Подлодки Корабли Карта присутствия ВМФ Рейтинг ВМФ России и США
Какой способ жилищного обеспечения военных вы считаете наиболее оптимальным?
Жилье в натуральном виде
    61,64% (45)
Жилищная субсидия
    19,18% (14)
Военная ипотека
    19,18% (14)

Поиск на сайте

"Подо льдом"

Первый опыт плавания под сплошным ледяным покровом

Источник: ИИА «Подводник России», №2, 2003г, автор: В.А. Меркушев (1884 -1940), капитан 1 ранга, офицер подводного плавания Российского Императорского Флота.

К середине декабря 1908 года мороз во Владивостоке дошел до 18 -20 градусов по Реомюру (1°R = 1,25°С); бухта Золотой Рог, пролив Босфор Восточный и Амурский залив покрылись сплошным ледяным покровом, выдерживавшим не только отдельных людей, но и целые обозы с поклажей.

Сообщение поддерживалось при помощи ледокола «Надёжный», каждое утро пробивавшего канал к выходу в Уссурийский залив, встречавшего пароходы в море, проводившего их в бухту Золотой Рог и выводившего из нее.

На одном из очередных докладов начальника отряда подводных лодок контр-адмирал Успенский, тогда командующий морскими силами Тихого океана, выразил сомнение в возможности использовать подводные лодки во время зимнего периода.

- По-моему, они не могут действовать, - сказал адмирал. - Их клапана замёрзли, и лодки не могут погружаться. Лишённые парового отопления они станут совершенно необитаемы; батареи аккумуляторов замерзнут, и лодки лишатся электрического тока, необходимого для плавания под водой.

- Простите, Ваше превосходительство, но Вы, вероятно, помните, что на «Фраме» во время известной экспедиции Нансена аккумуляторы промерзали до дна, и все же электрическое освещение действовало без перерывов, - возразил капитан 2 ранга Магнус. - Конечно, на подводных лодках будет холодно и сыро, так как имеющиеся электрические грелки не справятся с сибирскими морозами и, кроме того, из-за слишком большого потребления ими тока и недостаточной ёмкости батарей грелками вряд ли придется пользоваться, ибо это поведёт к значительному уменьшению района плавания и может лишить лодки всякого боевого значения.

Я думаю, что при надлежащем зимнем обмундировании личного состава он не будет слишком страдать от холода и сможет исполнять свои обязанности. Что же касается замерзания самих аккумуляторов, докладываю, что это невозможно, ибо они находятся в трюме лодок, а температура воды всегда выше температуры наружного воздуха.

- Всё это так, - ответил адмирал, - но я полагаю, что следовало бы произвести опыт зимнего плавания подводных лодок.

- Как прикажете, Ваше превосходительство!

- Есть у нас подводная лодка, которой можно было бы поручить это дело?

- Да, конечно, ещё не все лодки разобраны на составные части.

- Так вот, выясните, кому поручить испытания, и я отдам приказ о начале кампании на неделю. Всего хорошего!

Вернувшись на «Ксению», начальник отряда капитан 2 ранга Магнус вызвал командира подводной лодки «Кефаль». Это была лодка постройки 1905 года водоизмещением 153/189 тонн, глубиной погружения 12 фут с двумя бензиномоторами по 120 сил, двумя электромоторами по 65 сил, скоростью 8/4,5 узла, высотой от верхушки перископа до киля 29 фут.

- Адмирал желает произвести опыт зимнего плавания. Можете ли Вы завтра начать кампанию на неделю?

- Так точно! «Кефаль» в полной исправности!

- Отлично, я сейчас доложу адмиралу. Вам ничего не нужно?

- Нет, только надо попросить о присылке ледокола, без него не выйти.

- Ну, это само собой разумеется, своими силами Вам не выбраться отсюда, - заметил начальник отряда.

- Где прикажете стать?

- Я видел, что у «Тобола» по левому борту всегда имеется полынья, хорошо бы стать к нему!

- Есть!

На следующее утро «Кефаль» подняла вымпел и начала кампанию. Все радиаторы и трубы парового отопления были выгружены на базу, и лодка приготовилась к походу. В два часа дня ледокол «Надёжный», с грохотом ломая толстый лед, подошёл к стоянке отряда. «Кефаль» отдала швартовы и дала ход бензиномоторами.

