Подлодки Корабли Карта присутствия ВМФ Рейтинг ВМФ России и США
Какой способ жилищного обеспечения военных вы считаете наиболее оптимальным?
Жилье в натуральном виде
    63,64% (49)
Жилищная субсидия
    18,18% (14)
Военная ипотека
    18,18% (14)

Поиск на сайте

АПЛ "Курск": публикации

Страна.Ru публикует справку по уголовному делу #29/00/0016-00 о гибели АПЛ "Курск"
Дело "Курска" надо открывать заново
АПРК "Курск": шесть лет спустя
В истории российского ВМФ трагедия "Курска" не единична
Интервью: Владимир Куроедов
Хроника
Он был совершенно счастлив, став старпомом на "Курске"
Автор документальной книги "Опустевший причал" Владимир Шигин собрал уникальный материал о каждом из 118 подводников, погибших на АПЛ "Курск"
Тайна оружия АПЛ "Курск"


Страна.Ru публикует справку по уголовному делу #29/00/0016-00 о гибели АПЛ "Курск", обнародованную Генеральным прокурором Владимиром Устиновым

Расследование обстоятельств катастрофы атомного подводного ракетного крейсера К-141 "Курск", произошедшей в ходе учений 12 августа 2000 г. в водах Баренцева моря и унесшей жизни 118-ти находившихся на его борту членов экипажа, завершено. Расследование продолжалось почти 2 года.

Следуя принципу гласности, насколько это было возможно, мы старались довести до граждан России и мировой общественности информацию о ходе расследования данного дела.

Прежде чем давать юридическую оценку гибели апрк "Kypcк", хотел бы отметить героизм и самоотверженность моряков подводников, которые сразу же после взрывов действовали четко, слаженно и не допустили техногенной катастрофы.

Прошу почтить память погибших моряков-подводников минутой молчания.

Уголовное дело возбуждено 23 августа 2000 г. по признакам преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 263 УК РФ - нарушение правил безопасности движения и эксплуатации морского транспорта, повлекшее по неосторожности смерть двух или более лиц.

Хочу напомнить, что на первоначальном этапе предварительного следствия мы располагали крайне ограниченной информацией о катастрофе. В связи с этим о ее причинах было выдвинуто 18 рабочих версий. Основными из них являлись следующие:

- столкновение АПРК "Курск" с российским или иностранным подводным или надводным кораблем;

- поражение АПРК "Курск" торпедой или ракетой российским или иностранным подводным или надводным кораблем;

- диверсия;

- террористический акт;

- подрыв АПРК "Курск." на мине времен Великой Отечественной войны;

- гибель АПРК "Курск" в результате нештатной ситуации с его вооружением.

В ходе следствия все выдвинутые рабочие версии тщательно проверены. Нами собраны исчерпывающие сведения о крейсере и его техническом состоянии, о готовности экипажа и крейсера к выходу в море, о вооружении крейсера, о подготовке и ходе учений, об обстоятельствах катастрофы, ее последствиях и последующей поисково-спасательной операции. Кроме того, при проверке выдвинутых версий мы произвели оценку собранные доказательств, включая данные, представленные нам из Великобритании, ЮАР, Норвегии.

Процесс расследования, само уголовное дело о гибели АПРК "Курск" и его экипажа являются уникальными. Ранее опыта расследования подобных происшествий на море у нас не было.

Впервые в России выяснение обстоятельств гибели подводного крейсера носило конкретный, а не предположительный характер и произведено в рамках расследования уголовного дела в порядке, регламентированном уголовно-процессуальным законодательством Российской Федерации. Уверен, что такой опыт уникален и в мировой практике расследования причин техногенных катастроф.

Впервые участники следственной группы, произвели осмотр затонувшего подводного крейсера непосредственно после того, как он был поднят. Именно поэтому проведению данного следственного действия было уделено такое пристальное внимание. Мы понимали, что для установления истины по делу, фактических обстоятельств гибели экипажа и подводной лодки имеется уникальный шанс, связанный с возможностью осмотра апрк "Курск" после его подъема, обнаружения вещественных доказательств, выяснения обстановки происшествия и иных обстоятельств, имеющих значение для дела.

Именно поэтому требовалось, во-первых, в максимально короткие сроки обнаружить, изъять, произвести осмотры, экспертные исследования и представить для опознания тела погибших на борту апрк "Курск" и, во-вторых, предельно скрупулезно осмотреть корпус и отсеки крейсера с объективной фиксацией объектов и обстановки в местах осмотра. Выполнение этих задач было сопряжено с преодолением объективных трудностей, как организационного, физического, так и морально-психологического характера.

За время осмотра из корпуса АПРК "Курск" извлечено 95 тел погибших и более 100 их фрагментированных останков. При этом для извлечения тел следователям и судебно-медицинским экспертам приходилось порой перемещать их по заваленным отсекам и поднимать с 4-го настила на надстройку корабля буквально на руках, поскольку применение технических средств было невозможно (а это равносильно перемещению с 1-го на 4-й этаж жилого дома).

Видео и фототехника при осмотре, отказывали, из-за использования при температуре воздуха до минус 25-ти градусов по Цельсию и повышенной влажности.

Вместе с тем, по результатам осмотра у нас есть основания утверждать, что обе задачи выполнены. Всего с октября 2000 по март 2002 г. с АПРК "Курск" подняты тела и фрагментированные останки 115-ти человек из 118-ти, находившихся на его борту в момент гибели. Все они опознаны и переданы родственникам для захоронения. Тела троих из погибших: матроса Коткова Дмитрия Анатольевича, матроса Нефедкова Ивана Николаевича и представителя завода "Дагдизель" Гаджиева Мамеда Исмаиловича, в ходе следствия обнаружить не удалось, поскольку полученные фактические данные свидетельствуют, что они уничтожены в результате катастрофы.

По данному делу вынесены постановления о признании потерпевшими 161-го близкого родственника погибших на АПРК "Курск".

Осмотр АПРК "Курск" производился следователями круглосуточно в течение более 4-х месяцев.

В составе следственной группы четко и слаженно работали 46 следователей. Всем им приходилось трудиться в условиях, сопряженных с риском для жизни, проявляя высокое чувство ответственности, выносливость, профессионализм, а порой мужество и героизм.

В некоторых отсеках АПРК "Курск" процентное содержание углекислого газа и других вредных веществ в 1000 раз превышало предельно допустимую концентрацию, поэтому осматривать их приходилось с использованием индивидуальных средств защиты и дыхания в течение ограниченного периода времени, что существенно осложняло работу и требовало соблюдения повышенных мер предосторожности.

Кроме того, на борту осматриваемого АПРК "Курска в это время находилось оставшееся штатное боевое вооружение. Только взрывчатого вещества от разрушенных в ходе катастрофы торпед обнаружено и изъято около 480 кг, что в тротиловом эквиваленте составляет порядка 1000 кг тротила.

В ходе расследования дела проведено свыше 2 000 следственных действий, допрошено более 1 200 свидетелей, осмотрено более 8 000 объектов (документов, фрагментов вооружения и конструкций АПРК "Курск"), из которых около двухсот признаны вещественными доказательствами,

По делу проведено 211 судебных экспертиз, из которых большинство являются комиссионными комплексными. Многие из них по своей сути уникальны, поскольку для ответа на поставленные следствием вопросы приходилось объединять для работы в составе комплексной, экспертизы специалистов, представляющих от 5-ти до 8-ми различных областей знаний в науке и технике.

К проведению экспертиз были привлечены лучшие специалисты научно-исследовательских институтов, конструкторских бюро, предприятий промышленности и Центров судебных экспертиз.

В ходе экспертиз проведено более 1 000 специальных опытов и исследований, направленных на установление обстоятельств катастрофы.

К участию в расследовании дела было привлечено около 1500 специалистов.

За содействие, оказанное в ходе следствия, мы благодарны специалистам флота, сотрудникам научных ("Рубин", "Прометей", "Малахит", "Гидроприбор", "Лазурит") и экспертных учреждений (Минюста России, НИИ ФСБ РФ, Санкт-Петербургского Центра речевых технологий, 111 Центра судебно-медицинских и криминалистических экспертиз Минобороны России), работникам предприятий Россудостроения (ПО "Севмашпредприятие", 82 судоремонтного завода Минобороны России), руководителям и служащим государственных органов управления.

Экспертизы проводились в ведущих научных и экспертных учреждениях Российской Федерации, возглавляемых Спасским Игорем Дмитриевичем (Генеральный конструктор Центрального конструкторского бюро морской техники "Рубин"), Горыниным Игорем Васильевичем (Генеральный директор Центрального научно-исследовательского института конструкционных материалов "Прометей"), Прошкиным Станиславом Гавриловичем (Генеральный директор ФГУП "Российский научный центр "Гидроприбор""), Фесенко Анатолием Владимировичем (начальник Института криминалистики ФСБ России) и другими.

Несмотря на все трудности и особую сложность данного уголовного дела, мы полагаем, что следственная группа выполнила свою задачу в полном объеме, всесторонне, полно и объективно установив все обстоятельства произошедшей трагедии.

В ходе следствия установлено, что катастрофа произошла в 11 час. 28 мин. 26,5 сек. (время московское) в Баренцевом море в географической точке с координатами 69 37'00" северной широты и 37"34'25" восточной долготы, вследствие взрыва торпеды. Взрыв произошел в месте расположения 4-го торпедного аппарата АПРК "Курск". Причем, торпеда, которая взорвалась, находилась непосредственно внутри 4-го торпедного аппарата.

В практической торпеде 65-76А в качестве окислителя применялся пероксид водорода, а в качестве горючего - специальный керосин.

Первичный импульс, инициирующий взрыв практической торпеды, возник в результате нештатных процессов, произошедших внутри резервуара окислителя этой торпеды. Эти процессы носили сложный физико-химический характер.

Пероксид водорода, при получении начального импульса для развития реакции разложения способен самопроизвольно разлагаться на воду и кислород с большим тепловым эффектом (температура около 2-3-х тысяч градусов по Цельсию). С целью оценки давления, развившегося в торпеде и торпедном аппарате, были проведены специальные эксперименты по моделированию взрывных нагрузок. В результате установлено, что фрагменты торпеды (резервуара окислителя) и торпедного аппарата были разрушены давлением около 50 тысяч атмосфер.

Первичный импульс разложения пероксида водорода возник от контакта пероксида водорода как с органическими (керосин, антифриз) так и с неорганическими веществами (металл). Более детально определить конкретный механизм возникновения очага разложения пероксида водорода по понятным причинам (мощное взрывное разрушение) не представляется возможным.

Взрыв повлек гибель личного состава первого отсека, значительные разрушения в межбортном пространстве лодки и полностью разрушил торпедный аппарат # 4 и частично торпедный аппарат # 2. В результате этого, в прочном корпусе образовались отверстия (на месте торпедных аппаратов # 2 и # 4), через которые в первый отсек лодки начала поступать морская вода, затопившая практически полностью первый отсек лодки. Ударная волна от этого взрыва, а также летящие фрагменты хвостовой части торпедного аппарата #4, повлекли взрывной процесс боевых торпед внутри первого отсека.

Второй взрыв произошел в 11 часов 30 минут 44,5 секунд 12 августа 2000 года. Он привел к полному разрушению носовой оконечности АПРК "Курск", конструкций и механизмов его первого, второго и третьего отсеков. В 4-м, 5-м и 5-бис отсеках были повреждены корпуса приборов и крепления амортизаторов части оборудования. Разрушений в 6-м, 7-м, 8-м и 9-м отсеках не произошло. Получив катастрофические повреждения, корабль затонул в указанной точке Баренцева моря в 108 милях от входа в Кольский залив на глубине 110-112 метров.

В результате второго взрывного воздействия смерть всех моряков-подводников, тела которых в последующем извлечены из 2, 3 ,4, 5 и 5-бис отсеков, наступила в короткий промежуток времени - от нескольких десятков секунд до нескольких минут.

Объективность выводов предварительного следствия и причинах гибели АПРК "Курск" опирается на многочисленные научные и множественные инструментально-аналитические исследования огромного количества (более чем 2 000) фрагментов, поднятых со дна Баренцева моря и извлеченных из 1 - 3-го отсеков апрк "Курск", в том числе более 30-ти фрагментов, принадлежащих взорвавшейся практической торпеде и более 10-ти фрагментов торпедного аппарата # 4, в котором располагалась данная торпеда. Зафиксированные изменения в материале фрагментов (степень деформации, особенности микроструктуры металла и микрорельефа поверхностей разрушения), происшедшие в результате взрывов, являются объективными "свидетелями" происшедших событии.

После катастрофы в носовой части крейсера офицеры Аряпов P.P., Колесников Д.Р., Садиленко С.В, находившиеся в б-8-м отсеках, реально оценив обстановку, перевели личный состав 6, 7 и 8-х отсеков (мичманов Борисова A.M., Ишмуратова Ф.М., Кузнецова В.В., старшин и матросов Аникеева Р.В., Борисова Ю.А. Гесслера Р.А., Зубайдудлина P.P., Козадерова В.А., Коркина А.А., Кубикова Р.В., Леонова Д.А., Майнагашева В.В., Мартынова Р.В., Налетова И.Е., Неустроева А.В., Садового В.С. Сидюхина В.Ю., Некрасова А.Н.) в 9-й отсек, где находились по штатному расписанию старший лейтенант Бражкин А.В, и мичман Бочков М.А. Всего в 9-м отсеке были собраны 23 человека, которые совместно продолжили борьбу за живучесть.

Практически все средства спасения (спасательные гидрокостюмы подводников, индивидуальные дыхательные аппараты, изолирующие противогазы, регенеративные патроны к ним и т.д.), находившиеся в момент катастрофы в 6-8-м отсеках, были перенесены в 9-й отсек.

В этом отсеке были выполнены необходимые действия по его герметизации для предотвращения поступления воды. Однако вода стала поступать в 9-й отсек из 8-го отсека через поврежденную пожаром систему вентиляции.

Возможность использования оставшимися в живых членами экипажа всплывающей спасательной камеры отсутствовала из-за разрушения носовых отсеков корабля, поэтому они стали готовиться к выходу на поверхность через спасательный люк с использованием имевшегося в наличии в исправном состоянии спасательного снаряжения подводников. Об этом свидетельствует содержание записки капитан-лейтенанта Колесникова Д. Р., а также обнаруженные в ходе осмотра 9-го отсека средства спасательного снаряжения, приготовленного экипажам к использованию по назначению.

Следствием установлено, что, несмотря на острую стрессовую ситуацию и сложившиеся экстремальные условия, оставшиеся в живых подводники действовали организованно, целеустремленно, не были подвержены паническим настроениям, и под руководством офицеров предпринимали все возможные меры к спасению корабля и экипажа, действуя при этом грамотно и самоотверженно. Личный состав БЧ-5 после катастрофы, оставаясь на боевых постах, убедились в том, что реакторы надежно заглушены, организовано перешли в 9-й отсек. К нашему величайшему сожалению все предпринятые поисково-спасательные операции не могли привести к спасению оставшихся в живых после взрывов людей.

В ходе проведенных судебно-медицинских экспертиз установлено, что члены экипажа апрк "Курск", находившиеся в 1-м и 2-м отсеках корабля, погибли в результате первого взрыва от полученных травм, а те, кто смог пройти в 9-й отсек, - не позднее 8-ми часов после начала катастрофы вследствие пожара от отравления угарным газом. Отравление угарным газом произошло практически мгновенно в условиях резкого и неожиданного повышения давления, которое стало возможным из-за, поступления в 9-й отсек большого объема воды и уменьшения в нем воздушного пространства.

Согласно выводам экспертов, все находившиеся в 9-ом отсеке подводники погибли от отравления продуктами горения не позднее, чем через 8 часов после взрывов, то есть не позднее 19 часов 30 минут 12 августа 2000 г. В связи с этим к моменту обнаружения затонувшего апрк "Курск" спасти кого-либо из них было уже невозможно.

Установлено, что эвакуация экипажа через спасательный люк с использованием глубоководных аварийно-спасательных аппаратов АС-34 и АС-36 в ходе поисково-спасательной операции также была невозможна из-за образовавшейся негерметичности люка, что явилось следствием деформации (углублений) верхней крышки спасательного люка. Эта деформация произошла во время катастрофы, вероятно от удара массивными фрагментами конструкции носовой части корабля, отделившимися в результате взрывов.

Другие версии о причинах катастрофы АПРК "Курск" и гибели его


Катастрофа подводного крейсера не явилась следствием столкновения с каким-либо объектом или нарушения правил безопасности движения и эксплуатации морского транспорта.

Должностных лиц, виновных в катастрофе АПРК "Курск", повлекшей гибель экипажа - ста восемнадцати человек, - нет.

Учитывая, что лица, участвовавшие в проектировании, изготовлении, хранении, приготовлении и эксплуатации торпеды 65-76А # 1336А ИВ не предвидели возможности ее взрыва и гибели экипажа вместе с кораблем и по обстоятельствам дела такой возможности предвидеть не могли, следствие пришло к обоснованному выводу о прекращении уголовного дела за отсутствием состава преступления, то есть по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ.

В ходе следствия выявлены нарушения в организации, проведении учений и поисково-спасательной операции, допущенные должностными лицами органов военного управления ВМФ России. Все Вы знаете, что эти лица наказаны и наказаны очень жестко. Однако эти нарушения не состоят в причинной связи с гибелью апрк "Курск" и его экипажа, что исключает привлечение кого-либо из них к уголовной ответственности.

Министру обороны РФ внесено представление с требованием устранить допущенные нарушения.

Уголовное дело состоит из 133 томов, 38 из которых содержат сведения, составляющие государственную тайну, вследствие чего возможность предать гласности материалы уголовного дела в полном объеме отсутствует. Этого требуют государственные интересы.

Постановление о прекращении уголовного дела также содержит сведения, составляющие государственную тайну, в связи с чем не подлежит преданию гласности в полном объеме. Однако мы сделаем все, чтобы права и законные интересы близких родственников погибших членов экипажа, предусмотренные российским уголовно-процессуальным законодательством, не были ущемлены. Каждому потерпевшему будет направлена выписка из постановления о прекращении уголовного дела. В этом документе будут изложены все обстоятельства катастрофы, за исключением сведений, составляющих государственную тайну. При этом без каких-либо изъятий в нем будут содержаться выводы судебно-медицинских экспертов о причинах гибели каждого подводника.

Таковы результаты нашего расследования.

Генеральная прокуратура Российской Федерации 22 июля 2002 г.

Дело "Курска" надо открывать заново

"Новая газета" публикует альтернативную юридическую позицию по делу "Курска" - ходатайство адвоката Бориса Кузнецова, представляющего интересы сорока семей погибших подводников.

