Подлодки Корабли Карта присутствия ВМФ Рейтинг ВМФ России и США
Какой способ жилищного обеспечения военных вы считаете наиболее оптимальным?
Жилье в натуральном виде
    65,12% (56)
Жилищная субсидия
    18,60% (16)
Военная ипотека
    16,28% (14)

Поиск на сайте

Подъем турецкого крейсера "Меджидие" в 1915 году

11.02.10
Текст: РОО "Академия русской символики МАРС", автор - Витольд Желиховский; перевод с польского - К. Стрельбицкий; редактирование - Юрий Сенатский, контр-адмирал в отставке, главный инженер Поисково-спасательной службы Военно-морского флота СССР. По материалам, подготовленным редакцией проекта "Русский Карфаген"
Вниманию читателя предлагается статья командор-поручника-инженера в отставке польского флота Витольда Желиховского, опубликованная в журнале "Пшегленд Морски" №18, 1930 г. Автор статьи - бывший инженер-механик капитан 2 ранга русского флота, возглавлявший Водолазную и спасательную партию Черноморского флота, которая весной 1915 г. проводила подъем потопленного близ Одессы турецкого крейсера "Меджидие". Статья иллюстрируется фотографиями из коллекции В. Желиховского, в 1968 г. переданными им Обществу офицеров Россисйкого Императорского флота в Америке, которые в 1998 г. вместе с собранием Общества были возвращены в Россию.
Во время последней всемирной войны (Первой мировой - ред.) 21 марта 1915 года, в ночь на Страстную субботу отряд турецких военных кораблей, очевидно под командованием немцев, скрытно подошел к Одессе. Чтобы не обнаружить своего присутствия корабли шли не обычным путем, а вдали от берега и имели намерение устроить русским предпраздничный сюрприз - в Страстную субботу накануне праздника Пасхи бомбардировать Одессу.


Чертеж повреждений крейсера "Меджидие" водолазного офицера Шпаковича

Турецкие корабли двигались через песчаные отмели, нанесенные Днепром. В бинокль неприятель уже видел Одессу, когда в восемь часов утра Страстной субботы 21 марта головной турецкий корабль - крейсер "Меджидие" левым бортом своего носа наскочил на мину, которой здесь не ожидал. К счастью для экипажа, это произошло на вдающейся в море банке, где глубина составляла всего 10,5 метров. Поэтому крейсер сразу не затонул, а только сел носом на грунт, в то время как корма корабля еще несколько часов оставалась на поверхности воды. Это дало возможность турецким миноносцам спасти уцелевший экипаж "Меджидие", снять секретные документы, кассу и т.п.

Однако погибло тридцать моряков, находившихся в носовой части крейсера (в том числе, в носовом машинном отделении), которые не сумели выскочить наверх, так как через полученную от взрыва мины пробоину хлынула вода. Турецкий экипаж пытался спасти свой корабль, о чем впоследствии можно было судить по пластырям, оставленным на верхней палубе, а также найденным на дне моря, но спасти "Меджидие" не удалось.

Времени находиться далее в неприятельских водах, не подвергая опасности свои миноносцы, у турок не оставалось. Чтобы "Меджидие" легко не достался русским, около четырех часов дня он был полностью потоплен торпедой, выпущенной одним из миноносцев, - торпеда попала в правый борт крейсера под кормовой надстройкой и проделала пробоину размерами 8,5х7,25 метров. Вода затопила крейсер, который сел на грунт почти прямо, причем главная палуба оказалась на глубине 1,5 метра, а борта доходили почти до поверхности воды. Надстройки же, мачты, трубы, вентиляторы, а частично - и орудия выступали из воды, и их было видно издалека.


Затопленный "Меджидие"

Именно по этой причине одной из первых работ стал демонтаж трех труб крейсера и девяти вентиляторов, чтобы по возможности уменьшить силуэт "Меджидие" и, таким образом, устранить опасность для работающих на нем в случае появления неприятельских кораблей. Турки наверняка хотели бы помешать спасательным работам, а без труб и вентиляторов затопленный "Меджидие" уже не давал возможности издалека определить место их проведения. Во всяком случае, в течение двух месяцев работ на "Меджидие" командование Морской обороны Одессы трижды по радио приказывало спасателям оставить место работ и спешно возвращаться в порт.

Уже через несколько дней после потопления "Меджидие" приступили к подготовительным работам, чтобы поднять турецкий крейсер как военный трофей, который как-никак являлся боевым кораблем.

Данные крейсера "Меджидие" по справочнику Джейна следующие.


