), "Муцуки", "Яйеи", "Кисараги", "Удзуки" (30-й ДЭМ). Четвертая Флотилия (временная): крейсер "Нака", эскадренные миноносцы "Оборо", "Акебоно", "Усио" (7-й ДЭМ), "Югири", "Амагири" (8-й ДЭМ), "Сираюки", "Хацуюки" (11-й ДЭМ), "Муракумо", "Усугумо", "Сиракумо" (12-й ДЭМ). 1-я ДАВ: авианосцы "Рюдзе", "Хосе", эсминцы "Асакадзе", "Харукадзе", "Мацукадзе" и "Хатакадзе" (5-й ДЭМ)], базировавшийся на Хакодате, являлся временным формированием. Десять эскадренных миноносцев типа "Фубуки" - "Оборо", "Акебоно", "Усио" (7-й ДЭМ), "Югири", "Амагири" (8-й ДЭМ), "Сираюки", "Хацуюки" (11-й ДЭМ), "Муракумо", "Усугумо" и "Сиракумо" (12-й ДЭМ) - образовали в составе флота Четвертую Флотилию.

В завершающей фазе маневров намечалось проведение генерального сражения Синего и Красного Флотов в северо-западной части Тихого океана, при этом Красный исполнял роль противника.

ЭМ №41 (будущий Усугумо), июнь 1928 г.

Ранним утром 25.09.1935 из Хакодате вышли обе флотилии эсминцев, через несколько часов за ними последовали остальные силы Четвертого Флота. Миновав Сангарский пролив, соединения вышли в Тихий океан и, следуя 10-узловым ходом, легли на генеральный курс 1050. В полдень корабли благополучно миновали зону тропического шторма, двигавшегося в направлении к Хоккайдо. Около 04.30 в ночь на 26 сентября было принято новое штормовое: тропический шторм, стремительно набирая силу, и превращаясь в тайфун с центром примерно в 150 милях к востоку от Инубо-Саки, стремительно смещался 200-мильным фронтом на северо-запад со скоростью около 40 узлов. Рассчитывая пройти сквозь зону наружного фронта и разминуться с центром тайфуна, флот продолжал следовать прежним курсом и скоростью. К раннему утру 26-го сентября Главные Силы Четвертого Флота находились примерно в 100 милях от северной оконечности о. Хонсю. Но вскоре после 10.00 выяснилось, что тайфун изменил направление, двинувшись к северо-востоку. Его встреча с кораблями Четвертого Флота в 250 милях к востоку от побережья префектуры Иватэ стала практически неизбежной.

Приказ следовать в порт был отдан слишком поздно. Опасность возможного опрокидывания кораблей, которым пришлось бы следовать в порт в условиях сильной бортовой качки, стала причиной его отмены. Оставалась слабая надежда на то, что центр тайфуна удастся миновать, и флот оставит его за кормой. К полудню погода стала ухудшаться. Рассчитывая принять шторм с носовых курсовых углов правого борта, корабли продолжали следовать южным курсом со скоростью около 10 узлов, разделившись на три группы. Центральная включала Главные силы и 1-ю ДАВ. Примерно в 80 милях к востоку от нее шли две флотилии эскадренных миноносцев, в 100 милях к западу - флотилия подводных лодок.

В условиях усиливавшегося шторма Центральная группа приближалась к центру тайфуна. К 13.00 высота волн достигала 10 м. Замеры силы северо-западного ветра, продолжавшего усиливаться, дали цифру в 39 узлов, и к 14.30, когда он достиг 58-79 узлов, около 13.00 Главные Силы прошли через центр урагана. Ветер при этом стих, над кораблями было ясное голубое небо, но высота волн временами достигала 18 метров, а столбик барометра опустился до 957 мбар. Серьезные штормовые повреждения получили авианосцы "Рюдзе", "Хосе", крейсера "Миоко", "Могами", "Микума", "Асигара", "Нати" и "Хагуро". К 15.30 центр урагана остался позади, корабли центральной группы продолжали следовать на юг, выдерживая удары штормовых волн и порывы северо-западного ветра силой до 60 узлов.