"Год назад было закрыто уголовное дело 29/00/0016/00 по факту гибели "Курска" и 118 членов экипажа.

"Никто не виноват", "стечение обстоятельств" такими выводами закончилось уникальное расследование, не имеющее аналогов в современной криминалистической практике. Но в ходе двухлетней, без преувеличения героической, работы следователей были выявлены десятки фактов превышения должностных обязанностей, всевозможных нарушений и проч.

Дело "Курска" удалось полностью рассекретить, мы получили доступ к этим фактам, свидетельским показаниям, экспертизам. И теперь имеем все основания сомневаться в самостоятельности следователей на последнем этапе, том самом, на котором оказалась невыявленной причинно-следственная связь между халатностью адмиралов и гибелью моряков.

Сегодня "Новая газета" публикует альтернативную юридическую позицию по делу "Курска" ходатайство адвоката Бориса Кузнецова, представляющего интересы сорока семей погибших подводников. В своем роде это не менее уникальный и даже исторический документ, который уже столкнул конфликтующие стороны (военных чиновников с адвокатом и родственниками погибших подводников) в судебном процессе.

Вполне вероятно, что через год-два следователи ГВП вынуждены будут проявить еще большую компетентность, независимо оценить факты и в конце концов пересмотреть многие свои выводы. И возможно, что в результате этих действий выведенные из-под уголовной ответственности адмиралы и офицеры флота все-таки окажутся в зале суда.

Впрочем, такой конкретной цели ни у адвоката Кузнецова, ни у родственников погибших нет. Есть желание довести дело "Курска" до конца, и в первую очередь с юридической точки зрения.

Ходатайство Кузнецова состоит из нескольких частей. Защита исследует фактические обстоятельства и выявленные следствием факты на нескольких этапах: подготовка "Курска" и экипажа к учениям, взрыв торпеды, поисково-спасательная операция, обстоятельства и время гибели 23 подводников в 9-м отсеке, исследование и оценка экспертиз, стуки SOS.

Защита критически относится ко многим оценкам и выводам следствия и находит причинно-следственную связь между допущенными командованием Северного флота и Главным штабом ВМФ фактами халатности, нарушениями и гибелью лодки и экипажа.

Уже сейчас можно сказать, что это не просто домыслы адвоката, а точное и болезненное попадание в слабые места следствия. Об этом свидетельствует агрессивная реакция определенных военных чиновников, чья работа квалифицирована Кузнецовым как некомпетентная и сомнительная.

Уже через 50 минут после того, как Кузнецов подал в ГВП ходатайство об отмене постановления уголовного дела по "Курску" и возвращении его на доследование, СМИ распространили ответ ГВП: отказать адвокату (и родственникам погибших моряков).

Борис Кузнецов уже готовил иск в военный суд, где ему бы пришлось доказывать, что выводы следствия необъективны. То есть готовился к долгому и вялому судебному процессу. Но военные специалисты, настороженные открывшейся перспективой возвращения дела на доследование, обвинили Кузнецова "в попытке поднять свой имидж в глазах общественности за счет гибели экипажа АПРК "Курск", а также в "некомпетентности и передергивании фактов".

Тем самым дали возможность адвокату подать на несдержанных (или просто сильно напуганных?) военных иск о защите чести, достоинства и деловой репутации в гражданский (!) суд.

Такой поворот дела резко увеличивает возможности адвоката и его клиентов (число их после ходатайства выросло с 20 семей до 40). По правилам гражданского судопроизводства доказывать свои обвинения придется не Кузнецову, а военным чиновникам, в частности главному судмедэксперту Министерства обороны Виктору Калкутину и заместителю главного штурмана ВМФ Сергею Козлову.

Калкутин возглавлял комиссионную судмедэкспертизу (т.е. обобщил все имеющиеся в деле судмедэкспертизы). Козлов провел навигационную экспертизу, в которой должен был определить, совпадают ли координаты (пеленг) стуков SOS с координатами затопленного "Курска".

Экспертизы Калкутина и Козлова не ключевые, но СТАЛИ САМЫМИ ГЛАВНЫМИ в этом деле, так как оба эксперта преследовали вполне конкретную цель: доказать, что 23 подводника в 9-м отсеке умерли не позднее чем через восемь часов после взрывов на "Курске".

Откуда появилась эта странная цифра "8 часов" подробно сказано в ходатайстве Кузнецова (в основном благодаря времени и дате, проставленным на второй части записки капитан-лейтенанта Дмитрия Колесникова). Мы поясним, почему это время столь удобно для следствия. Дело в том, что в нарушение практически всех существующих инструкций "Курск" был объявлен аварийным слишком поздно через 9 часов (по официальной версии) или через 11 часов (по подсчетам Кузнецова).

Соответственно, поздно началась и поисково-спасательная операция. Но поскольку Калкутин делает в своей экспертизе вывод, что подводники умерли через 8 часов после взрывов, то получается: даже если бы спасательная операция началась вовремя, спасти людей было бы невозможно. Вывод: какие бы нарушения ни были допущены при проведении поисково-спасательной операции, они не состоят в причинно-следственной связи с гибелью людей в 9-м отсеке.

Вот цель, которую преследовал Калкутин в своей экспертизе: вывести из-под уголовной ответственности офицеров ВМФ, руководивших спасательной операцией. Калкутин сочиняет странную формулировку: "Погибли не позднее 4,5 8 часов после взрыва на "Курске"". Но в первичных экспертизах сказано, что люди погибли после начала пожара в 9-м отсеке, а когда случился пожар, установить вообще не представляется возможным. В материалах следствия нигде не доказана связь между взрывами в носовой части "Курска" и пожаром в кормовом девятом отсеке. Да ее и не было.

Пожар регенерирующей установки начался в 9-м отсеке гораздо позже катастрофы и затопления "Курска". То, что делает Калкутин, и называется подтасовкой фактов. Впрочем, следователи предпочли подтасовки не заметить. Они делают официальные выводы, основываясь на экспертизе Калкутина.

Выводы независимых экспертов, к которым обратился Кузнецов, однозначны: определить точное время гибели подводников в 9-м отсеке не представляется возможным, так как наука на сегодняшний момент не располагает нужными средствами и технологиями. Заметьте! Калкутин же в обход науки проставляет точное время, вплоть до часов и минут. Такое "уточнение" специалиста высокого уровня могло бы обескуражить как-никак он главный эксперт Минобороны РФ+ Хотя, с другой стороны, должность и звание офицера объясняют мотивы поступка.

Другой военный эксперт, Козлов, должен был определить пеленг стуков SOS и сравнить с координатами затонувшего "Курска".

Надо сказать, что в уголовном деле "Курска" подшита акустико-фонографическая экспертиза. Эксперты не только идентифицировали стуки металлическим предметом о металл, но и то, что удары наносились по корпусу затонувшей (!) подводной лодки.

Зачем же нужна экспертиза Козлова, если и так понятно, из какой подлодки, да еще затонувшей, могли стучать?

Дело в том, что только зам главного штурмана ВМФ РФ Козлов мог доказать, что стуки-то были даже 14 августа, да только не на "Курске" стучали.

Как он это "доказал" читайте в ходатайстве Кузнецова. В неофициальной беседе с адвокатом Кузнецовым и следователем Егиевым Козлов фактически признался. Кстати, экспертиза штурмана составлена с грубыми нарушениями: в ней нет исследовательской части. И понять, как именно он ее делал, невозможно.

В итоге, однако, "следствие пришло к выводу, что указанные шумы (стуки), классифицированные экспертами как сигналы бедствия, издавались не из АПРК "Курск", а из подводной части надводного корабля, находившегося вне пределов района гибели подводного крейсера" (л. 117 постановления).

Вообще роль козловской "экспертизы" в деле трудно переоценить. Ведь стуки SOS прямое свидетельство жизни подводников в 9-м отсеке. Но следствие-то с помощью Калкутина пришло к неопасному выводу, что подводники умерли "не позднее" 8 часов после взрыва, еще 12 августа 2000 года. То есть они никак не могли стучать и просить о помощи до вечера 14 августа 2000-го.

Поэтому стучали не на "Курске". А где? Следствие не стало утруждать себя выяснением источника "левых" сигналов SOS.

Куда более истошные сигналы бедствия к тому времени подавали адмиралы ВМФ.

Елена МИЛАШИНА

P.S. Первое судебное заседание по иску Кузнецова к Калкутину и Козлову состоится 30 сентября. Защита попросит приобщить к делу пять экспертиз независимых экспертов. Адвокат обратился к отечественным и зарубежным (Великобритания, Швеция, Норвегия) экспертам и предоставил им те же самые материалы дела, на основе которых делал свою экспертизу Калкутин. Они сделали свои заключения. Имена и адреса экспертов будут оглашены на заседании суда.

695-4837 
 _____________ 
"____" декабря 2002 г. 
 
Заместителю Генерального прокурора 
Российской Федерации 
Главному военному прокурору 
Савенкову А.Н. 
Адвокат, представитель потерпевших - членов 
30 семьи погибших членов экипажа АПКР "Курск" 
Кузнецов Б.А. 
 
(доверенности и ордера приобщены 
к материалам дела) 
 
ХОДАТАЙСТВО 
 
(в порядке ст. 123 КПУ РФ) 
 
Об отмене постановления от 22 июля 2002 года о 
прекращении уголовного дела   29/00/0016/00 по 
факту гибели атомного подводного ракетного 
крейсера "Курск" и экипажа, возбужденного по 
признакам преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 
263 УК РФ 
 
Давая оценку материалам расследования по факту гибели апрк "Курск", защита отмечает высокий профессиональный уровень состава следственной группы, примене-ние новых, ранее не использовавшихся в практике расследования приемов и криминалистических средств, что делает само расследование уникальным, не имевшим анало-гов в криминалистической практике.

Защита не находит признаков и не видит попыток со стороны следствия затуше-вать или скрыть недостатки, связанные с состоянием дисциплины и порядка на флоте, подготовкой учений и кораблей, обеспечения силами и средствами спасения, качеством и своевременностью проведения поисково-спасательной операции со стороны должно-стных лиц ВМФ России и Северного флота. Кроме того, защита считает важным и своевременным выявленные конструктивные недостатки и ошибки при проектировании и строительстве корабля.

Защита высоко оценивает объективность предварительного следствия и полноту проведенного следствия. Расследований такого рода аварий в СССР и в России не проводились, а поэтому, а также с учетом характера и особенностей самого происшествия, защита оценивает объективные трудности, с которыми столкнулось предварительное следствие.

Поэтому защита с пониманием относится к тому, что некоторые обстоятельства события, происшедшего 12 августа 2000 года, не установлены, на ряд вопросов не дано ответа, а на некоторые из них ответ, вероятно, не будут дан никогда.

По моему мнению, ценность предварительного расследования состоит еще и в том, что оно выявило глубинные процессы, которые происходят в ВМФ России в нынеш-них условиях, что позволяют пересмотреть стратегические вопросы обороноспособности России.

Учитывая специфику уголовного расследования, а также то, что уголовно-процессуальным законодательством не предусмотрена процессуальная форма для выводов такого рода, ответы на эти вопросы даны в специфической форме. Однако, защита считает необходимым подчеркнуть их в концентрированном выражении.

1. Психология руководства ВМФ России не изменилась со времен распада СССР, сохраняются имперские амбиции, оно по-прежнему видит Россию великой морской державой, которой она на самом деле должна быть, но не является в силу объективных причин.

Характерны в этом отношении показания начальника управления боевой под-готовки СФ вице-адмирала Бояркина Ю.И., который на вопрос следователя: "Возможно ли было проведение учений, если средств спасения на более 60 метров на флоте не было?", ответил: "Возможно, даже, несмотря на риск. Вся служба подводников - это риск, выполнять боевые задачи необходимо".

2. На сегодняшний день задачи боеготовности ВМФ, планы боевой учебы не соответствуют уровню экономического развития и техническому оснащению флота, т.е. не соответствуют реальным возможностям.

3. Значительная часть нормативных актов, регламентирующих боевую подготовку ВМФ России, продолжает действовать со времен СССР и не обеспечена реальными возможностями их исполнения.

Так, например, действующие (действует с 1987 года) "Правила выхода личного состава из аварийной подводной лодки (ПВ-ПЛ-87)", предусматривают возможность выхода из аварийной подводной лодки с глубин более 250 м. с применением водолазного и спасательного колокола, спасательной подводной лодки, которые отсутствуют на флоте.

Предварительным следствием даны главные ответы на вопросы о том, почему вообще стала возможна подобная катастрофа.

Вместе с тем, защита считает, что по данному уголовному делу необходимо провести дополнительное расследование.

Основные причины, по которым защита не согласна с постановлением о прекращении уголовного дела две:

Во-первых, предварительное следствие, столкнувшись с обстоятельствами, которые не может объяснить, подменяет факты и доказательства собственным видением развития событий.

Так, например, в ходе расследования не получено данных о причинах, по которым моряки, находившиеся в 9 отсеке, не использовали реальную возможность выхода из корабля методом свободного всплытия.

Следствие объясняет это обстоятельство быстрым ухудшением самочувствия людей, ослабленных в процессе борьбы за живучесть, действием углекислого газа и изменением давления, их шоковым состоянием, быстрым истощением имевшегося и перенесенного из других отсеков запаса пластин В-64, вырабатывающих кислород, отсутствие освещения в отсеке, мешавшее поиску и правильному использованию необходимого для выхода из подводной лодки спасательного снаряжения, и другими причинами.

По мнению защиты, такое объяснение является предположением следствия, которое может иметь место в качестве версии, однако ссылаться на предположение в процессуальном документе, не указывая, что это предположение следствия, недопустимо. Как мы считаем, в постановлении о прекращении уголовного дела, следовало прямо указать, что причины, по которым подводники не вышли из апрк "Курск", в ходе предва-рительного расследования не установлены.

Во-вторых, защита, не проводя собственного адвокатского расследования, будучи объективно ограничена во времени, основываясь на тех же материалах предварительного следствия, иначе трактует некоторые факты, "имеет собственное прочтение" целого ряда обстоятельств. Поэтому, представляя интересы части семей погибшего экипажа, защита не вправе скрыть от потерпевших и родственников, а также от общества своего видения событий и оценок, связанных с гибелью "Курска".

I. Фактические обстоятельства дела


Защита считает ряд обстоятельств дела полностью установленными в ходе предварительного следствия, однако согласна не со всеми выводами и оценками след-ствия.

1. Предварительным следствием установлено, что "при приготовлении к стрельбе практической торпедой калибра 650 мм 1336А ПВ произошел взрыв. Центр взрыва, приведшего к первичным разрушениям конструкции апрк "Курск", находился в межбортном пространстве и локализован в месте расположения перекисной практической торпеды калибра 650 мм внутри торпедного аппарата 4. Первичный импульс, инициировавший взрыв практической торпеды, возник в результате нештатных процессов, произошедших внутри резервуара окислителя этой торпеды.

Взрыв повлек гибель личного состава первого отсека, значительные разру-шения в межбортном пространстве лодки и полностью разрушил торпедный аппарат 4 и частично торпедный аппарат 2. В результате, в прочном корпусе обра-зовались отверстия (на месте торпедных аппаратов 2 и 4), через которые в первый отсек лодки начала поступать морская вода, затопившая практически пол-ностью первый отсек лодки. Образовавшиеся при взрыве ударная волна и летящие фрагменты хвостовой части разрушенной практической торпеды калибра 650 мм и казенной части торпедного аппарата 4 инициировали взрывной процесс заряда взрывчатого вещества боевого зарядного отделения ряда боевых торпед, которые были расположены на стеллажах внутри первого отсека. Развитие в течение более 2-х минут взрывного процесса в боевых зарядных отделениях торпед привело к их детонации и затем к передаче детонирующего импульса другим торпедам, находившимся на стеллажах. Второй взрыв произошел в 11 часов 30 минут 44,5 секунд 12 августа 2000 года. Он привел к полному разрушению носовой оконечности апрк "Курск", конструкций и механизмов его первого, второго и третьего отсеков. В 4-м, 5-м и 5-бис отсеках были повреждены корпуса приборов и крепления амортизаторов части оборудования. Разрушений в 6-м, 7-м, 8-м и 9-м отсеках не произошло. Получив катастрофические повреждения, корабль затонул в указанной точке Баренцева моря в 108 милях от входа в Кольский залив на глубине 110-11 метров.В результате второго взрывного воздействия смерть всех моряков-подводников, тела которых в последующем извлечены из 2, 3, 4, 5 и 5-бис отсеков, наступила в короткий проме-жуток времени - от нескольких десятков секунд до нескольких минут".

Таким образом, следствие приходит к выводу, что причины первоначального взрыва кроятся в возникновении нештатных процессов в резервуаре с окислителем, которые не установлены следствием.

Защита считает данные выводы обоснованными, т.к. картина произошедших событий искажена механическим и термическим воздействием на фрагменты корпуса ко-рабля и самой торпеды, что делает невозможным установление причин химических процессов, которые привели к первоначальному взрыву, приведшему, в свою очередь, к детонации боезапаса и гибели корабля и экипажа.

Мы полагаем, что принятие следствием решения о прекращении уголовного дела в части обстоятельств, связанных с хранением, транспортировкой, погрузкой и эксплуа-тацией практической торпеды калибра 650 мм 1336А ПВ, а также состояния средств технического контроля торпеды, обоснованы только в части привлечения к уголовной ответственности конкретных должностных лиц, ответственных за хранение, транспортировку, погрузку и эксплуатацию практической торпеды калибра 650 мм 1336А ПВ.

Из-за неустановления причин и механизма возникновения первичного импульса, который привел к первому взрыву, невозможно установить какие из выявленных много-численных недостатков могли послужить причиной этого импульса и последующего за ним взрыва.

Так, невозможно установить, явились ли причиной первого взрыва какие-либо из недостатков, выявленных предварительным следствием.

1.1. По обучению, тренировкам, выработке навыков по эксплуатации торпед калибра 650 мм 1336А ПВ, работе со средствами контроля.

1.1.1. Ошибки экипажа, которые могли иметь места из-за недостатков в обучении в учебном центре ВМФ (гор. Обнинск) в период с 1 февраля по 5 марта 1999 г., где экипаж апрк "Курск" прошел межпоходовую подготовку с нарушением требований Главно-командующего ВМФ России и "Организационно-методических указаний по подготовке ВМФ в 1999 году". То есть вместо положенных сорока пяти суток экипаж обучался двадцать шесть.

