Подлодки Корабли Карта присутствия ВМФ Рейтинг ВМФ России и США Военная ипотека условия Военная юридическая консультация
Поиск на сайте

Гидрограф северного флота

Добавить историю жизни
Смотреть собственные истории жизни

16.07.2007 Более 250 лет беспорочно служит Северному флоту династия беломорских гидрографов Храмцовых.

На одном из островов в самом устье реки Выг, Сорокском, небольшая часть берега обнесена глухим забором. Однако ворота всегда широко распахнуты, видны двухэтажный деревянный дом с антенной-мачтой, подсобные помещения и давно умерший от старости, полинявший автокран. Это территория воинской части - 278-го участка гидрографической службы Северного флота.




На втором этаже дома со времен давней его постройки живет Иван Васильевич Храмцов. Ему 68 лет, он по-прежнему крепок и продолжает работать. Сейчас Храмцов - начальник службы навигационного обеспечения 278-го УГС. Совсем недавно, 8 ноября, Храмцов отметил очередную годовщину службы в беломорской гидрографии. И хотя должности он занимал различные - от рядовых инженерных до заместителя начальника участка, по существу, все 44 года он занимается только одним - обеспечивает безопасное плавание кораблей в своей зоне ответственности. Если прибавить сюда без малого пять лет срочной службы старшиной команды минометчиков на Печенгской военно-морской базе Северного флота, то получается, что в сентябре 2001 года никак не избежать знаменательного юбилея: исполнится 50 лет беспорочной, как писали в прошлом веке, службы Ивана Храмцова Северному флоту.

Но эти полвека - личный стаж Ивана Васильевича. Подсчитано, что общий вклад династии поморов Храмцовых в важнейшее государственное дело становления гидрографии на Севере России превышает 250 лет.

Случайная закономерность

Сторонний человек может понять так, что в гидрографах Храмцов оказался случайно. И на самом деле внешне это будет похоже на правду. Восьмого ноября 1956 года уволенным в запас старшиной он оказался в Архангельске. Домой в поморскую деревеньку Инцы, что в Мезенском районе, попасть никак было невозможно. Деревенька прилепилась к берегу Белого моря в самой узкой его части - в Горле, где, как утверждают, в хорошую погоду с Зимнего (архангельского) берега без бинокля можно разглядеть Терский (мурманский) берег, иначе говоря, Кольский полуостров. Хорошее, рассказывают, место. Да только как туда попадать?


Добраться в Инцы можно только в навигацию, водой. А какая на Белом море навигация в ноябре? Месяцев шесть - семь нужно ждать. И пошел матрос устраиваться на работу в гидрографическую службу, на судно, приписанное к Беломорску. Работа здесь известная. Зимой береговая подготовка, а весной и летом непрерывные морские экспедиции, чтобы на штатных местах и в исправности стояли навигационные знаки, чтобы не гасли огни. Белое море издавна считается у мореплавателей сложным для плавания районом Мирового океана. Без сильной гидрографической службы здесь просто беда.

Еще через два года женился Иван Васильевич на Августе Михайловне, корректоре морских карт, сошел с корабля в Беломорске, да и остался тут, на берегу, похоже, теперь навсегда.

Вот так просто иногда складываются судьбы. Однако один вопрос остается: почему Иван Храмцов, вчерашний старшина Северного флота, оказавшийся между военной службой и "гражданкой" в Архангельске, не пошел устраиваться на работу в трамвайное депо или, скажем, на стройку или завод? И жилье, и заработок молодому парню предложили бы не в пример выше. Но, думаю, у него и мыслей о другой работе не возникало. Он и родился-то на маяке, и весь его род Храмцовых был маячниками да моряками.

Поморы храмцовы

Деда звали так же, как зовут теперь его, - Иваном Васильевичем. Он был смотрителем маяка Инцы. Мне не доводилось пока там побывать, но я был на Чесменском, поближе, который, как говорят, точная копия маяка Инцы. Красивое сооружение! В Лоции Белого моря издания 1913 года о нем сказано по-морскому протокольно точно: "Маяк представляет продолговатое, одноэтажное, каменное, красное здание, занятое помещением маячных служащих, из средины которого, выше крыши здания, выведена маячная, красного цвета башня с маячным фонарем наверху". Население маяка Инцы в 1913 году состояло из смотрителя, четырех маячных служителей и их семей. При маяке работала и метеорологическая станция.


Чтобы сравнить нынешнее положение на беломорских маяках с любимым советскими статистиками 1913-м, еще царским, годом, нужно сказать, что теперь закрыты метеостанции и недавним (очередным) сокращением штатов персонал маяков уменьшен с трех до двух человек. Меньше уже нельзя, опасно. Даже выдуманного Робинзона автор в одиночку надолго оставить побоялся.