Следовавшие далее к востоку две флотилии эсминцев вошли в зону урагана около 12.00. Барометр, опустившийся до 968 мбар, продолжал падать. В бортовом журнале эсминца Яйеи была зафиксирована скорость ветра не менее 50 узлов, высота волны – 7 м, цвет воды океана – "очень темный". Центр тайфуна в этот момент находился приблизительно в 200-220 милях к юго-западу. Сила ветра, дувшего с юго-запада, продолжала усиливаться и через час достигла 68 узлов. Сильнейшие дождевые шквалы снижали видимость до 2-3 кабельтовых, вследствие чего дистанцию пришлось увеличить до 5-6 кабельтовых. Волны достигали уже 10-метровой высоты, крен флагманского крейсера "Кину" доходил до 360, а эсминцев типа "Фубуки" – от 50 до 700. В 14.00, когда флотилии находились примерно в 100 милях к востоку от центра тайфуна, высота волн, наблюдаемых с "Яйеи", превысила 20 м. На других эсминцах была зафиксирована сила ветра около 80 узлов с порывами до 106 узлов. Вскоре 15.30 небо стало быстро проясняться, и с мостиков нескольких кораблей был виден глаз тайфуна, стремительно двигавшийся в северном направлении. С юго-запада шли огромные волны океанской зыби, перемежавшиеся с крутой и высокой волной, поднимаемой ветром, последовательно менявшим в течение последующих полутора-двух часов свое направление с восточного на юго-восточный, затем на южный и юго-западный. На "Муцуки" были снесены верхняя часть мостика и баркас, повреждены кормовая труба, носовой торпедный аппарат, на "Асакадзе" под ударами штормовых волн появились трещины в обшивке носовой надстройки, на "Харукадзе" – выбиты иллюминаторы на мостике. Тяжелые повреждения надстроек получили "Акикадзе" и "Мохицуки". Только после 17.00 появились первые признаки улучшения погоды. К 20.00 волнение стало стихать, а сила ветра, дувшего с юго-запада, уменьшилась до 15 узлов.

Наблюдатели на мостике эсминца "Югири" отмечали, что сходящиеся с разных направлений океанская зыбь и чрезвычайно сильное ветровое волнение, нередко увеличивались в высоте до 20-30 метров, неожиданно вырастая в виде огромных валов на дистанции не более 5-15 кабельтовых от корабля. Эсминец получал удары волн высотой не менее 15 м и длиной от 150 до 200 м. В 15.53 было разбито остекление ходового мостика. Вслед за этим последовали три сильнейших штормовых удара. Первую из этих волн эсминец принял в правый борт полубака. Следующей была огромная встречная волна, в которую полубак корабля ушел почти полностью. Носовая часть была оторвана после удара третьей волны в левый борт. Часы на мостике эсминца показывали 16.02. Зона разлома прошла непосредственно перед носовой надстройкой, отломившаяся носовая часть корпуса быстро затонула. Погиб 21 член экипажа. Запись в судовом журнале "Югири" гласит: "Дождь, заряды тумана, скорость южного ветра 35 м/с, порывы 42 м/с, длинные волны и водяные валы высотой более 15 м, максимальный угол крена 500, средний 400, координаты бедствия 40020’с.ш. 146052’в.д.".