1.1.2. Непроведение из-за недостатка времени обучения в учебном центре ВМФ подготовки экипажа по обеспечению безопасности плавания при выполнении боевых упражнений с практическим оружием в полигонах боевой подготовки.

1.1.3. Непроведении подготовительных и зачетных корабельных учений по борьбе за живучесть при плавании в море.

1.1.4. Отсутствие возможности в июле 2000 г. экипажем апрк "Курск" проведения ежемесячного планово-предупредительного осмотра и планово-предупредительного ремонта материальной части из-за проведения различных проверок и иных мероприятий по боевой подготовке, не приобретения в связи с этим практических навыков по обслуживанию и применению торпеды калибра 650 мм.

1.1.5. Отсутствия в зачетном листе командира БЧ-3 старшего лейтенанта Иванова-Павлова А.А., прошедшего обучение в учебном центре ВМФ и допущенного к самостоятельному управлению, вопросов эксплуатации торпед калибра 650 мм, а также отсутствие опыта практического обслуживания данных торпед и организации их боевого применения.

1.1.6. Отсутствие опыта работы с конструкцией системы контроля окислителя, которая имелась у торпед данной конструкции, у старшины команды торпедистов старшего мичмана Ильдарова A.M.

1.1.7. Отсутствие опыта у торпедистов Нефедкова И.Н. и Боржова М.Н. в эксплуатации системы контроля окислителя торпеды и недопущении их в установленном порядке к выполнению задач МТ-1 (приготовление БЧ-3 к бою и походу) и МТ-2 (подготовка БЧ-3 к применению оружия).

1.1.8. Неготовность экипажа к эксплуатации и боевому применению указанной торпеды в связи с тем, что с момента постройки крейсера и до 20 июня 2000 г. торпеды калибра 650 мм на нем не эксплуатировались.

1.1.9. Невыполнение норм ежемесячных тренировок корабельного боевого расчета.

1.1.10. Отсутствие надлежащего контроля за уровнем подготовленности экипажа и за обслуживанием материальной части БЧ-3 данного крейсера по обеспечению безопасного хранения данных перекисно-водородных со стороны командира дивизии подводных лодок контр-адмирала Кузнецова М.Ю. и его заместителя капитана 1 ранга Кобелева В.В.

1.1.11. Непроведение стрельб в период прохождения апрк "Курск" государственных испытаний в 1994 г.

1.1.12. Непроведение занятий с флагманским минером и с группой командования подводной лодки (командиром, старшим помощником командира, помощником ко-мандира) представителями Центрального научно-исследовательского института "Гидроприбор" по эксплуатации системы контроля окислителя, а также перекисно-водородных торпед калибра 650 мм.

1.1.13. Подписание врио командиром дивизии подводных лодок капитаном 1 ранга Краснобаевым А.В. приказа от 20 июня 2000 г. "О допуске апрк "Курск" к приему и эксплуатации торпед калибра 650 мм", который являлся заместителем начальника штаба дивизии по оперативной и боевой подготовке и по своему служебному положению, согласно ст. 96 Корабельного устава ВМФ, не имел права подписывать до-кументы за командира дивизии.

1.1.14. Подписание этого же приказа врио начальника штаба дивизии капитаном 2 ранга Олейником В.П., который также не имел права его подписывать.

1.1.15. Непроведение личным составом БЧ-3 апрк "Курск" отработки практических действий по эксплуатации перекисно-водородных торпед на учебных образцах, которая предусмотрена методикой подготовки минно-торпедных боевых частей ВМФ "Правила подготовки минно-торпедных боевых частей подводных лодок ВМФ из-за их отсутствия в месте базирования (п. Видяево).

1.1.16. Непроведение тренировок в учебном центре флотилии, где такая материальная часть имеется.

Перечисленные нарушения, в частности, неудовлетворительная подготовка экипажа, могли повлечь ошибки при хранении, эксплуатации и контроле за состоянием торпеды на борту корабля, что, в свою очередь, могло находиться в причиной связи со взрывом и гибелью апрк "Курск" и его экипажа, однако доказать вину коголибо из членов экипажа при этих обстоятельствах невозможно в связи с неустановлением причины взрыва.

Вместе с тем, защита считает, что руководству флота, ответственному за боевую подготовку, должно было быть известно о неудовлетворительной подготовке личного состава апркр "Курск", а поэтому оно, руководство, не вправе было давать разрешение на выход корабля в море и участие в учениях.

В том случае, если бы командование Северного флота не дало разрешение на выход в море корабля, личный состав которого не был надлежащим образом подготовлен к выполнению учебных и боевых задач, корабль и экипаж не погибли бы.

Из контекста постановления о прекращении уголовного дела видно, что предварительное следствие не исключает возможность ошибки командира апркр "Курск" Лячина Г.П. и других членов экипажа, повлекшей катастрофу. Защита также вполне допускает, что формально Лячин Г.П. мог отказаться выводить корабль на учения, мог отказаться принимать перекисно-водородную торпеду, эксплуатировать которую экипаж не был обучен, однако вся существующая на флоте атмосфера несения службы, обязывающая добиваться результата любой ценой (включая риск человеческими жизнями при отсутствии на то реальной необходимости), фактически исключала возможность такого отказа. Поэтому, если экипаж и совершил ошибку, то это была не его вина, а его трагедия, в которой виноваты (и должны нести за это ответственность) руководители Северного флота и ВМФ России.

1.2. По эксплуатации практической торпеды калибра 650 мм 1336А ПВ, с превышением сроков годности использования узлов и механизмов.

С нарушением сроков эксплуатировались следующие узлы и агрегаты практической торпеды калибра 650 мм 1336А ПВ:

1.2.1. Сигнализатор давления СТ-4.

1.2.2. Генератор ГСК-1500М.

1.2.3. Вилка АЭРД-100.

Кроме того, при проведении контрольных проверок в 2000-2001 годах минно-торпедным управлением СФ и авторским надзором выявлен ряд недостатков по при-готовлению, обслуживанию и хранению данного типа торпед на Северном флоте:

1.2.4. Допускалось повторное использование уплотнительных колец, бывших в употреблении.

1.2.5. В период эксплуатации торпед зафиксированы случаи протечек пероксида водорода ПВ-85 из резервуара окислителя в местах уплотнения резервуаров и через предохранительные клапаны по причине установки нештатных прокладок.

1.2.6. На наружной поверхности некоторых резервуаров окислителя в местах сварных швов имелись раковины глубиной до 5 мм.

1.2.7. На поверхности отдельных торпед имелись места со следами продуктов коррозии.

1.2.8. Не выполнялись предусмотренные Инструкцией по эксплуатации проверки целостности электрической цепи от сигнализатора давления СТ-4 до устройства АЭРВД боевых и практических торпед, а также проверка функционирования системы дегазации и срабатывания указанного сигнализатора.

Нарушения, указанные в пунктах 1.2.1 - 1.2.3 настоящей жалобы могли находиться в причиной связи со взрывом и гибелью апрк "Курск" и его экипажа, однако в связи с неустановлением причины взрыва, доказать вину кого-либо из должностных лиц непосредственн эксплуатирующих торпеду при этих обстоятельствах невозможно.

Указанные в пунктах настоящей жалобы недостатки при хранении и эксплуатации аналогичных торпед, находящихся на хранении на Северном флоте, могли бы находится в причинной связи с гибелью апрк "Курск", если бы следствие установило наличие таких же недостатков в практической торпеде калибра 650 мм 1336А ПВ, находящийся на борту крейсера, а также нахождение этих недостатков в причинной связи с гибелью корабля и экипажа.

Однако, руководство Северного флота обязано было знать о наличии указанных недостатках практической торпеды и запретить ее использование при проведении учений. То обстоятельство, что этого сделано не было, находится в причинной связи с гибелью апрк "Курск" и его экипажа.

1.3. По нарушениям при организации приготовления практической торпеды калибра 650 мм (заводской номер 1336А ПВ).

В ходе приготовления практической торпеды были допущены следующие нарушения:

1.3.1. С 28 по 31 июля 2000 г расчетом 1 цеха ЗТ торпеда готовилась под руководством старшего мичмана Козлова Б.А., который не был допущен в установленном порядке к несению службы в качестве командира расчета.

1.3.2. В контрольно-приемном листе приготовления данной торпеды ряд подписей в графе "принял" исполнены заместителем начальника цеха капитан-лейтенантом Шевченко С.В., который никакого отношения к приготовлению торпеды для апрк "Курск" не имел и не был допущен к самостоятельному руководству приготовлением торпед этой модификации.

1.3.3. Опрос торпедного расчета апрк "Курск" в составе командира БЧ-3 Иванова-Павлова А.А. и старшины команды старшего мичмана Ильдарова A.M перед приемом практической торпеды калибра 650 мм 1336А ПВ по знанию правил эксплуатации и окончательного приготовления данных изделий производился врио командира расчета старшим мичманом Козловым Б.А., который, как указано ранее, не был допущен к руководству расчетом.

1.3.4. Заместитель командира в/ч 62752 по минно-торпедному вооружению капитан 2 ранга Коротков А.Е., который по своим функциональным обязанностям должен был производить опрос торпедного расчета апрк "Курск" в составе командира БЧ-3 Иванова-Павлова А.А. и старшины команды старшего мичмана Ильдарова A.M., при этом не присутствовал.

1.3.5. Приемку и погрузку торпед на апрк "Курск" по приказанию флагманского минера флотилии подводных лодок контролировал флагманский минер дивизии под-водных лодок аналогичного проекта капитан 2 ранга Кондратенко А.В.

1.3.6. Капитан 2 ранга Кондратенко А.В. контролировал подключение торпеды после её загрузки на автоматизированный стеллаж к системе контроля окислителя.

Руководство Северного флота обязано было знать об этих недостатках эксплуатации и хранения перекисно-водородных торпед и, при надлежащем исполнении своих служебных обязанностей, должно было понимать, что перечисленные недостатки могут рано или поздно привести к катастрофе, однако (по небрежности или самонадеянности) стрельба указанной торпедой была включена в план учений, торпеда была погружена на апрк "Курск", был отдан приказ на выход корабля в море, от которого Лячин Г.П. не мог отказаться, что и привело к трагическим последствиям.

1.4. По нарушениям при подготовке и ходе учений.

Предварительным следствием были выявлены следующие нарушения норматив-ных актов и руководящих документов ВМФ: 1.4.1. В соответствии с планом на 2000 г. командование Северного флота в августе обязано было провести сбор-поход кораблей Северного флота под руководством командующего флотом. Вместо этого командование флота спланировало и организовало проведение комплексной боевой подготовки кораблей авианосной многоцелевой группы (АМГ) в Баренцевом море в период с 10 по 13 августа 2000 г. Такая форма подготовки сил флота не предусмотрена ни одним руководящим документом ВМФ.

1.4.2. При организации и подготовке учений командующий СФ адмирал Попов В.А., начальник штаба флота вице-адмирал Моцак М.В. и бывший начальник управления боевой подготовки флота вице-адмирал Бояркин Ю.И. не выполнили в полном объеме требования действующих нормативных документов. Это привело к ошибочности размещения командных пунктов руководителей тактических учений и проблемам в управлении силами флота в ходе их проведения.

1.4.3. Районы действия сил флота на период учений, определенные этими должностными лицами и врио главного штурмана СФ капитаном 1 ранга Шеметовым А.В., не соответствовали требованиям обеспечения безопасности личного состава при выполнении кораблями поставленных задач.

1.4.4. Вице-адмиралом Бурцевым О.В. (командующим флотилией подводных лодок СФ) необоснованно совмещались обязанности руководителя тактического учения и руководителя ракетной стрельбы апрк "Курск".

1.4.5. Кратчайшие расстояния между районами действия подводных лодок находились в пределах 50-70 кабельтовых, что при определенных условиях при стрельбе торпедами калибра 650 мм могло привести к поражению подводной лодки в соседних районах.

1.4.6. Район действия апрк "Курск" - РБД- 1, по замыслу учения включал часть полигонов боевой подготовки СФ, не предназначенных для совместной отработки за-дач боевой подготовки атомными подводными лодками и противолодочными надвод-ными кораблями. Кроме того, выполнение задачи, которая была поставлена апрк "Курск" в этом районе (выполнение боевого упражнения "Атака соединения боевых кораблей" и боевого упражнения "Атака (контратака) кораблей противолодочной ударной группы"), существенно затруднялось мелководностью района. В этих условиях апрк "Курск" не мог выполнять тактические приемы, действуя против отряда боевых кораблей, кораблей ПУГ, а именно: маневрировать по глубине при поиске и атаке надводных кораблей, а также уклоняться после их атаки, вести разведку, развивать ход более 12 узлов и т.п.

1.4.7. Нарушения мер безопасности при назначении районов действия сил и определении глубин погружения были допущены командованием СФ и в отношении других подводных лодок.

1.4.8. Выход в море апрк "Курск" 10 августа 2000 г. разрешен с нарушением ряда действующих руководящих документов по организации боевой подготовки.

1.4.8.1. Так, временно исполнявший обязанности командира дивизии подводных лодок капитан 1.ранга Кобелев В.В., вопреки требованиям Корабельного устава ВМФ и других нормативных документов, подготовкой и проверкой апрк "Курск" перед его выходом в море не занимался, задачи на выход в море командиру данной подводной лодки и старшему на борту начальнику штаба дивизии капитану 1 ранга Багрянцеву В.Т. не ставил. Более того, инструктаж был проведен ненадлежащими лицами без соответствующих отметок.

1.4.8.2. Вице-адмирал Бурцев О.В. готовность апрк "Курск" к тактическому учению не проверял.

1.4.8.3. Апрк "Курск" в течение четырех последних лет не выполнял погружения на рабочую глубину 480 м, имел в связи с этим ограничения по глубине погружения, однако эти ограничения ни в штабе флотилии, ни в штабе СФ не зафиксированы. Проверки готовности апрк "Курск" к выходу в море вышестоящими штабами, проведенные в июле 2000 г., выполнены формально.

1.4.8.4. Командир дивизии контр-адмирал Кузнецов М.В., его заместитель капитан 1 ранга Кобелев В.В., флагманские специалисты минно-торпедной, радиотехниче-ской и штурманской служб, службы радиоэлектронной борьбы свои обязанности согласно требованиям "Правил практического применения подводного оружия подводны-ми лодками ВМФ по руководству в дивизии торпедной подготовкой надлежащим образом не выполняли.

1.4.8.5. Вице-адмирал Бояркин Ю.И. и начальник минно-торпедного управления СФ контр-адмирал Хандобин В.А. уклонились от контроля качества подготовки подвод-ных лодок флотилии к применению минно-торпедного оружия, порядка его хранения и эксплуатации на подводных лодках.

Нарушения, допущенные руководящим составом СФ, указанные в пунктах 1.4.3 - 1.4.8 настоящей жалобы (о квалификации нарушений, перечисленных в пунктах 1.4.1 и 1.4.2 настоящей жалобы, будет указано ниже, - Б.К.), по мнению защиты не находятся в прямой причиной связи с гибелью апрк "Курск" и его экипажа.

Согласно выводам оперативно-тактической экспертизы (т. 67, л. д. 34-74) командование СФ не представило на рассмотрение Главнокомандую-щему ВМФ за 30 суток до начала выхода сил в море "План тактического учения..." или "Замысел сбор-похода кораблей...", как того требуют "Организационно-методические указания по подготовке ВМФ в 2000 году", а также не доложило ГК ВМФ за 5 суток до выхода сил в море о готовности сил и органов управления СФ к проведению данного выхода. В УБП ВМФ имеется "План комплексной боевой подготовки кораблей АМГ в море", представленный штабом СФ по учетному номеру 1 августа 2000 г., но утвержден этот план Командующим СФ 8 августа 2000 г. Служебный документ не мог быть представлен Главнокомандующему ВМФ 1 августа 2000 г. для рассмотрения, если его не утвердил начальник, который его представляет, в связи с чем экспертами делается вывод о том, что "указанный план Главнокомандующему ВМФ начальником УБП ВМФ рассмотрение в установленный срок не представлялся".

Таким образом, руководство Северного флота в обход командования ВМФ провело учения. Руководители ВМФ, зная о том, что такие учения проводятся, не имея "Плана тактического учения..." или "Замысла сбор-похода кораблей...", должны были запретить их проведение. Между действиями руководства Север-ного флота, бездействием руководства ВМФ и гибелью апрк "Курск" имеется причинная связь. В том случае, если бы данные учения не проводились, или ру-ководство ВМФ России запретило бы их проведение, то гибели корабля и экипа-жа не было бы допущено. По мнению защиты, юридической оценки действий командования Северного флота и руководства ВМФ России следствие в этой части не дало.

II. Обстоятельства гибели 23 подводников, находившихся в 9 отсеке апрк "Курск"


Из материалов дела, очевидно, что часть экипажа, находившаяся в кормовых отсеках, после второго взрыва оставались живы. Об этом свидетельствуют записки, обнаруженные в корабле.

Обстоятельства гибели части экипажа, находившегося в 9 отсеке, по мнению предварительного следствия произошло при следующих обстоятельствах: "Попадание морской воды с компрессорным и машинным маслами в изделия с регенеративными веществами вызвало самовозгорание масел, используемых на апрк "Курск", и пожар, очаг кото-рого находился на небольшой высоте над верхним настилом 9-го отсека, наиболее вероятно в его носовой части. Попытки тушить его подручными средствами оказались неэффективны.

Не позднее, чем через 8 часов после взрывов, то есть ещё до объявления крейсера аварийным, все находившиеся в 9-ом отсеке подводники погибли от отравления угарным газом".

Таким образом, по мнению следствия, гибель подводников, находившихся в 9 отсеке, произошла до объявления крейсера аварийным, а, следовательно, до начала ПСР, или делается вывод о невозможности их спасения.

Судя по материалам дела, предварительное следствие пришло к указанным выводам на основании ряда следственных действий, в частности: судебно-медицинских экспертиз о причинах и времени наступления смерти (1), пожарно-технической экспертизы, технических экспертиз, связанных с установленим временем затопления 9 отсека (2), а также иных следственных действий.

Оценив указанные выводы следствия, изучив материалы дела, защита приходит к выводу, что члены экипажа, находившиеся в 9 отсеке, были живы до вечера 14 августа 2000 года.

1. По материалам судебно-медицинских экспертиз.