Длина по ватерлинии - 100,9 м.
Ширина - 13,1 м.
Осадка - 5,18 м.
Водоизмещение - 3300 т.
Скорость - 22 узла.
Мощность машин - 12500 квт.
Артиллерийское вооружение: два 152 мм орудия, восемь 120 мм, пулеметы.
Торпедное вооружение: два 450 мм торпедных аппарата.
Толщина палубной брони - 100 мм.
Запас угля нормальный - 300 т, максимальный - 600 т.
16 паровых котлов системы Никлосса, две вертикальные поршневые паровые машины.

Крейсер был построен на верфи и в мастерских Крампа в Филадельфии в 1900-1904 гг.


Спасательный буксир "Черномор", плавкран и баржа у "Меджидие"

Подъем "Меджидие" планировался следующим образом. Прежде всего, обследовав подводную часть корпуса, следовало закрыть все отверстия как то: иллюминаторы, кингстоны, ватервейсы и и.т.п., а также две пробоины - одну в носовой части с левого борта от взрыва мины и другую в кормовой части с правого борта от взрыва торпеды; обе пробоины были примерно одних размеров 8,5х7,25 метров. В общем, следовало сделать так, чтобы не было поступления воды внутрь корпуса.

Одновременно следовало герметически закрыть якорные клюзы, люки на верхней палубе, а также большую поперечную трещину шириной около десяти сантиметров, образовавшуюся при взрыве торпеды.

Кроме того, следовало поднять оба борта между носовыми и кормовыми надстройками по меньшей мере на метр над поверхностью воды, чтобы волны не могли вливаться во внутрь. Наращенные борта вместе с водонепроницаемыми (герметизированными) переборками носовой и кормовой надстроек должны были образовать четырехугольник - как бы большой колодец, или сруб, из которого, как из некоего огромного сосуда можно было бы откачивать воду, пока корабль сам не всплывет на поверхность (см. примечание - ред.).

28 марта 1915 г. главное судно спасательной группы. "Черномор" в первый раз вышло к "Меджидие", чтобы на месте ознакомиться с условиями предстоящей работы. Переход занял более двух часов, поскольку хотя расстояние до "Меджидие" от Одессы напрямую составляло около 12 миль, из-за того, что турецкий крейсер затонул в заминированном районе, идти пришлось фарватером на Очаков и примерно на полпути, повернув на юг, по каналу, накануне протраленному и очищенному от мин, через минное заграждение дойти до "Меджидие".


Водолазы на "Меджидие". В фуражке - водолазный офицер Ф.А. Шпакович

В первый день "Черномор" с помощью своего носового крана снял с "Меджидие" 120-мм орудие и некоторые более мелкие предметы, например, прожектора и т.п. Одновременно водолазами была обследована подводная часть затопленного турецкого крейсера.

В течение последующих шести дней спасательная группа в море не выходила из-за очень плохой погоды, не позволявшей ни работать водолазам, ни буксировать к "Меджидие" плавучий кран и баржу. Это время было потрачено на составление плана работ и подготовку необходимых средств.

Суда, предназначавшиеся для взаимодействия со спасательной группой, принимали уголь. На одном из молов Одесского порта готовился склад для всех вещей, снимаемых с "Меджидие", а также организовывалась их инвентаризация.

Снятая с "Меджидие" десятивесельная шлюпка была отремонтирована и готовилась для обеспечения водолазных работ: на ней была установлена водолазная помпа и погружено необходимое водолазное снаряжение.

Для поддержания связи между Одессой и местом судоподъема (доставка провианта, почты, материалов и т.п.), а также охраны от возможных атак неприятельских судов, в частности, подводных лодок, готовились вспомогательные суда и тральщики. Готовился также плавучий кран для снятия тяжестей и баржа для их перевозки. Одновременно тралился проход к "Меджидие" через минное поле.

К работам по подъему "Меджидие" были привлечены мастерские РОПИТа - Российского общества пароходства и торговли, выделившие специальных рабочих (в том числе двух водолазов - ред.), а также необходимые материалы и инструменты. Все материалы: доски, балки, пеньковые и проволочные канаты, пакля, сало, болты, различное железо и слесарные, кузнечные и прочие инструменты - были погружены на транспорт "Вера", на время работ включенный в состав спасательной группы; одновременно он был определен местом проживания рабочих и моряков.

Что же касается водолазных лодок, то кроме одной со спасательного буксира "Черномор" и второй, снятой с "Меджидие", были наняты третья - водолазная лодка РОПИТа и четвертая, принадлежащая управлению работ Одесского порта.