Рапорт командира 11-го ДЭМ позволяет составить более подробное представление о событиях, происходивших на борту "Хацуюки". Согласно этому документу, эсминец вышел из Хакодате около 06.00 25-го сентября, возглавляя 11-й ДЭМ Четвертой Флотилии. Начиная с раннего утра, дул, набирая силу, свежий ветер. Около 11.00 пошел сильный дождь, усиление ветра продолжалось. Флот был извещен флажным сигналом о приближении зоны необычайно низкого атмосферного давления, и на эсминце произвели необходимые приготовления к шторму. Корабли дивизиона следовали южным курсом со скоростью около 9 узлов. На "Хацуюки" в действии находилась турбина левого борта, однако после 12.00 были пущены обе турбины. Около 13.00 ветер достиг 27 м/с., столбик барометра опустился до 746,5 мм. Видимость из-за продолжавшегося дождя снизилась настолько, что вскоре после 13.20 пришлось увеличить дистанцию между мателотами. Погода продолжала стремительно ухудшаться, ветер и волнение усиливались. Начиная с 14.00, замеры силы ветра производились каждые 15 минут. В 14.05 его скорость достигла 28 м/с., давление - 742,0 мм. Волны накрывали надстройки и палубу, вода стала проникать в подпалубные помещения. Аварийные партии откачивали воду и проверяли состояние переборок. В 14.25 "Хацуюки" следовал 8-узловым ходом курсом 1400. Время от времени корабль отклонялся от генерального курса на 5-100, стараясь принимать встречный ветер с носовых курсовых углов 20-300. Измеренная в 15.30 максимальная сила ветра достигла 30 м/с. "Около 16.30 … очень сильные ветер и волнение… Удары штормовых волн, сильный слемминг … следуем средним ходом … при скорости менее 7 узлов … корабль сносит с курса ветровым дрейфом. Крен достигает 60-700", - записано в донесении. В 16.42 сильнейшим ударом волны в правый борт был сорван со шлюпбалок и упал за борт моторный катер. Была деформирована носовая труба, повреждены наружные вентиляционные раструбы носового котельного отделения. В районе верхней палубы появилась трещина длиной около 6,5 м, идущая от основания носовой трубы. Вышли из строя анемометр и эхолот. Около 17.00 замеры скорости ветра дали цифру 28 м/с., столбик барометра пошел вверх. Находившимся на мостике эсминца показалось, что ветер начал стихать, а погода проясняться. Однако волнение продолжало усиливаться, образуя огромные штормовые валы необычайной высоты. В сравнении с силой ветра волнение достигло беспрецедентной силы.

Вскоре после 17.00 с мостика "Хацуюки" были замечены эсминцы дивизиона, следовавшие постепенно сближавшимся курсом с правого борта. Избегая столкновения, на корабле последовательно изменили курс на 2100 и 2300, а спустя четверть часа легли на 1500. Все это время эсминец принимал удары штормовых волн, увенчанных огромными гребнями. От одной из них удалось уклониться, но удары нескольких крутых штормовых валов, последовавшие в течение короткого промежутка времени, привели в 17.29 к полному отрыву носовой оконечности. "Приблизительные координаты 4000’с.ш./14700’в.д… Облачно, дождевые слоистые облака, облачность 8 баллов, ветер южный. Скорость ветра 28 м/с., атмосферное давление 741,1 мм. Волнение 10 баллов, направление волн с юго-восточного и южного направлений, видимость 3000 м. Длинные волны и водяные валы. Крен корабля максимальный 700, средний на левый борт 500, средний на правый борт 400",- говорится в донесении.

Командир немедленно объявил тревогу, приказав экипажу перейти в кормовую часть корабля и начать борьбу с водой. Оторванная носовая часть эсминца перевернулась кверху килем через правый борт. Оставаясь на поверхности, и дрейфуя под действием волн и ветра, она вскоре исчезла из вида. Дрейфовавшая кверху килем, она была обнаружена на следующий день около 14.45 крейсером "Нака". Экипаж "Хацуюки" потерял шесть старшин и 19 матросов, но оставалась надежда на то, что часть из них находится внутри отсеков и еще жива. Однако реальных возможностей оказать помощь уцелевшим не было. Утром следующего дня, в целях гарантированного уничтожения кодовых книг и секретных документов, носовая часть эсминца была потоплена артиллерийским огнем с "Нака".