К слову сказать, Лоция дает представление и о том, как жили поморы в то время. Сообщается, к примеру, что где-то в полутора верстах на правом берегу реки Большая Инца есть одноименное маяку селение из семи домов. Живут в нем 59 человек. На эти семь домов приходится: коров с быками 12 голов, 30 овец и лодок с карбасами 29 штук! Поделите примерно это хозяйство на количество домов и догадаетесь, что отнюдь не бедовали поморы на рубеже века на глухом архангельском берегу. Сегодня в Мезенском районе, через реку от райцентра, в самом крупном поселке Каменке, где живет моя теща, свет дают, включая по очереди на два часа то одну улицу, то другую. А работы нет вовсе.

На маяке Инцы около 40 лет отработал старший брат Храмцова Веня (это ему была адресована с флота фотокарточка молодого старшины Ивана, которую мы здесь воспроизводим. "Веня, вспом-ни иногда", - написано на обороте. И дата: "13.07. 54 год"). Второй брат Александр отработал на маяке 30 лет, а третий брат, Николай, отдал фамильному делу всего только два десятка лет своей жизни. Потом была война, и Веня служил на флоте, в конвоях на ледоколе "Мурман".

Но самым ярким и знаменитым в нынешнем веке стал дядя - Николай Иванович Храмцов, который тоже родился на маяке (а где им еще было рождаться, как не на маяке?!). Н.И. Храмцов стал моряком, знаменитым капитаном, водил в первые рейсы по не освоенному в то время Северному морскому пути старый еще ледокол "Ленин", прославил фамилию, сопровождая в войну морские конвои союзников. Для богатой и очень яркой своей биографии Николай Иванович прожил очень короткую жизнь. Он умер от сердечного приступа прямо на корабле, в своей каюте. Ему было тогда всего 42 года.

В одном из старых архангельских микрорайонов, в Соломбале, есть улица капитана Храмцова, на севере знают суда, носящие его имя. В 1980 году в Гидрометиздате вышла книга А.Г. Николаевской и М.С. Храмцовой "Ледовыми трассами". В ней - подробный рассказ о Николае Ивановиче, его жизни, соратниках и делах. В книге немало сведений и о поморском корне Храмцовых, которые, как подсчитали организаторы какого-то давнего торжественного мероприятия в Архангельске, отдали службе гидрографии Белого моря более 250 лет.

Карта жизни

Сидим с Иваном Васильевичем над картой, и я пытаюсь угадать то место на Белом море, где он еще не был. Не тут-то было...

- Мыс Шарапов? Ох и крут! Пока баллон с газом по скалам к навигационному знаку поднимешь, ноги бывало ватные становятся. А их четыре штуки за сезон нужно поднять.

Мыс Шарапов - красивое, но опасное место. Моряки знают: если восточный ветер задует, беги отсюда побыстрее, пока цел. Но это Кандалакшский залив?

- Раньше зона нашей ответственности распространялась на два залива - Кандалакшский и Онежский. Так было 11 лет, пока участку не отделили один Онежский. Так что я их оба знаю как свои пять пальцев.

Банка Ватерлоо, Пуля-луда, Банка Сковородка... Одно такое красивое место едва не поставило точку в судьбе молодого тогда гидрографа Храмцова. Оно тоже есть на карте - Царь - банка называется. Однажды здесь нужно было отремонтировать световую аппаратуру на плавающем буе. Спустился Храмцов на буй с борта корабля, сделал дело и ждет, покачиваясь на волнах, когда его снимут. Корабль подошел, и вахтенный в нескольких метрах от Храмцова вместо "полный назад" дал машине "полный вперед". Что называется, вместо тормоза на газ! В одну секунду буй оказался под водой, под днищем корабля.

- Но я тогда молодой был, реакция хорошая, - вспоминает Иван Васильевич, - нырнул внутрь конусной металлической фермы, чтобы не помяло, и жду, когда будем с буем выныривать. Дождался, ничего...

На беломорской карте записана вся жизнь Храмцова. В одном Онежском заливе он с товарищами выставлял в нужных местах 90 морских вех, 12 светящихся буев, для обеспечения беспрерывной работы которых за навигацию требовалось доставить и установить 200 газовых баллонов по 80 килограммов каждый. Море не асфальт, а лодка не автомобиль...Трудно представить, каково в любую погоду сигать с этими баллонами с борта корабля в шлюпку, а оттуда на поплавок "ванька-встанька", чтобы там, улучив секунды между накатами волн, подсоединить его к системе. И не утонуть при этом самому.

...Стали прощаться у ворот, а Храмцов попросил, мол, подожди, к берегу сбегаю, на воду посмотрю: вечером за селедкой на губу с товарищем сходим... Обязательно сходит. Как прожить помору осенью без селедки?

НА СНИМКАХ: И.В. Храмцов в 1954 и 2000 году; на о. Ромбак. Фото из домашнего архива И.В. Храмцова, Владимира ЛАРИОНОВА и автора. Источник: www.gov.karelia.ru

Возврат к списку


    Опубликовать vkontakte.ru Опубликовать на facebook Опубликовать на mail.ru Опубликовать в своем блоге livejournal.com



Главное за неделю