Плавкран доставляет пластырь к носовой пробоине "Меджидие".

Вся эта спасательная флотилия, которой был также придан "Ледокол № 3" как сильный буксир с мощной помпой, утром 4 апреля вышла к "Меджидие", чтобы начать постоянные работы. Во время их проведения канонерские лодки "Донец", "Кубанец" и "Терец" должны были поочередно дежурить на расстоянии нескольких миль, охраняя работающую группу и постоянно поддерживая связь с главным спасательным судном "Черномор" с помощью сигнализации и радиотелеграфа. С этой же целью из Одессы к месту работ была направлена подводная лодка.

Работы по подъему "Меджидие" продолжались два месяца и прерывались на день-два по причине плохой погоды (главным образом, в начале работ), а также радиотелеграфного приказания командования Морской обороны Одессы в случае приближения неприятельских кораблей. В эти дни вынужденной стоянки в Одессе обычно на суда грузился уголь и решались вопросы, касающиеся спасательных работ.

Следует добавить, что во время самих работ в море временами случались происшествия, останавливавшие работы. Так например, в один из дней на "Черномор" течением понесло сорванные мины, и ему срочно пришлось сняться с якоря и отойти от "Меджидие", пока мины не были уничтожены.

Мешало также и течение Днепра, во время весеннего разлива целую неделю мешавшее работе водолазов, поскольку вода стала мутной, и им трудно было на глубине оставаться на месте.

Часто случалось, что большая волна, ударяя в борт "Меджидие", не только не позволяла работать у этого борта плотникам и водолазам, но и выбивала то, что перед эти было установлено и закреплено.

Но вернемся к описанию самих работ. В первую очередь с "Меджидие" были сняты тяжести: орудия, якоря вместе с цепями, вентиляторы, трубы (отрезанные снизу автогенной горелкой), а также тяжелые части палубной лебедки, беспроволочного телеграфа и т.п.


Генеральная откачка "Меджидие" 25 мая 1915 г. Корма

Водолазами за бортом были найдены и подняты выброшенные турками в воду все орудийные замки и много снарядов. Из воды были также подняты части торпеды, выпущенной турецким миноносцем и повредившей корму крейсера. Эти части лежали на дне, разбросанные около корпуса "Меджидие". Водолазы вынули болты, крепившие к палубе орудийные станины, после чего были сняты орудия.

Одновременно плотники из 3,5-дюймовых балок соорудили дополнительные фальшборты между носовыми и кормовыми надстройками, прикрепив их болтами к железному фальшборту корабля. В полукруглых выступах для орудий балки пришлось монтировать с помощью водолазов, которые перед этим должны были пробивать отверстия в железе фальшборта.

Эти дополнительные фальшборты затем было необходимо герметизировать, затыкая щели паклей. Кроме того, плотники изготовили глухие щиты, которыми закрыли все неплотные или испорченные двери, ведущие из надстроек на носовую и кормовую части палубы. Были также сделаны большие деревянные пробки и пластыри для прикрытия водолазами оставшихся отверстий.

Для подъема и установки на "Меджидие" водолазных помп и выгрузки различных материалов на обоих мостиках - носовом и кормовом были установлены кранбалки.

Наконец, водолазный офицер поручик Шпакович снял точные размеры носовой и кормовой пробоин в подводной части корпуса и выполнил соответствующие рисунки, по которым в мастерских РОПИТа были заказаны два деревянных пластыря размерами 9,7х8,5 метров для этих пробоин. Кроме того, были заказаны две шахты для палубных люков на носу и корме "Меджидие".

Тем временем 26 апреля началось так называемое подрезание под киль крейсера стальных тросов по девять на каждый пластырь, чтобы закрепить их на пробоинах. Подрезание начиналось с затягивания стального троса диаметром 13 мм и длиной 180 м под корпус "Меджидие". Для этого по очереди один конец троса тянул "Черномор", другой (паровой лебедкой) - "Ледокол № 3", то травя, то вытягивая стальной трос, до тех пор, пока он не доходил до нужного места. Тогда этот трос с помощью вертлюжных скоб соединялся с двумя короткими, предназначенными уже для закрепления пластыря, и оба этих коротких троса перетягивались на другую сторону "Меджидие". При этом приходилось следить за тем, чтобы тросы не свивались.