Основные усилия экипажа в борьбе за живучесть были направлены на подкрепление носовой переборки котельного отделения №1 на 53-м шпангоуте, откачке поступавшей воды. Впоследствии в секретном докладе "Состояние и развитие кораблестроительной технологии Императорского флота Японии" (The Current Progress of IJN Shipbuilding Technology), опубликованном в январе 1937 года, вице-адмирал корпуса морских инженеров А. Тамазава отметил, что спасти "Хацуюки" и "Югири" удалось во многом благодаря носовой переборке первого котельного отделения, выстоявшей под ударами волн. За борт был выброшен боезапас из кормового артпогреба и выпущены девять торпед. Из уцелевших судовых плавсредств откачивалась вода, на палубе заглушались поврежденные вентиляционные раструбы. Для выправления дифферента откачали за борт топливо из части топливных цистерн. Поступление воды в носовое котельное отделение удалось остановить и ликвидировать, используя переносные водоотливные насосы и эжекторы. Ликвидируя поступление забортной воды в котел №1 и его резервную цистерну, пустили на осушение котельные насосы.

Шторм начал постепенно стихать. К полуночи скорость юго-западного ветра уменьшилась до 10 м/с., волнение стихло до 6 баллов, давление продолжало расти. Однако эсминец, дрейфуя на шедшей с юга океанской зыби, продолжал испытывать доходившую до 400 чувствительную бортовую качку. Около 00.30 27-го сентября к "Хацуюки" для оказания помощи подошли корабли 5-й дивизии крейсеров. Спустя четыре часа к ним присоединился легкий крейсер "Нака". В 06.30 с него на борт эсминца была высажена аварийная партия и доставлено спасательное оборудование. До 08.00 совместными силами аварийных партий шло подкрепление переборок. Между тем, около 06.30 началась заводка троса на подошедший "Хагуро", который вскоре начал буксировку в Оминато на малом ходу. Турбины эсминца оказалось возможным пустить на задний ход, и к полудню скорость буксировки достигла 8 узлов. Благодаря самоотверженным и грамотным усилиям экипажей оба пострадавших эсминца были спасены. "Югири" был приведен в Оминато крейсером "Оои".

Остальные семь кораблей типа "Фубуки" также получили штормовые повреждения различной степени тяжести. Основной район повреждений находился в районе верхней палубы полубака вблизи носовой башни главного калибра. Очень серьезные повреждения получил "Усио", близкий к потере кормовой оконечности, имевшей многочисленные трещины и гофры. На "Оборо" и "Сиракумо" носовая надстройка и обшивка корпуса в носовой части получили деформации и разрывы. Носовые и кормовые части корпуса на "Муракумо", "Усио" и "Акебоно" были деформированы, имели множественные трещины и нарушения водонепроницаемости верхней палубы, ширстрека и бортовой обшивки. "Амагири" и "Усугомо" получили легкие повреждения корпуса, а "Сираюки" - разрыв наружной обшивки в носовой части в районе канатного ящика. От ударов волн пострадали судовые плавсредства, были деформированы многочисленные люки и наружные двери, снесены палубные вентиляционные раструбы.

В общей сложности, на кораблях Четвертого Флота погибли или пропали без вести 54 человека, 46 из которых погибло на "Югири" и "Хацуюки". Свыше 60 человек получили ранения. Для расследования обстоятельств инцидента 10.10.1935 была образована комиссия, возглавляемая адмиралом К. Номура. В ее состав также вошли вице-адмирал И. Ямамото и контр-адмирал М. Кога. 31.10.1935 комиссию возглавил адмирал С. Кобаяси.