Из выводов комиссионной судебно-медицинской экспертизы 77/02 от 17 июня 2002 года следует (т. 64 л.д. 169-245):

"1. Члены экипажа апркр "Курск", находившиеся в 9 отсеке после второго сейсмического события (11 часов 30 минут 12 августа 2000 года) оставались живыми в течение 4,5 - 8 часов, что подтверждается:

- степенью выраженности морфологических и биохимических признаков переживания острой стрессорной ситуации в виде множественных сформировавшихся кровоизлияний в сли-зистую оболочку желудка и нарушения углеводного обмена, проявившегося сочетанием отсутствия гликогена в печени и мышцах и повышенным (в 3-5 раз по сравнению с нормой) содержани-ем глюкозы в крови. Из практики судебно-медицинских исследований известно, что для образования аналогичных кровоизлияний в слизистую оболочку желудка и формирования подобного соотношения гликогена и глюкозы требуется около 4-8 часов;
- установленным фактом возникновения в 9-м отсеке локального пожара. Образовавшиеся при этом продукты горения, в первую очередь угарный газ (СО), существенно сократили время, в течение которого воздух 9-го отсека мог быть пригоден для дыхания, а признаки посмертного поражения тел некоторых подводников открытым пламенем, свидетельствуют о наличии в атмосфере 9-го отсека достаточного для поддержания горения количества кислорода на момент возник-новения пожара;
- временем последней записи одного из членов экипажа (капитан-лейтенанта Д.Р.Колесникова), зафиксированным в записке, извлеченной из 9-го отсека вместе с его телом - 15 часов 45 минут 12.08.2000 г., т.е. через 4 часа 15 минут после 2-го сейсмического события".

По мнению защиты, выводы комиссионной судебно-медицинской экспертизы противоречат материалам, содержащимся в исследовательской части этих же экспертиз, а также исходят из ошибочного представления о ходе развития событий в 9 отсеке после второго сейсмического события.

1.1. Из материалов исследовательской части заключения следует, что смерть подводников, извлеченных из 9 отсека апрк "Курск", наступила в течение нескольких часов от момента наступления пожара в отсеке лодки.

Так, отвечая на вопрос 7 заключения комиссионной судебно-медицинской экспертизы 77/02 от 17 июня 2002 года (т. 65 л.д. 169-245) "Наступила ли смерть сразу после повреждения (или иного внешнего воздействия) или через какой-либо определенный промежуток времени?", комиссия экспертов, исследовав труп мичмана Кузнецова В.В., дала следующий ответ: "Учитывая установленную концентрацию карбоксигемоглобина, а также отсутствие пролежней и некрозов, которые развиваются у отравленных при длительном, многочасовом (до суток) коматозном состоянии, полагаем, что КУЗНЕЦОВ В.В. умер через несколько часов от момента возникновения пожара в отсеке лодки" (т. 65 л.д. 181).
;
Аналогичный вывод сделан комиссией при исследовании трупов Колесникова Д.Р. (т. 65 л.д. 186), Бочкова М.А. (т. 65 л.д. 192), Бражкина А.В. (т. 65 л.д. 198), Борисова А.Н. (т. 65 л.д.204), Садиленко С.В. (т. 65 л.д. 209), Аряпова Р.Р. (т. 65 л.д. 215), Гесслера Р.А. (т. 65 л.д. 220), Майнагашева В.В. (т. 65 л.д. 225), Кубикова Р.В.(т. 65 л.д. 230), Коркина А.А. (т. 65 л.д. 236), Мартынова Р.В. (т. 65 л.д. 242).

1.2. В п. 3 исследовательской части указанного заключения приводится ответ врио командира войсковой части 20914 за подписью капитана 1 ранга В. Илюхина командиру войсковой части 34312 (исх. 190 от 07.02.2001 г.) (т. 65 л.д. 172), из которого следует, что специалистами 40 ГосНИИ проведён анализ открытых источников для заключения о возможном времени полного выхода гликогена из печени и мышц, а также временных параметрах процесса утилизации глюкозы в крови человека, находившегося под влиянием специфических физических, химических и психических травмирующих факторов.

"Существенные методические трудности, которые сопровождают исследования водолазных проблем, а в особенности клинико-биохимические анализы, не позволяют дать полную и исчерпывающую оценку динамики утилизации глюкозы из периферической крови водолазов и акванавтов. Специальные исследования проблемы влияния специфических факторов гипербарии с соблюдением принципа их рандомизации для водолазной практики провести не представляется возможным не только по указанным методическим трудностям, но и из-за высочайшей стоимости проведения гипербарических экспериментов.

Данные судебно-медицинских исследований водолазных происшествий и случаев гибели подводников или личного состава, имеющиеся в институте, носят фрагментарный характер, и их систематизация исключена вследствие ряда объективных причин.

Анализ данных собственных исследований, полученных в экспериментах, проводимых с соблюдением мер безопасности, практически полностью исключающих возникновение профессиональной и общей патологии у водолазов и испытуемых, и работ, проведенных другими авторами, указывает на то, что профессиональная деятельность водолазов и акванавтов, по данным исследований, проведённым в ходе рабочих или экспериментальных спусков в большом диапазоне глубин, не приводит к существенным или грубым сдвигам в содержании метаболитов энергетического обмена, включая содержание глюкозы, так как режимы труда, отдыха и рацион питания подбираются и устанавливаются соответственно физическим и психологическим нагрузкам.

По нашему мнению, достаточно точно определить временные рамки полного истощения углеводных резервов организма при возникновении аварийных условий, в частности в отсеке аварийной ПЛ, не представляется возможным.

Таким образом, для расчета возможных временных интервалов по параметрам углеводного обмена необходимо ориентироваться на нормативы по времени допустимого пребывания и возможного существования личного состава в аварийных отсеках ПЛ с учетом корректировки получаемых величин в зависимости от конкретных параметров среды. Это позволяет считать интервалы от момента начала пребывания в экстремальных условиях до окончания периода допустимого пребывания в качестве времени компенсированных реакций энергетического обмена без видимых нарушений углеводного обмена, в частности, гипоглекимических состояний. Следующий период возможного существования, несомненно, вызывает декомпенсационные реакции, при которых последовательно наступает истощение углеводных запасов с развитием явлений гипоглекимии, развитием других патологических реакций, несовместимых с жизнью, скорость и выраженность наступления которых зависит от фактических параметров субкритической и критической обстановки, складывающейся в отсеке".

Специалисты 40 ГосНИИ (занимающиеся исследованиями углеводного обмена подводников и водолазов, находящихся в стрессовой ситуации) на основании накопленного институтом опыта и анализа открытых источников пришли к выводу о том, что по имеющимся в распоряжении следствия данным установить временные рамки полного истощения углеводных резервов организма при возникновении аварийных условий, в частности, в отсеке аварийной ПЛ не представляется возможным.

При этом отмечено, что данные судебно-медицинских исследований водолазных происшествий и случаев гибели подводников или личного состава, имеющихся в инсти-туте, носят фрагментарный характер и их систематизация исключена вследствие ряда объективных причин.

В то же время судебно-медицинские эксперты в своих выводах устанавливают временные рамки полного истощения углеводных резервов организмов подводников, ссылаясь на "практику судебно-медицинских исследований", которой не существует.

Кроме того, по мнению защиты, не правомерно делать выводы о времени наступления смерти экипажа, находившегося в 9 отсеке, исходя из уровня гликогена и глюкозы в тканях и жидкостях организма человека.

Мы считаем также, что не возможно делать выводы, не имея для этого научно-исследовательской экспериментальной базы, если к тому же эксперты не располагали всеми необходимыми данными о развитии ситуации в 9 отсеке (скорость повышения давления, загазованность, температура и т. д.).

По мнению защиты, невозможно делать вывод и о времени наступления смерти с точностью до часов, исходя из данных о наличии признаков переживания стрессовой ситуации, если не у всех моряков, находившихся в одинаковых условиях 9 отсека и испытывавших одинаковые переживания не имелось в наличии совокупность всех признаков, если данные судебно-медицинского исследования даже такого небольшого количества трупов не дают схожей картины (из двенадцати приведённых в заключении: отсутствие гликогена и кровоизлияния под слизистую желудка - у трёх, только отсутствие гликогена без кровоизлияний - у пяти, только кровоизлияния - у трёх, отсутствие признаков вообще - у одного).

1.3. В заключение комиссии судебно-медицинских экспертов 65 от 30 ноября 2000 года (т. 64 л.д. 4-27) по трупу старшего мичмана Кузнецова В.В. на вопрос: "Какова причина и давность наступления смерти?" указывается, что "Причиной смерти старшего мичмана Кузнецова Виктора Викторовича, 27 лет, явилось острое ингаляционное (при вдыхании) отравление окисью углерода (угарным газом). Данное отравление произошло при нахождении Кузнецова В.В. в очаге пожара, что подтверждается наличием копоти в дыхательных путях. Ответить на вопрос о давности (конкретной дате и времени) времени наступления смерти Кузнецова В.В. в рамках настоящей экспертизы не представляется возможным, так как решение этого вопроса (учитывая уникальные обстоятельства дела и многофакторный характер воздействия различных неблагоприятных факторов на организм подводника) выходит за пределы судебно-медицинских экспертов. В настоящее время на основании полученных медицинских данных можно полагать, что КУЗНЕЦОВ В.В. был жив к моменту достижения в отсеке давления воздуха в 3 атмосферы, о чем свидетельствует обнаружение пузырьков свободного газа не только в крови, но и межклеточном пространстве других тканей трупа" (т. 64 л.д. 13).

Аналогичные заключения комиссией судебно-медицинских экспертов сделаны и при исследовании трупов других подводников, тела которых извлечены из 9 отсека апрк "Курск": 66 по Колесникову Д.Р. (т. 64 л.д. 31-52), 74 по Майнагашеву В.В. (т. 65 л.д. 31-47) и по другим подводникам.

Как считает защита, комиссия судебно-медицинских экспертов исходит из ошибочного представления о времени возникновения пожара относительно второго сейсмического события, совмещая эти явления.

1.4. Защитой не оспариваются выводы судебно-медицинских экспертиз о причине смерти подводников, находившихся в 9 отсеке - острое ингаляционное отравление окисью углерода (угарным газом, СО), а также факт пожара в 9 отсеке.

Из заключения пожарно-технической экспертизы (т. 128 л.д. 148) следует, что пожар возник в результате попадания морской воды на регенеративные пластины, основой которых являются перекиси калия и натрия, вызвавшие в свою очередь самовозгорание масел, находившихся в отсеке.

Вместе с тем, пожарно-техническая экспертиза не установила ни времени наступления пожара в 9 отсеке, ни его длительности.

Таким образом, то обстоятельство, что непосредственной причиной смерти моряков, находившихся в 9 отсеке, является пожар и как его следствие - отравление продуктами горения, то время наступления смерти следует исчислять не с момента второго сейсмического события, а с момента возникновения пожара в 9 отсеке.

1.5. Утверждение комиссии судебно-медицинских экспертов о том, что время наступления смерти подводников, находившихся в 9 отсеке подтверждается "временем последней записи одного из членов экипажа (капитан-лейтенанта Д.Р.Колесникова), зафиксированным в записке, извлеченной из 9-го отсека вместе с его телом - 15 часов 45 минут 12.08.2000 г., т.е. через 4 часа 15 минут после 2-го сейсмического события" защита считает несостоятельным.

1.5.1. Записки, оставленные членами экипажа, находившимися в 9 отсеке, не могут быть предметом исследования судебно-медицинских экспертов, т.к., и это общеизвестно, установление давности написания относится к компетенции криминалистической экспертизы (почерковедов, химиков).

1.5.2. Судебно-медицинская комиссия также не вправе делать выводы о возможности подтверждения одних доказательств иными, а также вообще производить оценку доказательств.

В соответствии со ст. 87 УПК РФ проверка доказательств производится дознавателем, следователем, прокурором, судом путем сопоставления их с другими доказательствами, имеющимися в уголовном деле, а также установления их источников, получения иных доказательств, подтверждающих или опровергающих проверяемое доказательство.

Из текста статьи 88 УПК РФ также очевидно, что оценка доказательствам может быть дана дознавателем, следователем, прокурором и судом.

Таким образом, комиссия судебно-медицинских экспертов, подтверждая свои выводы о времени наступления смерти доказательствами, которые являются предметом исследования других экспертов, вышла за пределы своих полномочий.

1.5.3. Экспертиза давности написания записок, обнаруженных у членов экипажа апрк "Курск", не проводилась. Защита считает, что уровень развития криминалистики, с учетом периода их написания, условий в которых они находились, не позволяет с достоверностью сделать вывод о времени написания всех фрагментов обнаруженных записей.

1.5.3.1. Из протокола осмотра от 26.10.2000 года (т.61 л.д. 109-115), а также из других материалов, следует, что записка, Дмитрия Колесникова состоит из трех фрагментов записей.

Фрагмент текста (1) начинается словами: "Список л/с 6, 7,, 8, 9 отс., находя-щихся в 9-м отсеке после аварии 12.08.2000 г." в графе 4 в строке 1 имеет запись "13.34". Ниже списка фамилий имеется запись, выполненная от руки красителем синего цвета "13.58".

Фрагмент записи (2), исполненной Дмитрием Колесниковым, начинающийся словами "Олечка" и оканчивающаяся подписью в виде нечитаемого росчерка и записью "12.08.2000 г. 15.15".

Защита считает, что указанные записей фрагменты датированы и последняя из них относится к 15 часам 15 минутам 12 августа 2000 года.

Фрагмент текста (3), начинающийся словами "Здесь темно писать, но на ощуп попробую" и оканчивающийся словами "Всем привет, отчаиваться не надо Колесников" цифровых записей, свидетельствующих о времени написания данного фрагмента, не содержит.

Даже без проведения почерковедческой и психолого-лингвистической экспертиз видно, что фрагменты 1 и 2 записей Дмитрия Колесникова резко отличаются от фраг-мента 3 записей размером и наклоном букв, связанностью и разгоном почерка. Для защиты очевидно, что фрагменты записей 1 и 2 выполнялись в одних условиях, в период с 13 часов 34 минут до 15 часов 15 минут 12.08.2000 г., а фрагмент 3 выполнялся в другое время и в других условиях написания.

Кроме того, в самом тексте письма Дмитрия Колесникова ссылка на условия написания записей фрагмента 3 указывает на изменившуюся обстановку.

Таким образом, защита приходит к выводу, что фрагмент записи, начи-нающаяся словами "Здесь темно писать, но на ощупь попробую" и оканчивающаяся словами "Всем привет, отчаиваться не надо Колесников" выполнен много после 15 часов 15 минут 12 августа 2000 года.

1.5.3.2. Из протокола осмотра от 02.11.2000 г. (т. 61 л.д. 163-167) следует, что в обнаруженной записке, выполненной капитан-лейтенантом Сергеем Сади-ленко, содержится следующий текст:

" В 9-ом отсеке 23 человека Самочувствие плохое Ослаблены действием СО при БЗЖ Давление в отсеке 0,6 кг/м2 Кончаются В-64 При выходе на поверхность не Выдержим компрессию Не хватает брасовых ремней ИДА Отсутствуют карабины на стопор Фала Необходимо закрепить буй вьюшку Протянем еще не более суток"

Указанная запись не датирована, время написания ее не установлено, однако из текста записки очевидно, что на момент ее написания давление в 9-м отсеке составляло 0,6 кг/кв.м. (возможно Садиленко ошибся, вероятно речь идет о давлении в 6 атм., - Б.К.) что она исполнена не в условиях чрезвычайной ситуации, с непосредственной угрозой жизни, а также, что автор прогнозировал сутки жизни членов экипажа, находившегося в 9 отсеке.

Из текста и содержания записки следует, что Сергей Садиленко на момент ее написания, сохранял нормальное состояние сенсорной, перцептивной, мнемической и интеллектуальной деятельности, реально оценивал сложившуюся ситуацию, прогнозировал развитие процессов.

Из заключения почерковедческой экспертизы записки, выполненной Садиленко С.В. (т. 66, л.д. 242-252), следует, что в записке не имеется признаков, указывающих на наличие у Садиленко С.В. в момент исполнения записки болезненных изменений нервной системы и опорно-двигательного аппарата.

Очевидно, что запись выполнена после того, как была оценена обстановка, подсчитаны брасовые ремни ИДА, определено давление в отсеке.

Таким образом, защита приходит к выводам, что ссылки судебно-медицинской комиссии на время исполнения записей, как критерий времени установления смерти подводников апрк "Курск", погибших в 9 отсеке, несостоятельна.

Более того, из текста записки Сергея Садиленко следует, что экипаж мог оста-ваться живым, как минимум, более суток с момента ее написания.

Б. По времени затопления 9 отсека.

В постановлении о прекращении уголовного дела (лист 22 постанов-ления) последовательность затопления 9 отсека апрк "Курск" и время затопления излагается в следующей последовательности:

"Из-за поступления воды в 7-ой отсек началось повышение давления, а затем и затопление 9-го отсека, что в 13 часов 58 минут 12 августа 2000 г. было замечено и зафиксировано капитан-лейтенантом Колесниковым Д.Р. в записке. Возможными путями поступления воды в 9-й отсек являлись системы и оборудование этого отсека, а также негерметичность переборки между 8 и 9-м отсеками. Затопление 7-го отсека при наличии воздушных связей между 7 и 8-м отсеками привело к затоплению 8 отсека, а затем, с учетом таких же связей между 8 и 9-м отсеками, - и к затоплению 9 отсека. Осталась открытой переборочная захлопка по вдувной вентиляции на 130 шпангоуте, что и стало основным путем затопления 9-го отсека после подъема воды в 8-м отсеке до уровня расположения захлопки. Попадание морской воды с компрессорным и машинным маслами в изделия с ре-генеративными веществами вызвало самовозгорание масел, используемых на апрк "Курск", и пожар, очаг которого находился на небольшой высоте над верхним настилом 9-го отсека, наиболее вероятно - в его носовой части. Попытки тушить его под-ручными средствами оказались неэффективны.

Не позднее, чем через 8 часов после взрывов, то есть ещё до объявления крейсера аварийным, все находившиеся в 9-ом отсеке I подводники погибли от от-равления угарным газом".

Защита считает, что выводы следствия об указанных обстоятельствах не основаны на материалах дела.

1. В самом тексте постановления предварительным следствием не указывается время попадания морской воды на изделия для регенерации воздуха.

Это означает, что время возникновения пожара в 9 отсеке на основании данных о скорости и путях затопления 9 отсека предварительным следствием не установлено.

1.1. 21-22.11.2001 г. проведенным следственным экспериментом на апрк "Курск", находящимся на стапель-палубе плавучего дока 50 82-го судоремонтного завода в пос. Росляково Мурманской области (т. 126 л.д. 4-7) протечек воды через дейдвудный сальник линии валопровода правого борта обнаружено не было. Через штуцер отвода протечек дейвудного сальника левого борта выливалась вода в мерную емкость со скоростью 1,5 литра за 30 секунд, что указывает на не герметичность дейвудного сальника левого борта, однако, выводов о скорости затопления кормовых отсеков в результате проведения следственного эксперимента не получено.