Сейчас же выяснилось, что идти под двигателями внутреннего сгорания совершенно невозможно, так как лопасти винтов задевали за толстые льдины и можно было опасаться скручивания коленчатых валов. Пришлось перейти на электромоторы.

При ударе винтов о лед максимальные рубильники на электрической станции поминутно выключались, электромоторы останавливались, и снова надо было давать ход.

Слабая надстройка лодки не только не позволяла прокладывать себе дорогу, но приходилось зорко следить, чтобы корпус «Кефали» не был сжат льдинами, и своевременно звать на помощь ледокол.

Вследствие всех этих причин переход каких-нибудь 300 - 400 саженей (1 сажень - 2,1336м) от «Ксении» до «Тобола» продолжался до вечера, и батарея аккумуляторов оказалась сильно разряженной.

По зарядке батареи команда ушла на базу, на лодке осталось только вахтенное отделение. Несмотря на 18-градусный (по Реомюру) мороз температура внутри лодки держалась +12 - +14°R, так как горячая вода, оставшаяся в цилиндрах бензиномоторов, выделяла достаточно тепла, иначе говоря, горячие машины служили как бы печью для подводной лодки.

На следующее утро в присутствии начальника отряда «Кефаль» приступила к пробному погружению у борта «Тобола», причём, замечалось время, необходимое для оттаивания того или другого клапана, сальника, перископа и т.п. Время проходило совершенно незаметно.

- Скоро двенадцать часов, - сказал капитан 2 ранга Магнус. - Всплывайте!

Продули среднюю цистерну, лодка пошла вверх, но вдруг раздалось какое-то царапание, сильный толчок - и «Кефаль» остановилась.

- Что случилось? - спросил начальник отряда у командира, смотревшего в иллюминаторы рубки.

- Лодка находится под транспортом, стойки поручней зацепились за боковой киль «Тобола». Люди, стоявшие на концах, вероятно, держали их туго и незаметно для себя подтянули лодку под днище, а может быть, нас поднесло туда течением.

Сейчас наполним среднюю цистерну, положим право на борт и дадим ход вперёд, а потом начнём всплывать на свободной воде.

Так и сделали. «Кефаль» под перископом врезалась в сплошной лёд и поднялась на поверхность.

К концу недели, когда все вопросы, связанные с зимним погружением были выяснены, решено было попробовать совершить плавание подо льдом. В тихое, ясное морозное утро, вступив в кильватер портовому буксиру, «Кефаль» пошла каналом, пробитым ледоколом «Надёжный», в пролив Босфор Восточный.

Солнце весело сверкало с высоты тёмно-синего неба, по которому лениво плыли легкие облачка, временами принимавшие очертания каких-то фантастических городов. Лёгкая дымка вставала над городом.

Погрузившись в полынье, командир дал ход и ушёл под лёд, взяв курс на темневший вдали остров Скрыплев. Яркое солнце пронизывало толщу сплошного льда, покрывавшего пролив Босфор Восточный от берега до берега. Подо льдом было настолько светло, что можно было видеть не только оконечности лодки, но и много дальше, чем летом. В перископ была отлично видна переливавшаяся алмазами гладкая нижняя поверхность ледяного поля.

Целый час «Кефаль» шла подо льдом, ничем не выдавая своего присутствия, нервируя находившихся на конвоире людей, не знавших, что делать, как быть, где искать подводную лодку. Она прошла бы ещё дальше, если бы из машины не закричали, что в глушителе показалась вода и надо всплывать. Пробив лед и подняв его на себя, «Кефаль» поднялась на поверхность.

Выйти наверх оказалось не так-то просто - сломанные льдины придавили крышку люка, и чтобы её поднять, потребовались усилия нескольких человек.

Откачав принятую для погружения воду, дали ход электромоторами и, вступив в кильватер конвоиру, пошли на свое место к транспорту «Ксения». Первый как в России, так и за границей опыт плавания под сплошным ледяным покровом прошёл благополучно.


Главное за неделю