Спустя пять месяцев в апреле 1936 года был обнародован итоговый доклад. Тщательно проанализировав обстоятельства произошедшего, комиссия пришла к выводу, что флотилии эскадренных миноносцев прошли по пути следования через зону чрезвычайно сильного и беспорядочного волнения беспрецедентной высоты. Встреченная волна высотой 15 и длиной не более 200 м оказалась необычайно высокой и короткой, соизмеримой по длине с длиной самого корабля, а соотношение длины волны к ее высоте имело величину не более 13,3. Между тем, статистические данные Гидрографического Департамента говорили о том, что для морей, омывающих берега Японии, этот показатель существенно выше и имеет значения в пределах от 20 до 30. Комиссией было также установлено, что при расчете прочностных характеристик корпусов эскадренных миноносцев типа "Фубуки", Морским Техническим Департаментом для условий высоты волны порядка 15 м был взят за основу нижний предел этого соотношения. При определении продольной прочности типа "Фубуки" длина волны, соизмеримая с длиной корабля, в расчет не принималась. Но именно в таких условиях оказались эсминцы "Специального типа" 26.09.1935, когда их корпуса подвергались воздействию чрезвычайных напряжений. Наблюдатели с крейсера Нака, зафиксировали волны 14-метровой высоты длиной 120 м (соотношение 1:9), а с Амагири наблюдали волны длиной около 300 и высотой не менее 25 м (1:12). Днищевые конструкции обшивки и набора попеременно испытывали деформации на растяжение и сжатие, когда корабль находился на гребне необычайно высокой и короткой волны либо своей средней частью, либо оконечностями. Удары огромных водяных масс и вызванные этим конструктивные напряжения, величина которых оказалась выше проектных величин, стали причиной деформаций, разрывов палубной обшивки, конструктивных связей и последовавших разломов корпусов в районе 45-46-го шпангоутов. Продольная прочность новых эсминцев была признана недостаточной. Члены комиссии обратили свое внимание на то, что повреждения, полученные в тайфуне эсминцами более старых типов, имевших клепаные корпуса и надстройки, оказались гораздо менее серьезными в сравнении с эсминцами "Специального типа", при постройке которых широко применялась электросварка.

Комиссия обратила внимание на тот факт, что "первый звонок" прозвучал почти за полтора месяца до печальных событий. 12.08.1935 "Муракумо", проходивший испытания в Токийской бухте, следуя полным ходом, получил повреждения корпуса. Обшивка и палубный настил в нескольких местах в носовой части были деформированы, в области миделя образовались гофры. В носовой части корпуса перед надстройкой обнаружились разрывы швов наружной обшивки. Поставленный в док эсминец осмотрела комиссия Морского Технического Департамента. По итогам осмотра был сделан вывод о том, что прочность палубных конструкций в районе полубака и средней части корпуса является недостаточной, а величины возникающих здесь структурных напряжений превышают допустимые. Однако в качестве первопричины были названы изъяны, допущенные при строительстве корабля. После экстренного ремонта он был спешно возвращен в строй и через полтора месяца стал одним из "участников" событий 25-26.09.1935.

Модернизационные работы на Фубуки, 1936 г.

В результате, эсминцы типа "Фубуки" в период 1935-1937 годов при выводе из боевого состава направлялись на верфи для проведения модернизационных работ.

Книга "Эскадренные миноносцы типа "Фубуки", выпущенная издательством "Гангут", является дополненным изданием труда "Эскадренные миноносцы типа Фубуки в составе Императорского флота Японии 1929-1945 гг.", вышедшего в 2011 году. Второе издание книги включает в себя новую информацию о бытовых условиях японских эсминцев, их гидроакустических средствах, устройстве систем управления артиллерийским огнем и торпедным оружием. Использование информации из японской военно-морской прессы позволило подробно осветить тему последовательных изменений зенитного, противолодочного и радиоэлектронного вооружения в ходе военных действий, включив в издание дополнительную графику по зенитным автоматам предвоенного периода. Автором книги "Эскадренные миноносцы типа "Фубуки" является выпускник Ленинградского Высшего инженерного морского училища имени адмирала С.О. Макарова Петр Васильев.

Узнайте первым о новинках, представленных на главных военных выставках этого лета:
спецраздел «Форум Армия», спецраздел «Военно-морской салон», спецраздел «Авиасалон МАКС».