1.2. Повторным следственным экспериментом 18-22 марта 2002 года (т. 126 л.д. 14-17) установлено, что при создании давления в основном уплотнителе дейвудного сальника валопровода левого борта 2,4 кгс/кв. см. протечки через шаровой клапан составили 6 литров за 12 минут, а при том же давлении через резервное уплотнение протечка составила 100 мл за 10 минут. При одновременной проверке основного и резервного уплотнителей была обнаружена протечка 100 мл за 10 минут. По пояснению эксперта Бахтина В.З., участвующего в следственном эксперименте, количество протечек не превышает значений, допускаемых для данного сальника в эксплуатации.

Таким образом, в ходе следствия было установлено, что затопления кормовых отсеков апрк "Курск" через дейвудные сальники валопроводов левого и правого борта места не имело.

1.3. Как следует из обращения экспертов ФГУП "ЦКБ МТ "Рубин" Чудина Ю.Г., Спиридонова О.А. Бахтина В.З и эксперта 1 ЦНИИ МО РФ Загоскина Г.А. от 14-17.04.2002 г. (т. 126 л.д. 32-34) "эксперты считают, что следственный эксперимент по определению герметичности трубопроводов систем и корпусных конструкций 7, 8, 9 отсеков не позволит однозначно и достоверно определить причины и время затопления 9 отсека".

Такой вывод экспертами сделан по следующим основаниям:

а) многие общекорабельные системы в условиях нахождения АПК в доке ПД-50 при отрицательной температуре наружного воздуха были заморожены, что могло привести к их разрушению и потере герметичности;

б) Часть систем, которая теоретически могла быть потенциальным источником затопления кормовых отсеков, в настоящее время разрушена и демонтирована в результате проведения судоподъемных работ и работ в доке (например, разрушены трубопроводы снятия давления с отсеков, трубопроводы продувания балластных цистерн, ВВД, ВСД, ВЗУ в районе технологических вырезов под "стрэнды", демонтированы части трубопроводов мытьевой воды в 7 и 8 отсеках и т.д.);


в) видимых разрушений и "неправильного" положения арматуры систем, которые теоретически могли быть источником поступления забортной воды в 9 отсек, не обнаружено;

г) несоответствие состояния части систем 7-9 отсеков их состоянию в момент катастрофы и нахождения АПК на дне.

На этих основаниях эксперты сделали выводы о невозможности выявления истинных причин возможной разгерметизации систем 7 - 9 отсеков (которыми могут быть, как гидравлические удары в системах при взрывах и ударе о грунт, так и их замораживание в доке).

1.4. Из заключения экспертизы от 26.02.2002 г. (т. 126 л.д. 41-49) следует, что при ответе на вопрос: "1. Каковы возможные пути поступления забортной во-ды в 9 отсек после катастрофы апрк "Курск" с учетом представленных на исследование материалов уголовного дела?" эксперты не пришли к однозначным и достовер-ным выводам о причинах и путях затопления 9 отсека апрк "Курск".

Ответ экспертов на указанный выше вопрос был следующим:

"Однозначное и достоверное определение причин и путей затопления 9 отсека с учетом вышеизложенного состояния АПК "Курск" в настоящее время невозможно".

Эксперты также дали однозначный ответ на второй вопрос, который касается правильности действий членов экипажа, находившегося в 9 отсеке: "Оставшийся в жи-вых личный состав кормовых отсеков выполнил необходимые действия по герметизации 9 отсека и его систем для предотвращения поступления воды в отсек".

Отвечая на третий вопрос: "3. Каково было время затопления 9 отсека с момента катастрофы апрк "Курск" до уровня: 60 см от поверхности первого настила в районе 138 шпангоута; воздушной подушки?" экспертами даны предположительные ответы по двум вариантам.

По первому варианту затопление же 9 отсека до уровня воздушной подушки происходило за период около 400 часов (16,5 суток), а по второму - за 6,5 - 24,7 часа.

Экспертиза не установила скорости затопления 9 отсека, времени попадания воды на приборы для регенерации воздуха, а, следовательно, и времени возникновения пожара в 9 отсеке апрк "Курск", и как результат не установлено время гибели личного состава, находившегося в 9 отсеке.

Оценивая материалы дела, которые относятся к установлению времени гибели 23 подводников, находившихся в 9 отсеке, защита приходит к следующим выводам:

1. Смерть 23 подводников, находившихся в 9 отсеке, наступила в результате отравления угарным газом, вследствие пожара при попадании морской воды на пластины для регенерации воздуха.

2. Время возникновения пожара, а, следовательно, время гибели Аряпова P.P., Колесникова Д.Р., Садиленко С.В., Борисова A.M., Ишму-ратова Ф.М., Кузнецова В.В., Аникеева Р.В., Борисова Ю.А., Гесслера Р.А., Зубайдуллина P.P., Козадерова В.А., Коркина А.А., Кубикова Р.В., Леонова Д.А., Майнагашева В.В., Мартынова Р.В., Налетова И.Е., Неуст-роева А.В., Садового B.C., Сидюхина В.Ю., Некрасова А.Н., Бражкина А.В. и Бочкова М.А. предварительным следствием НЕ УСТАНОВЛЕНО.

2. По обнаружению стуков.

Из материалов уголовного дела следует, что гидроакустиками кораблей, участвовавших в учениях, были зафиксированы шумы (стуки), которые фиксировались 13 и 14 августа 2000 года.

В постановлении о прекращении уголовного дела указано: "следствие пришло к выводу, что указанные шумы (стуки), классифицированные экспертами как сигналы бедствия, издавались не из апрк "Курск", а из подводной части надводного корабля, находившегося вне пределов района гибели подводного крейсера" (л.117 постановления).

К такому выводу предварительное следствие пришло, как указано в постановлении, на основании следующих доказательств:

2.1. Как указано в постановлении "Командир тяжелого авианосного ракетного крейсера "Петр Великий" капитан первого ранга Касатонов В.Л. показал, что 13 августа 2000 г. акустик сообщил, что в районе аномалии, он слышит механические звуки, похожие на стук, однако определить природу происхождения этих звуков и их значение, не удалось, поскольку они не классифицировались как сигналы "SOS" или о поступлении воды. Сигналы были слышны примерно до 3 час. 30 мин.13 августа 2000 г." (т. 44 л.д. 1-6).

Вместе с тем, показания Касатонова В.Л. в протоколе допроса от 31 августа 2000 года изложены несколько иначе, чем это указано в постановлении: "Одновременно с этим (с обнаружением аномалии появившейся на эхолоте "Петра Великого") акустик сообщил, что в районе аномалии (впоследствии было установлено, что аномалия является корпусом апрк "Курск") он слышит механические звуки, напоминающие стук, однако, что это был за звук и какого он происхождения, сказать не могу.

11.08.2003

АПРК "Курск": шесть лет спустя

Авторы: Олеся Сидельникова, Тарас Степаненко, источник: KURSKCiTY.RU

Хроника трагедии


В тот день, 12 августа 2000 года, в Баренцевом море завершались самые крупные за последние десять лет учения Военно-морских сил России. Командование уже успело высоко оценить степень боеготовности Северного флота и выполнение моряками всех поставленных задач. Атомный ракетоносец "Курск" вместе с другими кораблями и подводными лодками должен был вернуться на свою базу. В 8.51 командир "Курска" капитан 1-го ранга Геннадий Лячин последний раз доложил на КП о выполнении условного ракетного удара по кораблям "противника". В условленное время, примерно в 23:30, субмарина не вышла на связь. Тогда командующий флотом Вячеслав Попов возвратился в море и отдал приказ о начале поиска пропавшей субмарины. В Видяево уже знали о том, что с "Курском" что-то случилось. Однако официальные сообщения об аварии на подводной лодке появились только спустя двое суток, 14 августа. 9 дней весь мир надеялся, что экипаж затонувшей субмарины будет спасен. В 12 часов 25 минут 21 августа спасатели вскрыли аварийно-спасательный люк, который оказался заполненным водой. Во второй половине дня 22 августа Владимир Путин вылетел в Североморск. 23 августа было объявлено днем траура.

Операция по подъему тел погибших моряков началась 25 октября и была закончена 7 ноября 2000 года. Всего за время спасательной операции были подняты тела двенадцати моряков. 7 октября 2001 года началась операция по подъему "Курска" со дна Баренцева моря. 10 октября лодку отбуксировали на Росляковский судоремонтный завод. К 20 марта 2002 года удалось обнаружить и опознать 115 из 118 погибших подводников. Двое матросов - Дмитрий Котков и Иван Hефедков, а также главный специалист "Дагдизеля" Мамед Гаджиев навсегда остались в море. Всего по делу о гибели АПРК "Курск" потерпевшими признаны близкие и родственники погибших моряков - всего 161 человек.

23 августа Главная военная прокуратура возбудила уголовное дело. Расследование продолжалось почти 2 года. Было выдвинуто 18 рабочих версий, основными из них являлись следующие: столкновение АПРК "Курск" с российским или иностранным подводным или надводным кораблем; поражение АПРК "Курск" торпедой или ракетой российским или иностранным подводным или надводным кораблем; диверсия; террористический акт; подрыв АПРК "Курск." на мине времен Великой Отечественной войны; гибель АПРК "Курск" в результате нештатной ситуации с его вооружением.

Через два года после трагедии было официально объявлено, что причиной гибели подлодки стала утечка перекиси водорода из торпеды SS-N-16 (по американской классификации). В советское время она проходила под грифом "Изделие 398", а сейчас в российском флоте известна под кодом 65-76. Впрочем, моряки прозвали ее "Китом", а командование - "Толстой", потому что она выглядит бочкообразно (диаметр торпеды - 650 мм). Скорее всего, перекись проела внешнюю стенку торпеды и вступила в химическую реакцию с органической смазкой. Из-за этого и произошел первый, тепловой взрыв, который выбросил в отсек около 2 тонн смеси перекиси и керосина. Естественно, эта смесь тут же взорвалась. 26 июля 2002 года уголовное дело было прекращено.

Как это было


Первый отсек погиб мгновенно. То, что уцелело во втором отсеке, сплющило, когда сдетонировали остальные торпеды. После катастрофы в носовой части крейсера офицеры, находившиеся в б-8-м отсеках, реально оценив обстановку, перевели личный состав 6, 7 и 8-х отсеков в 9-й отсек. Всего там были собраны 23 человека, которые совместно продолжили борьбу за живучесть.

Практически все средства спасения (спасательные гидрокостюмы подводников, индивидуальные дыхательные аппараты, изолирующие противогазы, регенеративные патроны к ним и т.д.), находившиеся в момент катастрофы в 6-8-м отсеках, были перенесены в 9-й отсек. В этом отсеке были выполнены необходимые действия по его герметизации для предотвращения поступления воды. Однако вода стала поступать в 9-й отсек из 8-го отсека через поврежденную пожаром систему вентиляции. Возможность использования оставшимися в живых членами экипажа всплывающей спасательной камеры отсутствовала из-за разрушения носовых отсеков корабля, поэтому они стали готовиться к выходу на поверхность через спасательный люк с использованием имевшегося в наличии в исправном состоянии спасательного снаряжения подводников. Об этом свидетельствует содержание записки капитан-лейтенанта Колесникова, а также обнаруженные в ходе осмотра 9-го отсека средства спасательного снаряжения, приготовленного экипажам к использованию по назначению.

Следствием было установлено, что, несмотря на острую стрессовую ситуацию и сложившиеся экстремальные условия, оставшиеся в живых подводники действовали организованно, целеустремленно, не были подвержены паническим настроениям, и под руководством офицеров предпринимали вес возможные меры к спасению корабля и экипажа, действуя при этом грамотно и самоотверженно. Личный состав БЧ-5 после катастрофы, оставаясь на боевых постах, убедились в том, что реакторы надежно заглушены, организовано перешли в 9-й отсек. К нашему величайшему сожалению все предпринятые поисково-спасательные операции не могли привести к спасению оставшихся в живых после взрывов людей.

В ходе проведенных судебно-медицинских экспертиз установлено, что члены экипажа АПРК "Курск", находившиеся в 1-м и 2-м отсеках корабля, погибли в результате первого взрыва от полученных травм, а те, кто смог пройти в 9-й отсек, - не позднее 8-ми часов после начала катастрофы вследствие пожара от отравления угарным газом. Отравление угарным газом произошло практически мгновенно в условиях резкого и неожиданного повышения давления, которое стало возможным из-за, поступления в 9-й отсек большого объема воды и уменьшения в нем воздушного пространства.

Согласно выводам экспертов, все находившиеся в 9-ом отсеке подводники погибли от отравления продуктами горения не позднее, чем через 8 часов после взрывов, то есть не позднее 19 часов 30 минут 12 августа 2000 г. В связи с этим к моменту обнаружения затонувшего АПРК "Курск" спасти кого-либо из них было уже невозможно.

Установлено, что эвакуация экипажа через спасательный люк с использованием глубоководных аварийно-спасательных аппаратов АС-34 и АС-36 в ходе поисково-спасательной операции также была невозможна из-за образовавшейся негерметичности люка, что явилось следствием деформации (углублений) верхней крышки спасательного люка. Эта деформация произошла во время катастрофы, вероятно от удара массивными фрагментами конструкции носовой части корабля, отделившимися в результате взрывов.

Курск помнит о "Курске"


В ноябре 2001 года 12 из 118 членов погибшей АПРК "Курск" были похоронены в Курске на Мемориале памяти павших. Это: Старший лейтенант Сергей Узкий, старшина 2-й статьи Юрий Анненков, старший мичман Виктор Кузнецов, матрос Роман Кубиков, старшина 2-й статьи Роман Аникиев, матрос Олег Евдокимов, старший мичман Иван Цимбал, старший мичман Сергей Калинин, старший мичман Василий Кичкирук, старший матрос Дмитрий Миртов, матрос Алексей Некрасов, матрос Дмитрий Старосельцев. Кроме того, 18 семей погибших моряков переехали жить в Курскую область. Лишь семь из них были выходцами из Соловьиного края, остальные прибыли сюда по приглашению руководства области и города. Пережить горе вместе - легче. Теперь уже в полном смысле курские семьи подводников создают Совет семей членов экипажа "Курск", возглавила который мать погибшего матроса Дмитрия Старосельцева - Валентина Старосельцева.

"Совет был образован, прежде всего, для того, чтобы оказывать помощь родным погибших ребят, ведь многие оказались одни в незнакомом городе. Еще одно, не менее важное, направление нашей деятельности - увековечение памяти погибших. Так, в Курске на Мемориале памяти павших был установлен памятный знак. В Северо-Западном районе города - памятник из обработанного фрагмента погибшей лодки, а также посажена аллея из 118 березок. В Михайловском храме имеется мемориальная доска с именами членов экипажа подлодки. В ближайших планах - окончание работ на Мемориале павших. Мы хотим установить здесь памятный знак в виде фигуры ангела, проект уже разработан курским скульптором Николаем Криволаповым, но пока, к сожалению, нет средств", - рассказала Валентина Старосельцева.

Совет семей членов экипажа "Курск" активно сотрудничает с администрацией города, которая оказывает им посильную помощь. "Но, в общем-то, семьи подводников своим положением не злоупотребляют, обращаются действительно только в случае крайней необходимости. Они уже обжились в Курске, и со многими проблемами справляются сами", - рассказали представители курской мэрии.

Несмотря на то, что со времени страшной трагедии прошло уже шесть лет, Курск о погибших моряках не забывает. "По роду своей деятельности мне много приходится общаться и с Санкт-Петербургом, и с Севастополем. Но так как помнят и чтят память наших ребят в Курске, такого больше нет нигде", - считает Валентина Старосельцева.

Вот только один факт. Именно в Курске на базе ПУ N19 существует единственный в России музей экипажа АПРК "Курск".

"Один из погибших моряков "Курска" - Олег Евдокимов, - учился когда-то в нашем училище. После того, как произошла эта трагедия, коллектив, преподаватели ПУ решили создать специальный уголок в память о нем. Со временем родственники живших или захороненных в Курске моряков стали приносить какие-то личные вещи, фотографии, письма, таким образом, и появился наш музей", - рассказал директор ПУ 19 Александр Белугин.

Музей открыт для всех желающих. Основными же его посетителями являются курские школьники - для них здесь организованы специальные экскурсии. Кстати, в курской школе 18, воспитывающей морских кадетов, существует музей об истории российского флота, отдельная экспозиция которого посвящена АПРК "Курск". Очередную годовщину гибели атомной субмарины Курск отметит скромно. Традиционное возложение венков к могиле-памятнику подводникам на городском мемориальном комплексе начнется в 10 час. 30 мин, затем здесь же священники отслужат литию по погибшим. После чего в гарнизонном Доме офицеров состоится поминальный обед, на который приглашены представители областной и городской администрации, члены общественных организаций, курские кадеты.

В истории российского ВМФ трагедия "Курска" не единична

Автор: Роза Цветкова, источник: www.strana.ru

В истории российского ВМФ трагедия "Курска", к сожалению, не единична. Из-за технического несовершенства, ошибок экипажей атомные подводные лодки гибли регулярно. Было место и подвигу, и техническим неполадкам, и попросту глупости, и каждый раз мы все думали, что это больше не повторится, что наши корабли будут всегда возвращаться на базы, а моряки в семьи. Спустя шесть лет после завершения всех этапов спасательной операции в Баренцевом море вера в это все еще присутствует, но уверенности, увы, нет.

В 1989 году наша страна впервые в своей истории в реальном масштабе времени благодаря гласности, провозглашенной тогдашним генсеком Компартии Михаилом Горбачевым, переживала трагедию атомной подводной лодки проекта 685 "Плавник" из состава 6-й дивизии 1-й флотилии Северного флота "Комсомолец". Он погиб 7 апреля 1989 года в 17 часов 08 минут в Норвежском море. На глазах всего мира, почти в прямом эфире ведущих телеканалов планеты, лодка из-за возникшего на борту пожара тонула в водах Северного моря. Не сопереживать советским морякам было невозможно. Мужество, с которым они боролись за собственные жизни и корабль, было очевидным. Но, вместе с тем, даже у неспециалиста возникало множество вопросов. Например, почему утонул считавшийся непотопляемым и одним из самых совершенных на тот момент наших атомоходов? Почему вместо одного герметично закрывающегося отсека пожар распространился почти по всему кораблю? И почему, наконец, моряки не смогли воспользоваться спасательными средствами?