Каждый раз, когда соединение тросов выходило на другую сторону крейсера, их снова разъединяли, и короткие оставляли на месте, закрепляя их временно на бортах "Меджидие", а первым, длинным тросом подрезали киль дальше, затягивая затем следующую пару коротких тросов и т.д. Так как "Меджидие" стоял, опираясь на плотный песчаный грунт, перетягивание тросов не было легким, и стальные тросы диаметром 13 мм рвались; их заменили на цепь вначале такой же толщины, а затем на цепь с толщиной звеньев 19 мм, которая, тем не менее, вытертая песком, в конце концов тоже лопнула.

Подрезание корпуса закончилось 15 мая, когда "Меджидие" уже имел под корпусом 18 стальных тросов, концы которых были временно прикреплены к бортам у пробоин. Прежде чем накладывать пластыри, следовало так подготовить края пробоин, чтобы пластыри смогли герметично прилегать к борту. Это было сделано водолазами у носовой пробоины путем спиливания торчащих краев стального листа. У кормовой пробоины нужно было пилить много, что не совсем удобно делать под водой, почему было решено загнуть торчащие края внутрь корпуса "Меджидие".


Генеральная откачка "Меджидие" 25 мая 1915 г. Нос

Это было выполнено следующим образом. Два водолаза набрасывали цепную петлю на отогнутые края пробоин и закрепляли ее на гак подъемного стального троса, поданного внутрь корпуса "Меджидие" через отверстие в центре кормового мостика. Трос вытягивался краном спасательного судна "Черномор", стоявшего по другую сторону "Меджидие", и, таким образом, отогнутая часть листа загибалась вовнутрь "Меджидие".

Затем из Одессы были доставлены изготовленные шахты, которые устанавливались и укреплялись на люках верхней палубы в носу и корме "Меджидие"; при откачке воды в них опускались всасывающие шланги спасательных помп.

21 мая из Одессы доставили изготовленные в мастерских РОПИТа пластыри, и в тот же день они были установлены на свои места. Носовой пластырь сразу установить на место не удалось, так как он опирался на дно, которое в этом месте пришлось углубить. Это выполнил "Ледокол № 3" струей от своих винтов (стоя на месте). После этого пластырь уже можно было закрепить на пробоине.

После соответствующей обтяжки тросов, которые придавили пластыри к пробоинам, началась пробная откачка воды с верхней палубы и из котельного и машинного отделений "Меджидие". Испытание выявило некоторые недостатки в герметизации щелей и отверстий, которые в течение двух дней были устранены.

24 мая был отдан приказ о повторной откачке. "Черномор" и "Ледокол № 3" откачивали воду из средней части "Меджидие", тральщик "Борисфен" - из шахты, установленной на корме крейсера. Убедившись, что все, наконец, в порядке, на следующий день был назначен полный подъем "Меджидие" и отвод его в Одессу.

Последнюю ночь спасательная группа провела у ближайшего берега между Одессой и Очаковым, где ожидала подхода ледоколов № 3 и "Гайдамака", которые должны были оказывать помощь при откачке. В 3 часа утра 25 мая спасательная группа с приданными ледоколами в последний раз вышла к "Меджидие".

На случай, чтобы "Меджидие" при всплытии не потерял остойчивости и не опрокинулся на бок, как ожидали некоторые, из Одессы специально прислали два транспортных судна, которые стали на якорь поблизости от "Меджидие" и завели тросы на передний марс (воронье гнездо) для удержания крейсера в нужном положении.

Когда все суда, участвующие в откачке, заняли указанные им места, они протянули шланги на "Меджидие", и в 8 часов утра 25 мая началась генеральная откачка. В 2 часа пополудни "Меджидие" всплыл с осадкой почти в семь метров. В нем оставалось еще довольно много воды.

Было решено сразу же буксировать "Меджидие" в Одессу, так как погода портилась. "Гайдамак" вышел вперед и подал с кормы буксирный трос на нос "Меджидие", а со своего носа - трос на "Борисфен", который, таким образом, должен был вести "Гайдамака". "Черномор" и ледоколы № 3 и № 4, ошвартованные по бортам "Меджидие", весь путь до Одессы откачивали воду из крейсера, одновременно работая своими главными машинами в помощь буксирам. Остальные суда эскортировали "Меджидие": впереди шли три пары тральщиков с поставленными тралами (хотя проход был приготовлен два дня назад), а замыкала караван сторожевая канонерская лодка. Во время проводки на "Меджидие" был поднят Андреевский флаг.