На эти вопросы флот до сих пор не получил ни одного внятного ответа. Ни командование флотом, ни промышленность так и не подготовили для моряков каких-либо инструкций о том, как нужно правильно действовать в экстремальных условиях. Не было проведено разбора того, что надо делать, чтобы не допустить самого факта возникновения таких ситуаций. Технические причины аварии АПЛ "Комсомолец" - секрет. Внесло ли проектировавшее лодку ЦКБ "Рубин" какие-либо конструктивные изменения в конструкцию новых кораблей, в том числе и таких, как АПКР "Курск", неизвестно. Нет данных о том, принимались ли какие-то меры по повышению качества строительства лодок на Северодвинском машиностроительном предприятии.

"В ВВС, например, - говорит подводник, автор книги "Тайны подводных катастроф", Герой Советского Союза вице-адмирал Евгений Чернов, - при приеме в эксплуатацию нового истребителя всегда предупреждают пилота о том, при каких режимах полета самолет эксплуатировать нельзя и как действовать, если машина все-таки оказалась в такой ситуации. На флоте ничего этого нет. Между тем атомная подводная лодка значительно сложнее любого истребителя...".

Через 11 лет "Курск" стал заложником подобной секретности. По официальной версии следствия, виновницей гибели АПЛ стала 650-миллиметровая торпеда. На флоте эти машины с самого начала их эксплуатации вызывали много нареканий. Они не только оказались очень сложными в обслуживании, но и часто "текли". При попадании компонентов топлива в отсек мог произойти объемный взрыв. Для недопущения возникновения этой ситуации командирам АПЛ при обнаружении "течи" разрешалось выбрасывать дорогостоящие торпеды за борт. На "Курске" сделать этого либо просто не успели, либо не решились. Хотя трудно поверить, что командир корабля капитан 1 ранга Геннадий Лячин не знал о проблемах с торпедой. Скорее, можно предположить, что как раз зная и видя (о неполадках одной из торпед стало известно еще на базе в момент их загрузки в АПЛ), какими торпедами ему предстоит произвести учебные стрельбы, он, тем не менее, принял решение идти в море. Ведь откажись он, и обещанная за предыдущую боевую службу в Средиземном море Звезда Героя могла бы быть не вручена. А сам подводник стал бы предметом постоянного склонения на всех подведениях итогов боевой подготовки флота как командир, неспособный выполнить элементарное упражнение - пуск учебно-боевой торпеды.

Единственным выводом из катастрофы "Курска", сделанным на ВМФ, стал приказ бывшего главкома Владимира Куроедова о необходимости снятия с вооружения АПЛ злополучных торпед. Но снятие с лодок "текущих" торпед еще не означает, что их убрали с вооружения флота. Все машины находятся на складах хранения и в случае необходимости будут возвращены на корабли. То, что это может произойти, не вызывает у экспертов сомнений. Дело в том, что более эффективной и скоростной машины (скорость хода 650-миллиметровой торпеды составляет 50 узлов, в то время как у самого быстроходного корабля - 35 узлов) на флоте просто нет и не предвидится. Так что со временем, после того, как забудутся причины катастрофы АПЛ "Курск", не исключено, что моряки снова пойдут на боевые службы с злополучными 650-миллиметровыми торпедами.

Впрочем, это один из самых худших сценариев развития флота. Хочется, чтобы все было по-другому. Во время недавнего посещения Северодвинского машиностроительного предприятия, где строятся все наши АПЛ, вице-премьер - министр обороны Сергей Иванов заявил, что лодки проекта 949 нам больше не нужны. Глава Минобороны имел в виду, что построенную на 80 процентов аналогичную погибшему "Курску" АПЛ "Белгород" достраивать не будут. Ее уже готов сменить подводный атомоход нового 855 проекта типа "Ясень". Эти лодки более совершенны в военном плане. Несут более современные системы ракетного и торпедного вооружения. Возможно, что по этому критерию они окажутся и более безопасными в повседневной эксплуатации.

Правда, как считают большинство самих подводников, чтобы ни делалось в целях обеспечения безопасности подводного плавания конструкторами и моряками, служба на подводной лодке все равно сродни курению в пороховом погребе. Слишком уж много на подводных кораблях сосредоточено приборов и механизмов, работа которых трудносовместима даже в нормальных условиях, не говоря уже об ограниченных объемах лодочных отсеков. В этих условиях только профессиональная выучка и опыт подводников позволяют эксплуатировать их нормально и с минимальным риском для жизни.

Список послевоенных потерь подводного флота СССР и России (по данным сайта "Штурм глубины"):

15.12.1952 "С-117" (тип "Щ" V-бис серии) при боевой подготовке (БП) погибли все 52 человека экипажа.
12.08.1956 "М-259" (проект А615) при БП погибла часть экипажа - 4 человека.
21.11.1956 "М-200" (тип "М" XV серии) при БП погибла часть экипажа - 28 человек.
26.09.1957 "М-256" (проект А615) при БП погибли все 35 членов экипажа.
27.01.1961 "С-80" (проект 644) при БП погибли все 68 членов экипажа.
03.07.1961 "К-19" (проект 658) при БП погибла часть экипажа - 8 человек.
11.01.1962 "Б-37" (проект 641) при БП в базе погибла часть экипажа - 59 человек.
11.01.1962 "С-350" (проект 633) при БП в базе погибла часть экипажа - 11 человек.
08.09.1967 "К-3" (проект 627) на боевой службы (БС) погибла часть экипажа - 39 человек.
08.03.1968 "К-129" (проект 629А) на БС погибли все 97 членов экипажа.
24.05.1968 "К-27" (проект 645) при испытаниях погибла часть экипажа - 9 человек
12.04.1970 "К-8" (проект 627А) на БС погибла часть экипажа - 52 человека.
24.02.1972 "К-19" (проект 658М) на БС погибла часть экипажа - 28 человек.
14.06.1973 "К-56" (проект 675) в полигоне, при боевой подготовке (БП) погибла часть экипажа - 26 человек.
25.01.1975 "К-57" (проект 675) при БП на базе погибла часть экипажа - 2 человека.
24.09.1976 "К-47" (проект 675) на БС погибла часть экипажа - 3 человека.
16.01.1977 "К-115" (проект 627А) погиб в полигоне БП 1 человек.
28.12.1978 "К-171" (проект 667Б) при БП погибла часть экипажа - 3 человека.
21.10.1981 "С-178" (проект 613В) в полигоне при БП погибла часть экипажа - 31 человек.
??.12.1981 "БС-486" (проект 940) в полигоне при БП погибла часть экипажа - 2 человека.
28.09.1982 "К-131" (проект 675) при БП в базе погибла часть экипажа - 2 человека.
24.06.1983 "К-429" (проект 670А) в полигоне при БП погибла часть экипажа - 16 человек.
20.08.1983 "К-122" (проект 659Т) на БС погибла часть экипажа - 14 человек.
18.06.1984 "К-131" (проект 675) на БС погибла часть экипажа - 13 человек.
23.10.1984 "К-424" (проект 667БДР) в базе погибла часть экипажа - 2 человека.
10.08.1985 "К-431" (проект 675) во время испытаний на заводе погибла часть экипажа - 10 человек.
03.10.1986 "К-219" (проект 667АУ) на БС погибла часть экипажа - 6 человек.
18.02.1987 "Б-33" (проект 641) при БП в полигоне погибла часть экипажа - 5 человек.
25.01.1988 "К-178" (проект 658М) погиб на боевом дежурстве в базе 1 человек.
12.02.1988 "К-14" (проект 627А) погиб при БП в базе 1 человек.
07.04.1989 "К-278" (проект 685) на БС погибла часть экипажа - 42 человека.
05.09.1990 "Б-409" (проект 641) погиб при БП в базе 1 человек.
12.08.2000 "К-141" (проект 949А) в полигоне при БП погибли все 118 членов экипажа.
30.08.2003 "К-159" (проект 627А) при буксировке погибла часть экипажа - 9 человек.

На протяжении всех этапов спасательной операции по подъему АПЛ "Курск" всю официальную информацию в весьма оперативном режиме можно было получить, зайдя на сайт "Курск. Страна.Ru". Многие материалы - выводы следственных комиссий. комментарии властных структур, фотодокументы, рассказы очевидцев, - актуальны до сих пор. Страна.Ru приводит фрагмент статьи, позднее вошедшей в книгу одного из авторов сайта "Курск. Страна.Ru" Владимира Шигина, посвященной трагедии атомной подводной лодки.

Любое происходящее в мире событие, а тем более событие трагическое, зачастую предваряется совершенно невероятными предзнаменованиями. К сожалению, их сокровенный смысл люди обычно начинают понимать уже после того, как трагедия случается. Последний поход "Курска" сопровождался многими предчувствиями, значение которых родственики моряков осознали лишь несколько дней спустя...

Оказалось, что и в случае с гибелью атомохода "Курск" не обошлось без предзнаменований и предчувствий. Что касается некоторых членов экипажа, то в отношении них высшие силы буквально не могли до самого последнего момента определить, кому и какую судьбу даровать.

А начать надо с самого корабля. Cудьба "Курска" складывалась вполне счастливо, может, даже слишком. Корабль оказался одним из немногих, которые удалось достроить в середине 90-х годов, когда под автоген шли почти самые современные корабли. Именно "Курску" довелось после многолетнего отсутствия нашего флота на Средиземном море первому ворваться на его просторы и посеять настоящую панику в 6-м флоте США. Именно "Курск" должен был осенью этого года вновь вернуться туда же в составе мощной эскадры и поставить тем самым победную точку в истории российского флота 20 века. Но последнего, увы, не произошло...

Сейчас очевидцы вспоминают, что многие, очень многие считали этот корабль счастливым и завидовали тем, кто служил на нем. Да и сами члены экипажа по праву считали себя избранниками судьбы. Вспомним, однако, что еще римляне боялись называть себя счастливыми, говоря, что боги счастливцев не любят.

Кадры видеохроники сохранили момент крещения корабля. Непонятно почему, но вопреки всем традициям бутылку шампанского о борт новопостроенного подводного крейсера разбила не избранная экипажем крестная мать корабля (эту роль должна в соответствии с неписаными морскими законами исполнять только женщина), а сам его первый командир. Почему так произошло, почему был столь необдуманно нарушен устоявшийся веками обряд корабельного крещения, однозначно сказать теперь трудно. Возможно, с этого в общем-то внешне достаточно невинного происшествия и началась цепь событий, приведших к трагедии 12 августа 2000 года.Cейчас вспоминается, что в казарме экипажа "Курска" на самом видном месте был помещен стенд "Координаты скорби", посвященный погибшему атомоходу "Комсомолец".

В умывальной комнате казармы находилось большое зеркало. Буквально за несколько дней до последнего выхода "Курска" в море оно треснуло. Тогда многие, глядя на него, подумали, что это не к добру...

Был в дивизии, куда входил "Курск", и свой талисман - всеобщий любимец пес по кличке Бриг. Каждую уходящую в море и возвращающуюся лодку Бриг всегда провожал и встречал на причале. "Курск" был первой лодкой, которую Бриг не проводил. Буквально за несколько дней до последнего выхода "Курска" пес был растерзан стаей бродячих собак. Подводники похоронили собаку на берегу бухты и пошли в море...

"Курск" очень много ходил в море, и тот, последний выход в августе, был самым заурядным. Однако почему-то именно тогда целый вал недобрых предчувствий обрушился на членов экипажа и их семьи. Многие видели пророческие сны, вокруг происходили какие-то необъяснимые вещи.

Вдова старшего лейтенанта Ерахтина Наташа вспоминает, что ее муж, уже выйдя за дверь, внезапно вернулся обратно и долго молча смотрел на свою жену.

- Почему ты смотришь и молчишь? - спросила она.

- Просто хочу тебя запомнить! - ответил он ей.

Тогда он впервые забрал с собой фотографии дочери, сказав, что теперь они будут всегда с ним.

В семье капитан-лейтенанта Репникова первой беду почувствовала находившаяся за тысячи километров от места трагедии дочь Даша. Именно 12 августа в день гибели отца с ней произошла, казалось бы, беспричинная страшная истерика, и взрослые долго не могли понять, что к чему.

Старший мичман Казадеров, собираясь на службу, показал своей супруге старый шрам на ноге и сказал:

- По этому шраму ты всегда сможешь меня опознать!

Слова мужа были настолько необычны, что жена запомнила их навсегда.

Кок корабля старший мичман Беляев, по воспоминанию его жены, буквально за день до последнего выхода "Курска" вдруг ни с того ни с сего сказал:

- Ты бы знала, как мне не хочется погибать в море!

Тогда супруга не отнеслась серьезно к словам мужа, страшный смысл их дошел до нее только несколько дней спустя...

Капитан-лейтенант Дмитрий Колесников, тот самый, что находясь в девятом отсеке, сумел написать записку, внесшую столько ясности в ход развития катастрофы, уходя в свой последний поход, почему-то оставил дома нательный крест, который всегда был на нем.

Начальник штаба дивизии капитан 1 ранга Владимир Багрянцев вообще до последнего момента не знал, на какой из двух выходящих в море лодок он пойдет. Все решилось в самый последний момент. Владимир Багрянцев являлся автором весьма популярного на Северном флоте застольного тоста, в котором самым невероятным образом провидчески предугадал собственную смерть. Последнее четверостишие этого тоста звучит так:

Ну а если случится такое -
По отсекам пройдет ураган,
Навсегда экипаж успокоя ...
Я за них поднимаю стакан!

Почему он не написал ни о пожаре, ни о затоплении, а именно "по отсекам пройдет ураган"? Ведь гибель лодки была именно такой: страшной силы взрыв, разрывая межотсечные переборки, огненным ураганом прошелся по ней, уничтожая на пути все живое. Совпадение или озарение?

К слову, капитан 1 ранга Багрянцев был очень верующим человеком и мечтал, чтобы в его гарнизоне Видяево поставили церковь. Церковь поставили, но причиной этого стала гибель его и его товарищей...

Знакомясь с судьбами членов экипажа "Курска", поражаешься, насколько была она милостива к одним и жестока к другим.

Боцман лодки старший мичман Мизяк был отпущен командиром на несколько дней, чтобы встретить возвращавшуюся из летнего отпуска семью. Вместо него пошел в море товарищ с соседнего корабля.

Мичмана Корнилова спасла, сама того не подозревая, мать. Незадолго до гибели "Курска" она попала в автокатастрофу и в тяжелом состоянии была доставлена в реанимацию. По телеграмме Корнилов был отпущен. Так мать второй раз подарила жизнь своему сыну. Сегодня она, наверное, одна из счастливых матерей на свете, ибо своими страданиями и муками подарила сыну вторую жизнь. Сколько матерей с "Курска" мечтали бы оказаться на ее месте! Увы, этот жребий выпал только ей!

Капитан 2 ранга Казогуб опоздал из отпуска к отходу лодки всего лишь на два дня, скорее даже не опоздал, а "Курску" на два дня перенесли время выхода, что капитана 2 ранга Казогуба и спасло. Последний, кому в самый последний момент была дарована жизнь свыше, оказался химик лодки мичман Несен. Дело в том, что, помимо основной специальности, он исполнял обязанности внештатного финансиста. Когда "Курск" уже готовился к отходу, командир корабля капитан 1 ранга Геннадий Лячин вызвал мичмана и приказал сойти на берег, чтобы он успел получить в финансовой части зарплату и по приходу "Курска" в базу раздал ее экипажу. Мичман Несен раздавал зарплату уже вдовам...

Капитан 3 ранга Мурат Байгарин в июле месяце поступил учиться в академию. В Видяево вернулся, чтобы оформить документы и забрать семью. В море его просто попросили сходить, подстраховать молодого командира боевой части, да и выход был всего-то на три дня... Помощник флагманского механика дивизии капитан 2 ранга Василий Исаенко вообще не должен был идти в тот раз в море. Помфлагмеха надо было делать обширный отчет, на берегу же его все время отвлекали всевозможными вводными, и тогда он решил выйти в море, чтобы там, не отвлекаясь, закончить всю накопившуюся бумажную работу. Прихватив компьютер, капитан 2 ранга Исаенко прибыл на "Курск" перед самым отходом.

Отец капитан-лейтенанта Алексея Шевчука, офицер запаса, командовал одним из видяевских буксиров. Именно он 10 августа помогал выходить в последний поход "Курску". Если бы только мог знать отец, что он своими руками отправляет сына навстречу его гибели!

Отец капитан-лейтенанта Бориса Гелетина капитан 1 ранга Владимир Гелетин, как офицер штаба Северного флота, лично планировал, разрабатывал и руководил учениями, в ходе которых погиб его сын. Мог ли он представить себе, что в очерченном им на карте учебном полигоне буквально через несколько дней найдет смерть его Борис?

Много необычного происходило и в природе. К примеру, в день, когда родственники погибших отправились в море на госпитальном судне "Свирь" для возложения цветов, вода в бухте внезапно сделалась необыкновенно-сверкающего бирюзового цвета, которого не помнили даже местные старожилы.

В тот день, когда женам и матерям в видяевском доме офицеров выдавали свидетельства о смерти мужей и сыновей, небо над Видяево внезапно буквально за несколько минут стало необыкновенно золотого цвета, да еще и с двойной радугой. Это было настолько необычно, что люди, останавливаясь, подолгу смотрели в небо, словно пытаясь получить от него утешение своей беде.

И наконец, последнее, тоже достаточно невероятное явление. В день, когда лодку подняли на поверхность и она в сцепке с баржей "Giant" направилась в свой действительно уже последний путь, походный ордер неожиданно окружила огромная стая дельфинов. Они сопровождали "Курск" до самого Кольского залива, потом неожиданно развернулись и словно растворились в морских глубинах.

Интервью: Владимир Куроедов

На протяжении всего периода катастрофы атомной подводной лодки "Курск" и последующей многоэтапной спасательной операции по поднятию тел погибших моряков и самой АПЛ Военно-морской флот России возглавлял главком ВМФ адмирал флота Владимир Куроедов. Страна.Ru попросила экс-главнокомандующего ВМФ, ныне председателя правления региональной общественной организации "Клуб адмиралов", прокомментировать некоторые моменты, связанные с гибелью атомного подводного крейсера "Курск".

- Владимир Иванович, прошло уже шесть лет, на протяжении которых, наверное, каждого из нас не оставляли сомнения, а все ли было сделано для спасения "Курска"? Были ли сделаны выводы и уроки после трагедии?

- Уроки были извлечены. Это однозначно. Но главное, наверное, не в том, чтобы признать это, а в том, чтобы все выводы, все ошибки были затем учтены и претворились в практику в том истинно правильном смысле, в каком необходимо их принять. Вот это основа всех выводов. И то, что уже шесть лет флот живет, работает и решает задачи своими силами, подводными, это тоже подтверждение правильности той причины, которая была найдена и устранена после расследования всех аспектов случившегося с "Курском". Я имею в виду тот факт, что после того, как была озвучена официальная причина аварии - взрыв 650-миллиметровой торпеды на борту и последующая детонация остальных, - командованием флота было принято решение об исключении этой проблемной торпеды с вооружения всех действующих атомных подводных лодок.

- Если говорить о проблемности этой торпеды, получается, что не только в ситуации с АПКР "Курск" она привела к трагедии?

- Да, такие случаи, к сожалению, были, и не только в отечественной, но и в международной практике. Плохо, что в свое время не были сделаны выводы о трагедиях на других флотах, в том числе на западных, в связи с таким же торпедным изделием, которое было на "Курске".

- Несмотря на то, что следствием была озвучена версия причин гибели атомной лодки, многие люди, включая и специалистов, до сих пор сомневаются в ее правильности. На ваш взгляд, почему это происходит? Действительно ли власть тогда сказала правду, или же осталось что-то недосказанное?

- То, что у людей есть сомнения, это правильно. Сомневаться надо всегда и во всем. Я хочу сказать, что на первом этапе, когда мы все стали разбираться, а что же все-таки произошло с лодкой, и у ВМФ не было и не могло быть абсолютно точных объяснений случившегося, как вы помните, высказывалось несколько версий, включая и торпедирование, в том числе и иностранной подводной лодкой. Но, заметьте, тогда впервые в истории страны, да и вообще в мировом масштабе, мы начали освещение этого вопроса - о причинах аварии, в открытом режиме, в реальном времени. Конечно, были совершены ошибки информирования - флот, так же как и вся страна, учился открытости. Все предыдущие трагедии - страна ведь вообще о них не знала, - а это был прямой показ всего происходящего, со всеми этапами операции. Ну, и потом была произведена очень тщательная работа следствия, Генеральной прокуратуры, личного участия генерального прокурора со своим аппаратом в этой работе. Все эти факторы привели, на мой взгляд, к той единственно верной причине, на которую в результате мы все и вышли.

- Все ли, что можно было, сделали для близких и родственников погибших моряков?

- Все просьбы, обращения со стороны родственников и близких экипажа "Курска" были удовлетворены. И я уверен в том, что если они возникают сейчас и будут возникать в дальнейшем, флот и сегодня, и далее будет продолжать их решать.

- Какие лично у вас ощущения, спустя шесть лет после трагедии?

- (Долго молчит). Я хочу еще раз принести извинения и от флота, и от себя лично за случившееся 12 августа 2000 года. Для меня это было и останется навсегда болью и трагедией.

- На протяжении первых лет после гибели АПЛ, и даже после того, как был поднят на поверхность основной корпус "Курска", было обещано, что впоследствии будут подняты и остатки от первого отсека. Почему, как вы считаете, этого не произошло?

- Со стороны ВМФ никто таких обещаний не давал, этого не было никогда. И, таким образом, этот вопрос не ко мне. Хочу только заметить, что поднимать обломки первого отсека со дна Баренцева моря было очень взрывоопасно и небезопасно. Все эти факторы были очень тщательно изучены, и была признана необходимость уничтожения отсека на грунте.

- Какими вы видите перспективы флота? Какие его направления нужно развивать, чтобы он оставался гордостью и славой нашей страны?

- Важно, на мой взгляд, видеть перспективу на очень многие годы вперед. Нужна целевая программа, и для этого необходимо понять, каким мы хотим видеть наш российский флот, в каких целях его использовать. И уже тогда создавать проекты, и, хочу подчеркнуть, не на 10 лет, а на многие десятилетия вперед. И тогда, когда станет понятно и видно, что сегодня руководителю предприятия легче, дешевле, целесообразнее заложить четыре или, скажем, 10 корпусов АПЛ, то зачем же ему закладывать один механизм, чтобы растягивать и экономику, и время. Нужна, я повторюсь, целевая стратегическая и, что важно, государственная программа развития флота. Вот что важно понять и увидеть.

Этот ведь вопрос очень часто звучит: а какой флот нам нужен? И нужен ли он нам таким, как есть? И это нормальные, правильные вопросы, и на них флот готов ответить, но только это надо все на уровне не ВМФ решать. Это задача государственная - правительства: дать ответ на этот вопрос.

- А судьба, в частности, Черноморского флота может проглядываться на перспективу, скажем, дальше 2017 года, когда закончится у нас срок договоренностей об аренде на территории сопредельного государства?

- Она не только должна просматриваться, а обязана. И по Черноморскому и по любому другому флоту необходимо смотреть, повторяю, на 30, 40, а, может быть, и на 50 лет вперед. А мы, зачастую, к сожалению, смотрим на эти проблемы со вчерашних позиций. Но меня сейчас беспокоит, хотя я не знаю, может быть, есть уже эти ответы у главкома ВМФ Масорина, серийное строительство под тот флот, который должен быть у России в будущем.

Хроника

12 августа 2000 г. В 23 часа 30 минут "Курск" не вышел на связь и в соответствии с требованиями нормативных документов подводная лодка была объявлена "аварийной". Были подняты по тревоге поисково-спасательные силы флота, которые вышли в район вероятного нахождения корабля и начали его поиск. Две американские подлодки и норвежский институт сейсмических исследований зарегистрировали два мощных взрыва в Баренцевом море. Российские военные в 11 часов 44 минуты в районе нахождения "Курска" зарегистрировали третий взрыв.

13 августа 2000 г. В 4 часа 36 минут гидроакустической аппаратурой крейсера "Петр Великий" был обнаружен корабль, лежащий на грунте. В 7 часов 00 минут Министр обороны Сергеев доложил президенту, что лодка найдена, и будет предпринята попытка спасти экипаж. В 10 часов 00 минут на место трагедии прибыли спасательные суда Северного флота. В 18 часов 00 минут прошел первый спуск спасательного аппарата. Однако при касании корпусом лодки спасательный снаряд ударился о нее и вынуждены был всплыть. Через 30 минут попытка была повторена, однако спасательный аппарат не сразу нашел подлодку. По данным военных источников, признаки жизни экипаж "Курска" подавал до 14 августа. Это был сигнал "СОС - вода".

14 августа 2000 г. C 11 часов 03 минуты информационные агентства, телеканалы со ссылкой на пресс-службу Северного флота сообщили о "неполадках на атомной многоцелевой подводной лодке "Курск". Подводники, по утверждению военных, были живы, и связь с ними осуществлялась "через условные сигналы методом перестука".

15 августа 2000 г. В акватории Баренцева моря в 20.00 мск начались аварийно- спасательные работы по оказанию помощи атомной подводной лодке "Курск". В работах участвовалит 15 боевых кораблей и судов Северного флота.

16 августа 2000 г. Bечером командование ВМФ получило санкцию президента России на привлечение иностранной помощи для спасения атомной подводной лодки "КУРСК". Спасательным аппаратам не удалось пристыковаться к "Курску". В ВМФ сослались на сильное придонное течение и крен лодки, которые помешали закрепиться на корпусе субмарины.

17 августа 2000 г. Bсе попытки пристыковать спасательную капсулу к люку подводной лодки вновь окончились неудачей. Норвежский корабль с британской мини-субмариной LR-5 и спасателями на борту вышел из Трондхейма и направился в район бедствия. Судно с норвежскими водолазами подойдет позже.

18 августа 2000 г. Достоверных данных о состоянии лодки и экипажа по-прежнему нет.

19 августа 2000 г. Вечером в район бедствия подошло норвежское судно с британской мини-подлодкой LR-5.

20 августа 2000 г. Начался международный этап спасательных работ по попытке спасти экипаж АПЛ "Курск" с участием норвежских и британских водолазов и техники. К 17 часам норвежским водолазам удается отвернуть вентиль аварийного люка "Курска". Норвежцы заявили, что зеркало комингс-площадки (отшлифованная поверхность для герметичности стыковки) вопреки заявлениям представителей ВМФ не деформировано.

21 августа 2000 г. В 13 часов 35 минут норвежские водолазы открыли внутренний люк подлодки "Курск", в девятом отсеке оказалась вода. В 17 часов 07 минут официально объявлено о гибели экипажа подводной лодки.

22 августа 2000 г. Президент России своим указом объявил 23 августа днем траура и во второй половине дня вылетел в Североморск.

Он был совершенно счастлив, став старпомом на "Курске"

Капитан 2 ранга Сергей Дудко, старший помощник командира АПЛ "Курск", - потомственный военный моряк, вырос в Видяево. После окончания военно-морского училища он снова вернулся сюда, чтобы однажды уйти из родного гарнизона уже навсегда...

Из служебной характеристики курсанта Дудко: "Успеваемость отличная. Принципиален и объективен в суждениях. Самостоятелен. Решителен. Выдержан. Спокоен. Способен уверенно действовать в сложной обстановке. Средний балл по успеваемости - 4,51. Неоднократно объявлялся отличником учебы. Ответственен. Общителен. Вежлив, тактичен. Всегда готов оказать помощь товарищам".

Добавить к изложенному в документе можно лишь то, что к выпуску из училища главный старшина Дудко был уже старшиной роты - а это для тех, кто знает специфику курсантской жизни, говорит о многом!

Уже офицером Сергей Дудко принял участие в августе 1994 года в походе атомохода Б-414 под командованием капитана 1 ранга Кузьмина к Северному полюсу, где во время нештатной ситуации проявил мужество и высокий профессионализм. Вот как об этом сказано в его аттестации:

"...В ходе выполнения боевой задачи проявил отвагу и мужество при возникновении аварийной ситуации в первом отсеке из-за короткого замыкания в приборе 66 МГК-500. Действуя быстро и решительно, капитан-лейтенант Дудко предотвратил возгорание и задымленность отсека, устранил аварийную ситуацию, способную привести к тяжелым последствиям".

За совершенный подвиг он был награжден медалью "За отличие в воинской службе" 2-й степени.

На боевую службу Сергей ушел инженером группы, а вернулся уже командиром. Затем были командирские классы, также оконченные с отличием. Начальники пророчили Сергею прекрасную карьеру, а товарищи верили в его восходящую звезду, ведь далеко не многие в тридцать лет надевают погоны капитана 2 ранга.

Но, наверное, более всех верила в будущее своего мужа его жена и верный друг Оксана. История их любви достойна отдельного романа.

Оксана и Сергей учились вместе с первого класса в видяевской средней школе и искренне надеялись, что светлое чувство первой любви пронесут через всю жизнь+

Оксана Дудко - сильный человек. Внешне она держится очень хорошо и даже пытается улыбаться. Только глаза да горькая складка у губ выдают ее внутреннее состояние. Мы встретились с ней в комнате боевой славы видяевского Дома офицеров, куда Оксана забежала по дороге в госпиталь, чтобы отдать на пересъемку семейные фотографии. К моему удивлению, Оксана сразу же согласилась пообщаться.

- Спрашивайте, что вас интересует, - а я буду отвечать! - сказала она.

Разумеется, меня интересовало все. Согласитесь, что взаимная любовь еще со школьной скамьи - сегодня не столь частое явление.

- Мы с Сергеем не были одноклассниками - учились в параллельных, - рассказывает Оксана. - И по-настоящему разглядели друг друга только к восьмому классу. После школы вместе поехали поступать в Ленинград. Сережа в военно-морское училище, а я - в политехнический техникум. За себя я, честно говоря, не слишком волновалась. Беспокоилась больше за Сережу. Знала: если он поступит - я буду как за каменной стеной. Поступили оба. На четвертом курсе поженились, спустя некоторое время родился сын - Костя.

Бегающая рядом двухлетняя Софья, младшая дочь Сергея и Оксаны, теребит маму, ей уже скучно и хочется на улицу.

- Сереже очень повезло с первым командиром. Это был Герой России Кузьмин. Но и трудностей было немало. На службе очень уставал, выкладывался полностью. После офицерских классов места на подводной лодке для Сергея не было. Кузьмин звал его к себе в Гаджиево, но я отговорила. Зачем Гаджиево, когда нам привычней в родном поселке? Согласился. Когда Сергей служил на АПЛ "Даниил Московский", его наградили медалью в честь 850-летия Москвы. Я тогда шутила, что надо еще получить награды в честь 900-летия Пинска и 80-летия Мурманска (в этих городах живут наши родители) - и будет полный комплект+ А когда Сергею предложили должность старпома на "Курске", он был совершенно счастлив! У нас принято называть экипаж по имени командира: "кузьминцы", "лячинцы". Я Сергею говорю: представляешь, если станешь командиром, - твоих будут именовать "дудковцами"! Смеялся.

Пойти старпомом к Лячину ему комдив предложил. Мишу Коцегуба, бывшего до него старпомом, направили на классы. По-моему, он тогда даже немножко обижен был. А получилось, что Сережа жизнь ему спас...

Известие об аварии Оксана встретила в Пинске, где отдыхала летом с детьми у родителей. Естественно, сразу примчалась в Видяево. Президент Беларуси Лукашенко обещал помочь с жильем и обустройством. Даже присылал в Видяево своего представителя. Если бы этим можно было смягчить боль+

Оксана собирается уходить. В госпитале с гайморитом лежит старший сын Костик, и они с Софьей торопятся к нему. После трагедии в видяевский госпиталь попало сразу несколько мальчишек, чьи отцы остались на "Курске". И хотя диагнозы у всех разные, врачи говорят однозначно, что все их болезни - на нервной почве. Костя просит маму принести ему папину фотографию, но Оксана не решается - боится, что сын будет все время плакать над ней...

Когда Костя был маленький, то, слыша разговоры отца о том, что он сегодня чуть не опоздал на автобус (на автобусах подводников доставляют из гарнизона в расположение дивизии), считал, что у него папа водитель этого самого автобуса, и очень этим гордился. Сейчас Костя мечтает о подводных лодках...

Я прошу Оксану рассказать, чем занимался и что увлекало Сергея в нечастые свободные минуты.

- Прежде всего - рыбалка, - говорит, немного подумав, она. -Причем рыбалка весенняя, в экстремальных условиях, когда льдины уже ломаются и плавают отдельно друг от друга. Из писателей самый любимый - конечно, Пикуль. Он его всего вдоль и поперек перечитал. Был фанатичным болельщиком футбола. Очень ждал начала олимпийских игр, чтобы всласть поболеть за наших. Не дождался... Что касается привычек, то Сережа был большим педантом. Все у него по полочкам, все на местах. Сам иногда шутил, что из него вышел бы хороший интендант+

Вспоминают сослуживцы капитана 2 ранга Дудко:

- Раньше Сергей служил на АПЛ "Даниил Московский": был инженером группы акустиков. В свое дело был влюблен. Технику знал в совершенстве. Никто не слышит сигнала, а он слышит! Из второй "автономки" привез одиннадцать подтвержденных контактов!

Когда назначили старпомом, в кратчайшие сроки сдал все зачеты на допуск.

Сколько помним Серегу - всегда он был тактичен и целеустремлен. С ним у командиров никогда не было проблем. Очень был обязательный: если что пообещал v выполнит обязательно, чего бы это ни стоило.

Автор документальной книги "Опустевший причал" Владимир Шигин собрал уникальный материал о каждом из 118 подводников, погибших на АПЛ "Курск"

За минувший год о Геннадии Петровиче Лячине было сказано и написано немало, и все же+ Есть в его биографии интересные факты, так много говорящие о характере командира погибшей подлодки.

Не все в службе Геннадия Лячина складывалось гладко и просто. Он уже был опытным командиром ракетной дизельной подводной лодки, когда началось очередное реформирование флота, и его корабль приговорили к списанию. Перед командиром встал вопрос: что делать дальше, где и как продолжать службу? Разумеется, можно было бы уйти на какую-нибудь береговую должность v это было не так уж сложно. Но Геннадий Петрович хотел по-прежнему выходить в море. И тогда он принял непростое решение v согласился стать старшим помощником командира в экипаже своего однокашника по училищу.

Что значит идти старшим помощником, когда ты уже постоял хозяином на ходовом мостике, - понять может только моряк. Геннадий Лячин перешагнул через собственную гордость и самолюбие. Не год и не два ходил он в старпомах, а целых пять лет. За это время изучил новую для него атомную технику, и после ухода в запас первого командира "Курска" был как наиболее достойный назначен на его место.

От кого-то в Видяево я услышал о Лячине такие слова: "Это был наш последний океанский командир!" Да, он был океанским командиром, потому что имел за плечами четыре боевые службы. Но дай Бог, чтобы он не был последним! Российский флот должен выходить на океанские просторы, а значит, ему так нужны настоящие командиры! Именно Геннадий Лячин вывел свой атомоход после долгого перерыва на просторы Средиземноморья, именно он сделал все от него зависящее для возвращения престижа отечественного флота. Он погиб, успев сделать лишь первый, но, возможно, самый важный и трудный шаг в этом направлении+

Родился будущий командир "Курска" в первый день 1955 года, в рабочей семье, под Волгоградом. В 1972 году окончил среднюю школу в Волгограде и поступил в высшее военно-морское училище подводного плавания, знаменитый Ленком. Летом 1977 года Лячин, получив лейтенантские погоны, был направлен для прохождения службы на Северный флот, на должность командира группы ракетной боевой части дизельной ракетной подводной лодки К-58. Затем была служба на других подводных лодках в различных должностях.

В октябре 1984 года Лячин - уже старший помощник командира. Из служебной характеристики старпома подводной лодки Б-77 капитана 3 ранга Г.П. Лячина: "Постоянно работает над повышением уровня командирской подготовки и знания сил и средств вероятного противника. Имеет практические навыки в самостоятельном управлении кораблем и применении оружия. Обладает хорошими командными и организаторскими способностями. В сложной обстановке ориентируется правильно, умело принимает грамотные решения".

А в октябре 1988 года капитан 2 ранга Г. Лячин вступил в самостоятельное командование дизельной ракетной подводной лодкой Б-304. Из представления на назначение командиром: "Допущен к самостоятельному управлению лодкой 651-го проекта. Накопил большой опыт плавания и выполнения задач боевой подготовки. Наплаванность составляет 743 ходовых суток, в надводном положении v 83 780 миль, в подводном - 19 564 мили... Выполнены две торпедные и одна ракетная учебная стрельбы, все с оценкой "отлично".

Спустя три года командир лодки собрался поступать в академию. Но осуществить эти планы ему так и не пришлось. Шел уже 1991 год - началось сокращение флота. Вывели из боевого состава и лодку Лячина. И тогда бывший командир уходит старпомом в соседнюю дивизию на ракетный атомоход. Еще пять лет прослужил он повторно в старпомовской должности. Только в 1996 году Геннадий Лячин стал командиром "Курска". Путь к командирскому мостику АПРК был нелегок, ведь только в звании капитана 2 ранга Геннадий Петрович прослужил девять лет! Но не отчаялся, не разуверился, не потерял желания вновь взойти на командирский мостик - и в конце концов все же добился своего!