Около 9 часов вечера караван с "Меджидие" вошел в Одессу через Воронцовские ворота и стал на якорные бочки. При входе каравана в порт его приветствовали с флагманского броненосца "Синоп", адмиральский оркестр которого играл русский национальный гимн. Всю ночь "Черномор" продолжал откачивать воду одним или двумя 6-дюймовыми шлангами (в то время как при подъеме "Меджидие" откачка велась десятью).


31 мая 1915 г. "Меджидие" в доке; по левому борту виден пластырь на носовой пробоине.

Весь следующий день 26 мая "Меджидие" буксировали через весь порт от Воронцовской пристани до плавучего дока РОПИТа. Осадка "Меджидие" по-прежнему составляла около семи метров, и она не уменьшалась, а глубина в порту - всего около шести метров. Но благодаря тому, что грунт в порту - илистый, хотя и с большими трудностями, "Меджидие" удалось протянуть по этому грунту, несколько раз останавливаясь, чтобы при помощи водолазов отцеплять стальные тросы, удерживающие пластыри, зацеплявшиеся за якоря стоящих в порту судов.

В 11 часов вечера "Меджидие" удалось "впихнуть" в плавучий док на три четверти длины корпуса. Но при таком положении док не мог поднять "Меджидие", поэтому пришлось выгрузить 250 тонн угля, 400 орудийных снарядов и другие вещи. Лишь 31 мая, одновременно с откачкой "Черномором" воды из кормовой части "Меджидие" его удалось полностью втянуть в док и окончательно поднять.

Стоимость двухмесячных работ по подъему "Меджидие" вместе с постановкой его в док составила около 105 тысяч рублей.

В течение двух месяцев спасательная группа выходила в море 42 раза, из которых 28 раз возвращалась на ночь в Одессу, а 14 ночей провела поблизости от "Меджидие" возле деревни Григорьевка (между Одессой и Очаковым).

После ремонта в доке и замены орудий на большего калибра (десять 130-мм) "Меджидие" под названием "Прут" вошел в состав Черноморского флота и принял участие в бомбардировке Анатолийского побережья. Впрочем, было решено оставить крейсер в Севастополе для капитального ремонта корпуса, днище которого было сплющено из-за двухмесячного сидения на твердом морском грунте. Следовало также заменить старые паровые котлы, часть которых уже была получена от союзников через Белое море. Но в феврале 1917 года началась первая русская революция, в октябре - большевистская, и ремонт остался незаконченным.

Когда же немцы заняли Крым, они увели "Меджидие" из Севастополя в Константинополь и вернули его прежним владельцам - туркам.

Примечание Ю. Сенатского


Подъем турецкого крейсера "Меджидие" весной 1915 г. был произведен способом, ныне называемым коффердамным (Kofferdamm - нем., буквально сундучная дамба, запруда). В его основе лежит использование коффердама - коробчатой конструкции, позволяющей загерметизировать часть затопленного судна, лежащую ниже уровня поверхности воды (автор статьи говорит о "четырехугольнике - как бы большом колодце, или срубе, из которого ... можно было бы откачивать воду").

Применительно к подъему "Меджидие" суть коффердамного способа заключалась в следующем.

Чтобы восстановить плавучесть крейсера путем осушения затопленных отсеков, следовало, во-первых, нарастить и загерметизировать фальшборт в средней части корабля. Герметичными щитами побортно перекрывались проходы между бортом и надстройками (носовой и кормовой), герметизировались также двери из надстроек на палубу (в нос и корму) и открытые иллюминаторы. Выступающие наращенные фальшборта изолировали от забортной воды объемы котельного и машинного отделений, огражденных от носа и кормы прочными штатными переборками.

На открытые палубные люки на баке и юте крейсера устанавливались и прочно укреплялись (с уплотнением) выступающие из воды герметичные шахты, выполненные в виде деревянных срубов. Таким образом изолировались от забортной воды носовые и кормовые отсеки.

На пробоины в бортах крейсера накладывались пластыри, которые плотно прижимались и надежно удерживались подкильными стальными тросами.

Таким образом, все внутренние помещения корабля изолировались от забортной воды, доступ к отсекам оставался только через поверхность, огражденную коффердамом, а также через верх шахт, установленных над палубными люками.

После этого затопленные отсеки осушались, и корабль всплывал.

Необходимо отметить, что упомянутый автором "водолазный офицер поручик Шпакович", руководивший водолазными работами и сам много проработавший под водой, - один из известных специалистов русского водолазного дела Феоктист Андреевич Шпакович (1879-1964), впоследствии видный деятель ЭПРОНа, руководитель Водолазного техникума в Севастополе.


Главное за неделю