А затем был беспримерный за последние годы поход в Средиземное море, вызвавший оторопь и панику всего натовского флота. После тех событий были сняты со своих должностей сразу несколько английских и американских адмиралов, а командир "Курска" представлен к званию Героя России.

Сколько фотографий командира "Курска" я ни видел, всюду на его лице - улыбка. В штабе 7-й дивизии на одном из стендов я увидел старый снимок: Геннадий Лячин вполоборота за пультом в центральном посту. На лице v обычная для него, немного застенчивая улыбка. Под снимком подпись: "Лучший СПК (старший помощник командира) капитан 2 ранга Г. Лячин. Бывший командир Б-304. Утвержден Военным Советом СФ на должность командира АПРК"+ Еще один стенд - и снова Геннадий Лячин, но уже с погонами капитана 1 ранга. Под снимком написано, что по итогам учебного года он является лучшим командиром по боевой подготовке в дивизии.

Вспоминает командир второго экипажа "Курска" капитан 1 ранга Олег Якубина: "Гену мы все уважали. Во-первых, он являлся самым старшим из нас по возрасту, во-вторых, - самым опытным. Он был любимцем дивизии, и ему позволялось многое из того, что не разрешалось другим. К себе в экипаж Гена отбирал лучших. Естественно, любой командир с неохотой отдает хороших спецов, но когда просил Гена - ему никто никогда не отказывал. По натуре он был очень спокойным и уверенным в себе. От него прямо-таки исходила энергия уверенности"+

Из воспоминаний офицера штаба 7-й дивизии капитана 2 ранга Сергея Ковалева: "Гена Лячин был командиром от Бога. Добрейшей души человек, но достаточно твердый, а иногда и жесткий командир. Собеседников и друзей располагал к себе сразу же, с начала разговора. Прекрасный подводный тактик. Когда в 1999 году в Средиземном море "натовцы" бросили на поиск "Курска" сразу несколько АМГ (авианосно-маневренных групп - В. Ш.) и противолодочных эскадрилий, то даже след корабля отыскать не смогли. В отличие от многих хваленых боевых служб конца 80-х - начала 90-х годов, "Курск" вышел на боевую службу в распорядительном порядке, то есть за сутки до директивного срока".

С капитаном 1 ранга Сергеем Ежовым мы встретились в Главном штабе ВМФ, где он ныне служит. Наверное, так хорошо, как он, командира "Курска" не знает никто. И это не пустые слова. "С Геной мы познакомились где-то году в восемьдесят седьмом - восьмом, когда оба были командирами лодок, - рассказывает Сергей Ежов. - Он дизельной ракетной командовал, а я - атомной. Встречались большей частью на всевозможных совещаниях и подведениях итогов, хотя наши лодки и входили в состав разных дивизий. В 90-м году его 35-я дивизия была расформирована. Почти одновременно расформировали и мой экипаж. Так мы с Геной Лячиным оказались за штатом. В апреле 91-го вышла директива о формировании первого и второго экипажей строящегося "Курска". Мне предложили идти на второй экипаж командиром. Я согласился. Старпомом к себе я предложил пойти Гене. Вместе мы начали подбирать остальной экипаж. Гена на этом этапе мне здорово помог. Привел много своих "соплавателей" по 35-й дивизии. К сентябрю 91-го мы сформировали экипаж и отправились на учебу в Обнинск. Обратно в Видяево вернулись только в марте 93-го. Вместе с Геной мы проплавали до 96-го года - вместе входили в линию, отрабатывали торпедные и ракетные стрельбы. Экипаж у нас был прекрасный. Три раза подряд мы объявлялись лучшими в дивизии. И в этом была огромная заслуга Гены. В феврале 96-го мы вместе сходили на боевую службу в Северную Атлантику на "Воронеже". Отрабатывали задачи вместе с возвращавщимся из Средиземного моря "Кузнецовым". На боевой службе мы вдвоем несли командирскую вахту. И я был спокоен, когда Гена заменял меня. Помню, однажды во время его вахты лодку выбросило на поверхность. Я понял это по качке. Наверху v шторм, район с очень интенсивным судоходством. Но Гена не растерялся. Пока я добежал с третьего отсека до второго, он уже заполнил цистерны, погрузился и дал ход+"

Мы сидели с Сергеем Ежовым в его кабинете, в здании штаба ВМФ РФ. Из окна, казалось, была видна вся Москва, и даже не верилось, что где-то далеко-далеко в стылой глубине лежит разорванный в куски атомный крейсер+ Первоначальная скованность, напряженность нашего разговора быстро прошла, и Сергей уже рассказывал о своем друге все, что запечатлелось в его памяти.

"Гена был удивительно целеустремленный и дотошный человек. Дело ему было до всего. Будучи старшим помощником, умудрялся уделить внимание каждому матросу. Был очень педантичным. И заядлым трезвенником, - таким, что даже запах спиртного на дух не переносил. Сколько ни было мероприятий, он всегда себе только "минералку" в стакан наливал. С Ириной они были очень хорошей парой. Дружили еще со школы, за одной партой сидели. Гена сам из простой рабочей семьи, а Ирина - из потомственно морской. Ее отец еще на Соловках в войну юнгой был. Так будущий тесть его в моряки и сагитировал.

Семья у Лячиных была очень дружная и хорошая. Гена был прекрасным семьянином. Он умудрялся даже иногда в обеденный перерыв примчаться домой и приготовить жене и детям обед (Ирина преподавала в школе и возвращалась поздно). Мы часто общались семьями, хотя ходить друг к другу в гости удавалось не всегда - служба есть служба. Вообще, Гена был чрезвычайно контактным человеком, однако, если требовала обстановка, становился весьма жестким и требовательным. Командиром он был настоящим".

Из разговора с офицерами в штабе 7-й дивизии:

- Не видели за свою службу ни одного командира, кто так бы относился к своим матросам срочной службы, как Гена. Постоянно следил за тем, как его "бойцы" накормлены, помыты, есть ли теплое белье, когда последний раз писали домой и что пишут из дома. По переписке был знаком со всеми родителями своих матросов. Никогда не кичился тем, что стал командиром крейсера. Никогда не питался у себя в каюте, а всегда со своими офицерами в кают-компании.

Об этой удивительной заботе о своих подчиненных говорит и личное дело Геннадия Петровича. Такого, честно говоря, я тоже никогда не встречал за время своей службы. В каждой из характеристик и аттестаций обязательно есть следующая фраза: "Проявляет особую заботу о подчиненных". Поверьте, это многого стоит!

Очень интересную историю рассказали мне родители одного из офицеров "Курска". Во время учебы в Обнинске компания корабельной молодежи отправилась в местный ресторан. Ближе к закрытию заведения ребята из-за чего-то повздорили с местной милицией. Произошел инцидент. Вошедшие в раж милиционеры пытались арестовать подводников, но те тоже были не лыком шиты и без боя не сдались. Когда утром командир прибыл для разбирательства в отделение милиции, то перед ним выложили на стол бумагу с подсчетом нанесенных заведению убытков. Сумма была для лейтенантов более чем приличная - около полутысячи долларов. Что должен был делать в данной ситуации командир корабля? Мог просто-напросто отослать всех виновников с "волчьими билетами" обратно в Видяево, удержав с них всю астрономическую сумму убытков. Но Лячин поступил иначе. Наказав негодников своей властью, он одновременно бросил клич по экипажу на сбор денег и сам первым сделал туда свой взнос. Так мудро и по-отцовски создавал он боевой организм, который зовется кратким, но емким словом - "экипаж".

А вот не менее красноречивая характеристика, данная Лячину молодыми офицерами соседней подводной лодки: "Он был очень серьезный, требовательный. Когда был старпомом, то, говорят, лучшего старпома не было за всю историю дивизии. Все всегда разложено по "полочкам". Никаких отступлений от Устава. Всегда подумает - и только потом скажет. Никогда не кричал, но и не повторял дважды. Не любил, чтобы кто-нибудь кричал и оскорблял своих подчиненных. Внушал уважение уже своим внешним видом: такой большой, несколько вальяжный. Любил, находясь в море, расхаживать по центральному посту. Незадолго до гибели был у нас на приготовлении (нашего командира вызвали куда-то на инструктаж). Наш командир БЧ-5 начал кого-то отчитывать за недоработки. Лячин слушал-слушал его крики, а потом подозвал к себе и говорит: "Механик! Не надо орать, лучше объясните людям, что и как им следует делать!" Тот сразу сник и больше никого уже не оскорблял. Лячин очень не любил подхалимов и не имел любимчиков. Все для него были равны. С провинившимися всегда беседовал сам. Практически никогда не наказывал, а учил. Самое главное - Лячину верили и с ним не боялись идти в море. Именно из-за этого многие из нас мечтали служить на "Курске".

10 августа Геннадий Лячин вывел свой атомный подводный ракетный крейсер в море. Этот обычный плановый выход должен был продолжиться всего каких-то три дня. Однако все вышло совсем иначе: трехдневный выход в море оказался походом в вечность.

На дальнем причале Ура-губы и сегодня стоит его старая дизельная подводная лодка, давным-давно выведенная из боевого состава, но все-таки пережившая своего последнего командира...

26 августа 2000 года капитану 1 ранга Геннадию Петровичу Лячину за мужество и героизм, проявленные при исполнении воинского долга, было присвоено звание Героя Российской Федерации - увы, уже посмертно...

Тайна оружия АПЛ "Курск"

Автор: Дмитрий Сафронов

На затонувшей в Баренцевом море российской подводной лодке остались 22 секретные сверхзвуковые противокорабельные крылатые ракеты большой дальности "Гранит" - SS-N-19 "Shipwreck" в натовской классификации. Этот факт уже привлек к себе внимание иностранных разведок многих стран мира. Интерес разведчиков вполне понятен - против русской суперракеты ни в одном флоте мира нет эффективных средств защиты.

Именно по этой причине военные корабли российского флота вынуждены нести постоянное боевое дежурство в точке с координатами 37 градусов 35 минут восточной долготы и 69 градусов 40 минут северной широты на акватории Баренцева моря. Здесь, на стометровой глубине, находится развороченная взрывом атомная подводная лодка "Курск". На днях в месте катастрофы АПЛ "Курск", как сообщили

Стране.Ru на центральном командном пункте Военно-морского флота, произошла смена караула: большой противолодочный корабль "Адмирал Харламов" уступил пост тяжелому ракетному крейсеру "Петр Великий". Выполнять свои обязанности морякам-североморцам придется в крайне трудных условиях штормового моря.

Как рассказали Стране.Ru в подмосковном НПО "Машиностроение", здесь создавали главное оружие российской субмарины - сверхзвуковые противокорабельные ракеты большой дальности "Гранит" - сверхсекретное оружие российского флота, одно упоминание о котором приводило натовских адмиралов в ужас. Ведь эффективной защиты от русских ракет нет ни на одном флоте мира.

Появление в еще советском ВМФ кораблей проекта 949А типа "Антей", как рассказал генеральный директор, генеральный конструктор НПО "Машиностроение" Герберт Ефремов нашему корреспонденту, было вызвано необходимостью противостоять на океанских просторах американским авианосным соединениям и любым ударным корабельным группам. В начале 80 годов нашла реализацию идея "асимметричного" ответа, которую воплотил в жизнь коллектив Реутовского НПО "Машиностроение", которое тогда возглавлял академик Владимир Челомей. Суть идеи заключалась в создании мощной группировки ударных атомных подводных лодок со сверхзвуковыми противокорабельными крылатыми ракетами большой дальности. Именно такой машиной стала созданная в конце 70 - начале 80 годов сверхзвуковая противокорабельная ракета большой дальности "Гранит".

По замыслу конструкторского коллектива, ракета может применяться как с надводных, так и с подводных кораблей. Дальность полета ракеты более 500 километров, стартовая масса 7 тонн, длина корпуса 10 метров. Скорость полета 2800 километров в час. ПКР "Гранит" способны нести различные типы боевого снаряжения.

Но не только высокие летные характеристики и защищенная от радиоэлектронного противодействия головка самонаведения позволяют ПКР "Гранит" устойчиво сохранять свои уникальные боевые возможности, считает Герберт Ефремов. Главное достоинство ракеты, особо не рекламируемое представителями НПО "Машиностроение", состоит в оригинальных способах наведения на цель. В ней воплотился богатый опыт НПО по созданию электронных систем искусственного интеллекта, позволяющий действовать против одиночного корабля по принципу "одна ракета - один корабль" или "стаей" против ордеров кораблей. Именно в залпе раскрываются все непревзойденные тактические возможности российского оружия.

Ракеты сами распределяют и классифицируют цели по важности, выбирают тактику атаки и план ее проведения. Для исключения ошибки при выборе маневра и поражения именно заданной цели в бортовую вычислительную машину ПКР заложены электронные данные по современным классам кораблей. К тому же, в машине есть и чисто тактические сведения, к примеру, о типе ордеров кораблей, что позволяет ракете определить, кто перед ней - конвой, авианесущая или десантная группа.

Также в бортовой вычислительной машине есть данные по противодействию средствам радиоэлектронной борьбы противника, которые могут увести ракеты от цели, тактические приемы уклонения от огня средств противовоздушной обороны. Как говорят конструкторы, после пуска ракеты сами решают, какая из них будет атаковать какую цель и какие маневры для этого нужно осуществить в соответствии с заложенными в программу поведения математическими алгоритмами. Ракета имеет и средства противодействия атакующим ее противоракетам. Уничтожив главную цель в корабельной группе, оставшиеся ракеты атакуют другие корабли ордера, исключив возможность поражения двумя ракетами одной и той же цели.

В прошлом году "Курск" ходил на боевую службу в Средиземное море. Как рассказывают в главном штабе ВМФ, командование 6 флотом США было вынуждено бросить все силы на его поиск, однако найти атомный подводный крейсер они не смогли. В итоге на морских картах был нарисован круг диаметром пятьсот километров, в который строго-настрого запрещалось заходить американским кораблям. "Курск" только одним своим присутствием сковал все силы флота США и заставил их думать о своей безопасности.

"Есть все основания полагать, - говорит генеральный конструктор, - что флот США не упустит возможность получить подробную информацию о нашей ракете, в том числе для создания системы защиты от нее. И тут не надо строить иллюзий насчет различных международных договоров, этических законов".

даже такая система когда-нибудь и появится, "Гранит" так и останется мощнейшим оружием против любого хорошо защищенного противника. Ведь даже если поразить российскую ракету "Гранит" противоракетой, наша ракета из-за своей огромной массы и скорости может сохранить начальную скорость полета и долететь до цели. Сила этого удара будет такой, что даже без боевой части ракета способна попросту развалить корабль класса "эсминец" пополам.

Сегодня в НПО "Машиностроение" реализуется программа поддержки высокой эффективности ПКР "Гранит" на протяжении всего срока ее службы. Это относится как к летным характеристикам, так и к "интеллектуальным" возможностям ракет. Реализованные в конструкции ПКР "Гранит" технические решения уже легли в основу концепции создания нового типа противокорабельных ракет "Яхонт".

Класс - Антей (Оскар-II по классификации НАТО), проект 949А (с 1986 года).

Лодки этого класса считаются самыми эффективными в мире многоцелевыми АПЛ.
Заложена в 1992 г.
Спущена на воду в мае 1994 г.
Принята в эксплуатацию 30 декабря 1994 г.
В составе Северного флота России - с 1995 по 2000 гг.
В январе 1998 года в плавучем доке "Сухона" производственного объединения "Севмаш" в Северодвинске прошла плановый доковый осмотр. Здесь же была проведена модернизация оружия субмарины.

ТТХ:
Длина - 154 м
Ширина - 18.2 м
Осадка - 9 м
Водоизмещение - 13400/18000 тонн (14700/23860).
Скорость в надводном положении - 30 узлов; под водой - 28 узлов; (31/15).
Максимальная глубина погружения - 500 м (до 600 м).
Корпус - прочная сталь.
Количество отсеков - 10.
Экипаж: 130 (107 человек, из них 52 офицера).
Атомная энергоустановка типа ОК-650 и модификации с двумя водо-водяными реакторами, с тепловой мощностью - 2х190 мегаватт и с мощностью на валу - 2х50000 л.с.
2 паровые турбины (по 90 000 л.с.); 2 семилопастных винта.
Ракетное вооружение - 24 ПУ крылатых ракет комплекса
П-700 "Гранит" (SSN-19). Вес ракеты 6,9 тонн. Длина 10,5 м. Вес боевой части 1000 кг. Дальность полета 555 км. Скорость 1,5 М. Ракеты с атомным боезарядом согласно договору по СНВ сняты с кораблей.
4 торпедных аппарата (калибр 533 мм); 2 крупнокалиберные глубинные бомбы; (вариант: 8 торпедных аппаратов, из них 4 - 533-мм и 2 - 650-мм. Боекомплект - 18 торпед).
Запас плавучести 30%.
Способна ложиться на грунт.
Автономность - более 120 дней.
Конструкторы: гл. констр. - Пустынцев П.П. и Баранов И.Л.
Место постройки: г. Северодвинск.
Место базирования на СФ: Западная Лица (Большая Лопатка).
Всего таких лодок построено 12.
; К 2001 году в составе - 9 (две выведены из эксплуатации, одна затонула).

Подробнее:

Северный флот:

1. К-148 "Краснодар". Принята в эксплуатацию в 1986 г.
2. К-119 "Воронеж". Принята в эксплуатацию в 1988 г.
3. К-410 "Смоленск". Принята в эксплуатацию в 1990 г.
4. К-266 "Орел". Принята в эксплуатацию в 1992 г.
5. К-186 "Омск". Спущена на воду 8 мая 1993 г. Принята в эксплуатацию 27 октября 1993 г.
6. К-141 "Курск". Строительство началось в 1992 г. Спущена на воду в 1994 г. и принята в эксплуатацию 30 декабря 1994 г. Погибла 12.08.2000 г.

Тихоокеанский флот:

7. К-132 "Белгород". Принята в эксплуатацию в 1987 г.
8. К-173 "Челябинск". Принята в эксплуатацию в 1989 г.
9. К-442 "Томск". Принята в эксплуатацию в 1991 г.
10. К-456 "Касатка". Принята в эксплуатацию в 1991 г. Переведена на ТОФ в сентябре 1993 г.

Подборка Алены Ефрёмовой.


Главное за неделю